Богиня плодородия? (из «The goddess Iðunn In Poetry and myth» — Maria Kvilhaug)
Всякий раз, когда мы видим изображения женщин с фруктами или орехами в древнем искусстве, нам сразу же предлагают интерпретацию в духе «богине природы» или «богини плодородия». Достаточно провести простой поиск в интернете или обратиться к типичным источникам по скандинавской мифологии, чтобы убедиться: Идунн неизменно именуется «богиней плодородия» — просто потому, что её ассоциируют с яблоками, орехами и юностью.
Как я уже упоминала: меня сильно разочаровала трактовка образа Идунн в уважаемом труде — «Словаре северной мифологии» Рудольфа Симека. Учёный делает вывод, что «если Идунн действительно почитали в языческие времена, то только как богиню плодородия из-за её яблок». Ну да, конечно, разве яблоки могут символизировать что-то кроме плодородия, да?
Неужели это действительно так?
[Слева: «Эдемский сад с грехопадением» Яна Брейгеля Старшего и Питера Пауля Рубенса, ок. 1615 г., где изображены как домашние, так и экзотические дикие животные — тигры, попугаи и страусы, — сосуществующие в саду. Общественное достояние.
Справа: «Грехопадение» Михиля ван Кокси. Общественное достояние. 1510–1550 гг.]
Рассматривая эти библейские сцены, мы видим обилие фруктов, обнажённых тел, змей, растительности и других символов, которые безоговорочно были бы названы «символами плодородия», будь это иконография в языческом контексте. Следуя логике Симека, одних лишь яблок достаточно, чтобы отнести этот сюжет к свидетельствам культа плодородия. Однако мы знаем, что это не так. Иконография жизни в Эдеме до «Грехопадения» не интерпретируется в рамках «культа плодородия». Нам это известно.
Нам известно, что нагота здесь олицетворяет невинность, плод — запретное знание, а змей воплощает искушение нарушить Божественный запрет: не вкушать от древа познания, дабы не уподобииться Богу в мудрости и бессмертии. Яблоко (или плод) символизирует знание, способное возвести людей на уровень Бога и даровать им бессмертие, стоит лишь его попробовать. Это и стало источником греха и концом райского бытия в библейском мифе о плодах, змеях и обнажённых людях.
Таким образом, несмотря на греховность их употребления, плод в библейском повествовании символизирует сакральное знание и вечную жизнь. Они не имеют ничего общего с плодородием. Почему же в библейском мифе плод олицетворяет божественную мудрость и бессмертие, а в языческих - автоматически сводится к культу плодородия?
В скандинавской мифологии яблоки, очевидно, обозначают дарование молодости и жизни взамен старости и смерти. Контекст ясно указывает: речь идёт не о плодородии, а о том, что делает богов богами — яблоки богини представляют ключ к бессмертию, путь к вечному обновлению, причину, по которой боги имеют божественный статус и живут вечно. Они означают то же самое, что и в Библии: сакральное знание и бессмертие.
Различие лишь в том, что язычество НЕ считало грехом стремление к этим вещам. Напротив, большинство дохристианских мифов, связанных с плодами, подтверждают, что они — даже в языческих традициях — символизируют то же самое, что и в Библии: божественную мудрость и бессмертие.
Ветхий Завет создавался не в культурном вакууме. Он был записан в регионе и эпоху, где плоды издревле олицетворяли божественную мудрость и бессмертие, и сохраняли это значение даже после того, как христианство адаптировало эти тексты. В древнем мире существует множество подобных мифов о плодах — например, миф о Гесперидах в греческой мифологии.
Геспериды представляли собой группу нимф, охранявших яблоки бессмертия. В греческих источниках образ этих нимф варьируется - то они предстают как единое существо, то как три, четыре или семь сестёр, дочерей богини Ночи, наделённые дивными голосами и множеством различных имён-эпитетов.
В дохристианских религиях подобное божественное знание считалось сакральным. В христианстве же стремление к нему объявлялось греховным. Но в этом, собственно, и заключается принципиальное различие этих мировоззренческих систем.