Первая любовь всего сервера — Глава 59.
Юнь Ци поджал губы. Юй Цзин выпрямился, как раз вовремя, когда со спины кто-то подошел.
— Брат, пора есть, — Ли Ян, держа раков в руках, заглянул в комнату. Он не видел Юнь Ци, поскольку тот скрылся за компьютером.
— Чем ты занимаешься? — Полюбопытствовал Ли Ян.
Юнь Ци в сидячем положении выключал компьютер.
— Ничего, все остальные пришли? — Юй Цзин взял на себя инициативу выйти и спокойно спросил.
— Все, кроме вас двоих. Цзы У еще не разрешал мне звать тебя, даже сказал, что я раздражающий. Эй, в каком месте я раздражающий? Мне кажется, он снова провоцирует меня.
Юнь Ци медленно встал и подошел к Ли Яну, снявшему панцири с раков одноразовыми перчатками, которые теперь поблескивали от жира.
В последнее время Ли Ян вел себя достойно и ни с кем не конфликтовал. Конечно, все на базе взрослые люди, кроме Ли Яна с вспыльчивым и болтливым характером, остальные держали себя в рамках. Пока Ли Ян не огрызался и контролировал свой язык, царила гармония, как в большой семье.
— Если он провоцирует, то я, естественно, преподам ему урок. Главное выполняй свой долг, — Юй Цзин оглянулся на Юнь Ци и, убедившись, что тот у него за спиной, вошел в комнату.
— Свой долг, разве я не выполнял его все эти дни? Лао Сюань похвалил меня утром за то, что я понимающий. Ты не представляешь, насколько мне некомфортно, брат, ты ведь меня знаешь. У меня грязный рот, но доброе сердце… — Следуя по пятам, щебетал Ли Ян.
— Ты еще смеешь говорить это вслух?
— Говорить честно, плохо? Я сделал что-то не так? Я плохой? — Юноша повернулся к Юнь Ци. — Я же не плохой, верно?
— Не плохой, — Юнь Ци потерял дар речи.
Он болтал, пока до дошел до столовой, где несколько человек сидели за столом. Цзы У, уткнувшись в телефон, делал заказ, а Чжан Цзи обрабатывал клешни раков и ворчал.
— Ян-Яна слышно издалека, о чем вообще речь?
Ли Ян подошел к Чжан Цзи и вновь начал обсуждать, плохой он или нет.
— Садись сюда, — Юй Цзин отодвинул для него стул и сказал.
Часть людей уехала в Сеул, в помещении было много свободных мест, и не было нужды тесниться в углу. Юнь Ци сел на отодвинутый стул и поблагодарил.
— Мэн Цяо пару дней назад расспрашивал о новичке, кто он и все остальное, я ничего не сказал, — Чжан Цзи бросил им коробку с перчатками.
— Если люди хотят знать, пусть. В любом случае, соревнование уже близко, скоро все узнают. Если он узнает раньше, пусть окажет нам услугу, — мужчина взял коробку с прозрачными перчатками, достал одну и передал сидящему рядом.
Люди в индустрии обмениваются новостями и слухами, включая теми вещами, о которых не знают люди извне. Личность Юнь Ци не удастся скрывать. Среди стажеров, которые знают о ситуации, наверняка найдутся болтливые, просто пока это еще не стало достоянием общественности.
— Я тоже так думаю. Он позвонил мне ранним утром, пытался выведать и в открытую, и намеками. Думал, что я не увижу, — Чжан Цзи прекрасно осознавал ситуацию, как настоящий ветеран.
— Тот парень из Pupli? — Юнь Ци спросил.
— Если информация получена обманом, это уже не честная сделка, — Юй Цзин кивнул.
— Точно, будь он честнее, я бы все рассказал. Он такой хитрец, терпеть не могу таких, играют со мной в одну игру, а потом ходят вокруг да около. Зачем? Нельзя сказать прямо?
— Лао Мэн такой человек. Каждое слово нужно взвешивать при разговоре с ним, а мозгу работать быстрее, — Цзы У усмехнулся.
— Ни сердца, ни глаз. Лучше держаться от таких подальше, — Чжан Цзи согласился.
