Первая любовь всего сервера — Глава 81.
Люди на берегу неистово ликовали, остальные участники уже добрались до финиша и во все горло кричали, обращаясь к тем, кто обнимал и кого обнимали.
— Ци Ло, ты даже не ударишь капитана Юй?
— Бог Е, ты запугиваешь людей!
— В интернете пишут, что вы пара. Может сойдетесь реально? По-моему, отлично смотритесь!
— Бог Ло, ты теперь чемпион мира наравне с братом Юй! Не бойся его, не бойся!
Лао Сюань покачал головой. Ребята со всем с ума сошли, даже не следят, что говорят. Все, о чем раньше боялись заикнуться, теперь выплескивали наружу в приступе веселья.
— Уходите, чего разорались? Сейчас брат выберется и изобьет вас, — Ли Ян пытался остановить толпу, ругаясь со стажерами.
Радостные крики с суши оглушали Юнь Ци. Разве он этого не хотел? Еще как хотел, ударить Юй Цзина прямо там, но он все еще в воде, в бассейне, глубина которого больше, чем предполагалось. Ему не только нельзя его бить, но и нужно заискивать, все-таки его единственная опора и спасение в воде.
— Вытащи меня на берег, — сейчас он должен говорить с ним ласково, но в его голосе проскальзывал гнев, командные нотки, что явно не понравилось Юй Цзину.
— Попробуй еще раз посмотреть на меня так, — поскольку они в воде, Юй Цзин не опасался, что кто-то заметит лишнее. Даже под взглядом толпы он мог спокойно обнимать человека, который не умеет плавать, и не выглядеть подозрительно. Рука под водой сжалась сильнее, заставляя Юнь Ци прижаться к нему вплотную, не оставляя ни сантиметра.
— Я больше не буду, вытащи меня, — Юнь Ци не нравилось, что за ним наблюдают. Такая близость казалась смущающей, особенно под внимание стольких глаз. Он сжал его руку и смягчил голос. — Капитан Юй…
Юй Цзин больше не стал его мучить: нужный урок усвоен. Ночь холодная, он, не отпуская Юнь Ци, подтолкнул его к суше.
Юнь Ци, едва коснувшись края, отстранился. Кто-то протянул ему руку — это оказался Жун Жун, обернутый в полотенце, одной рукой он вытирал волосы, а другую протягивал ему.
Юнь Ци ухватился за предложенную руку, Юй Цзин подтолкнул его сзади, и он успешно оказался на суше.
Жун Жун накинул на его плечи полотенце. В этот момент их окружили люди, принявшие расспрашивать о самочувствии. Юнь Ци поплотнее закутался, поглядывая на мужчину, который, опираясь руками о края, держался за уголок его полотенца.
Он как раз собирался поправить полотенце, но Юнь Ци, не оценивший его шутки, схватился за ткань и яростно потянул на себя. Руки Юй Цзина тут же опустели.
— Разозлился, — посмотрев на раздраженного человека, он не удержался от улыбки.
Остальные восприняли это серьезно и начали говорить:
— Брат Юй не со зла, не сердись на него.
— Брат Юй, ты довел своего топлайнера, сам утешай, — они обернулись уже к Юй Цзину.
— Кому нужны его утешения? — Юнь Ци невольно фыркнул.
Все вокруг беспокоились, что их отношения станут натянутыми, и всякими способами оправдывали Юй Цзина. Тот же не сказал ни слова в свою защиту, он сделал это намеренно, значит готов понести ответственность.
Юнь Ци затащили в воду прямо в одежде, промокший насквозь, он дрожал от холода, когда дул ветер. Увидев это, Юй Цзин выпрыгнул из волы, не обращая внимание на шум вокруг, схватил другое полотенце, кое-как вытер волосы и подхватил его на руки.
Юнь Ци, застигнутый врасплох, оказался в воздухе. Брюки Юй Цзина были насквозь промокшими, с них ручьем текла воды, оставляя лужицы. Ему не хотелось прижиматься, однако ноги все еще дрожали от испуга, и боясь упасть, он крепко вцепился в руки, не расслабляя хватку.
