Да кто такая эта ваша Галина Юзефович
Да кто такая эта ваша Галина Юзефович
Открываю новости: объявили иноагентом литкритика Галину Юзефович. Черт возьми, я ж так и не знаю, кто это!
Сколько-то ее рецензий я, конечно, видела, только совершенно не поняла, из-за чего сыр-бор. Приблизительный пересказ книги + туманная манерная фраза «этот мир невидим, или, скорее, совершенно очевиден» + в конце ряд прилагательных: «эта история горькая и пронзительная». Даже негатива не возникало – забывалось все моментально.
Захожу в Википедию. Известнейший литературный критик стала писать о книгах только 12 лет назад. Ей сейчас почти 51. Хм, обычно к 40 люди успевают три работы сменить, журналисты – 33.
Зашла на ее ютуб-канал. Редкие видео «10 ожидаемых книг весны», при этом в этом же году нет видео про ожидаемые книги зимы или осени. Видео-интервью с любимыми писателями она не делает, эссе о любимых книгах не записывает. Всё в режиме полуспущенных штанов. Все сайты делают «лучшие книги ярмарки нон-фикшн», ну и она сделает видео об этом – и посоветует то же, что и все.
Я прямо напрягла память, но так и не вспомнила, а какие за 10 лет успешной карьеры Юзефович высказала интересные мысли, написала скандальные заметки, сколько ноунейм-писателей сделала звездами? Что в ее среде хвалят, то и она похвалит. Нравится всем книжка забитого инженера-гидротравлика о том, что в России нужно запретить литературу и оставить шахматы, – ну, и она сказала, что это книга года.
В ее тг-канале тоже ничего интересного о книгах нет.
Зато есть интересное интервью про анорексию!
Там Юзефович рассказала, как в юности, когда она после детства в Тбилиси приехала учиться в московском вузе, почувствовала себя провинциалкой с «тбилисским говором» и сильно растолстела от стресса, а потом похудела до 46 кг. И у нее навсегда потерян контакт и с телом, и с едой. Она больше не чувствует ни настоящего голода, ни насыщения. Она потрясающе готовит, но не ест. Или ест, но по будильнику. И всегда думает только о еде. Каждое утро готовит мужу и двум сыновьям три (!) разных (!!) завтрака и не устает (!!!) от этого. Обожает готовить огромные сложные свадебные торты, которые тоже не ест.
И ещё сказала, что 80% ее инстаграма – это фотографии великолепной еды.
Там не только фото приготовленной ей еды, сделанные будто на профессиональный фотоаппарат. Под фотками ещё и рецепты – и они намного длиннее книжных рецензий Юзефович!
Некоторые рецепты она пишет даже с продолжениями в комментариях!
Готовит она, как любят люди с пищевыми нарушениями, жёстко калорийные штуки – ведро сахара, чан масла, корыто жирных сливок. В ее рецептах – и страсть, и детализация – какую ваниль куда класть и какой стружкой что посыпать.
Ни одной фотографии книги в инстаграме у Юзефович за последние три года нет.
В интервью она ещё рассказала, что как-то к ней пришла подруга со знакомым психиатром. Тот внимательно посмотрел на стол с изощрённо приготовленной едой и сказал: «Видно, что вы бывшая анорексичка». То есть там настолько очевидная клиническая картина.
Психиатр есть и у нас дома, потому что я читала великую книгу Нэнси Мак-Вильямс «Психоаналитическая диагностика». Это золотой фонд психиатрии, учебник для вузов. В книжке – про разные типы организации личности: как определить шизоида, параноика, нарцисса и как с ними разговаривать.
Люди с расстройствами пищевого поведения чаще всего – это обсессивно-компульсивный тип.
В интервью Юзефович пересказывает то, что написано в учебнике про окр-щиков: чувство грязи после еды, навязчивые мысли, постоянный контроль, самонаказания (что, если чтение книг – это самонаказание за съеденный сладкий пирожок?).
В учебнике написано, что «обсессивные личности используют слова, чтобы отделаться от чувств, а не чтобы выразить их» – то есть с окр-щиками сложно вести терапию и вообще беседы. Они, как нейронка, как бы знают, что от них хотят услышать и говорят это, но не придают никакого веса своим словам.
Ещё окр-щики не могут словами выражать гнев и критику – и терапевт должен это говорит за них, потому что у окр-щика нет контакта со своими чувствами. Ну, и главное – в учебнике написано, что эти люди не могут выражать свои эмоции о произведениях искусства.
Это ж и есть рецензии Юзефович: общие слова, которые «все» говорят и которые «надо сказать».
Для Юзефович настоящих, глубоких, сильных чувств заслуживают не книги, а булки.
В наших структурах личности уже заложены наши профессии. Писатели и режиссеры – шизоиды, популярные комики часто – с пограничной акцентуацией, красивые актрисы почти на 99% – истероиды.
Обсессивно-компульсивный тип очевидно хорош для диетологов или фитнес-тренеров, но не для тех, кто пишет об искусстве. Когда Юзефович пишет о книгах, вся структура ее личности орет: «Галя, у нас отмена!»
Чем занималась Юзефович до 35-40 лет, когда вдруг стала литературным критиком?
Я открыла жж Юзефович того периода, где ей лет 35, и нажала пять случайных постов. Все – короткие. Делает ремонт на кухне, вот у ребенка выпал зуб, вот она сходила за подгузниками, вот она опять делает ремонт. Я открыла ее жж-подписки: половина – это «готовим дома», «китайская кухня», «изи кук», «гастрономические заметки на Снобе», «фрекен бок – поиск няни», «девки в диете».
То есть почти до 40 лет у Юзефович была нормальная мещанская жизнь жены айтишника (без негатива, у нее муж реально айтишник). Может, слушала какие-то аудиокниги, пока готовила завитушки с маком.
Какая-то невидимая рука из невидимой нам иерархии поставила ее на место главного литкритика России. Кто-то сказал ей: «Галь, ну ты ж Гарри Поттера любишь?» – «Люблю!» – «Ну вот про книжки и пиши!» А что, работа непыльная.
Зачем ей понадобились эти книги, эта литкритика? Ударила бы рукой по столу, крикнула «Папа, я хочу печь булки, фоткать их, есть и потом блевать! Сам думай, где мне кулинарную рубрику заводить!» Может, и не наговорила бы себе на иноагентство.
И вот ради идиотской литературной карьеры мы имеем загубленного кулинарного блогера и, чем черт не шутит, нутрициолога.
Что тут скажешь: мир наш насколько очевиден, настолько же нам самим и невидим. А история Юзефович в нем – горькая и пронзительная.