Гордыня (новелла). 4 глава
Все статьи принадлежат ТГК HORNY BIBLE
Копирование запрещено.
Приятного прочтения!
К его губам прикоснулось что-то горячее и мягкое. Продолжая про себя твердить, что в этом нет ничего особенного, он втянул внутрь ещё чуть больше плоти, и тут же резкий, насыщенный запах ударил в нос. Это был запах, совершенно не похожий на человеческое тело, — объяснить его было невозможно.
И всё же Ричард продолжал заглатывать член.
Тяжёлая плоть проталкивалась внутрь, упираясь в стенки щёк и раздувая их, но он не останавливался.
И всё же внушение лишь приглушало отвращение к оральному унижению — но никак не давало навыков. Неумелые, грубые движения, когда он кусал и засасывал чужой член, выглядели до предела неуклюже.
Наблюдая за неумелыми движениями его языка, Люк запустил пальцы в мокрые волосы Ричарда и мягко перебирал их, а затем вновь прошептал внушение:
«Неужели вы забыли? Когда сосёте член, нужно задействовать и горло.»
Его голос звучал ласково, но прикосновение было далеко не таким. Люк крепко схватил Ричарда за затылок и, без предупреждения вогнал член глубоко в глотку, наслаждаясь ощущением узкого прохода, сжимающего его.
Когда член вонзился в горло, Ричард захрипел и закашлялся, судорожно хватая ртом воздух. Но он не осмелился выплюнуть его. Ведь использование горла во время минета — само собой разумеющееся, и ему стало стыдно за то, что он, торопясь, даже об этом элементарном «не подумал».
Будучи человеком, который управляет важнейшими делами страны, он не мог позволить себе не справиться с такой простой задачей. Особенно унизительно было то, что на эту очевидную вещь ему указал какой-то безродный проходимец.
Целиком поглощённый промывкой сознания, Ричард уткнулся лицом между бёдер Люка и изо всех сил старался принять его член глубже. Даже когда челюсть ныла от широко раскрытого рта, он не показывал ни малейшего признака усталости и, издавая громкие чмокающие звуки, старательно сосал.
Будто оценивая эти старания, Люк тихо выдохнул и похвалил его:
— Хаа… Вы прекрасно справляетесь. Рот Вашей Светлости — настоящее удовольствие.
Хотя, если честно, удовольствие ему доставляло лишь то, как глубоко удавалось загонять член в горло. Сами навыки минета оставляли желать лучшего: если бы герцога сейчас раздели и выставили на улицу, то ему, пожалуй, пришлось бы ещё и платить, чтобы кто-то позволил ему отсосать.
Но именно это Люку нравилось больше всего. Его радовало, что он сумел обнаружить слабую сторону того самого надменного герцога, который всегда вёл себя так, будто превосходит всех во всём. А ещё приносила удовлетворение мысль о том, что после предательства Ричард не проводил время, сосущим члены других мужчин.
Тот самый Ричард Валерион, некогда гордый и недосягаемый герцог, теперь опустился до того, что сосёт член у незнакомца, лицо которого видел впервые. И всё это — сразу после похорон собственного сына.
Люк, расслабленно наслаждавшийся усердием герцога, сдавленно простонал и крепче сжал пальцы на его затылке.
— Если вы и дальше будете так меня искушать, милорд, мне придётся вас проучить, — протянул он с ленивой насмешкой.
Мысль о том, что впереди его ждут ещё более жестокие, грязные развлечения, заставила его внутренне содрогнуться от сладкой дрожи. Чистый, словно нетронутое полотно, Ричард, сумевший сохранить девственную строгость взглядов на плотские утехи даже после сорока, — как же хотелось запятнать его, изуродовать по своему извращённому вкусу.
Поддавшись злой, игривой прихоти демон поднял его голову, чтобы заглянуть прямо в глаза, и добавил мягким, почти интимным тоном:
— Но, знаете… на самом деле я предпочитаю что-то более насыщенное… Честно говоря, я ожидал от вас большего.
— Хгх… м-м… — бессвязно отозвался Ричард, словно пытаясь понять смысл сказанного.
И тогда Люк сорвался. Поддавшись внезапному порыву, связанному с давней, непрожитой привязанностью, он наложил на герцога новое заклинание. Не входившее в его планы, оно оказалось самым мощным из всех внушений, что он произносил до сих пор.
«Говорят, великий эрцгерцог слишком чувствителен в вопросах близости… и легко влюбляется в любого с кем разделит ложе.»
— Я думал, вы будете отсасывать мне, как своему возлюбленному, но, видимо, нет? — Прозвучал насмешливый голос, словно продолжая начатую игру.
Как только тихое внушение пробилось сквозь барабанные перепонки, лицо герцога моментально вспыхнуло, а сердце забилось тяжело и часто.
— Хх… у-у… — сорвалось с его губ.