Люди вокруг засмеялись и наперебой начали напоминать.
— Брат, куда ты? Мы еще не определились с проигравшим.
— Точно, брат, давай еще один раунд.
— Нет, — Юй Цзин решительно отказался. — Здесь холодно, нужно переодеться.
Поняв, что удержать его не получится, кто-то крикнул:
— Ладно, тогда скажи, кому надеть женское платье?
Юй Цзин поднял холодный взгляд и обвел им всех присутствующих. Все тут же прикусили языки и попятились, зная, что высовываться себе дороже.
В царившей тишине один из руководителей встал и назвал имя.
— Ян-Ян, я никогда не видел Ян-Яна в платье!
— Ли Ян! Ли Ян! — Внезапно все присоединились и в унисон закричали.
— Брат, ты не можешь выбрать меня! Мы в одной команде! Я за тебя болел! — Ли Ян оглядел всех, с бледным от испуга лицом, и обратился к Юй Цзину.
— Мы видели в платье всех, кроме тебя! Сегодня очередь Ли Яна!
— Ян-Ян, не будь таким, какая разница, в одной мы команде или нет, каждый сам за себя! Брат Юй может выбрать любого, правила для всех едины!
— А как же Ци Ло? Он ведь тоже не носил платье! — Ли Ян попытался перевести стрелки.
— Не неси чушь! Ты хоть понимаешь, кто такой Бог Ло! Кто посмеет наряжать его в женское?!
— Брат, умоляю, не надо! Не выбирай меня! Я готов быть твоим псом до конца жизни, только не заставляй носить платье! Этот позор я не переживу! — Видя, что исход предрешен, Ли Ян в отчаянии ухватился аз Юй Цзина.
Никто не знал, что у Юй Цзина на уме, и сам он не спешил раскрывать карты. Его взгляд был прикован к Юнь Ци, словно веселье не имело к нему — победителю вечера — никакого отношения.
— Брат, в следующей жизни я тоже буду твоим псом! — Ли Ян поднял ставки.
— Ли Ян, какой ты бесхребетный.
— А что такого? — Огрызнулся тот. — Даже не думай заставлять носить меня это. Я не вынесу этот позор.
— Да у тебя и так полно позорных моментов! Кто пускал сопли в Берлине? Я до сих могу найти видео.
— Да пошел ты! — Ли Ян, не раздумывая, скинул обувь и швырнул в сторону голоса.
Ли Ян до смерти боялся носить женскую одежду, и Юй Цзин не стал его заставлять. Подначивания не возымели эффект, и он выбрал первого попавшегося.
— Тогда ты, Сяо Мэн, громче всех кричал.
— Эй, брат, ты… а что насчет Ли Яна?
— Брат любит меня! Вы его не убедите! — Сказав это, он сложил пальцы в форме сердца и показал Юй Цзину. — Брат, я люблю тебя.!
— Мама родная… — Люди нахмурились и показали ему средний палец.
Юй Цзин пропустил это мимо ушей и покинул бассейн вместе с Юнь Ци. Они вернулись на верх, чтобы отдохнуть.
По полу тянулся мокрый след. Юй Цзин набрал ванну и снял рубашку. Юнь Ци стоял посреди комнаты.
— Почти готово, — через некоторое время Юй Цзин вернулся. — Раздевайся, залезай в ванну и грейся, а то заболеешь.
— Не трогай меня, — Юнь Ци отстранился, уклоняясь от протянутой руки, бросил на пол мокрое полотенце и, опустив голову, начал снимать обувь.
— Почему ты злишься на меня? — Юй Цзин с интересом спросил.
Юнь Ци, не говоря ни слова, развязал шнурки ботинок, игнорируя другого человека.
Юй Цзин присел на корточки, но Юнь Ци отвернулся, показывая все своим видом, что очень сильно обижен. Он потянул его за руку.
