Поздняя осень — Глава 100: Я и в старости буду тебя носить
— Ладно, это последнее на сегодня, отснимем — и по домам! — Сяо Ли похлопал, и все собрались в гостиной. Тональный крем на лице тети Ван слегка поплыл от пота, Сяо Инь взял пуховку, чтобы поправить макияж.
Ши Цюси держал пустую бутылку из-под минералки, а Чи Ван вытирал ему пот салфетками.
— Я сам, — Ши Цюси проморгался. Если бы не густые ресницы, капли пота давно попали бы в глаза.
— Сегодня так жарко. Мне кажется, от меня воняет, — Сяо Ли приподнял низ футболки и вытер ею пот.
— Ты действительно не следишь за собой, только попробуй сесть со мной в одну машину, — Сяо Инь скривила губы и посмотрела на длинноволосого мужчину. — И правда, красивые люди ни в какое сравнение не идут с обычными людьми. Господин Кэ все еще выглядит свежо.
— Вероятно, существует целая видовая разница между красивым и вонючим мужчиной, — как его фанат, Сяо Ли предпочел бы называть себя животным, чем оскорблять своего бога.
— Сознательный, а ты не безнадежен, — Сяо Инь кивнула, очень довольная его послушанием.
Объект обсуждения от начала до конца только и смотрел в камеру. Ши Цюси посмотрел на шею мужчины — нисколько не вспотел.
— Носит маску, лицо не показывает, а еще называют красавцем. Настоящий красавчик рядом со мной, — Ши Цюси закатил глаза и мельком взглянул на область паха мужчины. — Не потеет — значит, почки больные.
Чи Ван вздохнул и прикрыл ему рот рукой.
— Что ты делаешь, я говорю правду, — Ши Цюси похлопал по вытянутой руке. — У тебя потные руки, еще суешь их мне в рот.
— …Это значит, что у меня нет почечной недостаточности, — они переглянулись. Скрывать веселье в глазах становилось все труднее, поэтому они опустили головы и засмеялись.
Длинноволосый мужчина взглянул на них, но ничего не сказал.
— Господин Кэ, сколько еще будет длиться съемка? — Тетя Ван сделала два вдоха. Не знаю, то ли из-за жары, то ли из-за бледности тонального крема, ее лицо выглядело не очень хорошо.
— Немного, есть позы, которые вы хотите принять? Если нет, повторяйте то, что я скажу, — длинноволосый мужчина опустил голову, настраивая фотоаппарат.
Тетя Ван и дядя Ли посмотрели друг на друга с сомнением.
— Я бы хотел сфотографироваться, держа жену на руках, — дядя Ли почесал затылок. — Так можно?
— Можно, — длинноволосый мужчина кивнул.
— А ты поднимешь? У тебя несколько дней назад ревматизм появился, — Ши Цюси забеспокоился.
— Подниму, — дядя Ли протянул руку, но тетя Ван побоялась подойти.
— Может, другую позу? Мы не можем позволить себе размахивать старыми ногами и руками.
— Ты не упадешь, давай, Цуйлань, — дядя Ли говорил очень тихо. Женщина ненадолго замерла, затем вдруг повернулась и рассмеялась.
— Я сведу с тобой счеты, если упаду, — она положила руку на его плечо.
— Слишком много придется сводить. Если останешься со мной еще несколько лет, может быть, удастся расплатиться.
Дядя Ли крепко обнял тетю Ван, и они вдвоем с улыбками посмотрели в камеру, невинно и непорочно.
— Выглядите отлично, продолжайте улыбаться! — Воскликнул Сяо Ли, вынуждая длинноволосого мужчину посмотреть на него, однако тот так ничего не сказал, продолжая снимать.
Дядя Ли воспользовался возможностью сменить позу и прошептал женщине на ухо:
— Не бойся, я и в старости смогу тебя носить.
— Не боюсь, и ты не бойся, — тетя Ван усмехнулась.
— Хорошо, послушаюсь, — дядя Ли прикрыл глаза.
— А дядя Ли силач, и ревматизм не помеха жену на руках носить, — Ши Цюси вздохнул. — Но тетя Ван что, худела ради фотосессии? Аж подбородок заострился.
