Ему нравлюсь только я — Глава 71: Новый император
Чу Шие невинно посмотрел на Цзи Мяня, говоря, что ничего такого не собирался делать.
Цзи Мянь оставался невозмутимым, говоря, что не выдержит еще одного укуса.
Чу Шие взглянул на его затылок: "Если больно, я могу помассировать."
Цзи Мянь: "Это не больно, не надо."
Чу Шие хотел что-то еще сказать, но его перебил Цзи Мянь: "Ты ничего не получишь."
Это его омега, а не чей-то еще.
Однако А-Мянь немного боится боли.
В следующий раз он будет помягче.
Они продолжали идти вперед, когда Цзи Мянь поинтересовался у него: "Что думаешь об этом месте?"
Ему было интересно, что думает Чу Шие о своем биологическом отце Норте.
Чу Шие: "Ничего, я ненавижу это место."
Затем он объяснил: "На самом деле он не хочет, чтобы я был принцем, я понимаю, он просто хочет использовать меня."
Довольно легко отличить злобу от доброй воли.
Цзи Мянь кивнул и погладил Чу Шие по голове: "Главное ты в порядке, не заботься об этих людях, это их проблемы."
Невесть откуда взявшийся ветерок подул на цветочное поле, и, почувствовав в цветочном аромате какую-то примесь, Цзи Мянь остановился, его глаза сузились, а выражение лица Чу Шие стало холодным.
Недалеко от них двоих, среди цветов, виднелась знакомая фигура.
"Не ожидал, что вы придете сюда, — улыбнулся Дорн. — Но это не имеет значения, в конце концов, Его Величество изначально планировали привести вас сюда, Ваше Королевское Высочество."
Чу Шие равнодушно оглянулся, и Дорн перевел взгляд в сторону Цзи Мяня: "Как жаль. Я бы отпустил молодого господина Цзи, если бы он не появился здесь с Его Королевским Высочество."
Чу Шие немедленно встал перед Цзи Мянем, тот нежно взял его за руку и слегка приподнял брови: "Потому что это секрет Империи?"
"Можно сказать, эта тайна Его Величества, — Дорн продолжил. — В конце концов, все это не имеет к нам никакого отношения."
Когда он сказал это, Цзи Мянь кое-что осознал.
Поле цветов под этим дворцом неотделимо связано с Нортом, можно даже сказать, он активно занимался этим.
Однако настоящим вдохновителем был не Норт, а Дорн.
Возможно, и за спиной Дорна стоят другие люди.
"Я очень разговорчивый. Теперь я дам вам выбор, — произнес Дорн. — Ваше Королевское Высочество, вы можете оставаться в неведении и занять место принца. Что же касается молодого господина Цзи... Пожалуйста, останьтесь здесь, сотрудничайте с нами и проведите небольшой эксперимент."
Глаза Чу Шие мгновенно стали холодными, как лед: "Невозможно."
Дорн вздохнул: "Тогда нет другого выхода... Впрочем, это ожидаемо. Это цветочное поле окрашено кровью людей со способностями. Теперь и ваша кровь может придать этому месту немного цвета."
Не успел он договорить, как драконий рык сотряс небеса.
Белый дракон появился, как бог, Дорн вздохнул: "Оказывается, в членах королевской семье действительно течет драконья кровь. Жаль тебя убивать, но твое тело — тоже хороший материал для исследования."
Богиня Света легко взмахнула крыльями и приземлилась на макушку белого дракона. Голос Цзи Мяня звучал холодно и без малейшего намека на мягкость: "Здесь умрешь только ты."
Дорн: "Правда? Я с нетерпением жду этого."
Чернота, словно густые чернила, поглотила его белки глаз.
Сильное давление было оказано на них!
Глаза Чу Шие сильно затряслись, словно их разрывало на части. Цзи Мянь почувствовал тоже самое, но вовремя прикусил кончик языка, острая боль пронзила его сознание и душу.
Серебристо-голубое свечение вспыхнуло в его глазах, время от времени загораясь и угасая, подобно накатывающему приливу.
Крылья бабочки рассыпали прекрасные звезды, иллюзорное световое море, более тусклое, чем раньше, распространилось по полю.
Тем не менее, Чу Шие все же ощутил, как напряжение отступает, а зрение проясняется.
Дорн: "Жалко и нелепо наблюдать, как сотрясается дерево."
С резким криком ночная сова, огромная, как холм, устремилась вниз. Белые крылья дракона завибрировали, как ураган, и, взметнувшись, как пушечное ядро, сильно ударили сову.
Ночная сова — духовное тело Дорна. В последние несколько лет он редко показывал его перед другими.
Это первый раз, когда Цзи Мянь и Чу Шие по-настоящему сражаются с человеком, обладающим духовными способностями уровня S. Хотя они ожидали этого, сила Дорна все равно превосходила их ожидания.
Белый дракон купался в лазурном море света бабочки, не в силах одержать вверх в битве.
Серебристо-голубой блеск в глазах Цзи Мяня был тусклым, подобно колеблющейся свече, раздуваемой ветром.
Умственная сила — самое мощное оружие человека со способностями, а у него они тоже имелись.
Однако сейчас он был не в состоянии сдерживать Дорна на пике, как и поддерживает Чу Шие.
Хотя Дорн тоже оказался ранен, именно он и Чу Шие оказались в безвыходной ситуации.
Через некоторое время ситуация, казалось, прояснилась, Дорн вздохнул и покачал головой: "Жаль, ты всего лишь маленький дракончик."
"А ты даже не можешь осознать, какой силой обладаешь."
Сова вскрикнула, чернота в глазах Дорна стала гуще, его умственная сила расстраивалась без всякого страха!
