Памяти Judge Dread.
28 лет назад, в пятницу 13-ого этот свет покинул Alex Hughes, более известный под псевдонимом Judge Dread. Толстый, грубый, но чертовски веселый и обаятельный музыкант.
Держите большой материал по этому поводу от Trojan Moonstomp International
Алекс родился 2 мая 1945 года в графстве Кент в Англии. Позже переехал в Брикстон — юго-западный район Лондона, полный выходцев с карибских островов, с которыми он ходил в школу и проводил большую часть свободного времени. С тех пор он научился отлично пародировать ямайский говор.
Вырос Алекс здоровенным детиной, что ненароком толкало его на выбор профессии то охранника в ночных клубах, то вышибалой долгов. Совмещал он это всё с боксом, занятиями рестлингом и регулярными уличными разборками.
Однако, после нескольких ножевых ранений живота, удара топором по голове и «розочки» в лицо, будущий Судья понял, что устал от жизни такой. Он первым собрал переносную саунд-систему, которую стал таскать с собой и включать свои любимые пластинки ямайских ска музыкантов типа Prince Buster или Derrick Morgan на дискотеках, собирая вокруг себя черных и белых парней и девчонок. Тогда же он и взял себе прозвище Judge Dread — Страшный судья. В честь песни одного из своих любимых исполнителей (также dread можно расценить как сокращение от dreadlocks — известной прически растафарианцев).
Помимо пластинок, Алекс любил исполнять похабные стишки собственного сочинения, героями которых были персонажи английских детских песенок, чем очень забавлял своих слушателей. Однако, устав в сотый раз их повторять, он принял судьбоносное для себя решение — записать пластинку с ними. Сам он не придавал этому особого значения, и даже хотел от нее избавиться, но каким-то путем она попала в руки кому-то в Trojan Records.
В 1969 Принц Бастер выпустил композицию Big Five известного содержания, что довольно характерно для ямайских любовных ска баллад того времени, хоть и является экстремальным примером. После этого Джадж дал своей пластинке имя Big Six. За ней вскоре последовала Big Seven. Несмотря на то, что на радио их запретили, пластинки взлетели в топы по продажам, где продержались несколько недель! Как вам? Неплохое достижение для белого парня, поющего реггей и не имеющего представления о нотах?
Через несколько лет влияние ска начало ослабевать, всё больше ямайских музыкантов уходили в идеи растафарианства и африканских корней. Алекс же записал, как он признавался, свою любимую пластинку — Last of the Skinheads. Bring Back The Skins, песня с альбома, стала дважды пророческой в его дальнейшей судьбе:
«But still one day, reggae will be king again
Так и случилось. В Британии началась вторая волна ска, а в след за ней вернулись веселые ребята в ботинках и подтяжках — большие ценители творчества Джадж Дреда и других реггей музыкантов. Сначала, Судья довольно скептически относился к группам 2-Tone из за того, что считал, что они слишком сильно перекроили изначальный звук музыки ска, но позже изменил своё мнение, и даже помогал музыкантам с организацией концертов и записями. С вокалистом Bad Manners, Бастером Бладвесселом, он регулярно общался и оказал огромное влияние на его сценический образ.
Жить Судья продолжал в Кенте, в довольно захолустной деревушке под названием Snodland, которую увековечил в нескольких своих песнях. Однажды ночью, какие-то шутники поменяли все таблички в округе, и называться она стала Dreadland. В наши дни там же есть небольшой тупичок носящий имя Алекса.
До 90-ых Джадж Дред активно гастролировал по всему миру. Но с возрастом начинали напоминать о себе травмы, полученные в молодости. Как уже писалось выше, Bring Back The Skins была пророческой дважды: «We'd live and die for Friday night» — начинался припев. Так и случилось. В пятницу 13-ого Judge Dread выступал на сцене местного клуба The Penny Theatre в Кентербери. В какой-то момент ему стало плохо, но никто не смог вовремя среагировать — Алекс был большим шутником, и вытворял на сцене разные фокусы, поэтому большинство посетителей решили, что это часть перфоманса. Прибывшая скорая зафиксировала смерть от сердечного приступа. В наши дни его друзья и преданные слушатели любят собираться в этом месте, чтоб почтить его память.
Таким был Judge Dread, Страшный Судья. Он сочинял свои песни для простых, грубых, но веселых парней, которым был и сам. И отдавал себя своим любимым слушателям без остатка.
Какую можно провести аналогию, для человека, не знакомого с британской культурой тех лет? Это как если бы был исполнитель с внешностью Барецкого, народной любовью Высоцкого или Башлачёва, но пел бы со сцены советские анекдоты, частушки и песни в стиле Самара-городок или (не)детских «на горе стоит статуя, у статуи нету...».
