Поздняя осень — Глава 45: Быть молодым здорово
Но теперь первоначальные планы, вероятно, придется скорректировать из-за нехватки средств.
Ши Цюси бессознательно вздохнул при мысли об этом, и морщинки на лбу так и не разгладились.
Чи Ван, стоявший сбоку, заметил это и задумчиво опустил голову, но так и не заговорил.
Такого рода вещи должны быть сказаны Ши Цюси лично, чтобы он смог вмешаться.
— Ладно, тут всего пару тарелок, я сам домою, иди ложись спать, — Ши Цюси застегнулся на все пуговицы, оттолкнул Чи Ваня от раковины и принялся за финальный этап уборки.
Чи Ван ничего не сказал, кивнул и вышел. Вот только на входе он все же не сдержался и остановился.
— Брат Ши, — Чи Ван стоял спиной к Ши Цюси.
— Да, что ты хочешь сказать? — Ши Цюси зевнул и, не оборачиваясь, спросил.
— Когда я тебе понадоблюсь, не стесняйся мне сказать, я рядом.
Глаза Ши Цюси, которые не могли открыться из-за сонливости, вдруг широко распахнулись.
Чи Ван подумал, что не услышит ответ, и уде собирался уйти, когда Ши Цюси заговорил.
— Хорошо, — его голос звучал приглушенно, нельзя сказать, счастлив он или нет.
Чи Ван едва улыбнулся, молча повернулся и пошел к себе в комнату.
Ши Цюси продолжил методично мыть посуду, а закончив с последней тарелкой, он вдруг улыбнулся.
— Придурок, — Ши Цюси фыркнул. — Такой внимательный.
В какой-то момент небо за окном сменило цвет с черного как смоль на туманный дымчато-голубой. Надоедливый соседский петух, дожив до конца года, упорно продолжал петь с первыми лучами утреннего солнца.
Сухие ветви во дворе покрылись сосульками, напоминающими ветряные колокольчики уникальной формы, и как только дул ветер, начинали потрескивать, подтаивая.
В воздухе уже витал запах каши, вероятно, внучка семьи, живущей за ними, собиралась после завтрака в школу.
Убрав тарелку, Ши Цюси подошел к окну и потянулся, нежась на солнышке. Он не сдержал тяжелого вздоха.
— Что, сколько стоит день?! Разве вы не говорили, что всего 800 юаней, почему цена выросла до 1000?
— Ох, брат, ты не понимаешь. Твой дом слишком опасен. Если спуститься вниз с лопатой, есть риск, что он рухнет. Вчера один из моих друзей получил удар внезапно упавшей обшивкой стены!
— Эта работа может быть выполнена только опытными мастерами нашей команды. Вы хотите заплатить еще больше, позвав людей из-за гор? Я не настаиваю, просто хочу сказать, что вы можете разузнать, насколько надежен наш старый мастер!
— …Хорошо, хорошо, я заплачу столько, сколько ты скажешь!
Ши Цюси махнул рукой. Столкнувшись с яростной бомбардировкой бригадира и поражением, он мог только стоять в стороне и вздыхать.
Если бы не страх, что дом рухнет и причинит вред соседям и прохожим, Ши Цюси не стал бы церемониться, соглашаясь на повышение требований прораба. Слишком непрофессионально!
Вчера он сам точно определил, что молодой парень неопытен. Ковш экскаватора метался из стороны в сторону, запульнув в его голову камень.
Но ссориться из-за двухсот юаней того не стоило. К тому же, если прораб вернется и исказит факты, кто в Аньлине осмелится брать за работу Ши Цюси?
Более того, Ши Цюси в последнее время подумывал получить права на трактор и комбайн. С правами он сможет арендовать технику и самостоятельно обрабатывать поля.
Что касается того, где же арендовать его, конечно, в компании, в которой работает этот прораб. Поэтому сейчас Ши Цюси не собирался оскорблять их, нет смысла, чем это отличается от копания под себя?
Однако, хотя открытого конфликта не было, Ши Цюси все равно не удержался и достал телефон, чтобы пожаловаться Чи Ваню.
«Позови старшего брата, я прикрою тебя: Недобросовестные торговцы, забирают у меня кровные денежки! [в ярости.jpg]»
«Позови старшего брата, я прикрою тебя: Но в будущем мне придется обращаться к ним, нельзя их обижать [вздох]»
«Позови старшего брата, я прикрою тебя: Я трус [плачет, плачет]»
Чи Ван достал жужжащий телефон из-под словаря и не сдержал улыбку при виде сообщений.
В последнее время Ши Цюси говорит так, будто его подменили.
Позавчера они воспользовались предлогом посмотреть футбол и серьезно поговорили.
— Я… я, возможно, поживу с тобой какое-то время. Старый дом нельзя отремонтировать, только перестроить, но сейчас у меня нет достаточно денег, все нужно для посадки урожая, — Ши Цюси сделал глоток пива и делал вид, что смотрит телевизор, хотя на деле поглядывал за реакцией Чи Ваня.
— Хорошо, с тобой, брат Ши, мне не страшно заниматься писательством посреди ночи, — Чи Ван отвечал спокойно, будто давно ожидал такого.
Самые бесстыдные слова уже произнесены, так что Ши Цюси больше не чувствовал смущения, откинулся на спинку дивана и ткнул в себя пальцем.
— Я не планирую платить тебе аренду, скорее, возьму у тебя в долг в будущем. Что касается того, верну я или нет, все зависит от того, вырастет ли что-нибудь на земле.