— Малыш, не сердись, я был неправ.
— Разве капитан Юй может быть неправ? — Юнь Ци поднял голову и с равнодушием посмотрел на него. — Кто тут «малыш», не смей меня так называть.
Рука Юй Цзина, которую оттолкнули, зависла в воздухе. Он смотрел на него: вода стекала с волос, мокрая одежда прилипала к слегка округлившемуся телу — тот стал полнее, чем раньше, и хотя едва заметно, это очень радовало.
— И что же ты мне сделаешь? — В его голосе слышалась игривость.
Да Юй Цзин стал совершенно бесстыдным!
Юнь Ци сердито уставился на него, словно не в силах поверить, что из его уст могут вырваться слова негодяя. Потеряв дар речи, он стиснул зубы и выпалил:
— Я ничего не могу сделать, но в ближайшие пару дней можешь не заходить в мою комнату.
Сказав это, он подскочил и направился к выходу. С развязанными шнурками Юнь Ци едва не споткнулся, но Юй Цзин схватил его, поймал и заключил в объятия. Два мокрых до нитки тела прижимались друг к другу, ощущения не из приятных.
— Тогда я не буду приходить в твою комнату, оставайся в моей. Пойдет?
— Я, по-твоему, это имел в виду? — Юнь Ци попытался вырваться.
Юй Цзин рассмеялся. Руки, не теряя времени, ущипнули его талию.
— Посмотри, ты уже развязал шнурки, не бегай так, а то запнешься и упадешь. Будь послушным, давай помоемся, а потом ты пойдешь куда хочешь, хорошо? Заболеешь ведь, нам скоро прямую трансляцию вести и на шоу выступать.
— Если бы ты действительно боялся, что я простужусь, разве стал бы затаскивать меня в воду? — Юнь Ци развернулся к нему лицом и ударил кулаком в его грудь. — Бесишь!
— Ладно, в будущем этого не повторится. Я просто был слишком рад, вот вода в голову и натекла. Не серлись на идиота, побей меня, я не двинусь, все вытерплю, — Юй Цзин схватил его за запястье и извинился.
— А чего тогда за руку схватил?
Кто бы мог подумать, что Юнь Ци не проявит милосердия и наброситься на него с пинками и кулаками. Юй Цзин понимал, что виноват, и не сопротивлялся. Он нанес пару ударов кулаками, затем пнул по ногам, выплескивая гнев, но все было напрасно. Он очень зол. Ему-то казалось, что он научился контролировать свои эмоции, кто же знал, что Юй Цзин решит так над ним пошутить.
— Вокруг было столько людей, а что если бы они узнали?! Ты думал обо мне? Просто взял и потащил! — Юнь Ци стукнул по груди, задыхаясь. — И я не умею плавать, как будто ты не знал. Как ты мог? А если бы я действительно утонул?
— Я все контролировал, это невозможно. Разве стал бы я делать что-то опасное, не просчитав все заранее?
— Что ты там просчитал? Моя прекрасная жизнь только началась! Если бы я утонул, я бы преследовал тебя даже после смерти!
— Хорошо, — Юй Цзин взял его за руку и поцеловал тыльную сторону ладони. — Жизнь чемпиона за жизнь чемпиона, справедливо и разумно. У меня их несколько, сколько хочешь?
Юй Цзин притянул человека в свои объятия, и Юнь Ци прижался к нему еще ближе.
— Нам нужно принять ванну, я немного замерз. Не злись, если хочешь, поколоти меня потом, ладно? — Он с нежностью тер его запястья.
Юнь Ци, тяжело дыша, смотрел на него, но возражать не стал.
Юй Цзин знал, что он согласен, и отвел в ванную. Юнь Ци снял обувь, поставил ее у двери и принял совместную с ним ванну.
Гневное пламя невозможно сохранить даже при сильном желании, во время купания он выпустил весь пар. Пальцы Юй Цзина, слишком умелые, не давали ему долго злиться, и спустя некоторое время Юнь Ци только и мог, что обнимать его и звать «брат».