Чи Ван опустил руки вдоль тела, и при словах Ши Цюси те нервно задрожали.
— Дальше будет еще худее, — Чи Ван перешел на шепот.
— Не обязательно, тетя Ван всю жизнь пытается похудеть, но так по-настоящему и не преуспела, — Ши Цюси не был согласен. Чтобы похудеть, нужно как следует отъесться — эту мудрость передала ему тетя Ван.
Чи Ван промолчал. Ши Цюси посмотрел на пожилую пару и втайне принял решение. Когда у них будет золотая свадьба, он обязательно преподнесет им большой подарок. Что-то больше, чем свадебные фотографии.
Только когда солнце село, со всем было покончено. Изначально они планировали сходить поесть тушеное мясо, но из-за жары аппетит пропал, и было принято решение разъехаться по домам и поужинать самостоятельно.
— Хочется выпить каши. Давайте сразу пойдем к вам, у нас дома нет ингредиентов, — Ши Цюси припарковался и с некоторым отвращением посмотрел на рукава футболки.
Если бы не предстоящая готовка, он бы с радостью принял ванну. Он слишком пропотел и чувствовал кислый запашок.
— Все в порядке, просто немного пахнет, это нормально, — Чи Ван наклонился ближе и принюхался. Ши Цюси тоже втянул носом воздух.
— Ну, от тебя тоже пахнет, но не противно. Потеть — это нормально, — глаза Ши Цюси хитро заблестели. — По крайней мере, у нас нет почечной недостаточности, как у того дерьмового фотографа.
— Что за чушь ты несешь, человек так усердно работал, а ты все на него наговариваешь! Чем он тебе не угодил? — Тетя Ван хлопнула Ши Цюси по спине, затем сморщилась и вытерла руку о плечо дяди Ли. — Вонючий и потный.
— А как иначе, на это и «вонючий мужчина», — Ши Цюси был не смущен, а горд. — Буду ругать, сколько захочу, все-таки наши деньги в карман положил.
— Хм, твой кошелек пуст, как собачья миска. Места полно, да класть нечего, — тетя Ван достала ключ, чтобы открыть замок на двери.
— Ах, мое больное сердце, у меня больше нет сил готовить! — Ши Цюси схватился за сердце и, дрожа, прислонился к Чи Ваню.
— Я могу это сделать, — Чи Ван поддержал его.
— Тогда забудь, не хочу есть поросячий корм, — Ши Цюси тут же выпрямился. Чи Ван кое-как может приготовить западную кухню, а вот китайскую…
— Делайте что хотите, мне достаточно небольшой тарелки, — тетя Ван отмахнулась.
— Ты на диете? — Ши Цюси усмехнулся. — Если не наешься, откуда возьмутся силы на похудение? Не поешь — будешь курицу ночью готовить.
— Без глупостей, еще слово — и будешь есть куриный окорочок целиком, — тетя Ван пинком отправила его на кухню, чтобы больше не видеть.
— Я разожгу печь, — дядя Ли потер руки.
— Не нужно, иди отдыхай, мы с Чи Ванем справимся, — Ши Цюси тут же остановил его.
— Разве Сяо Чи умеет разводить огонь? — Дядя Ли покачал головой.
— Брат Ши меня научит, так что иди отдыхай, — Чи Ван уже уселся перед топкой.
— Хорошо, тогда я расставлю столы и стулья. Поедим в спальне, там кондиционер работает.
Ши Цюси подошел к Чи Ваню и взял горсть сухих сосновых иголок из корзинки.
— Сначала поджигаешь растопку, а потом подбрасываешь дрова.
Чи Ван насыпал сосновых иголок в отверстие для топки и бросил туда зажженную спичку. Все тут же загорелось. Ши Цюси взял щипцы и подбросил дрова.
— Раскладывай как шашлык, тогда жар будет равномерным, и еда не подгорит, — он протянул Чи Ваню щипцы. — Попробуй сам, добавь немного дерева.
Чи Ван неуверенно потянулся к огню, и Ши Цюси недовольно нахмурился.