Юнь Ци надел перчатки. Давненько он не ел раков. Раки на столе были разделены на несколько тарелок, Чжан Цзи протянул им одну, и Юй Цзин поставил ее перед собой. Взяв первого, он начал чистить.
Он редко ел морепродукты. Хотя чистить он умел быстро, это все равно требовало усилий. А вот Юй Цзин рядом действовал очень искусно, с легкостью извлекая мясо. Не желая уступать, Юнь Ци, стал подражать его движениям, изучая процесс и постепенно осваивая технику.
— Есть один способ справиться с таким человеком, как Мэн Цяо — притворяться идиотом, — Чжан Цзи и Цзы У продолжили обсуждать хитреца. — Нужно быть приветливым, вежливым и говорить, что ничего не знаешь. Через пару дней он сам не захочет общаться, по крайней мере, у меня так работает. Как только он начинает играть со мной, я говорю: «Ой, не знаю». Проверьте сами, как он быстро остывает.
— Мэн Цяо, о котором вы говорите, это тот Мэн Цяо, которого я знаю? Почему мне кажется, что он не такой, — Ли Ян нахмурился.
— С твоим-то мозгом, он выведает у тебя все, даже то, что под кожей.
— Это все потому, что в последнее время я спокойный, вы все обнаглели в край? — Проворчал Ли Ян. За обеденным столом было оживленно, слышалась перебранка на фоне методичного потрескивания раков.
Юнь Ци не участвовал в разговорах, а тихо учился очищать раков, становясь все более умелым. Его движения становились быстрее, и вскоре на тарелке появилась очищенная горочка.
Чжан Цзи уже сменил тему, и разговор каким-то образом перетек на отношения.
— Я всегда знал, что у Цзы У никогда не будет недостатка в поклонниках. А вот Ли Яну следует изменить характер, чем ты отличаешься от пороховой бочки? Уже не маленький мальчик, должен быть сдержаннее, не болтать без конца, ты же молодой господин.
Ли Ян происходил из обеспеченной семьи, и известно это стало не из его уст. Когда-то его очень гордые родители обратились на базу, сказав, что отправят своего ребенка к ним под присмотр, и если что-то случится, они потребуют компенсацию. Звонили чуть ли не каждый день, чтобы узнать, что ел их драгоценный сын. Тогда Ли Ян еще был стажером, и менеджера это так достало, что он прямо выпалил:
— Если вы беспокоитесь, заберите своего господина обратно.
Позже Ли Яна вызвали на разговор к начальству, и тогда он и выяснил, насколько сильную заботу проявляли его родители. Вернувшись домой, он устроил им скандал, велел меньше вмешиваться в его жизнь и сказал, что ему стыдно. С тех пор те успокоились, но все узнали о происхождении Ли Яна. Они часто называли его молодым господином, как руководство, и подшучивали над ним.
Самому парню это прозвище не нравилось, он злился. Его называли так каждый день во время стажировки, отчего голова начинала болеть. Но никто не менял его, и он просто махнул рукой.
— Вы же знаете, что я молодой господин, так что с того, болтлив я или нет. Моя семья богата, в будущем ко мне будет липнуть множество девушек.
— Дал палки, и тот сразу взлетел до небес? — Чжан Цзи приподнял подбородок. — Вот этот, сидящий рядом с тобой, настоящий господин.
— Цзы У? — Ли Ян повернулся и ошеломленно посмотрел на него.
— Я не буду спорить с вами, молодой господин, — Цзы У бросил рака.
— Эх, — Ли Ян следил за тем, как тот снимает перчатки и уходит, после чего повернулся к остальным. — Какова его ситуация?
— Родители этого парня занимаются ювелирным бизнесом, у них международный бренд, дошли аж до самой Франции, — Чжан Цзи с восхищением говорил.
— Значит, его семья очень богата?
— Действительно не похож, — пробормотал Ли Ян. — В любом случае, при первой встрече он показался мне необычным. Я не знал о семье, отталкивался только от его лица, очень впечатляющего, должен признать. Не ожидал, что у него хорошая семья, жалко, что гей.
Юнь Ци молча снял перчатки. На тарелке скопилось много панцирей, место не осталось, он собирался принести мусорное ведро, чтобы убрать их, когд Юй Цзина повернулся.
