Первая любовь всего сервера — Глава 73.
Берлин накрыл внезапный ливень.
Тяжелые капли сломали молодые ветви деревьев и омыли каждую улицу города, и влажный холодный воздух бодрил. В центре и по краям ярко-голубого водоема отражались разноцветные здания. Юнь Ци и Юй Цзин находились в одном из таких. Окна были распахнуты, впуская внутрь прохладу.
У Юй Цзина поднялась высокая температура. В четыре утра юноша проснулся от обжигающего жара, исходящего от тела возлюбленного, но в комнате не оказалось жаропонижающего. Они покинули ужин и оказались в незнакомом месте, пока Юнь Ци растерянно метался, не зная, что делать, Юй Цзин не придавал своему состоянию значения и просто обнимал его горячими, словно раскаленное железо, руками и твердил, что все в порядке.
Как может быть все в порядке? Температура пугающе высокая.
Юнь Ци не сомкнул глаз всю ночь, из последних сил, на грани истощения, охранял Юй Цзина. Он поспал полчаса после семи утра, а когда вновь проснулся, едва мог стоять из-за ватных ног.
Только остановившись у окна, Юнь Ци наконец разглядел, где они. Вчера вечером ему казалось, что они очутились на острове и всю ночь дрейфовали в море, но теперь понял, за панорамными окнами расстилалось вовсе не море, а голубоватое озеро. Вероятно, они в доме у самого берега, неподалеку виднелись улицы и прохожие, однако вокруг оставалось тихо.
От возбуждения его рассудок пошатнулся, и даже зрение замылилось. Когда ударила молния, он вскрикнул и повернулся «к морю», думая, что вокруг никого.
Лицо Юнь Ци вспыхнуло. Он вспоминал безумную прошлую ночь, и тело бросало в жар. Оглянулся и увидел мужчину, смотрящего на него с кровати, впервые у него появилось ощущение чуждости. Капитан Юй… отличается от его представления.
В его памяти Юй Цзин серьезный, благоразумный и честный человек, но прошлой ночью осознал другую сторону этого человека, совсем не похожего на себя. Ему всегда казалось, что он более пошлый, чем Юй Цзин…
Юнь Ци вернулся к постели на цыпочках, каждый шаг давался крайне тяжело. Он протянул руку, коснулся лба, с покрасневшим лицом, осознавая, что на него смотрят, и сделался осторожнее, стеснительнее. Было неловко смотреть тому в глаза.
Коснувшись пылающего лба, Юнь Ци отвел взгляд и хрипло произнес:
— А ты как? Плохо? — Юй Цзин держал его правое запястье и все, что мог видеть, это красное, как помидор, лицо.
— О чем ты? — Юнь Ци притворился, что не понимает, и облокотился на край кровати, с озадаченным видом.
— Ты же понимаешь, о чем я, не так ли? — Юй Цзин держал тонкое запястье, сохраняя спокойствие.
— Со мной все в порядке, только… ноги немного болят, — заколебавшись, он опустил голову.
В его голове всплыла картина, увиденная им в ванной, из-за чего у него не хватало смелости поднять голову.
— Я видел, как ты шатаешься. Если не можешь двигаться, не пытайся, — мужчина потерся о него пылающей щекой.
— Тебе нужно подышать свежим воздухом, — Юнь Ци поджал губы. — Мне тоже.
В комнате было полно следов их грехов, и на то, чтобы привести все в порядок, потребуется немало сил. Если бы мог твердо стоять на ногах, он бы давно все убрал, сейчас открыть окно — предел его возможностей.
— Вставай, — Юй Цзин сел, опустил ноги на пол и увидев, что тот босиком стоит на полу, широко расставил ноги, обхватил его поясницу и притянул к себе. Юнь Ци чувствовал, как руки скользят по спине.
Ноги подкосились, голос был тихим, выдавая его слабость.
— Я осмотрю тебя, здесь должна быть аптечка, — Юй Цзин подхватил его, усадил к себе на колени и оглядел опущенное изящное лицо.
— Не нужно… — Юнь Ци был не в себе. Он вцепился в плечи мужчины, голос дрожал. — Я в порядке.
Юй Цзин проигнорировал его слова и проявил небывалое упрямство, и Юнь Ци ничего не мог сделать, поэтому позволил осмотреть себя средь бела дня.
Юй Цзину не нужно слушать заверения, что все в порядке. Как главный виновник, он точно знал, как усердно игрался. Более трех лет сдерживания чувств испытал не только Юнь Ци.
