Синематика «Мир искусства» – кинотеатр со своим лицом
Уже 25 лет в Москве существует уникальное пространство, включающее в себя сегодня кинотеатр, киномагазин и киношколу. Начиналось оно с первого в СНГ цифрового кинотеатра со слоганом «Для думающей молодёжи». Лиза Лобода поговорила с основателем «Мира искусства» Сергеем Тютиным – сценаристом и режиссёром документального кино, учеником Алексея Германа и Юрия Арабова.
Теперь каждый человек может заиметь собственный кинотеатр
У меня два режиссёрских образования и одно образование кинодраматурга. Сначала я учился в театральном институте имени Щукина как режиссёр драматического театра, потом – на Высших курсах сценаристов и режиссёров у Алексея Юрьевича Германа, нашего великого кинорежиссёра. И участвовал в том числе в постановке его последней картины – «Трудно быть Богом».
Когда мы учились, в 2000-01 гг, мы были в шоке от того, что в кинотеатрах шли только западные фильмы. Мы хотели снимать кино – а где мы будем его показывать? Совершенно негде. Отечественные фильмы не шли в кинотеатрах. В них, кроме голливудской продукции, ничего не шло.
Тогда я случайно оказался на технической выставке. Ну, не совсем случайно – мы хотели изучить камеры, на которые будем снимать. Какие-то длинноногие красивые девушки приглашали всех зайти в тёмный шатёр, где показывали «кинематограф будущего». Я на соблазн поддался: внутри было выгороженное пространство с экраном, стояли скамеечки, а мы готовились увидеть чудо.
Нам раздали такие буклетики, в которых было написано, что теперь каждый человек может заиметь собственный кинотеатр. Достаточно дерзновенно написано. Более того – написали, что кинотеатр окупится за три месяца, был даже приложен бизнес-план.
Поскольку я был очень романтично настроенным молодым человеком, я всё это воспринял всерьёз: действительно – вот оно, счастье-то пришло! Теперь то, что нельзя было увидеть – а это почти весь кинематограф – можно будет посмотреть в зале!
Вдруг вспомнил: миллиона-то у меня и нет – это меня немножко расстроило
До этого была эпоха видеосалонов – там показывали, как правило, «восьмую копию». Поэтому доминировало два жанра: либо эротическое кино, где «что-то видно – уже хорошо», а главное – звуки. Ну или какие-нибудь «кия-кия» – драки.
А тут речь шла о качественной картинке. Выступающий продвинутый физик тогда сказал, что наступила новая эра. А, увидев изображение, я не поверил своим глазам. Подумал – наверное, здесь какая-то ловушка.
Потом подошёл к хозяину компании и говорю: «Ну, сколько стоит-то?». Он: «Да недорого стоит – миллион». Действительно – недорого. А когда я уже выходил с выставки, вдруг вспомнил: миллиона-то у меня и нет – это меня немножко расстроило. В этот момент мне позвонили из Третьяковской галереи. Решили мне заказать видеокассеты с фильмами по искусству. А на какую сумму-то?. На миллион. Я не сильный бухгалтер, но понял – цифры у меня сошлись.
Наш кинотеатр потихоньку превратился в машину времени
Первый сеанс у нас состоялся 28 декабря 2001 года – мы показали фильм Стэнли Кубрика «Космическая одиссея 2001 года». Для Кубрика 2001 год – это далёкое-далёкое будущее (фильм 1968 года). Для нас – уже настоящее. Через три дня 2001 год закончился – началась новая эра так называемого цифрового кинематографа. Идея у нас была такая, что мы не показываем «Чебурашку», «Простоквашино» и «Буратино», что мы можем посмотреть что-то другое. И, главное, этого другого много!
Мы тогда подумали, что есть «фильмы-шаттлы» – «многоразового использования», которые можно смотреть и пересматривать бесконечно. Так называемая «классика мирового кино». Наш кинотеатр потихоньку превратился в машину времени. Можно посмотреть фильмы, которые снимались 100 лет назад, 50 лет назад, вчера. И всё это вместе составляет определенную картину. Мы можем понять: как люди жили, как они разговаривали, в чём ходили. И, самое главное, что они снимали фильмы, которые несут вечные ценности, которые вы можете пересматривать и каждый раз получать удовольствие и задумываться.
