Ему нравлюсь только я — Глава 23: Су Лан ушел
"Сегодня утром Чу Шие получил приглашение исследовать заброшенную шахту с двумя обладателями уровня С."
"В той шахте неизвестное существо напало на них. Местонахождение двух других людей пока неизвестно, и только Чу Шие выбрался оттуда."
"В тот момент я был снаружи, когда Чу Шие вышел, его состояние было уже очень тяжелым. Он был весь в крови и потерял сознание, как только выбрался."
"Мы доставили его в больницу как можно скорее, но все оказалась хуже, чем мы думали. Даже врачи сказали, что его трудно вылечить, им пришлось обратиться к кому-то с более сильными способностями..."
По дороге в больницу слова Кейна пронзали сердце Цзи Мяня, как острые иглы. Он глубоко вздохнул, стараясь звучать спокойнее: "Что в этой шахте?"
"Я не знаю, — сказал Кейн. — Очевидно, это заброшенная шахта, детектор обнаружил только несколько металлов. Даже если там и есть дикие звери, то низкого уровня."
Цзи Мянь: "От людей, которые были с ним, нет никаких известий?"
Кейн: "Нет, мы оставили человека ждать у выхода, но двое обладателей способностей так и не вышли."
Чу Шие может победить Берга уровня С. С его характером, почувствовав опасность, он бы не бросился к ней опрометчиво.
Если только это не опасность, возникшая слишком внезапно, что он даже не смог среагировать.
Что стало с двумя пользователями уровня С, вошедшие в шахту вместе с ним?
Эти мысли мелькали в голове, и Цзи Мянь ускорил шаги.
Сейчас он не в настроении думать об этих вещах, он просто хочет убедиться в безопасности Чу Шие.
Главное, что с Чу Шие все в порядке, другие вопросы они обсудят позже.
В городской больнице воздух пропитан дезинфицирующими средствами и всевозможными неприятными запахами. Здесь нет чистого и безупречного оборудования, условия еще более примитивные, чем представлял себе Цзи Мянь.
"Вы родственник и друг господина Чу?"
Врач вышел из операционной, перчатки перепачкались кровью, его лицо выражало смущение: "Извините, мы ничего не можем сделать..."
Цзи Мянь: "Я целитель, могу я войти?"
"Дело не в лечении, — доктор произнес. — У нас тоже есть люди, способные исцелять, но проблема господина Чу не в этом."
Он заколебался на секунду и сказал глубоким голосом: "Его умственная сила бушует."
Утечка умственной силы означает, что человек не способен контролировать силу.
Вообще, когда умственные способности человека слегка выходят из-под контроля, ситуация уже становится очень серьезной, и такого человека необходимо немедленно успокоить, прежде чем он сможет выздороветь.
Однако люди с умственными способностями встречаются крайне редко, и на этой планете нет такого понятия, как потеря контроля.
Даже если это и так, Чу Шие невозможно сейчас спасти
Потому что это не легкая степень отклонения силы, а полная потеря контроля, причем самая серьезная форма.
Чтобы утихомирить его с помощью умственной силы, нужен, по крайней мере, человек уровня выше А.
Самый сильный человек со способностями на этой планете в настоящее время относится лишь к классу В.
Отказ от успокоения подобен смертному приговору для пользователя способностей.
"Как такое могло случиться? — Кейн не мог в это поверить. — Что же, черт возьми, довело его до такого??"
Доктор: "В любом случае... Мне очень жаль, но мы действительно ничего не можем сделать."
Кейн на мгновение замолчал, затем повернулся к Цзи Мяню: "Хотя это тяжело слышать, мы можем начать готовиться к его похоронам..."
"Доктор, — проговорил Цзи Мянь, — впустите меня."
Врач покачал головой: "Это бесполезно. Чтобы спасти его, нужно иметь высокий уровень способностей. Вы же просто целитель..."
"Я знаю, — Цзи Мянь посмотрела ему прямо в глаза, — Пожалуйста, позвольте мне попробовать."
Доктор потерял дар речи от удивления, поколебавшись, он отошел в сторону: "Хорошо."