— Сядь, — Юй Цзин поставил перед ним тарелку с мясом и вышел, бросив. — Я займусь этим.
Этот жест заметил Ли Ян, уставившись на них двоих. Чжан Цзи все еще просвещал его происхождении Цзы У, но юноша слушал вполуха. В его сердце зарождались сомнения.
Через некоторое время Юй Цзин вернулся с мусорным ведром и убрал весь мусор со стола. Юнь Ци, наблюдая, как он хлопочет, почувствовал себя неловко. Юй Цзин отдал ему почти все мясо, которое есть он не осмеливался. Когда тот подошел, чтобы убраться, и увидел целостность тарелки, прошептал:
— Твое, — убрав панцири, он сказал.
Юнь Ци пришлось опустить голову и продолжить есть.
С семью цзинями раков впятером они быстро расправились. Это, конечно, не считалось основным приемом пище, скорее, способом скоротать время. Поев, все разошлись по своим комнатам.
Через некоторое время пришел Лу Жун и позвал Юй Цзина. В тот момент Юнь Ци тоже был там, к счастью, они не занимались ничем постыдным, и Лу Жун ничего не заподозрил. Он поговорил с капитаном и увел его.
Он спустился вниз вместе с Юй Цзином. В соседнем здании ярко светили огни и доносились какие-то крики. Юнь Ци не знал, что происходит, и немного запереживал, но посчитал, что ничего серьезного случиться не должно. Он развернулся, чтобы уйти, как вдруг раздался голос:
Юнь Ци оглянулся на источник голоса — Цзы У, сидевший на лестнице с другой стороны, в слепом углу. Его туловище скрывалось в темноте, виднелись лишь длинные ноги и крутящие в разные стороны телефон руки.
Считается, что кусать руку, которая тебя кормила, неправильно, поэтому он не ушел, подошел и искренне произнес:
— Спасибо за угощение вечером.
— Вкусные были раки? — Цзы У не мог четко разглядеть выражение его лица.
Юнь Ци подумал, что между ними больше нет обид, они провели много мирных дней, без всяких ссор.
Цзы У больше ничего не сказал.
— Почему ты здесь сидишь? — Юнь Ци оглядел его, бесстрастно сидящего там, и озадаченно спросил.
— Дышу свежим воздухом, — оглядевшись по сторонам, Цзы У мягко ответил.
Юнь Ци все еще помнил тот случай, когда он застал Цзы У с другим и спрашивал о Цзун Вэе. А ведь прошло много времени. Он знал, что неуместно поднимать этот вопрос, но все же, сгорая от любопытства, спросил.
— Ты и… тот стажер еще встречаетесь?
— Тот? — Цзы У прислонился к стене лестнице, ударился головой и глухо хмыкнул.
— Это… тот, которого я застал с Татой, — Юнь Ци подавился.
— Интересно? — Цзы У всегда умело создавал двусмысленную атмосферу, вероятно, длительный опыт отношений сказывался. Он говорил иначе, чем другие, и его тон всегда был легкомысленным и дразнящим.
— Если тебе неудобно, я пойму…
— Поймешь? Ты действительно поймешь?
Как будто вернулись к прошлому. Юнь Ци казалось, что их с Цзы У магнитные полюсы просто не сопоставимы, и им не дано жить в гармонии. Чтобы избежать конфликта, он пошел на уступку.
— Нет, я не твой близкий друг, можешь не беспокоиться.
— Брат Юй знает о твоих психологических проблемах? — Когда он отвернулся, за спиной раздался неспешный, полный сомнений голос.
Юнь Ци замер. Он в панике повернул голову и посмотрел на лицо, скрытое во тьме.
Цзы У подогнул одну ногу, отбросил телефон в сторону и, подперев лицо рукой, взглянул на него.
— Думаю, ты отлично подойдешь на роль моего близкого друга. Теперь ты будешь разговаривать со мной?
Юнь Ци обернулся. Хоть он и не понимал, что тот имел в виду, но чувствовал, что у него не добрые намерения.
— Ничего особенного. Я только что угостил тебя раками, и ты так набрасываешься на меня? Мне просто хочется поговорить по душам, вот и задержал для беседы, — Цзы У выглядел невинным.