Время завтрака упущено. Юй Цзин достал из аптечки мазь от отеков и помог нанести ее. Другой лежал на кровати, и прохлада немного уняла жгучую боль. Измотанный бессонной ночью, он вскоре снова провалился в сон.
Юй Цзин принялся наводить порядок в комнате. Он двигался осторожно, стараясь не издавать ни звука, убрал мягкий стул, подобрал с пола носки, вытащил чистящие средства и вытер зеркала, пол и окна. Это заняло чуть ли не весь день.
В три часа Юй Цзин принял душ и переоделся в чистое. Он не стал пользоваться феном, чтобы не тревожить сон любимого, установил у кондиционера комфортную температуру, подхватил телефон и вышел на балкон.
Балкон выходил на озеро с лазурной водой. Юй Цзин, одетый в спортивные штаны, сел на стул. Ему нестерпимо хотелось курить, но те отобрали. В арендованной квартире были только те медикаменты, который, по его мнению, могли понадобиться, никаких сигарет. Оставалось лишь терпеть, подавляя желание курить.
Одной рукой он прикладывал полотенце, поскольку жаропонижающих не было и приходилось сбивать температуру физически, а второй рукой возился с телефоном. Как и ожидалось, мессенджеры разрывались от сообщений, было много пропущенных вызовов.
Многие спрашивали, куда они подевались. Вчера, уходя с мероприятия, он ничего не сказал. Это единственный случай за все годы, когда он заставил окружающих волноваться.
Остальные прислали кучу сообщений.
У Юй Цзина не было сил отвечать на каждое по отдельности — из-за температуры чувствовал себя скверно. Он набрал номер Жун Жуна, послышались гудки.
— Брат, где ты? — Первым же делом на том конце послышался вопрос.
В голосе слышалась тревога, нетрудно представить, в каком настроении они все пребывали. Вчерашний уход не входил планы, решение сбежать было спонтанным. Изначально он планировал закончить все дела за деть до отлета, но обстоятельства изменились. Ситуация вышла из-под контроля.
— Я не в отеле, — ответил Юй Цзин, не вдаваясь в подробности.
— До смерти напугали! Мы не могли до вас дозвониться, даже не представляешь, как мы переживали. Когда вы вчера ушли? Я даже не заметил — обернулся, а вас и след простыл. Думал, вы вернулись в отель.
— Мы ушли рано. Задержимся здесь на пару дней. Нужно решить мелочи, касающиеся соревнований, займись этим с Цзы У. Если что-то непонятно, звони Лао Сюань или мне, отвечу, как увижу сообщение.
— Я знаю все нюансы, — Жун Жун проявил тактичность и не стал расспрашивать, чем именно они заняты. Возможно, догадался. — Когда вы вернетесь? Мне нужно знать, на какое число брать билеты.
— Вряд ли мы задержимся надолго, максимум день-два, — Юнь Ци нужно время на восстановление, если прикинуть, должно хватить двух-трех дней. Сейчас ему даже с кровати встать не выйдет, так что о возвращении прямо сейчас не может быть и речи.
— Хорошо, тогда закажу билеты примерно на третье число.
Жун Жун подтвердил, и звонок оборвался.
Юй Цзин отложил телефон в сторону. Он проигнорировал множество сообщений, решив вместо этого заняться собой, перевернул полотенце, успевшее нагреться от тепла лба.
Юнь Ци проспал полдня и проснулся от запаха еды.
Юй Цзин сидел на диване и аккуратно распаковывал контейнер с ланчом. Парень не стал ему мешать, а просто лежал на подушке, разглядывая прибранную комнату. Он знал, что Юй Цзин приберется.
— Проголодался? — Заметив, что человек на кровати проснулся, Юй Цзин спросил, не отрываясь от дела.
— Давай сюда, я тебя покормлю, — Юй Цзин подошел с контейнером и сел на край кровати.
— Нет, я сам спущусь, — Юнь Ци покачал головой.
— Отдыхай, — мужчина пододвинул подушку поближе, чтобы тот мог устроить у края, и погладил по голове, словно котенка или щенка. — Мы пробудем здесь пару дней, а третьего числа улетим. Приведи себя в порядок, что никто не заподозрил ничего странного.
— Мы останемся здесь? — Юнь Ци огляделся. — Разве у нас не осталось много дел?
— Я поручил их Жун Жуну, он надежный человек. Пока лучше нам не показываться.
Поймет? Что это значит? Победа в чемпионате — событие важное, и сейчас на них неминуемо обрушится шквал предложений о сотрудничестве, как можно отказаться? У них нет явных причин, с чего бы вдруг Лао Сюаню понять их?