Цзи Мянь открыл дверь операционной.
Медсестры, изначально находившиеся в операционной, одна за другой удалялись, последний целитель похлопал Цзи Мяня по плечу: "Ты его друг или любовник? Не расстраивайся сильно... по крайней мере, он не испытывал боли, когда уходил."
Целитель, вздохнув от того, что Цзи Мянь не желал признавать факта, ничего не сказал.
Хотя он целитель с уровнем С, являющийся одним из лучших на этой планете, он не мог спасти этого молодого человека, лежащего на операционном столе.
Без поддержки обладателей способностей, хотя этот молодой человек все еще дышал, его состояние ничем не отличалось от смерти.
Никто не мог спасти его, он мог лишь в одиночку, мало-помалу, скатываться в бездну смерти.
Жаль, но он, очевидно, был всего лишь пользователем уровня Е и при жизни не мог использовать умственную силу, но он умер именно из-за потери контроля над ней...
Целитель с сожалением прикрыл дверь операционной, заставляя последние лучи света исчезнуть.
Цзи Мянь подошел к операционному столу, тихо опуская ресницы.
Когда ментальная сила выходит из-под контроля, возникают различные симптомы. Некоторые люди нападают на всех без разбора, невзирая на уровень противника, в то время как другие, кажется, причиняют вред только себе.
Но Чу Шие просто тихо лежал, его одежда перепачкалась в крови, брови слегка сдвинулись к переносице, как будто он погрузился в долгий сон.
Действительно, как и сказал целитель, он мог бы закончить свою жизнь без боли в таком долгом сне.
Человека перед ним родители бросили в раннем возрасте, а его приемный отец скончался до его взросления. У него были только ментальные способности уровня Е, и он даже не мог вызвать свое духовное тело. Если такая мрачная жизнь закончится вот так, это будет наилучший исход.
Цзи Мянь: "Я запрещаю тебе уходить."
"Арендная плата еще не выплачена, господин арендодатель, — его голос был спокоен, как падающий легкий снег, — ни твое, ни мое обещание еще не были выполнены. Так что не думай о том, чтобы уйти так легко."
Его тонкие пальцы коснулись лба Чу Шие, и в то же мгновение звездный свет полился подобно дождю.
За пределами операционной Кейн, сидевший на корточках у двери, удивленно поднял голову: "Какая сила!"
Светло-голубое мерцание было подобно набегающим морским волнам. Мысли Цзи Мяня сгустились, не сомневаясь, он безоговорочно выплескивал свою силу.
Вспыхнул свет, и шелковые нити обвили тело Чу Шие, словно паутина, свисающая со скалы, соединяя человека, упавшего на дно.
Два года назад он отдал все, что имел, ради одного человека.
Но в тот раз у него ничего не вышло.
Холодный пот выступил у него на лбу, но выражение лица Цзи Мяня не изменилось, под глазами образовался морозный конденсат.
Тогда было все точно также. Он уже потерпел неудачу однажды и никогда не потерпит ее во второй раз.
Духовная сила изливалась подобно огромному океану, устремляясь вперед и вливаясь в духовный мир Чу Шие.
Огромный океан пересекал горы и разливался по рекам. Он стекал в глубокую пропасть и разбивался на ручьи.
Пропасть была бездонной, и огромный океан метался на одном месте.
Цзи Мянь сделал все, что мог, но все еще не мог коснуться человека перед ним.
Связь между ним и Чу Шие, казалось, представляла собой всего лишь тонкую паутинную нить свисающей между утесами.
Цзи Мянь держался за край операционного стола, кончики его пальцев побледнели, а глаза слегка потемнели.
Он знал, что это было предвестником неминуемого истощения его ментальных сил.
А также символ второй неудачи, с которой он был знаком как нельзя лучше.
Однако он ясно понимал, что больше не может терпеть неудачу.
Как только это произойдет, второй важный для него человек, вновь покинет его.
