Приключения Кота Тоши - Бранко Чопич (Предисловие + Глава 1)
Предисловие
Это приключения знаменитого кота Тоши и его друзей — мыши Пророка и пса Шарова — написаны с помощью Тошиного дневника, который был найден за будкой прославленного бездельника Жучи, под самой кроной вишни. На стволе остались следы острых когтей. Стало быть, Жучо внезапно погнался за неосторожным Тошей, а тот, забравшись на дерево, потерял свой дневник.
Дневник был прилично повреждён. Выглядит так, будто хозяин таскал его с собой через терновые кусты, потом через росную траву и по пыльным чердакам. Кроме того, он был испачкан сланиной, погрызен мышами (какой стыд для кота!), а на последней странице крупным почерком, собачьей азбукой, было написано:
ЭТОТ ДНЕВНИК КОНФИСКОВАН И ПРОЧИТАН ПСОМ ЖУЧО, ЗДЕШНИМ СТОРОЖЕМ ДОМА И ПЕСЬИМ КНЯЗЕМ. МНЕ НИЧЕГО НЕ НРАВИТСЯ — НАСТОЯЩИЙ КОШАЧИЙ КАШЕЛЬ. НЕ СТОИТ И ОДНОЙ ХОРОШЕЙ КОСТОЧКИ. АВТОРА — В МУРАВЕЙНИК.
Жучо, Великий пёсий князь, Награждённый Заячьей медалью Со скрещенными костями.
Глава Первая
Таинственная повозка, еще таинственней мешок и очень таинственное шевеление в нем — был ли в мешке господин, свинья или разбойник? — он направлялся к гибели.
— Цок-цок, цок-ко-нец, — цокали по дороге четыре неподкованных копыта, держащие четыре тонкие ноги. Они несли целого осла. Осел волочил за собой повозку, а повозка везла одного старика и мешок. Каждую минуту старик оборачивался и что-то сердито говорил мешку. Мешок же только слушал, может, потому что он был завязан, а может, потому что не знал, что говорить.
Кто этот старик, говорящий с обыкновенным мешком? Может, он пьян или сумасшедший? Давайте послушаем.
— Хе-хе, стемнело для тебя, господин! — ворчал старик, оборачиваясь к мешку, на что господин-мешок слегка шевельнулся, будто небрежно пожимая плечами.
— Ну что я могу поделать — стемнело так стемнело.
Должно быть, в мешке кто-то есть, раз он так двигается. И он, наверняка, думает:
— Знаю я, что для меня стемнело, потому что в мешке ничего не видно.
За повозкой плывет ряд старых ив. Значит, она движется вдоль какой-то реки.
— Сейчас ты окажешься в воде, свинья ты этакая! — пробубнил старик и вновь отвернулся.
Свинья-мешок вздрогнул, будто испугался, но ничего не ответил.
Каждый раз, слезая с повозки, старик пялился зелеными глазами на темные омуты реки, но ни один из них ему не подходил.
— Вот, — говорил он, — в тот омут я тебя не бросил, слишком мелко, а здесь, наоборот, слишком глубоко. В следующем же, вероятно, будет много рыбы, а еще дальше, чёрт бы его побрал, не понравятся тени или что-то подобное. Так, в конце концов, я доберусь до конца реки, но дело останется.
Обеспокоенный старик опять вскочил на повозку и поехал дальше, а когда снова натолкнулся на глубокий омут, он обернулся к своему мешку и сказал:
— Видишь, и этот мне не нравится, а как бы я хотел тебя бросить в него. Давай, пойдем дальше, разбойник ты эдакий.
Разбойник-мешок только слушал, и старик жалобно заключил:
— Эй, Тоша. Тоша, черный друг, неужели при таком количестве мышей на мельнице ты все равно съел мою сланину?
Мешок Тоша на эти слова виновато мяукнул.
Теперь мы знаем тайну. Завязанный мешок — это ни господин, ни свинья, ни разбойник. В мешке сидел кот, а тот несчастный кот… он, непременно, и великий господин, и страшный разбойник, и уродливая свинья, и имя ему Тоша.
Повозку вез мельник Тришо и в низовье реки искал омут, в котором он утопит своего скверного кота, но нигде подходящий не нашелся. Его кот казался куда лучше всякого омута. И чем глубже становились омуты, тем грустнее выглядел старик.