Это был его решающий, а также последний удар. Хотя ситуация была под его контролем, он понимал: если будет медлить еще немного, может проиграть.
Под давлением ужасающей силы внутренние органы Чу Шие, казалось, сжались, и он выплюнул много крови.
Пара тонких рук нежно коснулась его лица.
Чу Шие, опустив голову, заметил кровь, окрасившую уголки губ Цзи Мяня, что тихо произнес: "Не двигайся."
"Помнишь, когда твое духовное тело только что пробудилось? Это может быть также больно, потерпи."
Чу Шие понял, что хотел сделать Цзи Мянь, и белый дракон снова расправил свои костяные крылья и встал перед ними.
Дорн слегка прищурился, сова спустилась с неба и столкнулась с белым драконом, полным бесстрашия.
Богиня Света закружилась вокруг них двоих, пока Цзи Мянь связывал их духовную силу и погружался в духовный мир.
На краю огромной пустыни пропасть, разделявшая пространство пополам, все еще оставалась.
Цзи Мянь знал способ передать свою духовную силу Чу Шие, но это было очень опасно. Если он будет неосторожен, может потеряться в духовном мире и никогда не вернуться.
Конечно, он не стал говорить об этом Чу Шие.
Он ступил на грань пропасти и, не колеблясь, бросился вниз, в бездну.
Богини Света, порхавшая вокруг него, превратилась в голубую звезду и растворилась в его теле. В этот момент он казался светом, резко прорезающим темную завесу.
Сверкающий серебристо-голубой свет расцветал, словно галактика, что растекалась по Вселенной, падая в бездну, он, соединенный нитями, освещал бездонную пропасть.
Бездна сильно сотрясалась, и огромные трещины медленно закрывались. В реальности Чу Шие согнулся, испытывая сильную боль, казалось, будто позвоночник его вырывали, но он не издал ни звука.
Из-за колеблющейся духовный силы хозяина фигура белого дракона размылась. Сова, воспользовавшись возможностью, буквально прижала белого дракона своими острыми, как нож, когтями и поцарапала голову.
В следующее мгновение Чу Шие резко поднял голову, его глаза вспыхнули золотым светом.
Белые килевидные крылья обрели плоть, золотой свет покрыл каждый дюйм чешуи, а зрачки загорелись, как палящее солнце.
В одно мгновение огромное, похожее на холм тело совы тяжело упало на землю, пронзенное когтями дракона и разорванное на куски.
С Дорном произошла внезапная перемена: из его рта хлынула кровь, а из свирепых глаз потекли две отвратительные струйки.
Белый дракон, купаясь в золотистом свете, поднял голову и завыл, рык разнесся по небу. В этот момент он, казалось, превратился в настоящего золотого дракона.
Затем Чу Шие повернулся, холодно взглянув на Дорна.
В этот момент подавление, которым Дорн так гордился, никак на него не действовало.
В глазах Дорна появилось удивление, улыбающаяся маска, что он носил, была сорвана, а его уверенность рухнула.
Он никогда не думал, что проиграет, проиграет этим двум молодым людям, что в его глазах казались «зелеными»
Дорн, с кровью и слезами на глазах, взревел.
"Я никогда не умру здесь, никогда..."
Это были последние слова, оставленные единственным в межзвездном пространстве пользователем духовных способностей S уровня.
Кровь брызнула на бесстрастное лицо Чу Шие, когда короткий нож в его руке вонзился в сердце Дорна.
Это самый трудный и могущественный враг, с которым он когда-либо сталкивался.
Однако смерть Дорна гораздо ценнее, чем его жизнь.
Однако этот удар только что исчерпал все его силы, он, пошатываясь, поднялся и повернулся.
Цзи Мянь стоял среди цветов, улыбаясь и протягивая к нему руки.
Чу Шие без колебаний бросился к нему и обнял своего омегу.
Затем он услышал, как Цзи Мянь тихо сказал: "Я немного устал, ненадолго вздремну. Не кусай меня."
Цзи Мянь заснул, прислонившись к его плечу, Чу Шие крепко обнял мужчину, молча глядя на его бледные и красивые брови.
Медленно опустив голову, на уголках губ он оставил нежный, заветный поцелуй.
Ветерок колыхал лепестки, и засохшая кровь проникала в почву, к самым корням цветов. Чу Шие осторожно поднял Цзи Мяня, потерявшего сознание, и нашел потайной ход там, где впервые появился Дорн.
Потайной ход проходил под дворцом. Вернувшись во дворец с Цзи Мянем на руках, он обнаружил царивший там беспорядок.
"Только что умер Норт — император Империи Атлант."
Новость, достигшая ушей так внезапно, заставила Чу Шие на несколько секунд остолбенеть.
Повсюду раздавались крики, и в хаотичной толпе Чу Шие, бережно держа человека на руках, заметил Декри и Егеря.
Они направились к нему, но на полпути наткнулись на кого-то и остановились.
"Умер так умер. Можно плакать от рассвета до заката, но ты не сможешь оживить его слезами."
Четкий и нежный женский голос отчетливо послышался в этом беспорядке. В окружении нескольких служанок появилась высокая черноволосая женщина в ниспадающем до пола красном платье, великолепном, как ярко-красная роза.
Чу Шие знал, кто она, даже без представления.
Императрица Норта, дочь Дорна — Елена.
Прекрасные глаза Елены, украшенные красными тенями, остановились на Чу Шие. Казалось, одного взгляда хватило, чтобы узнать его.
Она тут же слегка приподняла подбородок.
"Его Величество публично составил завещание, и его единственный ребенок унаследует трон, — Елена спокойно произнесла. — С сегодняшнего дня ты новый император."