Пот намочил его ресницы, и силы покинули его, да так, что он не мог стоять на месте. Цзи Мянь прислонился к операционному столу и снова сконцентрировал свою ментальную силу. Однако сила, которая когда-то была подобна огромному океану, в этот момент стала подобна песку на ладони. Чем сильнее он хотел сжать его, тем больше песка высыпалось сквозь пальцы.
Мысли Цзи Мяня слегка отвлеклись, бесконтрольно погружаясь в пережитки прошлого.
В то время, два года назад... неужели у него тогда были такие трудности?
Нет, это не так, он все еще помнит то время…
[Почему только ментальная сила уровня В? Ты, как и твоя мать, бесполезны!]
[На протяжении стольких лет семья Цзи вкладывала в тебя столько ресурсов, но все напрасно!]
[К счастью, у меня есть еще один сын, он намного сильнее тебя, а его мать... Ха, она симпатичнее, чем твоя!]
Холодный пот пропитал чернильные волосы, и кончики пальцев Цзи Мяня слегка задрожали.
Неужели он действительно не так хорош, как два года назад?
Ментальная сила упала до уровня В, и я больше не ощущаю свое собственное духовное тело. Между тогда и сейчас есть разница.
Если бы он мог вернуться на два года назад... если бы его духовное тело снова могло откликаться…
[После этого ты встретишь много-много людей. Им будет наплевать на твое прошлое, они останутся с тобой до самого далекого-далекого будущего.]
[В тот момент прошлое больше никогда не свяжет тебя, и твой долгий путь будет гладким.]
Цзи Мянь резко сжал пальцы в кулак.
Два года назад стал бы он, когда-то принадлежащий к S классу, также молиться о невозможных вещах, таких как ответ духовного тела?
За последние два года, возможно, из-за этой неудачи, возможно, из-за холодных взглядов людей, он, казалось, попал в водоворот и неудержимо вращался по странному течению.
Сомнения, боль, грусть, самобичевание — он отчетливо помнил вкус каждого мгновения за эти два года.
Так почему же он всегда был таким сбитым с толку раньше?
Почему он молился о вещах, которые невозможны, почему он молится ради этого?
Ему не нужны чудеса, то, что у него есть, то, что он может сделать…
Из уголков рта Цзи Мяня сочилась кровь, от боли у него заслезились глаза, зрение затуманивается, и он осторожно закрыл глаза.
Две струйки ярко-красной крови потекли из уголков его глаз.
Он не оглядывался назад, поэтому не мог видеть смутное прошлое. Он смотрел только вперед, чтобы разглядеть путь перед собой.
Человек, который сказал ему эти слова, был прямо перед ним.
Если он отпустит его руку, то тот навсегда упадет на дно утеса.
Если он не отпустит его, может быть, упадет вместе с ним, а может быть…
Кровь окрасила бледную кожу, капая на бледные кончики пальцев.
Все больше и больше крови расцветало на коже, как полевые цветы.
Его тело, казалось, разрывалось дюйм за дюймом, Цзи Мянь был весь в крови, не мог ни видеть, ни говорить.
Ментальная сила находилась на грани полного разрушения, и стоит ей только чуть-чуть приблизиться к границе, он тут же потеряет контроль и упадет в бездну к смерти.
Но Цзи Мянь равнодушно рассмеялся.
Я больше не буду молиться, не буду смиренным, как был последние два года.
Те сомнения, самообвинения, боль и грусть, которые раньше преследовали в прошлом, — все это покинуло меня.
Цзи Мянь поднял голову, в его холодных глазах струилась синева океана.
За пределами операционной, под ошемленными взглядами, целитель уровня С, сидевший на карточках, внезапно поднял голову.
"Какая ужасающая духовная мощь!" — Сказал он в ужасе.
"Это невозможно... Может ли быть так, что человек, который только что вошел, тоже сошел с ума?!"
Кейн немедленно открыл дверь операционной, ворвавшись внутрь.
В этот момент он ничего не мог разглядеть.
Однако в следующую секунду Кейн понял, что он видел.
Вспышка, ослепительная, как солнце и луна, яркая, как звезды.