Юй Цзин важная персона и имеют связи с руководством, поэтому может позволить себе вести себя как вздумается. Но что насчет него? Неужели он может вот так… просто взять и отказаться?
Раз уж Юй Цзин позволил, Юнь Ци, хоть и не понимал, почувствовал облегчение. Он принял из чужих рук ложку с уже остывшей едой, идеальной температуры, прожевал ее, затем поднял взгляд и обеспокоенно спросил:
— Нет, но сейчас лучше, чем утром. Я принял доставленное лекарство, — Юй Цзин отмахнулся.
— Вчера… не стоило нам так поступать, — Юнь Ци прикоснулся ко лбу кончиками пальцев, ощущая на коже тепло.
— Тогда купи машину времени, вернись во вчерашний день и скажи мне это лично, — он зачерпнул ложкой рисовую кашу и поднес к его губам, добавив. — Посмотрим, послушал бы я тебя или нет.
Юнь Ци молча посмотрел на него, больше ничего не говоря.
Они проживали в съемной квартире два дня. К следующему утру жар окончательно спал.
Опухание Юнь Ци тоже ушло, и оба могли свободно передвигаться. Они не участвовали ни в каких мероприятиях, связанных с турниром, и провели эти дни, прогуливаясь вокруг озера, на берегу которого стояло здание. После турниры они исчезли из поля зрения публики и почти не прикасались к телефонам. Они наслаждались миром, где есть только двое.
Они ходили за продуктами, готовили еду, гуляли по улицам. В Берлине их мало кто узнавал, и выбранные места находились вдали от городской суеты. Хотя поблизости жили люди, озеро создавало естественную преграду для шума, и возникало ощущение, будто они в совершенно безлюдном, укромном уголке. Легко и спокойно — чувство абсолютной свободы, когда не нужно притворяться или скрываться под маской.
Как бы дорого ни ценилось это время, два дня пролетели незаметно. Настал день отлета, все же придется покинуть город, который им не принадлежит. Третьего числа, рано утром, Юнь Ци и Юй Цзин вернулись в отель, собрали вещи и приготовились к выезду в аэропорт.
Провожающих было много. В номере Жун Жуна и Чжан Цзи собралось множество знакомых лиц — игроки, с которыми удалось подружиться на банкете. Многие проявляли интерес к Юй Цзину, но не решались подойти, поскольку тот держался вежливо, но отстраненно: не грубо, да и улыбки не получить. К тому же высокий рост и холодные, резкие черты лица создавали вокруг него ауру неприступности, из-за которой многие стеснялись.
Те, кто хотел завязать с ним разговор, так и не набрались смелости, пока Юй Цзин не сел в такси до аэропорта.
У Ли Яна набралась гора вещей. Приехал он с маленьким рюкзачком, который теперь забит под завязку. Подхватив его сумку, Юй Цзин почувствовал неладное, нахмурился и устроил допрос:
Сердце Ли Яна екнуло. Юнь Ци, следовавший за своим парнем, оглянулся на него и увидел льстивую улыбку на губах.
— Хаха, брат, там мелочевка всякая.
Юй Цзин молчал, но смотрел по-прежнему свирепо, отчего Ли Ян тушевался еще больше.
— Там подарки. Только самодельная клавиатура дорогая, остальное — безделушки, почти ничего не стоящие, — Ли Ян почесал затылок и удрученно объяснил.
— Смотри у меня, спрячь получше. Если Лао Сюань увидит, можешь не мечтать о премии в этом месяце, — Юй Цзин прекрасно понимал, что к чему. Бросив рюкзак обратно, он затушил сигарету и предупредил.
— Хорошо-хорошо, обещаю, он не узнает. Скажу, что сам купил. Клавиатура правда классная, так давно ее хотел… Обещаю, больше ничего брать не буду, — Ли Ян кивал, чуть ли не сворачивая шею.
Принимать подарки от поклонников запрещено — это правило действует в любой команде, и KRO не исключение. Зато границы между самими игроками размыты: кто-то дарит вещи, чтобы сблизиться, кто-то под предлогом дружбы, и руководство не всегда могло повлиять. Но Лао Сюань не ломал голову над тем, где провести черты, и наотрез запретил членам команды принимать любые подарки, будь то от фанатов или коллег. Он твердо говорил: если чего-то не хватает, обращайтесь к нему, база все предоставит. Доходило даже до того, что их иногда допрашивали насчет вещей, привезенных из дома.
Ничего страшного, если не заметили, но если попались на глаза — берегись. Лао Сюань добросовестно исполняет свои обязанности. А вот Юй Цзин не столько строг в этом отношении и предпочитает закрывать на это глаза. Если кто-то из ребят принимал подарки ручной работы, не возражал.
