Труп бывшего заговорил — Глава 9: Похолодание и разруха Бай
— Я заметил одну вещь: сегодня в компании большинство хранителей принадлежат к новому поколению, старого почти нет.
На четвертом этаже здания, только Чжан Цзюньцзе закончил говорить, как услышал ответ товарища из наушника:
— Старики давно уже ни на что не годны, они все еще думают о прошлом, такие же самонадеянные, как Тан Мин.
Один за другим послышались смешки, все, кто должны были показаться сегодня, были подключены к общему каналу через наушник.
— И Ся Фэйлина тоже нет, — Чжан Цзюньцзе нахмурился.
— Нам нужно послать свой козырь, что разобраться с Тан Мином? Здесь столько образцов нового поколения, даже штабу не противостоять нам! — Другой человек уверенно заявил.
Затем вновь раздался смех, Чжан Цзюньцзе покачал головой и уже собирался снять наушник, когда вдруг замер.
Он услышал крик, очень резкий и недолгий, и спустя секунду никакого движения на той стороне больше не было.
— Кажется, с человеком на первом этаже что-то случилось, я пойду и проверю!
Кто-то поспешно бросил несколько слов, и Чжан Цзюньцзе узнал по голосу охранника со второго этажа — они распределили зоны ответственности, чтобы вместе устроить засаду на Тан Мина.
— Тот, на первом этаже, такой бесполезный, если я приду…
Прежде чем слова были окончательно произнесены, раздался еще один крик и вновь тишина.
— Что происходит?! Это со второго этажа?!
— Это Тан Мин! Я видел его, он… а!
— Какова ситуация?! Говорите! — Сердце Чжан Цзюньцзе ушло в пятки, он сжал наушник и крикнул.
Он не получил никакого ответа, только хаос. Крики раздавались очередно, рев и шум никак не кончались. В трансе он почувствовал, что находится не в солидной компании, а во внезапно пришедшем стихийном бедствии.
Чжан Цзюньцзе спустился по лестнице и помчался вниз. Только он приблизился к окну коридора, как шаги резко прекратились.
За окном не было городских огней, только глубинная синева, присущая морю.
Бескрайняя синева мгновенно распространилась перед его взором, как прилив, поглотивший его со всех сторон. Куда ни глянь — везде безграничная синь, словно ты упал в холодную морскую бездну.
Стройный и высокий мужчина в черном вышагивал из темно-синего пространства, его глаза излучали сверкающий серебристо-голубой свет, идентичный яркому цвету в небольшом пространстве. Походка была спокойная и непринужденная, и темно-красный, как кровь, подол черного пальто создавал образ меча, орошенного кровью.
Чжан Цзюньцзе услышал бесстрастный и ясный голос:
Его сердце, казалось, застучало подобно тяжелому молоту, и только одна мысль осталась в голове: это он.
Некогда верхушка всех хранителей стояла перед ним.
Чжан Цзюньцзе пошевелился, но не убежал, а сел, скрестив ноги, внезапно в его руках появилось два джойстика. По обе стороны от него и Тан Мина материализовались мерцающие приставки, из-под которых тянулись тени, изолирующие небольшую часть темно-синего, словно одинокий остров, восходящий из моря.
— Капитан Мин, давайте сыграем. Проиграю я — вы уходите отсюда, проигрываете вы — остаетесь здесь навсегда, — держа в руках джойстик, Чжан Цзюньцзе осмелел.
Он уверен в себе, поскольку его способности считаются одними из самых непостижимых нового поколения — «Честная конкуренция». Ограничивая пространство, он создает на месте игровую площадку, властить на которой может только он, втягивая соперник в игру один на один. Одна из игр выбирается им, и принцип в ее основе — справедливость. Например, противник может управлять сильным персонажем 99 уровня, тогда как он только 130 уровня. И это не жульничество, а его вторая способность — «Выключено значит включи», благодаря которой во всех играх у него есть преимущество в 30%.
Несколько месяцев назад ему удалось успешно удержать последнего новорожденного монстра S класса в течение получаса, пока не прибыл Ся Фэйлин, чтобы положить конец катастрофе.
Под выжидающим взглядом Тан Мин взял игровой джойстик и уронил его.
Даже джойстик, который S-уровневый монстр не смог разрушить, разлетелся на месте. Он не только сломался, но и утонул в темной синеве, будто поглощая мусор.
— Твоя игра очень скучная, мне неинтересно.
В изумленных глазах юноши отразился молодой капитан Мин, смотрящий на него свысока.
