Виктор Строкольский

Имя и фамилия: Виктор Строкольский

Возраст: 16 лет

Класс: 10 класс

Сторона горизонта: ЮГ

Внешность:

В дождливый день в небольшом парке ни души, только парень с фотоаппаратом в руках наедине с высокими соснами. Его ладони, бледные и несуразно большие, крепко держат объектив, словно самую хрупкую драгоценность. Длинными худыми пальцами он аккуратно нажимает на кнопку, чтобы лишними звуками не спугнуть воробья на ветке, что так хорошо вписывался на пересечении третей. Юный фотограф немного сгорблен, потому что еще недавно резко вырос в высь и не привык к новой высоте обзора. Несмотря на мешковатую одежду хорошо видно, что он худощав и бледен, пусть и пытается это скрыть, наотрез отказываясь носить что-то облегающее. Свободная, но не слишком, серая футболка с принтом альбома Radiohead, поверх нее большая темно-синяя кофта на молнии, которая покупалась на вырост, но «вырост» так и не произошел, потому что еды дома не прибавилось.

Щелк! Воробей все же улетел, а парень разочарованно вздохнул и опустил фотоаппарат. Теперь можно увидеть острые черты лица, особенно впалые скулы, миндалевидные голубые глаза, такие выразительные и проницательные, легкий недовольный прищур и впоследствии неглубокую складку меж густых темных бровей. Он закусил губу изнутри, как часто делает, размышляя, где еще получился бы хороший снимок, в то время как ветер развевал темно-каштановые и немного мокрые, отросшие после короткой стрижки волосы. Видно, что парень давно не стригся, но на самом деле ему так нравится гораздо больше.

Биография:

Дверь захлопнулась, а в тесной комнатушке продолжала рыдать хрупкая беременная женщина с разбитым сердцем, брошенная последним подонком, что так и не вернулся ни к ней, ни к сыну. Пока вокруг все твердили, что Лена сама виновата, видать, долбила мозги да слишком много хотела, возомнила себя центром вселенной, а ребенка-то может и нагуляла.

Вите дали мамину девичью фамилию, ведь она так и не вышла замуж, а родной отец бесследно пропал, оставив за собой лишь запах перегара и дешевых сигарет. Единственное, что мальчик в детстве знал об отце - его зовут Владимир. Он ведь Владимирович. Мать наотрез отказывалась рассказывать хоть что-нибудь, все твердя, что хочет наоборот выкинуть из головы этого человека, которого, как она говорила, даже назвать человеком трудно.

В Москву Лена переехала задолго до родов, еще на учебу. Пока родители помогали с финансами, было хорошо и весело, но и тех скоро не стало. В выпускной год студентку оповестили об автокатастрофе, закончившейся летальным исходом для обоих пассажиров. После этой трагедии женщине пришлось вернуться в небольшой родной городок
Страшная штука алкоголь.

И даже прямое последствие его употребления не остановили женщину от выпивания. Сначала горюя, потом перерыв из-за беременности, затем вышла на работу и снова начала.

Витя же мог разве что наблюдать, как родная мать, так горячо им любимая и самая сильная, самая добрая, самая лучшая, пашет на двух, а иногда и трех работах, лишь бы прокормить их маленькую, жалкую, отчаянную семью.

Со временем между ним и матерью образовалась дистанция. Это вполне ожидаемо, учитывая то, что Елена чисто физически не могла уделять сыну столько внимания, сколько должна была. Она одела, обула, покормила, крышу над головой дала, а значит свое дело сделала.

Строкольский не замечал, насколько они бедны и ограничены до поступления в первый класс. Тогда-то он понял, насколько другой бывает жизнь. И эта жизнь казалась невероятно далекой, нереальной. Даже несмотря на её кипение прямо под носом мальчишки, что с шести лет уже сам себе готовил завтраки, сам убирался дома, сам делал домашние задания…

Когда Витьке стукнуло 9, у матери появился какой-то ухажер, и она часто пропадала даже вне работы. В такие дни она просила соседа Петровича оставаться с ее «смышленным и послушным» сыном.
Только вот Алексей Петрович не был таким хорошим, как казалось Елене. Оставшись с мальчиком наедине, он потихоньку втирался в доверие, вел себя как настоящий родственник. Витя в кои-то веки почувствовал себя нужным и любимым.

Пока в один из таких визитов соседа мужчина не начал странных действий и слов в сторону мальчишки. Он трогал за попу, за ляшки, переодически хватал за руки, прижимая к дивану, просил в его присутствии снимать майку, садил к себе на колени и говорил, что так проявляет свою любовь. Конечно же Витька думал, что любовь отцовскую, пока лет в 13 одним тихим вечером не увидел статью о педофилии на своем любимом научном сайте. Тогда-то и пришло осознание всего происходящего с ним на протяжении четырех лет. Долгие годы он подавлял в себе то отвращение, боль, злость, страх, которые провоцировали действия Петровича, думал, что проблема в нем, но глубоко заблуждался. Даже воспоминания о тех касаниях и словах, исходивших от Алексея заставляли все внутренности будто сжаться, сердце бешено колотиться, а руки дрожать. Будто девчонка. И действительно, Петрович часто сравнивал его с девочкой, вероятно, из-за худощавого телосложения и смазливого личика.