Он не сторонник жесткого контроля и не желал влезать в личную жизнь подопечных, пока те знали меру и могли отчитаться.
Ли Ян оставил клавиатуру себе, берег ее как зеницу ока и, сев в такси, то и дело поглядывал на нее. В салоне ехали только трое: Юй Цзин, Юнь Ци и Ли Ян. Самый младший сидел на переднем пассажирском, а остальные — сзади.
— Эй, какие планы после возвращения? — Спросил Ли Ян, обернувшись. — Может, попросим у Лао Сюань пару выходных и куда-нибудь выберемся вместе?
— О чем ты думаешь? Ты хоть представляешь, сколько у нас рекламных контрактов, которые нужно отработать?
— Какие у меня контракты? Я не играл в финале, — Ли Ян опустил зеркало, поправил прическу и осмотрел свое отражение. — А вот у Ло все будет забито. Титул лучшего игрока на линии в мире — гарантия неспокойного будущего.
— Не думаю… Между мной и капитаном Юй все еще большая разница, — Юнь Ци до этого не задумывался о будущем, но после его слов невольно пробормотал.
— Есть разница? Титул тот же. Брат — легенда, его достижения нам, последующему поколению, не превзойти. Он покорил вершину, когда Китай больше всего нуждался в гениях. И ты такой же — гений среди гениев, которых сейчас пруд пруди. После этой победы в Европе твоя рыночная стоимость взлетит в десятки раз, тут к гадалке не ходи.
— А твоя взлетела? — Спросил Юй Цзин.
— Нет, — Ли Ян отвернулся. — Разве я говорю не правду? Даже Лир проиграл ему, представь, сколько теперь он стоит? Лао Сюань точно не упустит шанс, по возвращении наверняка набьет график до отказа. Вот увидишь.
Самый коммерчески ценный игрок KRO — Юй Цзин, и Лао Сюань не давал ему продыху, буквально выжимал соки, чтобы содержать всю команду. Когда Юнь Ци добился успеха и громко заявил о себе, у Лао Сюаня появится еще одна дойная корова. Нет ничего странного в его стремлении.
— Думаешь, Цзы У неизвестный? Почему же он не берет столько рекламных контрактов?
— Все зависит от личного желания. Если не хочет, может отказаться, — Юй Цзин посмотрел на Юнь Ци. — В таких вопросах у меня есть право голоса.
Ли Ян хлопал глазами. Водитель, конечно, не чувствовал накалившейся атмосферы, зато Ли Ян заподозрил, что в этих словах скрывается… глубокий подтекст.
Он переводил взгляд с одного на другого, пока Юнь Ци не подал голос:
— Ничего страшного, мне все подойдет.
Самолет вылетел по расписанию, и команда отправилась в обратный путь. Во время десятичасового перелета нужно было скоротать время.
Чжан Цзы смотрел скачанные фильмы, Юй Сай читал роман о совершенствующихся, Жун Жун переписывался с иностранными игроками, а Цзы У пытался выспаться — видимо, не спал ночью, чтобы на борту провалиться в забытье. Каждый искал себе занятие, чтобы отвлечься от долгой дороги.
Только Юй Цзин и Юнь Ци ничего не делали. Они сидели с открытыми глазами, ничем не занятые, и предавались воспоминаниям о двух днях в арендованном доме.
Через некоторое время Юнь Ци взял телефон. Во время полета было невыносимо скучно, он открыл галерею и начал листать фотографии. Те два дня подарили ему множество воспоминаний, связанных с Юй Цзином, и в его личной «летописи» появилась еще одна светлая страница. Листая дальше, он наткнулся на снимки команды, сделанные за кулисами: вот он с Жун Жуном, вот с Юй Саем, одна групповая фотка с Чжан Цзи.
Командная форма в черно-синих тонах смотрелась стильно, но эти снимки все равно никак не могли сравниться с официальными кадрами. На них, стоя на сцене с кубком в руках, все сияли от счастья — пик карьеры, выглядели бодрыми и полными жизни. Впервые он держал свой трофей, причем самый ценный из возможных.
Юнь Ци увеличивал, увеличивал и увеличивал изображение. Под фотографией кто-то подметил, обратить внимание на глаза Бога Е, и все как с цепи сорвались. Остальные смотрели на кубок, и только Юй Цзин смотрел на Юнь Ци. Молча, сосредоточенно, глубоко, с нескрываемым желанием… он разглядывал юношу, улыбающегося объективу.
