Ему нравлюсь только я — Глава 27: Не трогай крылья!
Цзи Мянь сидел рядом с обиженным Чу Шие.
Человек, к которому он не осмеливался прикоснуться, мог прикоснуться к нему небрежно, не заботясь.
Су Лан не заметил его замешательства и осторожности.
…Су Лан, похоже, действительно не в состоянии сейчас понять.
Чу Шие впал в еще большую депрессию.
Цзи Мянь не мог слышать внутренний голос Чу Шие, но мог обнаружить, что тот неподвижен, как дерево, он произнес с улыбкой: "Разве ты не избегаешь меня?"
Но на самом деле этого невозможно избежать.
Цзи Мянь подумал про себя: Конечно, иногда поддразнивание этого альфы может иметь весьма неожиданный эффект.
С улыбкой он коснулся головы Чу Шие.
Через некоторое время он встал для того, чтобы отвлечься и убраться дома.
Цзи Мянь слегка приподнял кончики пальцев, высвобождая свое духовное тело.
Богиня Света грациозно взмахнула крыльями и облетела вокруг дома, с любопытством наблюдая за этой новой обстановкой.
Немного звездного света упало с ее хвостика, и Чу Шие, протирающий пыль, поднял голову: "Стряхни пыль."
Чу Шие на секунду замолчал: "Может ли духовное тело ругаться?"
"Да, и весьма жестоко, — вызвав духовное тело, с улыбкой сказал Цзи Мянь, — когда у тебя появится свое, возможно, они поссорятся."
Тон Су Ланя был таким естественным, он твердо верил, что тот сможет вызвать свое собственное духовное тело.
С самого начала Су Лан отличался от других.
Звездный свет упал на землю, замерцал на несколько секунд и исчез, а Чу Шие продолжал вытирать землю.
Богиня Света начала порхать у него за спиной.
Цзи Мянь: "Не думай об этом, не думай, возвращайся скорее."
В глазах Чу Шие эта маленькая сердитая бабочка, вероятно, с руганью подлетела к окну.
Ночью температура стала низкой и прохладной, Цзи Мянь слегка кашлянул, и Чу Шие, стоявший у верстака, тут же положил вещи, которые держал в руках, подошел, чтобы похлопать по спине.
Цзи Мянь: "Как мне принять ванну?"
Цзи Мянь: "Если ты решишь помочь мне, я не буду возражать."
Цзи Мянь услышал лязгающий звук, и примерно через полчаса Чу Шие вернулся со словами: "Хорошо."
Только что построенную ванну Чу Шие перенес в ванную комнату и медленно наполнил горячей водой.
Цзи Мянь сидел в ванне, теплая вода стекала по ключице, а голова, поднятая на Чу Шие, полностью намокла.
Чу Шие не щурился и очень внимательно рассматривал влажные волосы Цзи Мяня, на которые лил шампунь.
Цзи Мянь: "Когда я был маленьким, однажды упал, играя в дождливый день. Моя мама купала меня вот так."
Он до сих пор помнит то время, когда, боясь, что мать будет его ругать, спрятался в саду и отказывался выходить. Наконец, найдя его, мама коснулась его головы и с улыбкой увела.
"Скончалась. Два года назад, — голос Цзи Мяня не изменился, — это было два года назад."
"Однако, когда она уходила, то была очень спокойна."
Чу Шие помолчал секунду и серьезно сказал: "Твоя мама, должно быть, была очень хорошим человеком."
Цзи Мянь слегка улыбнулся: "Да."
Чу Шие погрузил пальцы в лоно Цзи Мяня, нежно успокаивая слабыми движениями.
Теплая вода пропитала волосы, все тело окуталось горячим водяным паром, как в трепетном сне.
Через несколько минут Чу Шие сказал: "Ты хочешь..."
Глаза Цзи Мяня слегка закрылись, он был спокоен и безмолвен.
Тело Су Лань очень слабое и нуждается в отдыхе.
Чу Шие посидел несколько секунд у ванны, потом встал, схватив уличное пальто.
