Ему нравлюсь только я — Глава 21: Су Лан не любит его
Цзи Мянь и Чу Шие посмотрели друг на друга.
Через несколько секунд Цзи Мянь спросил: "Что думаете, господин арендодатель?"
Брови Цзи Мяня приподнялись: "Здорово. Тогда, может быть, мы выберем кровать позже?"
Затем он молча положил несколько кусочков тушеного мяса ему в тарелку.
Цзи Мянь положил говядину в его миску.
Кейн: "...Босс, еще тарелку лапши и два яйца!"
Убийца, совершивший несколько дней назад нападение, так и не был найден, из-за чего на ночном рынке не так оживленно, как раньше.
На углу улицы молча сидел на корточках подросток, уголки его глаз почернели и опухли, на теле виднелись синяки.
Ночью температура была низкой, а он был одет только в одну рубашку, сжавшись калачиком.
Прозвучал знакомый чистый голос, и Нато, застигнутый врасплох, медленно поднял голову.
Молодой человек наклонился и решительно посмотрел на него: "Почему ты здесь?"
Цзи Мянь не ожидал встретить здесь Нато, ученика своего класса.
Из-за случая с нападением ни один родитель в последнее время не разрешил своим детям гулять на улице самостоятельно, и им приходилось забирать их и отвозить лично даже в школу... Но Нато в эту ночь был один на улице.
Взгляд Цзи Мяня остановился на израненном лице Нато, его брови слегка приподнялись: "Это снова они?"
Нато тут же покачал головой: "Нет, это не одноклассники. В этот раз я действительно случайно упал."
Первая часть, сказанная Нато, не было ложью.
Нато не хотел, чтобы люди выясняли причину ранений, он слышал это в его голосе.
Цзи Мянь коснулся головы Нато, с кончиков его пальцев сорвались какие-то отблески света.
Как и в прошлый раз, Нато почувствовал лишь легкий жар на своем лице. Раны, причиняющие ему сильную боль, что он едва мог открыть глаза, зажили в мгновение ока.
Нато действовал вяло: "...лечение потрясающее."
Он вспомнил, что учитель Су говорил на уроке, что он целитель.
Цзи Мянь: "На улице слишком опасно оставаться одному, давай мы отведем тебя обратно. Или ты хочешь пойти куда-нибудь еще?"
Услышав «мы», Нато заметил, что рядом с Цзи Мянем стоит молодой человек, молча сопровождающий его.
Он немного поколебался, затем равнодушно сказал: "Не могли бы вы... не могли бы вы отвезти меня в дом моей тети? Это в западной части города."
Они втроем направились на запад, и Нато отстал от них, постоянно поглядывая на две фигуры впереди него.
Он несколько раз видел этого человека рядом с господином Су.
Когда учитель Су приходил на работу или уходил домой, этот человек всегда сопровождал его.
Через некоторое время Нато не удержался и прошептал: "Учитель, вы... родственники?"
Чу Шие посмотрел на Цзи Мяня, и тот, моргнув, ответил: "Это мой домовладелец.”
Немного подумав, он тихо пробормотал: "Домовладелец еще и забирает с работы?"
Цзи Мянь: "Он ответственный, потому хороший арендодатель."
Хотя дом тети Нато находился в жилом районе на западе города, им приходилось обходить стороной темные и узкие переулки. Переулкам, казалось, нет конца. Неудивительно, что Нато не осмеливался приходить сюда ночью один.
Пройдя около получаса, Нато остановился: "Учитель, пришли. Там дом моей тети."
"Она… она не очень любит незнакомцев, так что... Мне очень жаль."
"Все в порядке, — проговорил Цзи Мянь, — иди."
Нато повернулся, чтобы уйти, и снова услышал нежный голос Цзи Мяня: "Если в будущем у тебя возникнут какие-либо проблемы, ты должен сообщить об этом учителю."
Нато на мгновение опешил, вновь поймав взгляд Цзи Мяня, через некоторое время энергично кивнул.
Он пробежал всю дорогу до дома в конце переулка, постучал в дверь, и из открытой двери высунулась женщина.
Когда женщина, открывшая дверь, увидела его, она вскрикнула от радости, присела на корточки и обняла его.
"Дитя мое, почему ты прибежал сюда ночью? Это..."
Она коснулась лица Нато, взяла его за руку и закрыла дверь.
Посреди ночи хижина была освещена, перед окном виднелись фигуры женщины и ребенка, прижавшиеся друг к другу.
Цзи Мянь остановился и несколько секунд молча смотрел в сторону, затем привычно развернулся к Чу Шие: "Пойдем."
Взгляд Чу Шие тоже ненадолго задержался на хижине, а затем вновь вернулся к Цзи Мяню: "Ага."
Они вдвоем шли обратно по той же дороге, по которой пришли сюда. В переулках дул холодный ветер, флаер, висевший в углу, взлетел и был перехвачен Цзи Мянем в воздухе.