[Капитан Е, ну нельзя же так явно проявлять любовь]
[Не поверю, что у них нет тайных отношений. Бог Е выглядит так, будто влюблен в Ци Ло восемь миллионов лет, взгляд просто убивает]
[Скорее всего, это случайный момент, когда Бог Е посмотрел на него, ясно? Они товарищи по команде, фанатам не стоит додумывать лишнего]
[Но он и правда выглядит безумно влюбленным…]
[Хихи, наш малыш Ло невероятно притягателен, не зря его прозвали «Богом невинности и соблазна», даже капитан не устоял]
[Такое ощущение, что Бог Е готов проглотить Ци Ло целиком. Прекрасный кадр]
[Мне так нравятся их взаимодействия на сцене, понимают друг друга без слов. Обожаю их]
[Не придуривайтесь, фанатики SK, не мешайтесь. KRO не занимают продажей СР, уважают людей, их выбор и киберспорт]
Юнь Ци бегло просмотрел темы и повернулся к Юй Цзину. Заметив, что тот пристально сморит на него, пойманный с поличным, он поспешно спрятал телефон и с виноватым видом спросил:
Юй Цзин заметил суетливость, но не стал спрашивать, пристально уставился на точку между бровей и вдруг выдал:
Красивый… Юнь Ци вспомнил ту бурную ночь. Когда он прижимался к нему, тот говорил нечто подобное. Юй Цзин никогда раньше не разбрасывался такими словами, но за последние два дня что-то в нем изменилось — он словно пошел во вкус, осыпая его комплиментами.
— Мы ведь не первый день знакомы, — Юнь Ци погладил тыльной стороной ладони свои щеки и, опустив глаза, смущенно пробормотал.
— Действительно, не первый. Но я бы хотел вернуться в день, когда мы познакомились.
Юнь Ци посмотрел на него, сбитый с толку. Затем до него донеслись «сожаления»:
— Тогда бы я не потратил столько дней и ночей… на игры.
Юнь Ци вспыхнул до корней волос. Обожженный взглядом, он утратил остатки невозмутимости, сжал губы в линию, откинулся на спинку кресла и с явным недовольством выпалил:
— М? — Юй Цзин приподнял брови.
В тихом салоне самолета они говорили вполголоса, так, чтобы слышать только друг друга. Юнь Ци прикрыл телефоном рот и нос, глядя на колени, добавил:
— …Мне не понравилась та поза.
Ему до сих пор не удавалось стереть из памяти ту ночь, от воспоминаний о которой накатывало безумие. Зеркало отражало всю их неприглядность и срывало с Юй Цзина маску благопристойности, позволяя им стать добычей и приманкой друг для друга в тьме, полной желаний.
— Тогда что понравилось? — Выпалил вопрос Юй Цзин. Юнь Ци не знал, обсуждают ли такое возлюбленные, лишь знал, что ему ответить не под силу.
Страдающий от голода кожи и он, в обычной жизни, — два разных человека, две разные души. Сейчас перед Юй Цзином сидел сдержанный Юнь Ци, который не мог заставить себя заговорить, и выражение его лица говорило само за себя.
— Забудь, — Юй Цзин перехватил запястье, поднял руку, крепко сжал и, откинувшись на спинку, закрыл глаза. — В следующий раз покажешь на деле.
Самолет прочертил в небе белую полосу. Ежегодный чемпионат Европы по киберспорту подошел к концу. Эта поездка подарила богатый урожай: титул чемпиона мира следовал за ним из Берлина в самые разные уголки планеты, не давая приземлиться с небес на землю. Он знал — сегодня начинается его новая жизнь. Он тот же прославленный Ци Ло, но теперь не «ваза».
Таким он должен был стать три года назад: завоевать мировой титул и стать частью Юй Цзина. Он не испытывал благодарности за все те невзгоды, что выпали на его долю за те несколько лет, но обрел душевный покой, спокойно принял тернистый путь, через который прошлось пройти им двоим.
Некоторым приходится хуже, поэтому не стоит жалеть себя или соревноваться с другими в страданиях. У каждого, как и у самолета, своя траектория полета. У всего есть финал, и пути у всех разные — не стоит слишком спешить к конечной станции, ведь даже самый роскошный лайнер иногда опаздывает. Главное, они все равно приземлятся в одном месте, и неважно, кто пришел первым, а кто — вторым. Потому что пейзаж в конечной точке одинаков.
— Капитан Юй, — голос тихий, почти неразличимый, будто после пробуждения ото сна.
— Да, — Юй Цзин оставался спокойным и уверенным.
Юнь Ци повернул голову, настрой стал куда более решительным. Встретившись с ним взглядом, он убрал телефон и резко сказал: