Гордыня (новелла). 5 глава
Все статьи принадлежат ТГК HORNY BIBLE
Копирование запрещено.
Приятного прочтения!
Ричард закашлялся, пытаясь справиться с рвотным позывом. Но выплюнуть плоть, заполнившую рот, или отказаться принять извержение было невозможно.
Мягкий, гулкий голос раздался прямо в его голове. Он изо всех сил пытался сглотнуть, заставляя кадык двигаться, но горький, солоновато-резкий вкус мешал. Казалось, что язык, коснувшийся спермы, сам сворачивается и затягивается в горло.
В конце концов Ричард смог проглотить лишь половину — остальное потекло по уголкам его рта. Почувствовав, что даже с этим простым приказом он не справился как следует, его захлестнуло мучительное чувство унижения, а вместе с ним — тревога от мысли, что он не сумел удовлетворить партнёра.
Ричард опустил взгляд, словно немного оробев, и это зрелище вызвало у Люка странное чувство. Такой покорный, смущённый вид совершенно не шёл великому герцогу — и именно поэтому возбуждал.
Люк вытащил всё ещё не потерявший твёрдость член из его рта и влажным, липким кончиком провёл по губам герцога.
— Я ведь сказал, что расскажу вам о деле вашего сына только после того, как вы проглотите всё. В таком виде — боюсь, не получится.
— Хаа… ха, я… я проглотил, проглотил же, — выдохнул Ричард, тяжело дыша и с вызовом отвечая.
Стоило ему выпустить чужой член изо рта, как чувства, на миг всколыхнувшие сердце, стремительно испарились. Остались лишь унижение и задетая гордость.
Но внушения продолжали незаметно проникать всё глубже, затуманивая сознание. Ричард не мог уловить, что собеседник снова и снова ловко меняет условия сделки. Околдованный магией, он был похож на загнанную дичь — не способную сопротивляться, лишь загнанно отступать туда, куда его толкали.
Люк с ленивым интересом разглядывал лицо герцога, в котором упрямый вызов перемешивался с растерянностью.
Глаза его налились кровью, а по подбородку стекали капли спермы, небрежно запутавшиеся в аккуратно подстриженной бороде. Лицо пылало до самых ушей, и выражение его было сложно однозначно описать: на бледных щеках вспыхнул яркий румянец, больше похожий не на смущение, а на злость.
Чем сильнее он ненавидел Ричарда, тем сильнее его это заводило. Вид благородного мужчины, униженного и превращённого в дешёвую игрушку для утех, вызывал в нём нестерпимое чувство господства.
Да, только когда этот предатель окончательно сломается — только тогда он будет удовлетворён. Он хотел видеть, как Ричард пройдёт через ещё более унизительные испытания, как тот будет рыдать и умолять пощады.
Но прежде чем окончательно разрушить его, Люк решил выполнить свою часть сделки. Ричард ему был до глубины души противен, но Люк всё же оставался демоном, движимым мстительностью, а не тем, кто нарушает обещания.
— За ваши старания… пожалуй, в этот раз я закрою глаза, — произнёс он мягко, почти насмешливо. — Если хорошенько вылижите мой испачканный член дочиста… тогда я действительно всё расскажу.
— О настоящем убийце… вашего сына.
Лицо герцога, которое постепенно сминалось под бесконечными требованиями, наконец расслабилось. Слово «убийство» оказалось настолько сильным, что на мгновение он будто потерял дар речи, а затем без всякого принуждения сам склонял голову.
Снова. Каждый раз, когда массивный, тёмный ствол скользил по нежной слизистой его рта, сердце начинало биться чаще.
Ричард с растерянностью замечал, что стоило взять чужой член в рот, как ненависть к противнику заметно ослабевала. Тем не менее он не мог прекратить действие — продолжал двигать головой вперед и назад, добровольно используя горло, чтобы очистить член полностью.
Сквозь шум дождя раздавались непристойные звуки. Тем временем, набравшись опыта, герцог немного смелее управлял языком. Это заметил Люк и тихо рассмеялся:
— Хм… похоже, после одного раза получается гораздо лучше.
Рука, потянувшаяся следом, была грубой. Демон, заставивший герцога уткнуться лицом между его бёдер, произнёс мрачно, почти лениво:
— Разве не очевидно, кто убийца?
Люк, используя рот герцога словно инструмент для удовлетворения, без малейшей паузы продолжал:
— Это вы, Ваше Превосходительство. Вы убили Касиэля.
— Он бросился под колёса экипажа, потому что больше не мог жить под одной крышей с таким отцом, как вы.
Когда Ричард услышал о самоубийстве сына, его глаза расширились. Он заметно задрожал и, задыхаясь, резко толкнул Люка в бедро, пытаясь отстраниться.
Новость была настолько шокирующей, что на мгновение стерла все навязанные внушения. Сознание, до этого затуманенное и вялое, внезапно прояснилось — вместе с ним обрушилось тяжёлое, пронзительное ощущение реальности.
— Тшш… Вы ведь ещё не закончили. Должны довести начатое до конца.
Как бы Ричард ни вырывался, сдвинуть Люка с места силой он не мог. Тот, напротив, демонстративно прижал ствол к чувствительной слизистой его горла и медленно провёл им вдоль, словно проверяя, достаточно ли хорошо оно смазано спермой.