Две приставки разлетелись вдребезги одновременно, а сам Чжан Цзюньцзе упал не землю, не в силах вымолвить и слова. Он мог только наблюдать, как Тан Мин приближается к нему… и проходит мимо.
— Ты, ты не убьешь меня? — Чжан Цзюньцзе недоверчиво оглянулся.
— Раз уж есть время на интриги, лучше бы занялись несколькими катастрофами, — Тан Мин непонимающе взглянул на него.
Чжан Цзюньцзе пошевелил одними губами, будто хотел что-то сказать, и, наконец, опустил голову.
По лестничной клетке мчался блондин, без оглядки, без остановки, окна перед ним разлетались друг за другом, за ними простиралась темнота, напоминающая пару глаз, равнодушно наблюдающих за ним через оконные дыры.
— Спасите! Сын своего отца, Тан Мин, все еще преследует меня! — Сильно вспотевший, он кричал в наушник и падал, не пробежав и несколько шагов, хватался за перила и в панике вертелся. — Подожди у меня! Я вызывал целую машину людей, чтобы справиться с тобой!
Тан Мин поднимался по ступенькам шаг за шагом, и глубинная синева тянулась у него под ногами, словно море.
— Ты сам? Или с теми, кто также бесполезен, как ты?
Блондин: …Черт! Если не можешь победить, не можешь и ругать!
— Пожалуйста, следуйте за мной, — он злостно стиснул зубы и плавно повернулся боком.
— Бай Чжисин действительно стоек, как факел, прекрасно знает людей.
— Господин Бай, — в офисе секретарша вытерла пот со лба и спокойно сказала. — С первого по десятый этаж связь потеряна. К счастью, у нас есть другие этажи.
— Да-да, — продолжила секретарша. — Ваш брат проснулся и расплакался.
— Плачет-плачет-плачет, все, что он умеет — это плакать, даже Тан Мина бы унесли его слезы, — Бай Чжисин остался невозмутим.
— «Запретная зона» капитана Мин блокирует здание, похоже, он не планирует устраивать шумиху, — секретарша вновь вытерла пот.
— А ты как думала? Он открыто объявит о войне компании, затем проведет прямую трансляцию с помпой, чтобы все хранители узнали, что мы потерпели неудачу и никогда не сможем подняться? — Бай Чжисин поднял чашку с чаем.
Секретарша подумала: разве вы не это предполагали ранее?
— Он так не поступит. Хранители сформированы не мной, это усилия предыдущих поколений семьи Бай. Он раньше помогал поему отцу, честь мертвого превыше всего, и, как бы то ни было, простит мне все из-за умершего отца, — Бай Чжисин неторопливо попивал чай.
Сказав это, он слегка улыбнулся.
Секретарша замолчала, заметив что-то мельком боковым зрением, и осторожно забилась в угол.
Белый туман проникал сквозь щели в дверях офиса и в миг окутывал большую часть помещения. Температура резко упала, и пол до стен стал влажным и холодным, будто на дне реки, не пропускающем лучи солнца.
— Не похоже, что капитан Мин способен на такое, — секретарша прикрыла руками шею, задыхаясь.
— Господин Бай, возможно ли, что Тан Мин не мягкосердечный и потворствовал прибытию этого существа? — Секретарша уже сидела на корточках в углу. — Похоже, у нас серьезные неприятности.
— Заткнись, — мужчина поправил воротник и бросил белому туману. — Все здесь, тогда почему бы нам не поговорить?
Туман бесшумно расширялся и вскоре окутал весь пол офиса, однако никакой фигуры так и не появилось.
— Или ты не можешь показаться в своем истинном обличии? — Бай Чжисин едва улыбнулся. — Это досадно, Тан Мин предпочитает молодых красавчиков…
Что-то упало на пол, издав приглушенный стук.
Бай Чжисин медленно опустил голову: на ковре лежала оторванная рука в ткани элегантного костюма, от сустава до пальцев, все еще немного подергиваясь.
На лице Бай Чжисина не было боли, он безразлично смотрел на свою отрубленную руку, из которой хлестала кровь, пропитывая костюм.
— Как думаешь, ты важен для Тан Мина? — Когда он вновь поднял взгляд, его голос стал холоднее. — Может быть, ты и занимаешь какое-то место, но в сердце такого человека, как он, всегда будут вещи поважнее. Всегда есть кто-то дороже тебя, дороже его самого. Когда настанет время выбирать, он без колебаний оставит тебя позади, потому что может.