Широкое пальто упало, он наклонился и осторожно вытащил Цзи Мяня из ванны.
Цзи Мянь покоился в его объятиях, завернувшись в пальто, на его длинных ресницах блестели хрустальные капли воды, несколько капель также стекали по одежде.
Чу Шие смотрел прямо перед собой, не опуская головы, и направился прямо к кровати.
Накрыв Цзи Мяня мягким одеялом, Чу Шие молча приподнял его чуть выше.
Затем он сел у кровати, опустил глаза и стал тихо наблюдать за человеком.
Мягкое одеяло под его телом, казалось, отличалось от одеяла в больнице.
Цзи Мянь поднял ресницы, его мысли все еще были немного затуманены.
Разве он не должен лежать в ванной?
Цзи Мянь встал и, коснувшись чьей-то руки, повернулся.
Хотя не было слышно ни звука, он знал, что Чу Шие сидит рядом с ним, не произнося ни слова.
Через несколько секунд Цзи Мянь произнес как ни в чем не бывало: "Спасибо."
Чу Шие: "В этом нет необходимости."
Цзи Мянь прикоснулся к своей одежде, это был комплект мягкой пижамы.
Вероятно, Чу Шие переодел его.
…забудь об этом, что бы там ни было.
Цзи Мянь молча натянул одеяло.
Поскольку Цзи Мянь хотел заниматься лечением дома, он отправил Сяо Чжану сообщение о том, что ему нездоровится, и попросил два выходных.
В результате Сяо Чжан привел к нему в тот день несколько студентов.
"Учитель, вы простудились? Это мое семейное лекарство от простуды."
"Учитель, пейте побольше горячей воды, я принесла вам кастрюлю с горячей водой..."
Когда настала очередь Нато, он осторожно вручил Цзи Мяню картонную карточку.
Это была поздравительная открытка, на которой было написано: Я надеюсь, что учителю скоро станет лучше. Хотя Цзи Мянь не мог видеть полностью, мог догадаться, что это, улыбнулся и сказал: "Спасибо."
Нато посмотрел на него так, словно заметил что-то неладное: "Учитель, ваши глаза..."
Цзи Мянь: "Мм, сейчас я не смогу это увидеть."
Студенты вдохнули прохладный воздух, и Цзи Мянь вновь произнес: "Однако это только временно."
Студент были потрясены: "Неужели простуда приводит к слепоте?"
"Да, — торжественно произнес Цзи Мянь, — поэтому вы должны усердно учиться и не болеть."
Ученики: "О-о-о, учитель прав."
И без того маленькая комната стала теснее из-за внезапного увеличения количества людей. Чу Шие стоял у двери, а Сяо Чжан, стоявший рядом с ним, взволнованно сказал: "С тех пор, как пришел учитель Су, ученики в этом классе сильно изменились, очень сильно."
Чу Шие не произнес ни слова. Когда он перевел взгляд на Цзи Мяня, заметил окружающих его учеников. Глаза подростков, смотрящих на Цзи Мяня, имели разный блеск.
Несмотря на то, что он не знал семью и прошлое Цзи Мяня, Чу Шие всегда чувствовал, что Цзи Мянь на своем месте. Он рожден быть окруженным людьми.
Вместо того, чтобы быть здесь, в такой простой хижине, с ним…
В этот момент Цзи Мянь перевел взгляд на него.
Казалось, глаза тут же начали гореть. Он слегка прикрыл глазки, а когда вновь открыл их, поймал взглядом, выражение лица, промелькнувшее у молодого человека.
Мир стал ясным, и умственные способности восстановились.
Только что этот альфа казался немного растерянным?
Ученики не хотели слишком беспокоить учителя, поэтому после краткого визита вернулись обратно. Чу Шие закрыл дверь дома и обернулся.
Цзи Мянь потянул к нему руку: "Иди сюда."
Блеск его глаз потускнел, Чу Шие слегка вздрогнул и быстро зашагал вперед: "Твои глаза..."