Это точно также, как смотреть прямо на палящее солнце, ни одна пара глаз не сможет по-настоящему рассмотреть такое сияние.
Прежде чем среагировать, он инстинктивно прикрыл глаза.
"Ладно, тогда не пугай других."
Прозвучал спокойный голос, и свет на мгновение стал ярче, подобно великолепному сиянию восходящего солнца, вернувшегося ранним утром.
Кейн потер воспаленные заслезившиеся глаза, через несколько секунд его зрение постепенно прояснилось.
Крылья бабочки, великолепные и романтичные, блестели, как море, переливающееся золотом под лучами солнца.
«Хвост» бабочки вел за собой поток света, сверкая, как мерцающий осколок бриллианта.
Серебристо-голубая бабочка порхнула вниз, и каждый раз, когда ее крылья слегка трепетали, они напоминали волны, накатывающиеся на бескрайнее море под ясным голубым небом.
Кейн: "Это... что это такое? Такое существо я никогда не видел!"
Но оно так прекрасно, как звезды над морем, Богиня Света, рожденная из океана.
Цзи Мянь рассмеялся и тихо вздохнул: "Прошло много времени с тех пор, как я видел тебя в последний раз."
Бабочка — Богиня Света(1) — грациозно летала по кругу, и свет отражался от ее «хвоста», как будто на Цзи Мяня падал звездный дождь.
(Это имя бабочки и в тоже время сравнение с другими богинями света. Здесь нет точного имени, какая именно богиня света, но я могу предположить. Это может быть Айя — богиня света и зари из шумерской мифологии, она также является олицетворением красоты и очарования. Также это может быть Эос — богиня рассвета или утренней звезды из греческой мифологии. Или же Аврора — богиня рассвета и поэзии из римской мифологии, ее брат и сестра — Сол (Солнце) и Луна. Выбирайте сами, какой вариант больше нравится.
И насчет бабочки. В мифологии достаточно интересное создание, чаще всего олицетворяет жизнь, смерть и воскрешение. В Китае она означает радость, лето, бессмертие и изобилие.)
Она остановилась на плече Цзи Мяня, и прекрасные крылья бабочки нежно коснулись его лица.
"А теперь помоги мне еще раз."
Цзи Мянь слегка наклонил голову набок
"Точно так же, как мы работали рука об руку два года назад."
Серебристо-шелковистые «хвостики» бабочки, Богини Света, слегка усеянные точками, трепетали, а крылья бабочки соединенные полосками света легко опустились между бровями Чу Шие.
Цзи Мянь слегка прикрыл глаза.
В этот момент его умственная сила переплелась с силой Чу Шие.
В одно мгновение бесчисленные серебряные и голубые точки взмыли ввысь, подобно Млечному пути, в них замерцали звезды, огромные и бескрайние.
Это... духовный мир господина Су?
Он никогда не видел такого духовного мира, такого широкого и глубокого, он, как маленький человек, стоящий лицом к лицу с огромной вселенной, и это даже... заставляет его дрожать от страха.
Крылья бабочки затрепетали, Млечный Путь и море звезд мало-помалу рассеялись, и Богиня Света грациозно закружилась над Чу Шие.
По сравнению с той маленькой скоростью, с которой она только что летел к Чу Шие, сейчас она не мог дождаться, чтобы вернуться к Цзи Мяню, приземлилась на любимое плечо и слегка потерлась о его лицо своими крыльями.
Душа Чу Шие, сошедшая с ума, успокоилась.
В конце концов, он вытащил этого человека... из-под скалы и вернул его себе.
Цзи Мянь: "Теперь его можно лечить."
Кейн надолго потерял дар речи, и ему потребовалось немало времени, чтобы сказать хоть что-то.
"Вы... относитесь к духовному классу?"
"Нет, — спокойно ответил Цзи Мянь, — я вспомогательный."
Он является самым могущественным и универсальным помощником уровня S в Федерации.
Он единственный омега S-уровня и единственный помощник S-уровня.
Даже если он опустился с уровня S на B, даже если он был заперт два года, он все равно оставался самим собой.
