Гордыня (новелла). 2 глава
Все статьи принадлежат ТГК HORNY BIBLE
Копирование запрещено.
Приятного прочтения!
2.
Глубоко-синие глаза герцога, ослепительно холодные, за двадцать лет ничуть не поблекли. Юношеский пыл давно угас, уступив место величию, но именно оно сделало его облик ещё более зрелым. Чёткие и выразительные черты лица могли поколебать сердце любого, а здоровый румянец и алые губы вызывали искушение прикоснуться к ним прямо сейчас.
Люк изо всех сил старался подавить дрожь и возбуждение. Он думал, что, увидев бывшего возлюбленного, предавшего его и счастливо живущего дальше, испытает лишь пылающую ярость. Но всё вышло наоборот.
Грудь сдавливало, сердце радостно замирало и билось быстрее, и в то же время в нём бурлили обида и гнев. Несовместимые чувства рвались наружу, и ему приходилось тратить все силы лишь на то, чтобы удержать созданный облик.
Лицо Ричарда было всё таким же красивым, как и в юности. Но тень под глазами и едва намеченные морщинки придавали ему странную уязвимость. Когда-то он был хладнокровным человеком, готовым сокрушить любое препятствие на своём пути. Теперь же в нём появилось что-то такое, что казалось шатким, готовым рухнуть от малейшего толчка.
Люк, чтобы отмахнуться от нахлынувших чувств, окрестил это раздражением и криво усмехнулся. В его золотых глазах уже блеснул странный, вожделеющий огонёк.
Демоны движимы лишь жадностью и наслаждением. Чего бы это ни стоило, они должны заполучить то, что хотят, и слова «довольствоваться» для них просто не существует. Каким бы он ни был при жизни, стоило Люку встретить того, кто возбуждает его алчность, как истинная природа жажды неизбежно начинала шевелиться в глубине души.
С годами Ричард ослабел — и именно это возбуждало в Люке и соревновательный дух, и тонкую садистскую жажду. Увидев того, кого при жизни не сумел заполучить, это наполнило его отвратительной, собственнической похотью.
Когда он восстал из ада, в душе долго клокотало тяжёлое, тёмное решение. Он клялся — погубить Ричарда Валериона и низвергнуть его в ту же бездну, где когда-то оказался сам.
Но, глядя на этого жалкого, поседевшего человека, его намерение переменилось. Обычное падение в ад и растерзание души уже не казались достаточными.
Ему хотелось владеть им целиком. Сделать из него раба, заставить всю оставшуюся жизнь каяться во всех своих поступках, служить хозяину, пока мучительная расплата не прожжёт его до костей.
Вспышка молнии прорезала дождливую мглу. Люк, не отводя взгляда от Ричарда, снова заговорил:
— Причина смерти вашего сына — информация, которой никто другой не обладает. Если вы хотите знать больше — пообещаете ли вы награду за мои сведения?
На просьбу Люка Ричард коротко фыркнул.
Какое наглое создание — не только посмело нарушить траур герцога, так ещё и требует награду за информацию. Казалось, этот хам не просто груб, но, похоже, он окончательно сошёл с ума.
— Высокомерный мальчишка… как и ожидалось, ты простолюдин. Мне не о чем говорить с пустословом и вымогателем — исчезни, пока у тебя есть шанс.
Даже угрожающая интонация герцога не поколебала Люка. Как будто прекрасно читая его мысли, тот лишь прохладно, с лёгкой усмешкой произнёс:
Шёпот, мягкий и низкий, сдавил голову, словно петля, и вдруг появилось ощущение, будто знать истину просто необходимо.
— Ты настойчив… Ладно. Сколько хочешь за эту информацию? Но если она окажется пустой — приготовься стать добычей бродячих псов.
Ричард почувствовал неприятное ощущение, словно его насильно толкнула какая-то чуждая сила, и стало не по себе. Но прежде чем он успел возразить, губы сами собой произнесли слова. Поддавшись дьявольским чарам, он был вынужден согласиться на переговоры, вопреки собственной воле.
— Ахаха, деньги не нужны. У меня их и так с избытком.