Цзи Мянь случайно взглянул на него. Он уже видел такую листовку в руках кудряшки, который дважды приходил к нему проповедовать.
Флаер пропитался сточными водами, буквы размылись, на нем осталась только часть напыщенного текста с узорами, из которых едва можно было разобрать два слова: «Милорд Лусук».
Цзи Мянь: "Ты слышал о Лусуке?"
"Я не знаю, — Цзи Мянь небрежно бросил листовку в мусорный бак в переулке. — Может быть, кто-то это просто придумал."
Они вдвоем обошли переулок, придя на рынок. Долго выбирая, они купили мягкую в меру раскладушку с доставкой на дом.
Эта планета, похоже, оторвалась от межзвездной эры. В Столичной звезде широко используются портативные приборы, но они размером с ладошку маленького ребенка. Нажав на прибор, можно соорудить глубокое кресло, обеденный стол или мягкую кровать.
Но по сравнению с холодными технологиями той далекой планеты Цзи Мянь по-прежнему предпочитает кровать, выбранную им лично.
Когда раскладушку распаковали, Цзи Мянь с улыбкой повернулся к Чу Шие: "Господин арендодатель, какова моя арендная плата?"
Чу Шие немного подумал и назвал цифру.
Цзи Мянь: "Это слишком мало, цена, как один помидор."
Чу Шие немного подумав, сообщил другую цифру.
Цзи Мянь: "О, теперь это два помидора."
"Тогда много помидоров, — сказал Чу Шие. — Ты можешь приготовить томатный суп."
Цзи Мянь усмехнулся, достал коммуникатор и перевел Чу Шие определенную сумму денег.
Заплатив квартплату за первый месяц вперед, он, использовав простой коммуникатор, переданный Кейном, зарегистрировал учетную запись под поддельным именем "Су Лан".
На данный момент имя Чу Шие значилось в списке друзей.
Коммуникатор слегка засветился, и Чу Шие взглянул на только полученную сумму.
Это плата за аренду последнего видимого ими дома, плюс деньги за раскладушку.
Чу Шие подумал: Приберегу эти деньги для Су Ланя.
…Отдам их через три месяца, когда он будет уходить.
Перед тем как лечь спать, Цзи Мянь присев у раскладушки, притянул к себе Чу Шие и занялся духовной терапией.
Стоя перед бездной духовного мира, Цзи Мянь попытался вновь призвать свое духовное тело, но ответа по-прежнему не последовало.
Он убрал руку, выражение его лица почти не изменилось.
В любом случае, он больше не может стоять на месте.
Ради окружающих его сейчас людей он должен...
Цзи Мянь уставился на кончики своих пальцев, затем поднял глаза и посмотрел на Чу Шие.
Чу Шие спокойно посмотрел на него.
Цзи Мянь улыбнулся: "Тогда эта кровать — моя..."
Чу Шие немедленно улегся на раскладушку.
Цзи Мянь ткнул Чу Шие пальцем: "Вставай."
Чу Шие: "Мне нравится эта кровать."
Затем он натянул на себя одеяло и закрыл глаза.
Цзи Мянь подумал про себя: Завтра придется бороться с ним за кровать.
Он вернулся к большой кровати, вновь развернувшись.
Чу Шие тихо лежал на раскладушке в нескольких шагах от него.
Цзи Мянь откинулся на подушку, думая о произошедшем сегодня вечером.
Поскольку травма на теле Нато была нанесена не учениками его класса, то…
Очевидно, что не каждый может быть родителем.
После недолгой паузы Цзи Мянь тихо произнес Чу Шие: "Если у тебя будет шанс в будущем, пойдешь ли ты искать своих родителей?"
Чу Шие открыл глаза, его голос дрогнул: "В любом случае, они оставили меня. Я никогда не прощу тех, кто бросил меня."
Он слегка улыбнулся: "Никто вас не оставит, господин арендодатель."
Почему Су Лан любит называть его какими-то странными именами?
Цзи Мянь уже лег, накрывшись одеялом.
После того, как Су Лан закончил сегодня духовную терапию, он, казалось, был в плохом настроении.
Что может сделать его счастливым…
Чу Шие, немного подумав, сказал: "Я буду готовить завтра, включая обед и ужин."
В его голосе чувствовалось некоторое ожидание.
Сегодняшний завтрак — самая простая белая каша. Возможно, из-за своей простоты она находится лишь на уровне «если съешь, не умрешь».
В прошлый раз на обеде у Чу Шие... Кажется, еще не пришло время.
Видя, что Цзи Мянь некоторое время не произносит ни слова, Чу Шие терпеливо спросил: "Ты меня слышал?"
Цзи Мянь: "Ах, о чем ты говорил? Я заснул."
Потом он тепло проговорил: "Иди спать."
Повернувшись и закрыв глаза, он натянул на себя одеяло как ни в чем не бывало.