Утром после прочтения той самой статьи Строкольский попросил маму передать соседу, что теперь он самостоятельный и взрослый, он сможет и сам посидеть дома. Конечно, мужчина возмущался, но Витя был твердо уверен в своем решении. В решении разорвать все связи с таким важным для него человеком, который за несколько лет стал вторым центром вселенной, чуть ли не наравне с матерью. Как же странно осознавать, что все эти годы он прекрасно все замечал и просто игнорировал, закрывал глаза на все странности. Ведь так хотел простой отцовской любви и внимания.

О том, что происходило те 4 года парень так никому и не рассказал, опасаясь осуждения и отрицания.
Сложно было заводить друзей. Витя вроде и был очень интересным собеседником, внешне приятным, неконфликтным, а все же не особо стремился вливаться в коллектив. Вообще какой-либо. Да, были знакомые, были и товарищи, с которыми можно было изредка пошастать по району да вместе на гитарах поиграть, но этим все и заканчивалось. А о любви уж тем более и говорить нечего, никакой подростковой романтикой и не пахло. Однако, нельзя сказать, что парень переживал по этому поводу. По большей части ему было плевать.

Свободное время он посвящал либо учебе, либо книгам, либо фотографии. В какой-то момент мама принесла коробку хлама, отданную подругой и среди него как раз нашлась старенькая мыльница canon. Тогда Витя начал фотографировать все, что казалось ему красивым, пусть даже в глазах остальных это было уродливо депрессивно, но такова его реальность. Фильмы и сериалы тоже любил посмотреть, но меньше и реже. Ведь книга дает тебе свободу для полета фантазии, а фильм ограничивает строгой картинкой с уже выбранной кем-то визуализацией. А как стукнуло 14 пошел в свободное время подрабатывать где придется. Заработанные деньги либо откладывал на свои хотелки, либо отдавал маме. Чаще второе конечно.

И вот, почти сразу после его шестнадцатилетия Виктор ссорится с матерью так сильно, что впоследствии попадает в интернат. Причиной ссоры стал очередной ухажер матери, который какое-то время жил в их маленькой квартирке в коммуналке. Все сразу пошло не так. Во-первых этот мужчина до боли напоминал Петровича и довериться ему хотя бы немного не получалось от слова совсем. Но были и другие причины, например: с ним мама пила еще больше, чем раньше, сам он тоже постоянно пил и тратил последние деньги на бутылку вместо еды, так еще и вел себя как сволочь, избивая Лену. В один из таких вечеров Витя вновь заступился за мать, не выдержал и начал бить в ответ. Все закончилось уходом ухажера и скандалом. Мать отчаянно кричала, что не надо было лезть не в свое дело, что у неё неблагодарный сын, из-за которого она не может устроить свою личную жизнь. Через пару дней Елена объявила, что в сентябре Строкольский отправится в интернат, что находится в глуши неподалеку от их маленького городка. Мол, ей нужно отдохнуть от него, а там и стабильное питание, и учеба, и воспитание.

Характер:

Иногда одноклассники шутили, что Витька «больной на голову», потому что парень очень молчалив. Он не боится говорить, просто не хочет, считает пустую болтовню мусором.

Гораздо лучше посидеть и помолчать, чем молоть языком попусту. Всю жизнь был флегматичен, спокоен и довольно стрессоустойчив. Правда, даже если не выдерживал, обычно никто этого не видел. С детства все срывы Виктор либо выплакивал ночью в подушку, либо подавлял, либо прятался от проблем в свой маленький, выдуманный мир в голове, где все хорошие и добрые. Где он мог проводить целые дни, ловя потом неимоверную дереализацию. Но несмотря на свою замкнутость, парень всегда был очень добр, готовый помочь в трудную минуту, даже если ему самому нужна помощь. Он, растущий в откровенной нищете и одиночестве, не озлобился, не срывался на окружающих и всегда старался менять жуткую реальность в лучшую сторону. Что для себя, что для остальных. Однако одноклассники и прочие ребята в большинстве своем считали его странным и высокомерным, им казалось, что если Вик не стремится стать частью коллектива, значит относится к ним ко всем, как к дерьму. Со временем это от части стало правдой. «Если они не пытаются меня понять, если они меня ненавидят, то почему я должен пытаться понимать их? Зато как списывать, так я всем мил...»

Доп.факты:

— Совсем не привередлив в еде. Видя, как мама пашет ради него, Вик научился есть все, че дают. Даже если совсем невкусно. Даже если не совсем съедобно.

— Сам накопил на хороший фотоаппарат, работая все лето грузчиком и официантом. Акустическую гитару ему подарил ухажер матери года три назад.

— Собирается поступать на инженера по медицинской технике или архитектора медицинского оборудования.