На самом деле он понимал, что сегодня перешел границу. Человек может проявлять разные стороны с разными людьми. С Юй Цзином он вел себя как ребенок, чувствуя себя в безопасности, тут же начинал капризничать, оживляя все старые привычки. За несколько лет ему казалось, что его характер стал лучше, спокойнее, но желание капризничать и получать утешение остались прежними. Это проявлялось невольно.
— Давай выйдем… — С румянцем из-за жара сказал Юнь Ци. — Тут грязно.
— Грязно? — Юй Цзин схватил его лицо. — Мне кажется, тебе просто не хочется использовать рот.
— И что с того? — Юнь Ци подражал его тону.
Он собирался вылезти, но Юй Цзин потянул его обратно, и вода вылилась за края. Мужчина схватил его за шею.
— Попробуй, и узнаешь, что будет.
Согревающая ванна заняла почти два часа. К счастью, никто не постучал в дверь, иначе все узнали, как живут чемпион-лесник и чемпион-топлайнер.
После мытья, переодевшись, Юнь Ци лежал на кровати, словно лишенный души, и тяжело дышал. Его волосы смочили простыни, но он не обращал на это внимания, крепко обнимал одеяло и прижимался к нему, выдыхая запах, приносящий покой.
Когда он достаточно отдохнул, Юй Цзин взял его на руки и принялся сушить волосы. Он ленился и не желал сотрудничать, но его слабое тело не могло противостоять силе того, кто занимается спортом, и через пару минут поддался фену. Юнь Ци, как щеночек, положил голову перед зеркалом и смотрел на мужчину позади, одетого только в спортивные штаны, и собственное румяное лицо.
Белые штаны вызывающе выпирали. Юнь Ци, глядя в зеркало на фигуру, невольно напрягся: даже после всего, выглядит внушительно. Он искренне не понимал, как его хрупкое тело вообще все это выдерживает. Люди, занимающиеся спортом, невероятны, — Юнь Ци размышлял и жалел себя.
Юй Цзин видел, куда именно устремлен его взгляд, но ничего не говорил. Он держал расческу и приводил волосы в порядок, другой рукой умело орудуя феном, как профессиональный парикмахер, ловко перебирал и укладывал.
Когда фен, затих рука Юй Цзина, лежащая на голове, тоже остановилась. Отложив приспособления, он запустил пальцы в волосы парня и произнес:
— У тебя отличные волосы. Удивительно, при таком-то скудном питании они все еще в хорошем состоянии.
— Что не так с моим питанием? — Юнь Ци посмотрел в отражение и недовольно пробурчал.
— С ним все нормально, просто у тебя слабый желудок, много что есть нельзя, а волосам нужно сбалансированное питание. Когда ты только приехал, они у тебя были тусклыми и желтоватыми.
— Неправда, — уверенно возразил Юнь Ци. — У меня всегда были хорошие волосы. Если не веришь, спроси моего отца.
— Просто шучу, — Юй Цзин отпустил его и убрал расческу. — Не воспринимай всерьез.
Юнь Ци выпрямился. В здании, кроме них двоих, никого не было, и он чувствовал себя непринужденно. Он видел, как Юй Цзин отходит в сторону, чтобы закурить.
— Первая сигарета за день, — Юй Цзин взял сигарету.
— Врешь. Я видел, как ты курил с Цзю Кэ в комнате для прямых трансляций этим утром. Это вторая сигарета, — Юнь Ци наклонился, вырвал сигарету и бросил ее на стол.
— Две в день — это не так уж много.
— Нет, мы договаривались на одну в день.
— Ты, правило действует с сегодняшнего дня.
Можно говорить обо всем, но для заядлого курильщика ограничение на сигареты в день — почти смертельный приговор. Юй Цзин, конечно, не настолько зависим, но такая норма казалась чересчур суровой.