Он должен был возразить, назвать это глупыми слухами, не имеющими под собой никаких оснований. Но ощущение, будто его слабое место было раскрыто, вызывало невыносимый стыд, и от этого его щеки всё сильнее заливались краской.
Магия подействовала мгновенно: напряжённое, замкнутое выражение лица Ричарда постепенно смягчилось.
Да, он знал — стоило ему только вступить в интимную связь, как внутри загоралась пылающая страсть, и он терял над собой контроль. Именно поэтому все эти годы он вёл строгую, воздержанную жизнь, никого не подпуская слишком близко.
Ложь легко переплеталась с правдой и окончательно затуманил взгляд герцога.
Ричард без сопротивления принял новое определение своей натуры, данное Люком.
Теперь он напоминал подростка, впервые познавшего любовь: где-то мягкое, даже трепетное, но в то же время исполненное такой жгучей страсти, что казалось — ещё миг, и он сгорит в этом огне.
Люк, забыв даже о новой внушаемой команде, просто пристально смотрел на него. В голубых глазах Ричарда читались стыд, смущение — и тихая, не скрытая вовремя нежность. Любой бы, кто взглянул на него, решил, что этот человек влюблён.
Но как только их глаза встретились, человеческое сердце вспыхнуло — а сердце демона, наоборот, начало остывать.
— Ха… — невольно выдохнул Люк.
На его прекрасном лице на миг скользнула тень скорби.
Ты по-прежнему красив, по-прежнему хитёр… и по-прежнему не любишь меня.
Ричард Валерион никогда не показывал ему такого лица.
Значит, всё это время он вовсе не любил Люка.
От внезапного, чужого выражения на его лице Люк ощутил предательство. Губы сами собой искривились в злой усмешке, а ладонь сжала затылок герцога, безжалостно прижимая его. На миг позволив себе обмануться этим лицом и утонуть в теплой игре, теперь он чувствовал себя идиотом.
— Чёрт… Узко ведь. Рот шире откройте, — процедил он сквозь зубы.
Выругавшись, Люк поморщился и вдавил член ещё глубже.
Как только чужой член налился во рту тяжестью, Ричард застонал, едва справляясь. Казалось, там больше не осталось места, но жёсткий ствол всё равно проталкивался дальше, загоняя дыхание в тупик. На глазах выступили слёзы.
— Ш-ш, спокойно… Дышите медленно. И двигайте головой вперёд-назад.
Как бы жестко с ним ни обращались, Ричард не сопротивлялся. Он влюбился в ничтожного чужака, чей член оказался у него во рту, видя его впервые в жизни.
Даже получив магией за несколько секунд то, чего не смог обрести в жизни, Люк вовсе не чувствовал удовлетворения.
Он посмотрел на спину эрцгерцога, которая быстро вздымалась, и схватился за голову, двигая бёдрами, словно использовал рот Ричарда как инструмент.
— Откройте рот шире и расслабьте горло. Сейчас ваша задача, господин герцог, — принять и проглотить мою сперму.
Условия незаметно изменились: теперь он должен был не только сосать, но и проглотить всё до последней капли. Но даже так Ричард не мог сопротивляться и продолжал принимать в себя толчки Люка. Слюна, которую он не успевал проглотить, стекала по подбородку, но рот всё равно оставался раскрытым.
Это было мучительно, но навязанное магией желание заполнило его голову до краёв, не оставив места для разумных мыслей. Даже когда разгорячённая плоть грубо двигалась у него во рту, ситуация оставалась прежней.
Он одновременно ощущал и смятение, и странное чувство насыщения.
— Расслабьте челюсть и запрокиньте голову немного назад.
Семя демона — концентрированный сгусток магической энергии. Когда человек её потребляет, магия не просто временно восстанавливается, а буквально впитывается организмом.
Это значит, не только опьянение магической энергией, но и крайняя уязвимость к любым заклинаниям.
В тот момент, когда он извергал её в это узкое горло, это означало для герцога одно: падение неизбежно.
Поглощённый жаждой мести, Люк представлял себе герцога, претерпевшего развратное разрушение.
Одной лишь мысли об этом его член начинал рваться от напряжения, и сдерживаться становилось всё труднее. Член в рту Ричарда был всего лишь формальностью — тело Люка уже не требовало продолжения, но он всё равно не мог остановиться.
Его поглощало чистое желание осквернить герцога. Он хотел разорвать его душу на куски, покрыть следами его плоть и заполнить глубинные части тела семенем, окончательно подчинив его себе.
Ричард не выдерживал грубого воздействия и продолжал задыхаться. Люк, глядя на лицо герцога, испещрённое смятением, сухо приказывал:
Как только прозвучала команда, горячая струя семени хлынула прямо в горло. Огромная рука демона по-прежнему крепко сжимала затылок герцога, не позволяя ему выплюнуть член.
На новые главы и булочку:
5536913820419907 (Т-банк)
5469560010614895 (Сбер)
Не забывайте сказать спасибо, ваша активность нас очень мотивирует!💖