— Не думаю, что справлюсь с такой сложной задачей.
— Тогда иди, — Цзы У развел руки в стороны, словно отпуская, однако Юнь Ци не глуп — это завуалированная угроза.
— Что с тобой? Боишься? Думаешь, сделаю что-нибудь ужасное? Не волнуйся, я не посмею. Я благодарен брату Юй и точно не обижу его. Кого любит он, того постараюсь полюбить и я, — взгляд молодого человека остановился на неподвижных ногах.
Юнь Ци отошел в сторону, оперся на стену и перевел взгляд на соседнее здание, игнорируя Цзы У. Он решил остаться, послушать, что тот хочет сказать, но никак не реагировать.
Разгадав его намерения, Цзы У усмехнулся и зажег сигарету. Огонек осветил его красивое лицо. К сожалению, человек напротив смотрел на стену, совершенно не оценив красоту.
— Расскажи ему, он не станет возражать. Брат Юй так предан тебе, любит даже раненный. Что для него твоя болезнь? — Цзы У поднес сигарету к губам, и уголек вспыхнул. Дым поднялся вверх и развеялся ветром.
Юнь Ци глядел на соседнее здание: царила неразбериха, люди входили и выходили, но звуков слышно не было.
— Почему ты боишься сказать ему? — Настойчиво напирал Цзы У, явно заинтересованный.
— Тебе тоже не следует знать, — Юнь Ци не ответил прямо.
— Жаль, я уже знаю, — Цзы У стряхнул пепел. — Слишком поздно что-либо говорить.
Юнь Ци прекратил пялиться на здание, повернулся и посмотрел себе под ноги.
Цзы У, ничего не добившись, не стал продолжать разговор. Он поигрывал сигареткой в руке и с небрежной улыбкой сказал:
— Ты спросил меня, поддерживаю ли я отношения с тем стажером? Вопрос слишком поверхностный. Ты знаешь, что такой непостоянный человек, как я, легко влюбляется и так же легко теряет интерес к кому-то. Свежесть впечатлений от стажеров длится не дольше трех свиданий, дальше не интересно.
Как будто речь шла не о человеке, а послушной кошке или собаке, которая развеивает скуку, а потом выбрасывается, когда надоедает. Как будто лучше держаться от них подальше.
Юнь Ци не понимал взгляда Цзы У на любовь, и ни ему, ни Юй Цзину не было суждено испытывать к нему жалость.
— Мне следовало спросить это у тебя. Вы с братом Юй так долго вместе, столько лет встречаться с одним и тем же человеком должно надоесть? — Цзы У усмехнулся.
Они на разных волнах, и ни один не может переубедить или понять другого.
— Должно, — ответил Юнь Ци, подняв голову и посмотрев на сигарету. — Надоедает, и я все равно хочу встречаться только с ним. Я жажду более глубоких чувств, более стабильных отношений с ним. Жаль, что я не девушка, и мне не суждено воссоздать продолжение этих отношений.
Сигарета догорела — он долго не подносил ее ко рту. Холодный ветер хлестал в лицо, ночь была тихой, но светлой.
— В жизни построить прочные отношения, помимо родственных — настоящий вызов. У таких людей, как ты, наслаждающихся жизнью, есть свои плюсы, а у таких, как я, желающих связать себя с одним человеком, свои. Я не пытаюсь переубедить тебя, поэтому и ты не трать силы на то, чтобы изменить меня, — Юнь Ци повернулся.
— Изменить тебя? — Цзы У рассмеялся. — Ты слишком много думаешь. Я давно понял, что взрослые люди переобуваются, а не меняются. Если человек сам не желает меняться, как бы он не менялся внешне, внутри останется таким же упрямцем. Я никогда не надеялся изменить кого-то. И тех прочных отношений, о которых ты говоришь, я тоже не мечтаю, ведь знаю, что это мыльный пузырь, который быстро лопнет, и изначально не стремился к этому.
— Тогда ты никогда не разочаруешься, прекрасно, — небрежно произнес Юнь Ци. — Надеюсь, что, когда ты постареешь и потеряешь привлекательность, вокруг тебя все также будет куча людей, готовых прильнуть.
