Нефритовое лезвие — Глава 18.
Для начала Мэн Сюнь выполнил комбинацию из тройного и двойного тулупа. Выглядело не так хорошо, как у Цзи Хэю, и с точки зрения сложности он не смог передать ощущение легкости и парения надо льдом, однако нужно учитывать, что это вторая половина выступления, и полученный результат уже довольно впечатляющий.
Выполнив несколько шагов, Мэн Сюнь под мелодию прыгнул тройной лутц и двойной тулуп. Все та же комбинация 3+2, но технический балл за лутц выше, чем за тулуп. Хотя колени Мэн Сюня подогнулись при приземлении, он не упал.
Наконец-то наступила кульминация.
Три прыжка подряд в конце имеют больший показатель успеха, чем «ирокез» и двойной аксель в начале. Обычно на тренировках его показатель успеха составляет всего 30%, не говоря уже об идеальных приземлениях или замедлении в воздухе.
Вчерашний звонок Чэнь Чансина помог ему вздохнуть полной грудью. На место волнения пришло облегчение. Прыжок и приземление двойного акселя в связке с ойлером прошли гладко. Только при выполнении тройного сальхова возникли технические проблемы: из-за поспешности он выполнил лишний оборот, за что ему сняли баллы.
Впервые Мэн Сюнь был так близок к идеалу, ни в одной из тренировок его результат не был таким хорошим, как сегодня.
Настолько, что под конец он светился от гордости, уверенный, что получит похвалу от брата Хэю.
После окончания произвольной программы Мэн Сюня, ведущий объявил результат Цзи Хэю.
— Фигурист №29, Цзи Хэю, технический балл от судей — 67,97, за программу — 48,91, общий балл — 116,88.
Ведущий сначала взволнованно сообщил о его результатах, а затем, успокоившись, добавил, что получено 0 дополнительных баллов.
— Поздравляю, не сильно удивлен твоим результатом, — произнес Лин Анран с улыбкой. — Вчера в короткой программе ты был ниже на 10 баллов, а сегодня откатал произвольную настолько идеально, что победишь даже без дополнительных баллов.
Цзи Хэю кивнул, но особой радости на его лице не было, он спокойным тоном сказал:
— Это всего лишь соревнование клубной лиги.
По большей части это заслуга судей, вероятно, предположив, что ему не накинут дополнительные баллы, они выставили за программу побольше.
— Тогда дойди до финала, нет, до чемпионата мира. Потом вернешься и покажешь мне, — Лин Анран не обратил внимания на его бесстрастный вид и с улыбкой сказал.
В первую встречу он говорил нечто подобное, чтобы поддержать и поощрить молодого человека; теперь Лин Анран не сомневался, что Цзи Хэю завоюет золотую медаль или даже чемпионский титул.
Еще через несколько минут ведущий объявил результат произвольной Мэн Сюня.
— Фигурист №30, Мэн Сюнь, технический балл — 61,92, за программу — 44,48, общий балл — 106,4 и дополнительный балл — 10.
В фигурном катании итоговый балл — это сумма баллов за короткую и произвольную программы, а это значит, что итоговый балл Мэн Сюня — 199,38, Цзи Хэю — 199,62.
Это удивительно. В короткой программе Цзи Хэю отставал от Мэн Сюня на 0,24 балла, а в итоговом счете оказался на 0,24 балла выше.
Очевидно, большинство зрителей были согласны с рейтингом, в зале раздавались теплые аплодисменты.
Но в этой толпе, был один единственный недовольный.
Лицо Цзи Юаньсуна, сидевшего на месте судьи, выглядело настолько грозно, что из него можно было выжимать воду.
Как его никчемный брат смог выиграть соревнование, набрав на 20 баллов меньше других? Его младший брат привык жить один, без одежды и еды, полагаясь только на пособия, а фигурное катание — это очень затратный вид спорта. И откуда у него опыт?
Цзи Юаньсун вспомнил про карточку, которую Цзи Минчэн дал Цзи Хэю.
Цзи Минчэн не сказал, что дал Цзи Хэю два-три миллиона, об этом проговорилась Се Юй.
Да, два-три миллиона, да эти два-три миллиона — немаленькая сумма!
Должно быть, его непутевый брат потратил кучу денег, чтобы устроить это шоу и подкупить судей!
Этот маленький ублюдок, эти деньги должны были достаться ему!
Найдя идеальное объяснение поступкам брата, Цзи Юаньсун не мог не бросить на него презрительный взгляд.
Вид молодого человека, радостно болтающего с Мэн Сюнем, заставил его почувствовать растерянность, будто ему пускали пыль в глаза.
Чэнь Чансин рядом тихонько отодвинулся от него.
Конечно, этот человек действительно имеет зуб на Сяо Хэю.
Чэнь Чансин взглянул на Цзи Хэю: будучи еще совсем юным фигуристом, он излучал легкое сияние, присущее подросткам, он не видел ничего постыдного в том, чтобы называть незнакомого ребенка ласково «Сяо Хэю».
— Скоро состоится церемония награждения, — после слов ведущего Мэн Сюнь стал донимать Цзи Хэю: он совсем не расстраивался, что его обогнали и ему пришлось уступить первое место.
— Брат Хэю, ты такой потрясающий! — От обжигающего взгляда Мэн Сюня, устремленного на него, Цзи Хэю почувствовал себя смущенным. — Если бы я занял первое место, то точно не пошел бы забирать награду, — Мэн Сюнь разозлился, вспомнив о возмутительных дополнительных баллах. — К счастью, у судей есть глаза.