— Хокинг в инвалидной коляске и то быстрее двигается.
— Навык приходит с практикой. Если я попробую еще несколько раз, меня точно не будет трясти, — Чи Ван проморгался, капелька пота, застрявшая на ресницах, вот-вот должна была упасть.
— Не капризничай, твои руки сейчас не чище одежды, — Ши Цюси приподнял край своей футболки и вытер лицо Чи Ваня.
— Когда это я капризничал? Вечно тебе что-то не нравится, — Чи Ван закрыл глаза, оставаясь неподвижным.
— А кто виноват, что ты такой неуклюжий? Не только я, если бы мои бабушка и дедушка были живы, они бы тоже постоянно ворчали на тебя, — Ши Цюси вдруг счастливо рассмеялся и наклонился к его уху. — Ты ведь моя жена, верно? Если бы я взял такую неуклюжую жену, они бы ворчали еще больше.
— Я закончил. Пойду в деревню искать тебе более способную жену.
— Сказал пару слов — и сразу забастовка? Как мелочно, — Ши Цюси фыркнул.
— Я всегда был мелочным и неуклюжим. Хочешь замену? — Чи Ван уставился на него.
— …Когда я такое говорил? — Ши Цюси знал, что лучше отступить. У него было предчувствие, что если в шутку он скажет о «замене», то спокойной ночи ему не ждать.
— Тогда поцелуй меня, только так можно загладить вину, — Чи Ван склонил голову набок и закрыл глаза. Ши Цюси чмокнул его, а затем в гневе прикусил.
— Значит, во время готовки добавляй меньше соли.
— Убирайся, лучше следи за огнем, иначе я тебя поколочу.
— Один удар — сто поцелуев, выгодная сделка?
— Да это самый нерентабельный бизнес в мире!
Тетя Ван неподвижно стояла в дверях с двумя гусиными яйцами в руках.
— Почему не заходишь? Разве ты не говорила, что хочешь поджарить яйца к каше? — Дядя Ли забрал яйца и вошел. Тетя Ван молча оперлась о стену и медленно пошла обратно.
— Ешьте, ешьте, нужно еще вернуться и душ принять, — Ши Цюси достал салфетку, чтобы вытереть пот.
Чи Ван сидел рядом и аккуратно подложил в его тарелку яйцо. Тусклые глаза тети Ван вдруг оживились.
— Тебе пора жениться, я найду кого-нибудь и познакомлю тебя, — тетя Ван уставилась на Ши Цюси.
— Что? — Удивленный, он несколько секунд смотрел на нее, затем неестественно быстро опустил голову и предложил ей еще каши. — Почему ты вдруг заговорила об этом?
Ши Цюси взял баночку из-под сахара и поставил ее рядом с Чи Ванем.
— Тебе уже за тридцать, разве не нормально жениться и завести детей? Что тут внезапного?
Чи Ван протянул руку к сахарнице, но тетя Ван выхватила ее. Он растерялся, поднял глаза, ясно разглядел возмущение и разочарование напротив и вдруг остолбенел. Она знает.
— Ешь давай, поговорим после еды, — дядя Ли взял сахарницу и вложил в руку Чи Ваня, но тот не стал ее открывать.
— Какие тебе нравятся: высокие или низкие, худые или толстые, с темными или светлыми волосами? — Тетя Ван достала телефон и сунула в руки Ши Цюси. — Если запишешь, я обязательно подберу нужную кандидатуру.
— …Предок, хватит меня мучить. Я с голоду умираю, а ты тут мне про «нравится, не нравится» говоришь. Если скажу, что мне нравятся люди повыше, худее, белее и красивее меня, ты найдешь? — Воскликнул Ши Цюси, не воспринимая ее слова всерьез.
— Кто подходит под такие требования? Не найдешь, будешь перебиваться Сяо Чи, — дядя Ли громко рассмеялся.
— Хорошо, если Чи Ван не против, — Ши Цюси положил руку Чи Ваню на плечо и принялся играться с волосами на висках.
— Даже не думай об этом! — Тетя Ван вдруг вскочила и ткнула в него пальцем. — Даже не думай об этом, ты… как я могу…