О «Прорицании вёльвы» и наслаждении эпосом
Среди обилия эддических песен особенно выделяется «Прорицание вёльвы» (Völuspá) из Старшей Эдды. Она признана одним из величайших художественных произведений Средневековья (а по моему скромному мнению, европейской культуры вообще). Подобного величественного драматизма, коим проникнуто мироздание от самого начала вплоть до нового золотого века, не сыщешь в целом сонме эпосов других цивилизаций (лишь некоторые сопоставимы). И сейчас, когда я, наконец-то, худо-бедно вчитываюсь в оригинальный текст, мне захотелось предварить это рассказом о нём.
Эддическая песнь не столь искусна стилистически, как скальдическая поэзия (скальд — древнескандинавский поэт), но есть основания полагать, что некоторые из них написаны скальдами. Сближает их и то, что эддические песни содержат многие художественные приёмы, свойственные и для произведений скальдов, например, рефрены (в «Прорицании Вёльвы» таких три — «Тогда сели боги / на троны могущества…», «Гарм лает громко / у Гнипахеллира» и «…довольно ли вам этого?»), чередующиеся и неравномерно разбросанные по тексту. Таким же примером может послужить и обращение в начале текста, подобное таковым в хвалебных песнях скальдов («Внимайте мне…»).
В начале песнь повествует о временах, в которые когда существовали лишь предки богов-асов, далее она простирается до золотого века Асгарда (др.скан. Ásgarðr — «ограждённый участок асов») и его кончины, когда асы были вынуждены вступить в конфликт с высшими существами другого рода (с ванами). Когда угас пламень битв и было высечена искра надежды на примирение, стало понятно, что зло, посеянное в конфликте (воплощённое в великанше Гулльвейг: др.скан. Gullveig — «жажда золота»), не было искоренено до конца, и его семена, проросшие в сердцах богов и людей, стали предвестниками конца времён — Рагнарёк (др.скан. — Ragnarøkkr — «рок богов»). Мир, рождённый в крови и ненасытности, возглавляется богами, что не смогут до конца сдерживать те разрушительные силы, которые были порождены вместе с конфликтом; он обречён на жестокий финал.
Вёльва (др.-сканд. Völva) — провидица, что поведала тайны этой истории и мироздания верховному богу Одину, далее говорит о событиях, которым лишь суждено произойти, но которые нельзя предотвратить. Настанет час, когда людские сердца станут преисполнены ненависти и злобы, «братья начнут / биться друг с другом, / родичи близкие / в распрях погибнут», станет «тягостно в мире, / век мечей и секир, / треснут щиты, / век бурь и волков / до гибели мира; / щадить человек / человека не станет».
И тогда ослабнут цепи Фенрира, величайшего из волков, сына Локи; тогда вспенятся волны от воспрянувшего Ёрмунганда, мирового змея. Луна и солнце будут поглощены племенем волков, а из мрачного царства Хель поднимутся её мёртвые слуги на корабле из ногтей мертвецов. С юга придёт главный враг и гибель Асгарда — огненный великан Сурт вместе с войском сынов Муспелля, возглавляемых Локи. Тогда обрушиться радужный мост Бёврест, Асгард сгинет в огне, но прежде падут остальные восемь миров.
…Но Вёльва не останавливает свою речь перед Всеотцом. Она говорит о том, что будет далее и куда простирается лишь её взгляд. После конца этого мира над бескрайним полем битвы возрождается новая земля, зелёная и прекрасная как прежде. Выжившие из асов вновь встречаются на Идавёлль-поле, где вспоминают о славных деяниях сгинувшего мира и его богов. Им предстоит найти вновь золотые тавлеи, в которые играли боги на заре прежнего мира, основать новый дворец «солнца чудесней» на земле Гимле и править вновь над людьми. «Зло станет благом», и новая твердь уже не будет осквернена кровью.
После этих слов, Вёльва замечает что «прилетает / чёрный дракон, / сверкающий змей / с Тёмных вершин», которому имя — Нидхёгг, поэтому она скрывается в своей могиле, после чего Одину предстоит лишь одно — ждать Рагнарёк.
В отличии от большинства других песен «Прорицание Вёльвы» обладает цельным морально-философским взглядом на сущее вообще и на то, что творится в сердцах людей и богов. В ней чётко обозначена причина зла, его определение. неминуемая победа и тяжёлое искупление. Спецификой героических эддических песней (как и для большинства исландских саг) является ярко выраженный трагизм в судьбе эпического героя, на которого обрушивается такой мрак, которые он никогда не в силах преодолеть. Но надо понимать, что это что-то иное, чем средиземноморский Фатум или христианское Провидение. Нет никого и ничего, что правит судьбами, есть лишь те, кто их ведает. Есть доблестные мужи, что приносят себе и всем неудачу, а также есть недостойные, под знаменем которого победителями станет любое войско. Но всё переменчиво. Судьбу (опять же, не в фаталистическом смысле) необходимо проживать, испытывать, выяснять самим ходом времени, но изменить течение событий — это лишь воплощать уже предвиденные изменения.
Мировоззрению современников с трудом поддаётся понимание такого странного взгляда древнего скандинава (или, может, это наша неумелая трактовка?), но мы не прекращаем восхищаться их творениями спустя столькие века, нам кажется, что мы становимся частями этой легенды, стоит лишь погрузиться немногим больше, чем в вычитывание по верхам.
…Некоторые находят в произведении сильное влияние христианства, объясняя этим наличие мотивов искупления зла, дуалистичности и отдельных фраз («Нисходит тогда / мира владыка, / правящий всем / властелин могучий»). Другие же, напротив, обозначают песнь как одно из ярчайших творений уходящей языческой эпохи. Но, если песнь всё же датировать VII-VIII веком (как делают большинство), то говорить о распространённости в Скандинавии христианства в те времена не приходится. Не берусь сейчас разбираться во всех тонкостях двух (далеко не столь однородных даже внутри себя) мировоззрений, тем не менее могу заключить о том, что вне зависимости от любого привнесения или его отсутствия, это произведение достойно куда большей известности и славы, нежели ему принёс классицизм эпохи Возрождения с его неимоверным почитанием романо-греческой мифологии.
В конце я хочу обобщить свой опыт взаимодействия с германо-скандинавским мифом — мне нравится задействовать не только лишь аналитический взгляд на эпос, но и наслаждаться прочтением каждой строчки настолько, что после таких интенсивных погружений я чувствую будто бы опустошение. И нет сил более читать, размышлять или что-то разбирать — хочется лишь закрыть глаза и воображать-воображать-воображать…
Литература
- Edda Sæmundar hins fróða. Hrsg. von Theodor Möbius. Leipzig, 1860. — http://norroen.info/src/edda/voluspa/onmob.html
- Гуревич А. Я. Индивид и социум на средневековом западе. / Серия: «Становление Европы» / СПб.: Александрия, 2009. — 492 с.
- Гуревич А.Я. Избранные труды. Норвежское общество. М.: Традиция, 2009. — 470 с.
- Старшая Эдда. Древнеисландские песни о богах и героях. / Серия «Литературные памятники» / СПб.: Наука, 2006. — 264 с.