Ясное дело, все его песни были забанены на радио BBC, как бы Дред не старался и не использовал псевдонимы. Даже единственную серьезную песню в поддержку детей Эфиопии на радио не пропустили.
Алекс вырос в пригороде Лондона. Вследствие чего, приобрел бедняцкий диалект кокни. Сам Джадж в шутку называл свой стиль Cockney-reggae (вместо Skinhead-reggae или Rocksteady).
Большинство песен полны сексуального подтекста и двойных смыслов — чего стоит только серия песен Big Ones. Big One в английском языке имеет несколько значений — Большая Единица либо корявое для русского языка словосочетание «тот который Большой». В одноимённой песне девушки на фоне подпевают: «We're having fun with Dread's Big One», что можно расценить либо как «Нам нравится песня Дреда Большая Единица», либо как «Мы веселимся с чем-то большим Дреда». И этот момент обыгрывается не раз и не в одной песне.
Первая песня, которую я услышал у Судьи называлась Donkey Dick — Осёл Дик (ну, или ослиный ***): «All the girls like to have a ride on a Donkey Dick».
Следующей была Up with the Cock. Человек, который мне посоветовал заценить Джаджа был абсолютно уверен, что песня повествует о тяжелой жизни на селе - раннему подъему, тяжелой и грязной работе. Последний же куплет состоит из последних строчек всех куплетов, которые вместе звучат уж очень однозначно. И совсем не про ферму.
Ещё хочу отметить песню Amazing Dread. Не столько музыкальным содержанием, сколько вставкой записи радиоэфира, с Джаджем в гостях:
Ведущий (Джим): У нас тут приятель на линии, он бы хотел перекинуться парой слов со своим почитаемым Джаджем. И мы приветствуем Фреда.
Слушатель (Фред): Привет, Джим.
ВД: Так, сейчас я передам тебя Джаджу.
ДД: Привет, Фред.
Фр: Привет, Джадж.
ДД: Как ты, нормально?
Фр: Ну, так, вроде средненько...
ДД: Ты сейчас лежишь в кровати?
Фр: Ээ, нет, в данный момент нет, вообще-то я стою возле телефона...
ДД: И твоя одежда на тебе?
Фр: Да, в данный момент да...
ДД: А, ну ладно...
Дж: (смех в студии)
Фр: Я скоро приду к тебе. Жду не дождусь надеть твои огромные труселя.
ДД: Оооу, чего?! (Смеется) Они могут быть не на мне...
ДД: О, да, я бы хотел побывать в тюрьме.
ВД: Ты имеешь в виду, выступить в тюрьме? Ведь если немного перефразировать...
ДД: Ага, просто побывать в тюрьме. Неее. Я бы очень хотел побывать в тюрьме для девушек... Ну, по правде, я бы очень хотел побыть с девушкой!
ВД: (Смеется) Спасибо, что ты не меняешься...
Спасибо, Джадж Дред, за то, что пришел и поднял культурную ценность нашей программы этим утром.
Одной из последних осознанных мной песен с последнего альбома является Ballad of Judge, в которой Алекс рассказывает, почему он так и не женился — все девчонки тащат его под венец при любом удобном случае, но ему удаётся вовремя сбежать:
«Oh, Judge Dread. Wount you wount you wount you marry me?
You left me on my own
And now the nest you flown.
Wount you wount you wount you marry me?»
Моей любимой песней же навсегда останется Dread Rock. Песня о том, как Джадж проводит свои выходные на пляже и дискотеке, таская везде с собой свой «непослушный камень» (камень — rock, при смене одной буквы превращается в cock):
«Oh what a big one!
I've never seen one as big as that before.
Ohoho, a what a big one!
It must be 14 inches long or more! »
Отдельно стоит отметить песни Je T'aime и Sex U Up. В которых Джадж знакомится с милой девушкой на дискотеке, предлагает пойти поразвлечься, а затем обнаруживает, что дама оказалась с сюрпризом. Каково это шутить про трапов за 40 лет до того, как это стало модно в этих ваших интернетах?
«Oh no! You're not even a proper woman! You're of on those geezers who dresses up? What they call them... transvestite! Give you love?! I'll give you a rough end of pineapple!»
Осложняется перевод песен тем, что во-первых, они не нацелены на массового слушателя — песни полны локальных событий, мест, жаргонизмов и тд. Во вторых, кокни диалектом Алекса. В третьих, банально многих текстов нет в сети и даже вместе с носителями. Приходится воспринимать на слух — а тут нужно набитое ухо, либо быть носителем языка из тех краёв.
Материал собрал Александр Протопопов специально для Russian Moonstomp.
#JudgeDread #AlexHughes #exclusive@russianmoonstomp #russianmoonstomp #interestingpunk