Вспомогательное класс... Конечно, на первый взгляд, господин Су не похож на настоящего целителя.
Однако вспомогательный на самом деле очень мощный. Господин Су действительно достоин зваться так.
Кейн вновь осторожно взглянул на Цзи Мяня: "Это... господин Су."
Цзи Мянь сидел на операционном столе, слегка прикрыв глаза: "А?"
Кейн: "Ты выглядишь... довольно плохо."
Пока он говорил, две струйки крови вновь покатились из уголков глаз.
Цзи Мянь: "Ну, я тоже так думаю."
Он слегка приподнял пальцы, и бабочка, Богини Света, остановилась на окровавленных кончиках его пальцев, превратившись в пятно света и рассеявшись.
"Дитя мое, мне жаль, мне жаль..."
Чу Шие лежал тихо, его сознание было подобно трепещущей лодке, плывущей по течению.
Это был очень далекий, очень странный... но такой знакомый женский голос.
"Не вини меня. Если однажды узнаешь правду, тебе не придется плакать из-за меня."
"Извини, я оставляю тебя одного."
"Когда этот день настанет, я должна..."
Камень упал в воду, и лодка перевернулась, вызвав множество волн.
Чувствуя обезвоживание, Чу Шие внезапно открыл глаза.
Мертвая тишина, темнота, отсутствие света.
На земле тонкий слой очень холодной стоячей воды. Чу Шие сел, и черная вода вытекла из его пальцев,капая на темную землю.
Чу Шие молчал, в его памяти сохранился только момент, когда он, исчерпывая все свои силы, выбирался из шахты. Избежав смерти, он увидел у входа в пещеру не солнце, а мрачное небо.
В тот момент он хотел достать коммуникатор и отправить Су Ланю последнее сообщение.
Он не знал, ждет ли его все еще Су Лан, но когда они расставались, он попросил его подождать.
Чу Шие двинулся вперед, холодная черная вода намочила его брюки.
Темнота застилала ему глаза, и он потерял чувство направления, он не знал, где лево, а где право. Он мог полагаться только на свою интуицию.
Вначале он также полагался на интуицию, чтобы добраться до умирающего Су Ланя по бескрайним желтыми пескам.
Хотя на этот раз у него не было ни оружия, ни коммуникатора, и он один, но...
Чу Шие смотрел вперед, его темно-карие глаза непоколебимы, как скалы.
Один час, два часа... может быть, три.
Его интуиция настолько слаба в этом бесконечном пространстве, что он не мог на нее полагаться.
Холодная вода проникала в костный мозг и свертывала кровь, первоначальное ощущения холода сменилось покалывания, напоминающее боль от иголок.
Как будто тысячи иголок вонзаются в щели между костями, вскрывая плоть и кровь. Его ноги онемели, словно две кости ниже колен были соединены тончайшими шелковыми нитями, протянутые до его мозга.
Чу Шие внезапно осознал, что его тело, казалось, рассеивается. Ступни, погруженные в черную воду, окрасились в темный цвет.
Мало того, начиная с кончиков его пальцев, темнота бесшумно распространялась.
Он растворялся в этой тьме, или, скорее, его поглощала эта тьма и смерть.
В этот момент Чу Шие не испытывал страха, ему было немного грустно.
Однажды он услышал, что когда человек умирает, если есть кто-то, кто любит его и зовет, то на грани жизни и смерти он услышит этот голос, который наставит его на путь истинный.
[Да... здесь никого нет, только бедный человек, борющийся в одиночестве.]
Чу Шие услышал тихий голос, обращавшийся к нему.
[В любом случае, ничего не изменится, если ты продолжишь. Ты действительно думаешь, что кто-то выведет тебя из земли мертвых?]
[Ты действительно думаешь, что этот человек будет тебя ждать? Как это могло случиться, он же уже сказал, что уйдет.]
[Он очень нежен со всеми, он всем так улыбается. Ты не особенный для него.]
[Кроме того, ты знаешь, что он очень особенный и необычный, верно?]