— Хорошо, — быстро согласился Юй Цзин. — Только одна, больше ничего говорить не буду
Он опустился на стул, поникнув, словно цветок, из которого выдавили всю влагу.
Юнь Ци успокоился. Он не тиран и не собирался ему полностью запрещать курить, но тот в последнее время стал делать это слишком часто. Три года назад он курил гораздо меньше, а сейчас постоянно тянется к пачке. Недавно даже менеджер, зайдя в тренировочный зал, попросил его делать это поменьше, видимо, тоже заметил, что тот стал злоупотреблять.
Без сигареты Юй Цзин не могу успокоиться: то хватал подушку, то проверял телефон, то тут же отбрасывал его в сторону. Юнь Ци, как камера видеонаблюдения, не сводил с него пристального взгляда.
— Клянусь Богом, я не думаю об этом, — Юй Цзин поднял руки.
Он забрал пачку и зажигалку, открыл ящик стола и выложил всю коллекцию на рабочий стол.
— Я конфискую все, и буду выдавать по одной в день.
— Ты со мной как со скотом обращаешься?
Юнь Ци грозно посмотрел на него своими круглыми глазами, выглядел пугающе, и Юй Цзин поспешно закрыл рот.
— Дело не в том, что я занудствую, а в том, что ты в последнее время слишком много куришь. Разве не лучше, когда в комнате пахнет свежестью? От тебя всегда пахнет дымом. Ты еще молодой и не понимаешь, чем это грозит, но потом поймешь. Легкие почернеют от дыма. Твой отец не курит, почему бы не взять с него пример? — Юнь Ци повернулся к нему боком.
— Кто сказал, что мой отец не курит?
— Я наблюдал за ним. Ни разу не видел, чтобы он курил те два раза, что я у тебя был.
— Разве не можешь поучиться у него? Капитан Юй, ты так дисциплинировано занимаешься спортом, почему же такой небрежный, когда дело доходит до этого? Не доходи до привыкания, пора остановиться. Зачем постоянно держать сигарету?
— Я только сейчас стал чаще курить.
— Тогда контролируй себя, если не можешь, я помогу, — Юнь Ци собрал все сигареты, встал, нашел пакет и бросил все в него. — Я заберу к себе в комнату. Не смей просить у других тайком или покупать, я буду очень зол.
Юй Цзин наблюдал, как пакет наполняется. Там были дорогие сигареты: что-то купил сам, что-то подарили.
— Оставь хотя бы пачку, — он все еще настаивал.
— Нет, — холодно бросил Юнь Ци тоном, не подлежащим обсуждению. — Если хочешь завязать, нужно быть решительным. К тому же, я не запрещаю курить насовсем, просто буду выдавать по одной штуке в день, чтобы уменьшить тягу. Можешь выкурить сразу, можешь накопить и выкурить все разом, как хочешь.
— Малыш, — взгляд Юй Цзина стал острее, — ты же не мстишь мне, верно?
— И за что месть? — Юнь Ци с отсутствующим видом сказал.
При упоминании бассейна Юнь Ци вдруг вспомнил кое-что. Слова, которые Юй Цзин тогда сказал… Сначала Цзы У намекнул, что тот обо всем знает, а потом и сам Юй Цзин произнес ту фразу. Он посмотрел на него, размышляя: откуда тот узнал? Сам он до самого конца не подозревал о такого рода чувствах.
Юнь Ци убрал сигареты в сторону и вернулся на диван. Ему хотелось спросить, но он не знал, с чего начать. Нерешительность не открылась от взгляда собеседника, решив, что догадался о причине его действий, Юй Цзин прикрыл лоб рукой и сказал:
— Прав в чем? Это не так, я думаю о другом, — Юнь Ци поспешно покачал головой.
— Думаю о… — Юнь Ци замялся, не зная, уместно ли говорить об этом, но, подняв взгляд, увидел проницательные глаза и подумал, что слишком много думает. Разве Юй Цзин не знает? Иногда он пугался его догадливости и умению читать мысли. Перестав обманывать себя, Юнь Ци выпалил. — Цзы У признался мне сегодня.