— Тан Мин никогда не остановится ради кого-то, никогда не будет принадлежать кому-то!
Голос стих, и белый туман вдруг встал на дыбы и зашевелился, как будто злой зверь обнажал острые и отвратительные клыки и издал предупреждающий рык.
— Ты пока не можешь меня убить! — Бай Чжисин рассмеялся.
Все туманное облако распушилось и поглотило его в одно мгновение. У него даже не было времени издать звук. Его тело рухнуло на месте, куски плоти и крови покрыли окна и пол, издавая липкий звук и стекая повсюду, его глаза налились кровью. В лицо ударил зловонный запах.
Секретарша свернулась калачиком у стены, заложив руки за голову и плотно вжавшись лицом в колени.
Через мгновение из тумана вышла фигура, ступая кожаными ботинками по липкой крови, поправила воротник и с улыбкой развела руки в стороны.
Это совершенно новый Бай Чжисин.
Туман все еще витал вокруг, в нем, казалось, смутно проступал высокий и искаженный силуэт, будто секундная проекция ужасного монстра, воздух застыл.
— Это… — Улыбка на лице Бай Чжисина похолодела.
В следующую секунду за дверь послышались шаги, не быстрые и не медленные, откуда-то издалека.
Белый туман внезапно рассеялся, силуэт монстра и кровавая коша исчезли, в кабинете стало опрятно и светло, выглядело так, будто ничего не произошло, а так и было.
Тан Мин толкнул дверь и почувствовал в воздухе запах крови.
Выражение его лица не изменилось, он окинул взглядом помещение и остановился на секретарше.
— Вас это не касается, идите домой и ложитесь спать.
Секретарша посмотрела на него со слезами на глазах, встала и убежала.
— Мой двоюродный братец как всегда робок и боязлив, — Бай Чжисин расправил манжеты рубашки и обыденным тоном произнес.
— Ты вовлекаешь обычных людей и еще обвиняешь в недалекости? Поменьше витай в облаках.
Бай Чжисин усмехнулся и уже собирался заговорить, когда Тан Мин перебил его.
— Ты действительно унаследовал силу, оставленную тебе отцом.
— …Старшее поколение всегда думает о младшем, точно так же мой отец думал о тебе перед уходом из жизни, — Бай Чжисин посмотрел ему прямо в глаза. — Когда-то он сказал, что если тебе некуда пойти, семья Бай всегда откроет свои двери.
— Тогда покинь семью Бай, и я приду, — Тан Мин приподнял брови.
— Я того же мнения, боюсь, мой старик поднимется из гроба и отругает как неподобающего сына, — Бай Чжисин улыбнулся и покачал головой.
Казалось, пребывая в приподнятом настроении, он подошел к винному шкафу, достал бутылку красного вина и два бокала и потряс ими перед мужчиной.
— Ты послал этих малышей охотиться за мной, а теперь притворяешься вежливым? — Тан Мин небрежно сел на диван, слегка приподняв уголки губ.
— Не помню такого, кроме того, отношения между нами… — Голос Бай Чжисина стал мягче и ласковее.
Тело ударилось о стену с громким шлепком. Глаза Бай Чжисина потемнели, он упал на пол, схватившись за горло и долго кашлял, прежде чем суметь поднять голову.
— …Ты правда стал сильнее, даже без второй эволюции, мощнее, чем до исчезновения, — охрипшим голосом произнес он. — На моей памяти ты всегда был особенным.
Тан Мин встал, обошел его и окинул снисходительным взглядом сверху вниз.
— Оставь свои маленькие трюки и не испытывай мое терпение, — прозвучал голос, чистый, словно снег, без капли эмоций.
— Я же говорил, что ты можешь быть амбициозным при условии, что не переступишь черту. В Китае лидирующую позицию занимает штаб, ты хочешь занять их место, но при этом не желаешь брать на себя обязанности. Жизни обычных людей тебе совершенно безразличны, важно лишь, чтобы они преклоняли колени и взирали на тебя, как расходный материал для твоего восхождения.
— Как жаль, император умер двести лет назад, а тебе ничего не досталось.
— Тогда убей меня, покончи со всем! — Бай Чжисин закашлялся еще яростнее, прикрывая рот рукой, и воскликнул.
— В этом есть необходимость? Я здесь, здесь главный хранитель, значит штаб сам собой станет более влиятельным в Китае.
Бай Чжисин молчал, не знаю, то ли ему нечем было возразить, то ли не осмеливался опровергнуть.