[Как может такое ослепительное существо жить на этой бесплодной звезде, невидящей солнца? Как ты смеешь хотеть его, будучи тусклым и бесполезным мусором?]
[Он и ты разные, как облако и грязь.]
Бесчисленные низкие и знакомые голоса со всех сторон накладывались друг на друга, подобно приливу, люди заставляли его задыхаться.
Чу Шие на мгновение растерялся, но потом вдруг осознал, что это его собственный голос.
Эта мертвая земля подобна зеркалу, отражающему «голос его сердца», которого он никогда раньше не слышал.
Чу Шие медленно-медленно останавливался.
Он сделал все, что мог, и очень устал.
Однако он так и не дождался звука своего имени, в бескрайней темноте не дождался и лучика света.
Черная вода, первоначально доходившая только до щиколоток, постепенно поднималась, мало-помалу поглощая тело.
Чу Шие опустил голову, его черные волосы упали вниз, закрыв брови, выражение его лица было трудно различить в полумраке.
Голос по-прежнему говорил ему тихим голосом.
[Откажись от невозможных фантазий и прими реальность.]
[В любом случае, с самого начала ты был один...]
Последний слог еще не выпал, когда он вдруг исчез без следа, как легко стираемый чернила.
Чу Шие почувствовал покалывание в глазах и рефлекторно закрыл их. Но вскоре он понял, в чем дело, закрыв глаза ладонями, он поднял голову.
Обжигающий свет прошел сквозь его пальцы и ударил прямо в затуманенные глаза.
Свет подобен длинному мечу, пронзающему темную завесу, нисходящую с неба.
Этот луч света не указывал Чу Шие путь вперед и направление жизни, потому что он был таким ярким и ослепительным, что как только рождался свет, тьме некуда было прятаться, и смерть исчезла.
Этот скрытый мрак, вездесущая грязь и шепот злых мыслей, зарождающиеся во мраке, — все это превращается в ничто при свете.
Нет необходимости в руководстве, свет сам по себе является спасением.
У Чу Шие защипало в глазах, потому что он смотрел прямо на свет. Тем не менее, он не хотел закрывать глаза ни на секунду.
Он долго смотрел на него, пока у него не заболели и не покраснели глаза.
В этой долгой тьме он, наконец, дождался луча света, принадлежащий только ему и пришедший только за ним.
Чу Шие приветствовал свет, как самый истовый верующий, преследующий своего собственного бога.
Он сливался со светом, двигался к истине...
Большое лицо приблизилось и улыбнулось ему.
"Привет, ты проснулся, — помахал рукой Кейн. — Операция прошла успешно. Поздравляю, это девочка."
"Шучу, как насчет посмеяться?"
"Итак, каково это — снова жить?"
Чу Шие не ответил, а сел, опираясь на опору, и огляделся.
В палате не было никого, кроме него и Кейна.
Чу Шие на мгновение заколебался и спросил: "А где он?"
Простая фраза, но, как ледяная вода, выплеснутая прямо на него, кровь мгновенно свернулась.
Чу Шие открыл рот, но не смог ничего сказать.
Значит, это не Су Лан только что спас его?
Чу Шие хотел было спросить, но когда слова достигли его губ, осекся, как будто потеряв силы.
Он молча сжал кончики пальцев.
Он стал бы только обузой для Су Ланя. Поскольку он обуза, у Су Ланя нет причин оставаться из-за него.
Поэтому, если он хочет уйти, то... пусть .
В этот момент Кейн сказал: "Тем не менее, он хотел тебе кое-что сказать, хочешь это услышать?"
Чу Шие опустил голову и через некоторое время мягко покачал ею.
Под удивленным взглядом Кейна он заговорил слабым и тихим голосом: "Он... куда он пошел?"
Кейн: "О, господин Су в соседней палате, проходит лечение."
Чу Шие внезапно поднял голову: "...?"
Кейн посмотрел на него с обычным выражением лица.
Чу Шие: "...тогда почему ты сказал, что он ушел?"
Кейн: "Да, он же ушел. Есть какие-то проблемы?"