— Разве вам не интересно, как я узнал это?
Грубая рука крепко сжала подбородок герцога, удерживая взгляд на месте. Люк, неторопливо двигаясь и пронизывая членом его рот и горло, наконец вытащил влажную от слюны плоть и продолжил:
— На самом деле, это мы с моим другом подсказали вашему сыну, что в тот момент будет проезжать экипаж. Одна из наших обязанностей — забирать юные души.
— Ха… хх… Чт… что это вообще значит…?
Пока герцог, опершись о пол, тихо давился, с трудом сдерживая рвотные позывы, Люк поправил одежду, присел на корточки и поймал его взгляд. Улыбка, с которой демон представился, выглядела настолько беззаботной, что трудно было поверить — ещё мгновение назад он вёл себя столь безжалостно.
— Позвольте представиться: я — демон Эйль.
Люк назвал себя именем, приобретённым после того, как стал демоном, а не тем, которым пользовался при жизни. Причина была проста: нынешний он почти не имел ничего общего с тем человеком, которым когда-то был.
И доказательством служило то, что с момента их встречи Ричард так и не смог его узнать.
Его некогда ослепительные золотые волосы выцвели и потускнели, а ясные, добрые глаза превратились в звериные, пылающие жёлтым светом. Единственное, что осталось прежним, — это мозолистые ладони и шрамы, покрывавшие всё тело.
Несмотря на тяжёлую жизнь, даже став демоном, Люк не хотел стирать гордость, которую обрёл, будучи командиром рыцарского ордена. И хотя от плоти давно ничего не осталось, от славных шрамов, украшавших его тело при жизни, он отказаться не смог.
В любом случае этот облик был лишь маской; он по-прежнему оставался ужасным, пылающим демоном-рыцарем.
Если бы он явился в своей истинной форме и сразу начал расспрашивать Ричарда о прошлом, месть, возможно, удалась бы быстрее и проще. Но он не хотел, чтобы их первая встреча была ознаменована его разрушением под давлением неукротимой демонической энергии.
Хотел ли он выглядеть безупречно хотя бы перед бывшей любовью, или испытывал стыд за собственноепадение— было неясно.
Возрождение — это, пожалуй, самый совершенный способ приблизиться к смерти. Люк отбросил образ верного рыцаря, который тайно встречался с принцем, и принял облик ослепительно привлекательного, но чужого существа.
Ричард не ответил на приветливую улыбку Люка. Вместо этого его взгляд был острым и колючим, словно пронзающим насквозь.
Если он демон, то всё становится на свои места. Почему внезапно сопротивляться стало невозможно, почему он, казалось, подчинялся отвратительным требованиям, словно зачарованный, и даже почему каждый разговор с ним вызывал раздражение и непривычный гнев.
Хотя мысли в голове Ричарда всё ещё были в хаосе, его ненависть к демону оставалась твёрдой.
Этот демон даже осмелился признаться, что помогал его сыну покончить с собой. Правда это или нет — придётся выяснить, но цель для немедленного гнева уже была ясна
— Хм… не хотел вас разозлить. А то убьёте меня взглядом, — тихо усмехнулся Люк, встречая взгляд Ричарда.
Несмотря на пылающий гнев герцога, он смотрел так, будто понимал всё и полностью принимал эмоции собеседника, скорее как священник или паладин, чем как демон.
И это только усиливало чувство отвращения. Ричард испытывал внутреннюю неприязнь к тому, что самая нечистая сущность так беззастенчиво изображает святость.
— Понимаю, если вы меня ненавидите. Признаю и то, что отчасти виноват в том, что сорвал ваши планы. Потому я и пришёл с выгодным для вас предложением.
Демон начал несколько пространно. Затягивать разговор, не переходя к делу, — типичный приём мошенников.
— Разве вас не радовало втайне то, что у вашего хилого старшего брата не было детей? Стоило лишь сделать Касиэля следующим императором — и вы могли бы пожизненно наслаждаться регенством и властью.
Голос, будто знавший все амбиции Ричарда, был мягок и размерен. Он звучал так, словно утешал: ничего предосудительного нет в том, чтобы питать такие мирские желания.
— …Не пытайтесь строить вид, будто знаешь обо всём, ничего не ведая. Чего ты от меня хочешь?
— Вы хотите сначала услышать суть? Хорошо.
С глухим лязгом застёжка, сковывавшая запястье демона, бессильно распалась. Обретя свободу обеих рук, Люк, не спрашивая разрешения, протянул ладонь и большим пальцем нежно провёл по влажным губам герцога, продолжая говорить.
— Я говорил, что наша работа — собирать души. Дам вам подсказку: мне по вкусу не столько мягкие юные души, сколько загрубевшие, израненные. Такие со шрамами — вот что мне нравится.
Как только он договорил, зрачки его жёлтых глаз сжались до тонкой щели.
«Душа вашего превосходительства — весьма аппетитна. Я бы предпочёл завладеть ею вместо души вашего сына.»
На новые главы и булочку: 5536913820419907 (Т-банк)
5469560010614895 (Сбер)
Не забывайте сказать спасибо, ваша активность нас очень мотивирует!💖