Юнь Ци посмотрел на него, ничего не говоря.
В этот момент Цзы У встал, сжал сигарету и подошел к нему. Он поднял руку и оперся ею об его бока, позволяя разглядывать себя.
— Не беспокойся, я прекрасно знаю, чем все закончится для меня, поэтому и делаю это, пока молод, — прошептал Цзы У на ухо. — Развлекаюсь.
Его дыхание коснулось кончика носа Юнь Ци, на таком близком расстояние можно было разглядеть эмоции другого человека. Сегодня Цзы У казался обеспокоенным чем-то. Он не понимал этого человека, но улавливал эмоции по его глазам.
Окинув Юнь Ци взглядом, парень, словно любуясь неподвижно скульптурой, приблизился и принюхался.
Юнь Ци раздраженно посмотрел на него.
— Знаешь, что у людей, которых «любили», есть особый запах, и я узнаю его, только почувствовав, — Цзы У стал увереннее.
Юнь Ци оттолкнул его, Цзы У не ожидал этого и отступил на шаг, глядя на человека перед собой с легким недовольством.
— Брат Юй, должно быть, очень сильно тебя любит, я только и вижу, как ты отлично проводишь время в тренировочной комнате. Зная твое тело, после таких упражнений ты, вероятно, будешь не в состоянии встать несколько дней. Или… — Цзы У изменил слова. — Тебя так часто «любили», что ты уже привык?
Юнь Ци шагнул вперед и, под насмешливым взглядом, наступил прямо на носки чужих ботинок, задрав голову и осматривая его крайне самодовольно.
Цзы У не ответил, но глаза его потемнели.
— Так беспокоишься о том, «любил» он меня или нет, может быть, потому что сам хочешь? — Юнь Ци хотел вывести его из себя. Дерзость против дерзости. Поведение Цзы У уже граничило с сексуальными домогательствами, и он опытен в борьбе с такими вещами, тем более сейчас, у него есть дополнительная уверенность. Он с чувством превосходства сказал. — Возможно, Цзы У, ты сам не осознаешь того, что глубоко влюблен в меня?
Цзы У повертел сигарету, огонек то вспыхивал, то гас. Он пристально глядел на брови и глаза Юнь Ци, не спеша возражать.
Юнь Ци не предполагал, что оппонент не выдержит словесной борьбы. Такой человек, как он, не выходит из себя из-за пары слов. Ему хотелось довести его. Поэтому, не получив ответной реакции, он со спокойной душой смог продолжить.
— Но я не могу удовлетворить тебя. Ты прав, меня «любили» много раз. Капитан Юй такой красивый, выносливый и преданный. Кончено, ты мне ни за что не понравишься, так что тебе остается лишь завидовать и думать, как меня обожали, ведь я никогда не буду твоим. Не терпится? — Он смело протянул руку и коснулся симпатичного лица. — Может быть, ты каждую ночь встаешь и подслушиваешь, как мы наслаждаемся друг другом?
Юнь Ци одарил его очаровательной улыбкой, будто одержал победу, убрал руку и отступил на шаг.
— Спасибо за угощением вечером. Раки были восхитительны, я запомню это. Но это не значит, что я буду вежливым. Возможно, в один из наших следующих моментов близости с братом Юй я подую ему на ушко и скажу, что ты обидел меня. Думаю… он не останется равнодушным.
— Почему ты снова так говоришь? Я не угрожаю, — Юнь Ци отрицал. — Я просто хочу, чтобы ты каждый раз, разговаривая со мной, вспоминал о моих отношениях с твоим капитаном Юй. Ты же не хочешь ставить его в неловкое положение? Зачем тогда делаешь это? Вымещаешь на мне злость? Почему я должен стать козлом отпущения? Если скажешь еще раз что-нибудь неприятное, я доходчиво объясню тебе истинное положение вещей.
Цзы У погрузился в раздумья, не отрывая от него взгляда.
— Я сталкивался с домогательствами в самых разных формах. Я не вмешиваюсь в твои личные дела, и ты не вмешиваешься в мои. Не только я один должен помнить об этом. Я хочу быть хорошим товарищем по команде для тебя, надеюсь, ты тоже, — с этими словами Юнь Ци ушел.