Люк тихо рассмеялся, и прямо встретил взгляд герцога.
Он всё ещё верил, что деньги могут решить всё. И даже знал, что я не хочу от него материальных благ.
Демон, с лица которого исчезла улыбка, вонзил мощный клин в, мерцающую за его зрачками душу, не давая эрцгерцогу сбежать.
— Всё, чего я желаю — это ваше расположение, герцог.
Ричард вздрогнул. Он почувствовал, как холод пробежала по плечам и спине. На этот раз он ясно осознал: каким-то образом этот человек действительно обладал силой подчинять себе чужие поступки.
Разве только у рыб с полностью отсутствующими веками такое возможно — человек же никогда не может так смотреть. Когда Ричард начал осознавать: «Что-то здесь не так», лукавый голос снова проник в его уши:
— Для начала не зайдём внутрь, чтобы поговорить? Вы промокли насквозь, нужно хотя бы немного обсохнуть.
Это была не просто просьба о приглашении. Впустить демона в дом — значило нечто особенное, и Люк говорил так, словно искренне желал, чтобы герцог согласился.
Услышав просьбу Люка, Ричард прищурился. Вновь ощущение, будто ему придётся провести незнакомца в гостиную, вызвало лёгкое раздражение. Любой обычный человек, услышав магический голос, почувствовал бы сладкое, почти мечтательное удовольствие, но гордый герцог был недоволен тем, что невольно выполняет все его требования.
Тем не менее, в конце концов, он не мог не последовать предложению. Не найдя веской причины отказаться, герцог отвернулся от Люка.
Зонт, который тот держал над ним, он тоже проигнорировал — только коротко кивнул, словно приказывая следовать за собой.
Люк вежливо склонил голову, принимая приглашение герцога, и последовал за ним. Когда они покинули семейное кладбище и вышли на узкую аллею, дождевые капли стали заметно крупнее. Ричард по-прежнему отказывался принимать «милость» демона и шёл впереди, а Люк, будто привыкший к такому обращению, спокойно следовал за ним, не торопясь.
Сад усадьбы за долгие годы не изменился ни на йоту. Как всегда, ухоженные деревья и фонтаны приветствовали посетителей, а грунтовая дорожка была без единой сорной травинки.
Двадцать лет назад они тайно встречались здесь, под тенью того высокого дерева. Тогда Ричард был немного холоден, но, по крайней мере, умел улыбаться на пустяковые шутки. Теперь же, с течением времени, он стал гораздо более суровым и высокомерным человеком.
Пройдя мимо мест, хранящих старые воспоминания, Люк вошёл в усадьбу, сложил зонт и тихо, чтобы слышал только герцог, произнёс:
— Я собираюсь рассказать кое-что важное. Пожалуйста, не пускайте никого внутрь.
Герцог подумал, что он и так отдаст соответствующие приказы дворецкому, но нахальный юноша, требующий буквально каждую мелочь, показался ему слишком дерзким. Ведь он допускался в приёмную только лишь потому, что владел информацией о его сыне, игнорируя все обычные протокольные процедуры.
— Убедитесь, что у него нет никаких опасных предметов, прежде чем впускать. И передайте, что никакого сервиза или угощений подготавливать не нужно.
Вместо того, чтобы принести чай и угощения, слуги должны были проверить, нет ли у незнакомого молодого человека спрятанного оружия, раздев его, и только потом впустить. Слуги, поняв, что он незваный гость, держались несколько грубовато, жестом позволяя войти, а герцог тем временем направился в приёмную.
У Ричарда всё сильнее крепло ощущение, что он даёт водить себя за нос, и в конце концов он вынужден был действовать решительно. Ещё бы — ведь не прошло и дня с тех пор, как он похоронил собственного сына.
В подобной ситуации даже сам император не осмелился бы требовать у него аудиенции, а этот юнец, не удосужившийся ни происхождение своё назвать, ни даже имя толком, вёл себя откровенно дерзко и не знал своего места.
На новые главы и булочку:
5536913820419907 (Т-банк)
5469560010614895 (Сбер)
Бусти для ино читателей.
Не забывайте сказать спасибо, ваша активность нас очень мотивирует!💖