Всем самые интересные люди на Земле!
Всем самые интересные люди на Земле!
Один из них Винни Стигма из Agnostic Front написал автобиографию. Другой - Илья Никитин (Порт(812), Маррадёры) завершил её перевод на русский язык.
Все, кто заинтересован получить всю книгу (за донат от 400 рублей) в полном объёме - отмечайтесь в комментариях.
Пока же читайте главу о начале карьеры Винсентa Капуччо.
Когда мне было лет четырнадцать-пятнадцать, я купил
свою первую гитару. Это был Fender Mustang, который «упал с грузовика», если вы понимаете, о чём я. Он был синим с гоночной полосой и в чехле из крокодиловой кожи, который сегодня стоил бы немало у какого-нибудь коллекционера.
Моей первой «настоящей» группой была соседская группа
под названием Black Angus.
Это было примерно в 1973 году, ещё до того, как панк-рок по-настоящему открыл новую эру в Нью-Йорке. Я был единственным гитаристом в группе. Моими коллегами по группе были Фрэнки и Сэл, он же Салли. Салли жил за углом от меня и был очень крупным. Он был моим басистом — моим первым настоящим басистом — и он умер. Я до сих пор вижусь с его братом.
Пожарным пришлось выносить его через окно, потому что они не могли спустить его по лестнице. Была перекрыта улица, и я увидел своего друга Роба, который был лучшим другом Сэла. Они вытаскивали Салли через окно с помощью корзины для сбора черешни, а день был ветреным. Тело было в корзине, и она раскачивалась взад-вперёд. Роб говорит: «Винни, смотри — Сэл всё ещё отжигает». Мы обнимались и смеялись сквозь слёзы. Сэла уже тридцать лет как нет. Мы были как три мушкетёра. Кстати, я должен позвонить своему другу Фрэнки. Он всё ещё жив. Сотня
операций на сердце, но он всё ещё жив.
Как бы то ни было, мы часто ездили в Бронкс, в район
Гранд-Конкорс, чтобы играть концерты. Тогда там было много банд: Savage Skulls, Dynamite Brothers, Ghetto Brothers...
Я до сих пор дружу с некоторыми парнями из Savage Skulls. Наша группа играла на танцевальных вечеринках — в основном кавер-версии, но иногда и что-то своё. Музыка 50-х и 60-х годов с вкраплениями рока: The Who, Rolling Stones и Led Zeppelin. Народ нас любил, потому что мы были группой и были нейтральными. Кроме того, мы играли на нескольких праздниках, в том числе на праздниках Святой Лоретты и Сан-Дженнаро. Мы даже играли для соседей, если у них были крестины или дни рождения. В каждом районе была своя группа, и мы были одной из них.
После Black Angus я много времени проводил на репточках и примерно в 1974 году начал играть в таких группах, как Future Shock и The Slant. К 1977 году я был в The Eliminators. Мы были панк-группой, своего рода хардкор-группой. Чтобы вы поняли, как мы звучали, скажу, что песня Agnostic Front «Power» изначально была песней The Eliminators. Мы начали выступать в Max’s Kansas City. Хотите верьте, хотите нет, но
однажды мы выступали там, в CBGB и A7: на всех трёх площадках за один вечер! Группа The Eliminators появилась благодаря
тому, что я тусовался на точках и читал объявления в The Village Voice. Я тусовался на репточках и со всеми подружился. Эти репетиционные залы служили разным целям. Конечно, вы могли бы использовать их для репетиций, а если бы захотели устроить вечеринку, то могли бы арендовать точку, нанять музыкантов, заказать еду и пригласить гостей.
Я думаю, что когда я впервые появился в «Макс Канзас-Сити», я сразил этих людей наповал. Я пришёл со своей командой, и мы
выглядели не так гламурно. Мы были больше похожи на хаос-панков, с заклёпками и браслетами с шипами. У меня были длинные волосы и собачья цепь на шее. Когда мы начали там выступать, люди заметили, что мы другие. Дениз Мерседес из The Stimulators, очень важной группы в Нью-Йорке, сразу же прониклась и сказала, что мы ей нравимся. Дениз была одной из наших первых поклонниц.
Мы нечасто выступали в таком формате. Всего несколько
репетиций и пара концертов. Я всё делал сам: возил нас повсюду, делал афиши и стикеры.
Я даже делал стикеры для групп, приезжавших из других городов. У некоторых людей эти стикеры сохранились до сих пор, спустя столько лет.
Я помню, что, когда бы я ни играл, все китайские пацаны
с района приходили посмотреть на меня. Они были членами банды «Призрачные тени», которая в то время правила Чайнатауном. Они всегда были в новостях, но они были моими друзьями. Я часто тусовался в Чайнатауне и ходил в школу с членами их семей.