— Если бы ты занял первое место, это была бы твоя заслуженная награда, — молодой человек был немного выше него, поэтому пришлось поднять руку, чтобы взъерошить его волосы. Из-за разницы в росте это выглядело забавно, но Мэн Сюнь, на удивление, оказался очень покладистым.
— Дело не в том, что я не хочу победы, хочу, но своими силами, а не этой позорной системой соревнований. Более того, если бы не советы, данные вчера братом Хэю, я бы до сих пор не решился совершить несколько прыжков подряд, — Мэн Сюнь, похлопав глазами, уверенно заявил.
Прежде чем Цзи Хэю успел ответить, Мэн Сюнь взволнованно продолжил:
— Брат Хэю, хотя в этот раз я проиграл, в следующий раз я обязательно выиграю тебя своими силами! До финала Лиги один месяц. После присоединения к национальной сборной, мы обязаны тренироваться вместе, я продолжу усердствовать и превзойду тебя на следующих соревнованиях! Я определенно смогу научиться твоим сегодняшним прыжкам!
Видя, что Мэн Сюнь настолько уверен в своих словах, Цзи Хэю не стал говорить, что не скоро присоединится к сборной, и лишь ободряюще улыбнулся.
В глубине души он знал, что никто не стоит на месте.
Мэн Сюнь будет двигаться вперед, и он, естественно…
Никому неизвестны его амбиции.
Он желал выполнить сложный четверной прыжок, а также опробовать тройной аксель.
На данный момент фигурное катание еще не достигло пика своей популярности. В Китае, где фигурное катание развито слабо, имеется лишь горстка людей, способных выполнить четверной прыжок. Цзян Ицин, едва входивший в десятку лучших в мире, овладел четверным тулупом и сальховом, однако успеха на соревнованиях достичь не удавалось.
До сих пор на международных соревнованиях в юношеской группе есть лишь один человек, способный выполнить четверной прыжок!
Многие фигуристы, хорошо прыгающие четверной тулуп, допускают ошибки в тройном акселе.
Как самый сложный из всех прыжков, аксель всегда привлекал бесчисленное множество смельчаков, желающих опробовать его в действии. В нынешних реалиях никто на публике не продемонстрировал четверной аксель, но, по мнению Цзи Хэю, люди просто стараются усовершенствовать технику, чтобы позже продемонстрировать.
Хотя медали вручались трем лучшим спортсменам, зрителям запомнились только Цзи Хэю и Мэн Сюнь — общий результат третьего места намного хуже, чем у них двоих, и, даже поднимаясь на пьедестал, парень будто был в замешательстве.
— Я хотел бы пригласить почетного гостя, господина Цзи Юаньсуна, спонсора соревнований, вручить медали трем победителям, — после слов ведущего, Цзи Юаньсун неохотно поднялся на подиум.
Он не хотел вручать награду Цзи Хэю, этому маленькому ублюдку!
Награждение началось с третьего места, Цзи Юаньсун сухо пожимал руки победителям, безучастно поздравляя.
Но вскоре настала очередь Цзи Хэю.
— Победителем этой лиги по фигурному катанию стал пятнадцатилетний Цзи Хэю. Произвольная программа сегодня была просто потрясающей. Давайте поздравим победителя! — Ведущий взволнованно объявил, передавая настрой зрителям для бурных и теплых поздравлений.
Но Цзи Юаньсун, отвечавший за вручение медалей, не сдвинулся с места.
Он не взял золотую медаль с подноса, но и не спустился с пьедестала, просто стоял и одаривал Цзи Хэю холодным взглядом.
Чувство отвращения было настолько сильным, что даже Мэн Сюнь и фигурист, занявший третье место, отчетливо почувствовали его «неприязнь».
— Господин Цзи, — Цзи Хэю посмотрел тому прямо в глаза и тихо сказал. — Если вы продолжите ждать, все будет кончено.
— Множество глаз... наблюдают за нами, — взгляд Цзи Хэю, устремленный на Цзи Юаньсуна, постепенно стал осмысленным, после чего он взял на себя инициативу и протянул руку.
Цзи Юаньсун фыркнул, протянул руку и приложил все усилия, желая раздробить кости никчемного брата.
Но неожиданно Цзи Хэю стерпел: кончики его пальцев подрагивали от крепкого захвата, но на лице не выступило ни капли пота.
Чэнь Чансин на месте судьи кашлянул.
Он подумал, что если Цзи Юаньсун продолжит ставить Сяо Хэю в неловкое положение, то сам подбежит и оттолкнет его, чтобы лично вручить награду.
Если это обидит его, ничего страшного. В конце концов, он тренер национальной сборной и не сделал ничего недопустимого. Что может сделать с ним Цзи Юаньсун?
Кашель, казалось, стал для Цзи Юаньсуна чем-то вроде напоминания, и он медленно отпустил руку.
Надевая золотую медаль на шею Цзи Хэю, тот злобно усмехнулся, как бы намекая—
Цзи Юаньсун не ожидал, что Цзи Хэю, пятнадцатилетний старшеклассник, не сталкивавшийся с трудностями и росший в одиночестве с самого детства, не изменится в лице, столкнувшись с угрозой в виде него, что бросал угрожающие взгляды.
— Спасибо, господин Цзи, — глаза Цзи Хэю отстраненно блестел, а голос остался неизменно спокойным.