Лицо Юй Цзина невооруженным глазом помрачнело.
— Но я уже все ему прояснил. Должно быть, он запутался в своих чувствах и на самом деле не влюблен в меня. Ты же знаешь, как у него обстоят дела… Просто завидует нашим отношениям, хочет начать все с чистого листа и ошибочно принял дружескую симпатию за влюбленность. Он просто хотел того, что есть у нас. Я все объяснил, правда, не волнуйся… — Опасаясь быть неправильно понятым, он быстро оправдался.
С каждым словом голос становился неувереннее, ведь лицо Юй Цзина становилось жестче и холоднее.
Юй Цзин молча налил воды и сделал глоток. Его выражение лица стало нечитаемым, от недавней игривости не осталось и следа.
Хотя Юнь Ци обладал вспыльчивым характером и мог позволить себе вольность в общении с Юй Цзином, в глубине души все же побаивался его, когда тот принимал серьезный облик. Он опустил взгляд на руки, на которых до сих пор виднелись шрамы, так и не зажившие до конца. Встревоженный, он подвинулся ближе, беря его за руку.
— Прости, мне следовало сказать тебе раньше. Все произошло так быстро, и я не нашел подходящего момента. К тому же я все уладил. Цзы У знает меру и не станет нам мешать, он тебя уважает. Пожалуйста, не вини…
— Нет, это не так, — Юнь Ци отдернул руку.
— Что он тебе сказал? — Юй Цзин поставил стакан и бессознательно повертел кольцо на пальце.
— Ничего такого, только то, что я ему нравлюсь, но сам в этом не уверен. Он сказал, что не собирается ничего предпринимать и по-прежнему уважает тебя, — Юнь Ци наблюдал за ним, не в силах угадать, что у него на душе.
— Конечно, это я указал ему на верный путь. Он ведь не с сегодняшнего дня в тебя влюбился, если бы хотел увести, давно бы что-то предпринял.
— Значит, ты все же знал… — Голос его стыл вялым.
— Боялся, что я узнаю? — Юй Цзин повернулся и уставился на него, заметив разочарование во взгляде.
— Боялся, что напредставляешь себе всякое.
У него с Цзы У ничего нет, но никто не мог сказать точно, что на уме у других, особенно у Юй Цзина, его парня, учитывая их предыдущие разногласия.
— Додумывать это нормально, — мужчина посмотрел на журнальный столик. — Когда соперник в любви постоянно маячит перед глазами, как ту не начать представлять?
— Как ты узнал? — Юнь Ци немного подумал.
Он представлял множество вариантов, но объяснение оказалось куда проще.
— У меня есть глаза, умею ими пользоваться.
Больше он ничего не добавлял. Он действительно наблюдал за всем со стороны, будучи посторонним, ему хватало одного взгляда, чтобы определить, питает ли человек интерес.
Цзы У мастерски скрывал свои чувства. В обычной жизни не позволял себе лишнего и почти не взаимодействовал с Юнь Ци, но всякий раз, когда Юнь Ци выходил из себя, причиной становился он. Юй Цзин не знает деталей, но одного того факта, что тот постоянно искал повод придраться, было достаточно.
Со стороны Цзы у казался тем еще любовным гуру, играющим с чувствами других, но на самом деле выражал симпатию крайне неловко, как школьник, который задирал объект своей любви. И каждый раз, когда Юнь Ци расстраивался из-за его выходок, Юй Цзин все больше убеждался в догадках.
Во время турнира в Берлине он втайне следил за взглядами Цзы У. Как бы тот не пытался скрыть это, он не мог спрятать желание, а поскольку действовать ему нельзя, с каждым разом в глазах появлялась еще большая пылкость. Цзы У выдавал себя из раза в раз.
— Тогда почему ты мне не сказал? Я мог бы подготовиться заранее.