— Это здорово, брат Ши. Так уж вышло, что я все еще беспокоюсь, что не смогу потратить деньги. Пожалуйста, проси, сколько хочешь, — Чи Ван говорил серьезно, отчего Ши Цюси был застигнут врасплох.
— Нет, не нужно, спасибо? — Ши Цюси в замешательстве нахмурился. Юноша встал, сходил в кабинет за своей банковской картой и сунул ту в его руки.
— Пароль: мой день рождения, можешь пользоваться, если нужно. Мне нужно поскорее начать редактуру, пойду в кабинет.
— Вечером хочу тушеную свинину на кости, пожирнее, и, пожалуйста, чесночный соус с большим количество уксуса, спасибо.
Сказав все это, он действительно вернулся в кабинет.
Ши Цюси в оцепенении сидел на диване.
Банковская карта в руке была немного теплой. Ши Цюси рассматривал ослепительную черную карту и вдруг осознал, осознал их положение.
Успешный, известный писатель содержит никчемного, никому не известного дядю.
Ши Цюси кивнул и щелкнул пальцами.
Разве не такую историю пишут в романах о братской любви в 21 веке?
Успешный и богатый человек с добрым сердцем бескорыстно помогает безработному и обездоленному гражданину, оказавшемуся без крыши над головой. Оба героя воплощают основные социалистические ценности: процветание, демократия, цивилизация, гармония, свобода, равенство, справедливость, верховенство законов, патриотизм, самоотверженность, честность и дружба…
Ши Цюси рассеянно смотрел по сторонам, пытаясь убедить себя. Тем временем футбольный матч по телевизору подходил к концу, и нападающий, под прикрытием своего товарища, сумел забить решающий гол.
После окончания игры команда А обнимала друг друга со слезами на глазах, и Ши Цюси невольно заразился их эмоциями.
К счастью, у него есть Чи Ван.
Он может прикрыть его в самые тревожные моменты.
Ши Цюси, наконец, осознал, что не только может быть опорой для Чи Ваня, но и Чи Ван, будучи взрослым, может прийти на помощь в нужный момент.
Они как два дерева, льнущие друг к другу. Они противостояли общественному мнению и внутреннему давлению. Чи Ван непоколебимо оказывал ему материальную помощь и молчаливую заботу.
Ши Цюси слишком долго жил в одиночестве и привык брать все на себя. Даже подавленный, не способный дышать, он успокаивал себя и продолжал идти вновь.
Но если бы действительно был кто-то, кто мог бы ему помочь, когда он выбьется из сил, он был бы счастлив.
Ши Цюси, ощутив внезапную сладость, долго не знал, как реагировать. Это казалось немного странным наверное?
Как инициатор случившегося, Чи Ван сильно переживал.
Например, сейчас он просматривал серию сообщений и милые смайлики, отправленные Ши Цюси, которые взялись невесть откуда, и не знал, как ответить.
После того разговора Ши Цюси, казалось, раскрепостился. Иногда он не осознавал, что его слова и поведение… кокетливое?
Поскольку тот не осознавал этого, а сам Чи Ван боялся смутить его неуместным ответом, поэтому всегда обдумывал и взвешивал.
«Трудолюбивая маленькая пчелка: у нас есть деньги, плевать на них!»
«Трудолюбивая маленькая пчелка: сначала проглоти обиду, месть джентльмена не имеет срока давности!»
«Трудолюбивая маленькая пчелка: брат Ши, ты не трус! Поверь мне [кивает]»
«Трудолюбивая маленькая пчелка: настоящий трус ждет тебя дома, чтобы за ним убрали. это невыносимо воняет… [рвотный позыв]»
Ши Цюси достал телефон и улыбнулся.
Бригадир в стороне наблюдал за тем, как лицо Ши Цюси менялось, от штормового ветра до весеннего бриза.
— Тц, с таким мастерством по смене лиц следует подать заявку в Сычуаньскую оперу.
— Кхм, ребенок дома что-то хочет от меня, я пойду первым. Оставляю все на вас, ребята. Деньги придут сразу, как закончите. Я пошел, — Ши Цюси достал из кармана полупустую пачку «Чжунхуа», протянул бригадиру и, напевая себе под нос, неторопливо побрел домой.
— Мастер, почему он ушел? Я думал, он будет нас контролировать до самого конца.
Молодой человек с ирокезом по середине наклонился к бригадиру, чтобы прикурить сигаретку. Тот тихо затянулся и усмехнулся.
— Жена позвала, наверное. Он с таким лицом заявил, что это ребенок, кто в это поверит?
Каждый был молод. Тот рыжеволосы парень сейчас улыбался точно так же, как бригадир, когда в молодости носил пельмени своей жене. Молодость — это здорово, так беззаботно.
Бригадир, улыбаясь, докурил сигарету и пнул своего хихикающего ученика.
— Ты чего бездельничаешь? Иди работай!
— Понял, мастер! — Молодой человек с ирокезом обиженно схватился за ягодицы. Только он собирался сесть на трактор, как в голову прилетела пачка сигарет.
— Возьми. Моя жена сказала, что мне следует следить за здоровьем, так что никакого курения.
Бригадир махнул рукой и оставил своего ученика.
Молодой человек усмехнулся и бережно сжал портсигар.
Вот кто действительно его любит, так это его учитель!
Ши Цюси: Чи Ван, встань на колени, брат хочет попросить о кое чем [закуривает]
Чи Ван: Брат, говори, твой младший готов поклоняться тебе [в глазах звезды]
Ши Цюси: Мне нужны и дом, и деньги!
Чи Ван: (молча достает из шкафа документы на дом, сберегательную книжку и наличные, пытаясь оглушить ими Ши Цюси)