Спустя десять секунд он, расслабив лицо, опустил напряженные плечи и поднял руки.
— Сдаюсь, я прекращу. В будущем компания сосредоточится на общей обстановке и будет сотрудничать с штабом.
Тан Мин оглядел его с ног до головы, повернулся и ушел.
Бай Чжисин вперился взглядом в спину и с некоторым нежеланием спросил:
— Так, ты действительно хочешь выбрать того, кто не принадлежит к кругу хранителей… обычного человека?
Тан Мин не оглянулся, даже не остановился.
Бай Чжисин продолжил смотреть в ту сторону, куда он ушел, сидя на холодном полу, словно лишенный всяких сил, пока из виду не пропал человек. Он медленно опустил голову и достал из кармана наушник.
— …Иди и позови Бай Буси, — безучастно бросил он. — Возвращаемся в старый дом.
Когда Тан Мин вышел из здания компании, улицы по-прежнему были пустынными в ранние утренние часы.
Уличные фонари освещали скамейку вдоль улицы, на которой сидел красивый мужчина, держащий качающийся на ветру воздушный шарик в виде панды.
Он, казалось, не замечал Тан Мина, слегка наклонял голову и незаметно вертел синюю чешуйку-кольцо на пальце.
— Не снимай его, — Тан Мин быстро подошел и сжал тыльную сторону его ладони. — Сердце русалки будет иметь эффект, только если носить его, и оно защитит тебя.
Лю Вэйгуан поднял голову, несколько мгновений смотрел на него не мигая, а затем хмыкнул.
— А-Мин долго отсутствовал, — он протянул руку, обнял мужчину и уткнулся лицом в талию.
— Ты просто сидел, почему не гулял? — Тан Мин улыбнулся и коснулся его плеч.
— А-Мин сказал, что скоро вернется, — спокойный голос Лю Вэйгуана донесся из-под пальто.
Тан Мин в очередной раз коснулся мягких и прохладных чернильных волос, и Лю Вэйгуан послушно потерся.
Он подумал про себя: пушистый и большой.
— С делом покончено, завтра мы возвращаемся в Цзянь. Или хочешь поразвлечься еще пару дней?
— Раньше А-Мин тоже жил здесь? — Лю Вэйгуан все еще обнимал его, отказываясь отпускать.
— Я часто путешествовал, поэтому не так часто здесь оставался. Если тебе здесь нравится, то…
— Мне не нравится, — поспешно сказал Лю Вэйгуан.
— Ты любишь только здешние парки развлечений? — Тан Мин ткнул пальцев в воздушный шар в виде панды.
Лю Вэйгуан промычал и молча обернул веревку от воздушного шара вокруг запястья Тан Мина, завязав небольшой узелок. Это как петля, связывающая их.
— В парке развлечений можно купить билеты для пар, — тихо сказал Лю Вэйгуан. — Так все будут знать, что я с А-Мином.
Тан Мин рассмеялся: они действительно купили билеты для пар.
Лю Вэйгуан снова начал легонько потираться, одержимый желанием прильнуть к нему, как бы компенсируя тот короткий промежуток времени, когда они были разделены.
— Уже почти рассвело, так что для начала вернемся в отель, — рука Тан Мина легла на лицо парня, и тот сжал тыльную сторону ладони и уткнулся в нее лицом. — Иначе ты превратишься в пену.
— Тогда А-Мин потеряет меня? — Лю Вэйгуан оторвался от ладони.
— Не потеряю, — Тан Мин ущипнул его за подбородок. — Я соберу пену и возьму с собой, перелью в стеклянную бутылку и заморожу в холодильнике, возможно, так ты застынешь.
Лю Вэйгуан, казалось, был доволен этим ответом и кивнул в знак согласия.
Он вновь положил свою ледяную ладонь в теплую руку и нежно потер пальцы от кончиков до запястья.
— Как именно спать? — Тан Мин наклонил голову и понимающе переспросил.
— … — Лю Вэйгуан затих, с горящими глазами он обнял его за талию и поцеловал.
Когда холодные губы прильнули к лицу, Тан Мин вдруг схватил Лю Вэйгуана за запястье и приспустил рукава.
На манжетах виднелись капли крови, еще не до конца высохшие.
— Откуда это взялось? Только не говори мне, что это кетчуп.
Тан Мин посмотрел на него послушными и невинными глазами, хлопая ресницами.
Тан Мин усмехнулся и ущипнул за щеку своего хорошо воспитанного парня.