— Что ты собирался подготавливать?
— По крайней мере, я бы знал, что ответить.
— Я не хотел давать ему возможности говорить с тобой. Если бы он промолчал, тебе не пришлось бы чувствовать неловкость.
Юнь Ци опустил голову, сжимая пальцы.
— Но потом я изменил свое мнение, — продолжил Юй Цзин. — Неважно, любит он тебя или нет, у него есть право высказаться. Почему я должен лишать его этого права? Я должен верить тебе. Верить, что даже если он признается сотню раз, ты ни разу не согласишься.
Юй Цзин схватил его за подбородок. В этот момент ему до боли сильно хотелось взглянуть ему в глаза. Он приподнял лицо, заставив встретиться с ним взглядом, горящим, словно факел.
— Ты мой, Юнь Ци. Я приложил столько усилий, чтобы начать встречаться с тобой. Мне не нужны потенциальные соперники, я готов убить каждого из них, даже если это наши товарищи по команде или друзья, потому что боюсь потерять тебя снова. Но мимо того, что я твой парень, я еще и чей-то капитан. Не могу же по-настоящему зарубить Цзы У топором, верно? Я должен искать баланс: дать ему этот шанс, чтобы ты сам положил конец его иллюзиям. Но только Бог знает, насколько тяжело мне было, когда принимал это решение.
В глазах Юй Цзина читалось нечто глубокое, скрытое, что больше не поддавалось контролю. Юнь Ци посмотрел на него и протянул руки, обнимая его. Положение Юй Цзина особенное, как и Цзы У — между ними нет места конфликтам, даже мелочным. Он понимал его, понимал нежелание мириться с ситуацией и чувствовал, как сильно волнуется его возлюбленный.
Юнь Ци поцеловал его в губы и мягко погладил по щеке.
— Я не буду, не буду соглашаться ему, никому, я твой, твой до конца жизни. Не нужно беспокоиться, нравлюсь ли я кому-то, также как и мне не нужно волноваться, любит ли кто-то тебя. Я выберу тебя также твердо, как ты выбираешь меня. Брат Юй, Юнь Ци любит тебя.
Он целовал Юй Цзина, пытаясь утихомирить чувства, бушующие внутри этого человека. Юнь Ци, обхватив его лицо, прижимался своим лбом к его и, хлопая дрожащими ресницами, шептал:
— Я давно стал твоим. Еще три года назад, когда ты впервые поцеловал меня, мое сердце оказалось в твоих руках. Я больше никогда не уйду, никогда. Веришь мне?
Юй Цзин не ответил, но обнял его за талию, заключил в объятия и страстно поцеловал.
Юнь Ци, обхватив его, перебрался с дивана к нему на колени. После страстного поцелуя он обессиленно лег на плечо.
— Я знаю, что твои тревоги — это моя вина. Знаю, как тяжело тебе. Клянусь, у нас с Цзы У ничего не будет, он не посмеет ничего сделать, а если и посмеет, тебя не нужно марать руки, я сам с ним расправлюсь. Никто не разлучит нас. Даже после смерти я останусь твоим, хорошо?
Пальцы Юй Цзина зарылись в волосы Юнь Ци. Он оставлял укусы на шее и молча осыпал поцелуями.
Покрыв всю шею красными следами, он наконец успокоился и просто крепко обнял его, уткнувшись куда-то в шею, требуя утешения.
— Капитан Юй, — шепотом позвал Юнь Ци.
Нельзя позволить ему зациклиться на Цзы У — он и так взвинчен до предела, это чувствовалось даже в том, как крепко его держали в объятиях.
— Говори, — Юй Цзин выдавил из себя лишь слово.
— Обещаю, если ты сможешь бросить курить…
Юй Цзин обхватил его лицо ладонями, развернул к себе и увидел раскрасневшиеся, как пухлые персики, щеки и нежность в глазах.
— Я надену платье и сделаю это с тобой в бассейне. И я буду верхом. Двигаться сам.