"Мм, они в порядке. Я же сказал это временно," — проговорил Цзи Мянь.
Чу Шие вздохнул с облегчением и сел рядом с ним.
Цзи Мянь воспользовался его неподготовленностью и высвободил свое ментальное тело.
Богиня Света со свистом появилась и растаяла между бровями Чу Шие.
Цзи Мянь улыбнулся: "Будь послушным, не двигайся."
Его сознание вновь проникло глубоко в духовный мир Чу Шие, бабочка порхала, освещая бездну ярким светом.
Очевидно, они только установили духовную связь, но чувствовалось на этот раз все иначе.
Каждый раз, когда его мысленно направляли в нужное русло, он чувствовал теплый поток, текущий по меридианам и собирающийся в его сердце, подобно плотине, в которой постоянно скапливается вода. Плотина долгое время была переполнена, и вода не могла вылиться за пределы.
И теперь, глубоко в его сознании, что-то... кажется, вырывалось наружу.
Его умственная сила, ранее безмолвная, откликнулась на его призыв и резонировала с ним.
Это чувство было очень недолгим, длилось всего несколько секунд, и исчезло прежде, чем он успел полностью к нему привыкнуть. Хотя оно и не было долгим, оно было настоящим.
Это истина, которую он не трогал два десятилетия.
Цзи Мянь убрал руку, и Чу Шие открыл глаза: "Кажется, я... что-то чувствую."
Богиня Света опустилась на плечи Цзи Мяня, его голос был нежен: "Конечно, это правда."
Сила духовного тела напрямую определяется умственной силой хозяина. Его ментальная сила постепенно восстанавливается, так что Богиня Света будет сильнее, чем при первом вызове несколько дней назад.
Он сказал, что поможет Чу Шие вызвать духовное тело, это не было ложью.
Жаль, что на этот раз он так и не встретил эти особенные золотые глаза в духовном мире Чу Шие.
Возможно, только когда Чу Шие по-настоящему призовет свое собственное духовное тело, он сможет вновь увидеть эти золотые глаза.
Чу Шие молчал, его темно-карие глаза напоминали волны на озере, раздуваемые ветром, тающим снегом.
Он спасатель... способный вернуть человека к жизни.
Чу Шие взял Цзи Мяня за руку и пристально посмотрел в эти прекрасные темные глаза.
Это его целитель, но также и его…
Казалось, в глазах Чу Шие была тысяча слов, Цзи Мянь подумал про себя: Посмотрите на этого счастливого ребенка.
Он сказал: "Я хочу тебя кое о чем спросить."
Взгляд Чу Шие оставался сосредоточенным: "Мм, ты можешь сказать."
"Фрукты, которые я ел в больнице в прошлый раз, — Цзи Мянь слегка приподнял уголок рта, — есть еще?"
Цзи Мянь моргнул: "Разве не прошло всего несколько дней?"
Чу Шие: "... Время года меняются очень быстро."
Глаза от улыбки сузились, лицо Чу Шие же ничего не выражало, он быстро взял яблоко: "Съешь это, я нарежу его для тебя."
Цзи Мянь: "Что ж, это тоже неплохо."
Когда голос затих, Чу Шие повернулся и убежал на кухню мыть фрукты.
Очевидно, это просто мытье фруктов, но фигура этого альфы была необъяснимо напряженной, и Цзи Мянь с улыбкой ткнул Богиню Света.
Богиня Света вспорхнула, слегка покружила вокруг Цзи Мяня и улетела на кухню.
Остановившись перед Чу Шие, она открыто наблюдал за выражением его лица.
Он не удержался и поднял руку.
И нежно сжал крылышки маленькой бабочки.
В то же время кончики пальцев Цзи Мяня задрожали.
Цзи Мянь: "Ты мне больше не нравишься."
Он слегка повернул голову, ничего не понимая.
Цзи Мянь натянул одеяло и лег на кровать.
Он сухо сказал: "В любом случае, я тебе безразличен, ты мне тоже больше не интересен."