Задача была – не уйти в минус
У нас не было задачи «уйти в плюс», задача была – не уйти в минус. Наши отношения с дистрибьюторами строятся на понимающих началах – они поддерживают «что-то такое необычное», оригинальное. Иногда, если уж по-честному говорить, кассовых сборов не хватало на то, чтобы покрыть наши расходы. Мы покрывали это как меценаты – создавали фильмы, мы много делали фильмов для канала «Культура». Заработаем на фильме и эти деньги пускаем на поддержание кинотеатра.
В 2020 году был указ мэра Москвы закрыть все кинотеатры. И вот кинотеатр, культурный проект, который уже существует 19 лет, вынужден был закрыться почти на 3 месяца. Мы общались со своей аудиторией в онлайне, продолжали с ними дружить. Были трудности, конечно, но город пошёл навстречу. С нас тогда не взяли арендную плату – иначе мы бы умерли.
Или например, мы обращаемся в специальную службу. Они называют какой-то совершенно космический ценник. Мы не сможем его оплатить. Я даю свой фильм руководителю этой службы и говорю: «Посмотрите, давайте утром встретимся». А на следующий день волшебная сила искусства в три раза уменьшает стоимость. Такие вещи много раз повторялись с разными-разными историями.
Вот оно, будущее настало, нам надо просто быть первыми
Когда мы запускались – у нас не было примеров. Мы понимали, что вот оно, будущее настало, нам надо просто быть первыми. Во мне сидит дух новаторства и я не могу спокойно смотреть, когда повторяется одно и тоже, когда люди живут в штампах.
У меня были потрясающие учителя. Просто потрясающие. Марианна Рубеновна Тер-Захарова – выдающийся педагог, один из лучших педагогов за всю историю театра. Очень мощное на меня влияние оказала, безусловно, работа в режиссуре. Вахтанговская школа, Щукинское училище. Потом я попал на Высший курс Алексея Юрьевича Германа. Потом поступил на ассистентуру-стажировку к Юрию Николаевичу Арабову, автору сценариев 12-ти фильмов Александра Сокурова. Таких людей сейчас уже нет, я даже не знаю – как что с этим делать. Это очень мощные фигуры – и как личности, и как философы. Поэтому в прошлом году мы и фильм про Юрия Николаевича Арабова сделали, и его книгу выпустили.
Часто мы не знаем, что вообще в нас живёт
Очень часто люди мне рассказывают истории о том, как их истории любви начинались у нас в кинотеатре. Пойдем смотреть «8 с половиной» Феллини? Она спит, а он смотрит. Или – наоборот: «Не-не-не, всё. С этим парнем я больше не общаюсь».
Если ты посмотрел кино и поумнел, приобрел какой-то жизненный опыт – ты развиваешься. Вообще две высшие потребности человека – это потребность в развитии и потребность во вкладе: какой-то ты вклад вносишь в культуру? Мы должны нашим зрителям дать возможность увидеть мощные фильмы на экране. Это можно сформулировать как «кинотеатр – это естественная среда обитания фильма».
Я, кстати, сейчас делал ещё один документальный фильм – про Карла Юнга. Юнг всю свою жизнь занимался так называемой аналитической частью глубинной психологии, аналитической психологии. А самая главная сверхзадача у него была – делать движение к самому себе, к самости. То есть я должен познать самого себя. Часто в социуме мы носим какие-то маски – то, что называют «персоной». Часто мы не знаем, что вообще в нас живёт в бессознательном. И на уровне личного бессознательного, и на уровне личного коллективного. Но всё должно развиваться. Если ты семейный – у тебя семья должна развиваться. Если ты живёшь в стране – у тебя страна должна развиваться. И ты сам должен развиваться. А кино должно этому помогать.
Сайт синематики «Мир искусства» https://chronotop.ru/
Сайт инди-школы «8 с половиной» https://www.indie-shkola.ru/