Внезапно вновь раздался голос:
— Так ты правда не собираешься рассказывать брату Юй о своей жажде?
— Я смогу это скрыть, — Юнь Ци остановился на миг и продолжил путь.
Он покинул гостиную и поднялся по другой лестнице.
Цзы У собрал волосы в пучок, сделал финальную затяжку сигареты и выбросил ее в мусорное ведро.
В то же время зазвонил телефон. Он посмотрел вниз: на экране отобразилось «Мо». Этот человек, словно мстительный дух, бесстыдно преследовал его.
Любить до такой степени и надеяться, что тебя будут ценить? Он сбросил звонок и пошел к другому входу.
Глубокой ночью в комнате слышалось тяжелое дыхание.
Без включенного света можно было лишь смутно разглядеть высокую фигуру в лунном свете. Горячий пот стекал по шее, пропитывая одежду. Человек, почитаемый как божество, удовлетворял свои самые низменные желания. То, что не должны увидеть посторонние, и никогда не будет увидено, предстало перед одним единственным человеком.
— Ты рассеянный, кто тебя расстроил? — Юй Цзин взял салфетку, схватил чужие руки и осторожно вытер.
Юнь Ци сидел на диване и думал, что даже в такой темноте его обнаружили. Наблюдательность Юй Цзина действительно не по зубам обычным людям.
— Нет, — он звучал неубедительно.
— Я прошу тебя выполнить обещание. Ты расстроен? — Юй Цзин посмотрел на него, опустил голову и тщательно вытер руки.
— Дело не в этом… — Как только Юнь Ци открыл рот, понял, что его заманили в ловушку. Его напористость и резкость перед другими разлетелась вдребезги перед Юй Цзином. Неудивительно, что Цзы У говорил о притворстве, он и сам не знал, как это происходит, просто у него не получалось наседать на мужчину.
Вероятно, потому, что Юй Цзин знал его в прошлом.
— Цзы У или Ли Ян? — Юй Цзин быстро уловил суть, точно определив двух людей, которые чаще всего вступали в конфликты.
— Цзы У, — послушно ответил он, зная, что скрывать бессмысленно, слово не воробей, вылетит — не поймаешь.
— Что он сказал? — Юй Цзин терпеливо расспрашивал.
— Ничего, просто обменялись мнениями о любви. Он спросил, почему мы не надоедаем друг другу.
— Так почему же? — Юй Цзин присел и взял его за руку.
— Потому что мы любим друг друга, мы оба серьезно настроены. Сколько бы лет не прошло, я все равно буду любить тебя. Возможно, позже чувства поутихнут, превратятся скорее в привычку, но я не буду ненавидеть тебя. Я очень люблю тебя, и мне никогда не надоест смотреть на тебя, даже жизнь спустя, — Юнь Ци, не задумываясь, ответил.
— О, я тебе очень нравлюсь, но делая это, ты думал о другом? — Юй Цзин потер кончики пальцев.
Уши Юнь Ци покраснели. Он сжал в руке салфетку. Неоднозначный запах в воздухе заставлял мысли людей возвращаться к моменту страсти.
— Тогда… я добился прогресса? — Съежившись, с пылающими щеками, он спросил.
— Добился, — Юй Цзин небрежно кивнул.
— Совсем не похоже на правду… — Ладони Юнь Ци горели, ему было до ужаса стыдно.
— Что я должен сказать? «Малыш, ты восхитителен?» — Юй Цзин выгнул брови.
— Лучше не говори… — Почему слова, которые он сам когда-то декламировал, звучали так смущающе? Юнь Ци даже не знал, как произносил их тогда и даже настаивал на произнесении во время их поцелуев. Сейчас он голову не мог поднять.
— Мне нужно вымыть руки… — Юнь Ци неловко встал.
Пара рук легла ему на плечи и прижалась к спине.
— Ты запугиваешь людей! — Юнь Ци отследил движение рук и в панике подпрыгнул.
— Иди и подай жалобу, посмотрим, кто осмелится заступиться за тебя, — Юй Цзин отпустил, достал салфетку и пихнул в его руки. — Если снова отвлечешься, я не против включить для тебя свет.