Это было по-настоящему безумное время. Во всяком случае панк-рок уж точно был безумным.
Однажды я стоял возле дверей клуба, когда Майк Несс из Social Distortion бросил бутылку в меня и моих друзей. Она попала мне в ногу и рассекла её. Это было во время их самого первого тура «Another
State of Mind» в 1982 году. У него случился приступ неприязни к нам или что-то в этом роде; он просто перебежал дорогу и метнул
в нас бутылку. Майк бросил её в толпу, но попала она именно в меня. Тогда наш басист Диего и остальные парни отпиздили его. На самом деле я люблю Майка и всегда рад видеть его по сей день.
The Eliminators просуществовали около трёх лет, но было видно, что со временем сцена менялась: от глэм-рока к более агрессивному панку. Хардкор-панку. К 1979, 1980 годам большая часть такой музыки звучала на западном побережье: группы Black Flag, X и The Germs. Однако Восточное побережье тоже развивалось, особенно в районе Вашингтона, где были такие группы, как Minor Threat, SOA, Scream и Bad Brains, которые позже, примерно в 1981–1982 годах, переехали в Нью-Йорк. В Нью-Йорке хардкор развивался немного медленнее,
вероятно, потому, что у нас не было студий звукозаписи или лейблов, как на Западном побережье, но всё менялось, менялась и публика, и сцена. Мы были настоящими панками. У нас ещё не было Dr. Martens
или чего-то подобного; у нас были ботинки на молнии. Я думаю, что у ХарлиФлэнагана была первая пара Dr. Martens в Нью-Йорке, потому что он купил их в Ирландии, когда гастролировал там с The Stimulators.
Но Нью-Йорк начал набирать обороты, и группы становились всё более жёсткими и агрессивными. Появились такие банды, как Kraut, The Mob, Reagan Youth, Nihilistics, у Джесси Малина была Heart Attack… Я помню, как купил сингл Heart Attack «God is Dead» у Джесси перед CBGB, когда ему было лет четырнадцать, за три доллара. Мне нравится эта песня, но я думаю, что би-сайд «Shotgun» ещё лучше. Я до сих пор говорю ему об этом.
Затем появилась группа Bad Brains, которая вдохновила многих людей на создание собственных групп здесь, в Нью-Йорке. Они были великолепны, и их влияние было огромным. Чуть позже появились Agnostic Front и Murphy’s Law, а ещё чуть позже — Cro-Mags. Это были первые три по-настоящему крутые группы из Нью-Йорка.
Я помню, когда группа Murphy’s Law придумала своё название в квартире дяди Эла.
Это были Харли, Джимми, дядя Эл, я и ещё несколько человек. У дяди Эла на холодильнике висел плакат с надписью вроде «Десять вещей, которые могут пойти не так». Внезапно он говорит: «Почему бы нам не назвать себя «Закон Мерфи»?» В Нью-Йорке тоже выходили пластинки; люди слушали хардкор, и промоутеры устраивали его в таких местах, как CBGB и A7.
Вокруг них формировалось сообщество. Я уже подружился со всеми сотрудниками и барменами в этих заведениях. Днём, поскольку я жил неподалёку, я проходил мимо и спрашивал, что будет вечером. Я говорил им, что иду за пиццей или кофе, и приносил им что-нибудь. У меня были хорошие отношения со всеми в клубах, и все знали, что я из этого района. Иногда люди даже окликали меня, проезжая мимо на
своих машинах. Что касается групп, то все тогда пытались ускорить
двенадцатитактовый блюз и сократить его. Я сказал: «Я тоже могу это делать» — и начал писать песни.
Когда я пишу, я стараюсь представить, что будет через пять, десять лет, и думаю, понравится ли людям эта песня. Вот что важно, верно? Если кто-то действительно проникнется ею и она сохранится на года.
По сей день мне нравится импровизировать под разные музыкальные жанры, включая джаз. Когда началась пандемия COVID, у меня на телефоне были джазовые приложения, и я целыми днями играл джаз, пока пил кофе. Это было необычно и вдохновляюще. Я так привык сидеть и играть на гитаре, что мне было странно, когда я снова надел
ремень. Мне пришлось привыкать к тому, чтобы снова играть на гитаре стоя. Когда Agnostic Front наконец-то начали забивать туры, мне пришлось немного побренчать на кухне, как какому-нибудь
четырнадцатилетнему подростку, чтобы вернуться в форму.
► Another Interesting Punk Literature: vk.cc/7B6RiT