Страсть – глава 44
Перевод: Иса
Если есть желание поддержать работу, переводчиков, канал или автора:
https://t.me/tribute/app?startapp=dcnc
— Это же были Вы, да? Тот, кто обставил убийство моей матери как суицид.
— Именно поэтому Вы назначили Сурён председательницей и прикрывали её всё это время.
— Но теперь Вы должны остановиться.
— Как ты можешь быть уверен, что содержание этой флешки достоверно?
— Если это твое "доказательство" действительно правдиво, тогда почему ты так долго не показывал его мне? Я не понимаю. Будь осторожен с тем, кого сделал своим врагом, Джитэ. Ты разочаровываешь меня своей глупостью.
— Уверен, тебе тяжело понять, почему твоя мать умерла именно таким образом… Но она страдала от глубокой депрессии еще задолго до того, как Сурён впервые появилась в том доме. Она практически не возвращалась домой, потому что была очень занята руководством приюта. Ты знаешь, как тяжело Юнкан…
— Вы хотите узнать, почему я так долго Вам это не показывал?
— Потому что я хотел, чтобы Ваша жизнь…
— …Настолько, насколько это вообще возможно.
— Я хотел уничтожить то, что Вы построили…
— …Разрушить то, что хотите защитить… …И мучать Вас… …все время, пока Вы дышите.
— Но, к моему сожалению, у меня появляется желание вырваться из этого постоянного ада.
— Всё, что Вам нужно сделать, это закончить то, о чем я Вас попросил. Поскольку я единственный наследник корпорации "Бэкён"… Просто делайте, что я говорю.
— Не слушайте тех, кто говорит Вам сохранять нейтралитет.
[Предлагаю Вам взглянуть на ту старую вазу и просто сохранять нейтралитет.]
— Если Вы так поступите…
— …Я гарантирую, что, по крайней мере, защищу Ваше имя.
— Я уйду через заднюю дверь. У них и так уже достаточно фотографий, чтобы налепить их во все газеты.
— Буду с нетерпением ждать статью о Вашем назначении на должность директора.
— В машине. Он уже два дня не может сомкнуть глаз, поэтому спит, как убитый.
— Ты со мной в игрушки играешь?
— Я ясно помню, что говорил тебе не устраивать неприятности… Но ты делаешь, что хочешь, даже не посоветовавшись сначала со мной. А теперь ты говоришь о каких-то условиях?
— Это правда, что был там… Но Миым сказал, что он не имеет никакого отношения ни к смерти мамы, ни к моему похищению.
— Ты головой ударился или что?
— Это значит, что Миым тебя помнит? Неужели ты стал гребаным идиотом?
— На тех видеозаписях, что я дал тебе, четко видно, как заходят Хаджун, Миым и Сурён. В таком порядке. Ты не можешь ему верить…
— Даже если и так… …Это то, что, по его словам, он видел.
[Он пытался быть на моей стороне.]
[Даже несмотря на то, что его ранили мои слова… …Он сказал, что сделает меня счастливым.]
— Джитэ. Я просил тебя привести план в действие.
— И чтобы это сделать, придется немного замарать руки. Мне абсолютно плевать на финальные части твоего плана мести, как и на твой роман с Квон Миымом.
— Да , этого тебе недостаточно…
— …Чтобы помочь Цзяню сделать шаг назад, когда он уже на краю смерти.
— Ждешь, что я порву его на лоскутки…
— …Чтобы ты смог собрать их обратно? Думаешь от этого он захочет быть с тобой?
— Ты ведь не знаешь, да? Это имеет смысл. Наверное, тебе и не стоит. Это на твоей совести.
— Именно ты должен разрушить жизнь Цзяня.
— Ты должен так сильно его ранить…
— …Что захочет забыть всё о твоем существовании, вплоть до имени.
— Хватит уже ходить вокруг да около. Делай, что должен. А если откажешься, мне придется выполнить это по-своему.
— Я не выполняю приказы больных ублюдков.
— Знаешь, а ты и правда меня выбешиваешь.
— Почему у него такое выражение лица? Аж блевать тянет.
— А, кстати, Сурён знает про Миыма. Если твой план состоял в том, чтобы он был в безопасности, то стоило бы убедиться, что никто другой не следит за ним.
