Найти подъезд для посиделок

Найти подъезд для посиделок – вещь очень непростая. В нем должны быть батареи, широкие площадки и, конечно же, мусоропровод, служащий компании как хранилище для мусора, пепельница и туалет. Можно обойтись и обычным подъездом пятиэтажки, но ведь всем хочется чистоты и удобства.
Не каждому дано понять всю романтику таких праздников, но по своей сути это мало чем отличается от типичного празднования Нового года в России: выпивка, малознакомые люди, псевдовзрослые разговоры и ощущения неминуемого пиздеца в конце всего этого. Собственно, сейчас мы и праздновали Новый год.

На самом деле, в мои планы не входило сидеть здесь. Так получилось, что я встретил Влада на выходе из магазина и он, проявив “гостеприимство”, позвал в подъезд к остальным. Зайдя сюда, я увидел знакомые лица, но их обладателей вспомнить так и не смог. Знаю одно: росли мы с ними вместе и от этого было еще более неприятно.
Помимо меня и Влада было еще двое – Андрей и Печеник(при мне его так никто и не назвал по имени). Садясь на более-менее чистый порог, я понял, что сидят они тут не первый час. Их выдали две пустые бутылки водки, обрывки сигаретной пачки и стойкий запах мочи.

— Есть сига? – спросил Печеник.
— Есть. – ответил я, протянув пачку.
— О, мальбаруха, заебись.
В этот момент я вспомнил две важные вещи: первое — люди в моем городе всегда воспринимали все что угодно дороже ста рублей как нечто праздничное, а второе – я вспомнил, кто такой Печеник. Он был старше меня на год, но уже отсидел. В принципе, это все что надо знать о нем.
— Андрюх, налей парню. – сказал Влад.
— Ты че, ахуел?
— Да не будь сукой, праздник же сегодня.
Этого аргумента было достаточно и мне протянули пластиковый стаканчик.
— А есть запить?
— Ты че, ахуел?

Пришлось пить так. Горечь заполнила рот, а теплота накатила по желудку. Пить водку “чистоганом” считалось не только показателем твоих навыков обращения со спиртным, но и показателем бедности. Что ж, мое умение сразу адаптироваться к чистой водке оказалось полезным, ведь многие от этого отказываются или начинают блевать после выпитого. В данной ситуации такого нельзя допустить, ибо эти ребята были не самые понимающие на свете, и их обида за “перевод продукта” может перерасти в рукоприкладство. Вообще, этим ребятам и повод не нужен, а в любви к насилию могут посоревноваться с бандой Алекса. Старик Бёрджесс мог бы гордиться ими.
— Слышь, Фашист, — обратился ко мне Влад – а ты че без своих берцев?
— А хули фашист? – спросил Печеник и зло поглядел на меня. Наверное, этот взгляд был таким из-за того, что сам он был явно неславянской внешности.
— Потому что фаши берцы носят.
— Те порвались, а в Питере купить всё руки не дошли. – попытался я сменить тему.
— И че, как там Питер?
— Пойдет.
— Бля, тоже хочу в Питер. – подытожил Печеник и после этого к разговору о моем месте жительства мы не вернулись.
— Налей еще. – попросил я.

Стакан опять наполнился, и я выпил. Голова помутнела и до меня дошло, что мы пьем знаменитую водку таксистов. Что ж, что-то делать с этим уже поздно.
— А я вот в Воронеж хочу. – сказал Влад.
— Не напоминай лучше. Снова Кузю вспомнил. – мямлил Печеник. Будь на его месте я, то пропустил следующий стакан. Но я прекрасно знаю, что с этого только начинается самая веселая часть вечера. – Сука, так не хватает его.
— Это точно. Вчера Ирку успокаивал весь вечер.
— Знаем мы твое успокоительное, сука. Выебал ее и сидит довольный.
— Ну а хули, Печеник? Телка дает, а я беру.
— Уебок ты.
— А что случилось-то? – вмешался я.
— Да Владюшка наш Ирку выебал. – объяснил Печеник.
— Я про Кузю.
— Умер он. На днюхе у телки был, и там перепалка у него с Максимом случилась. Кузю ударили, и он виском об бордюр и ебанулся.
— А Ира кто такая?
— Телка его. Вчера оплакивала его с этим пидором. – кивнул он на Влада.
— Блядь, как будто ты сам не знаешь, что Кузя пошел за левую телку заступаться начал. Он сам-то не очень верен ей был.
— Он-то ее не ебал.
— А ты если за телку пиздишься, то после этого ебли от нее не ждешь?
Печеник замолчал. Возможно, слова Влада заставили его задуматься, но скорее всего он пытался одолеть рвотные позывы.
— Ты че, ахуел? – вмешался Андрей. На самом деле, говорил он очень красноречиво и все его негодование очень чувствовалось через его слова. Только вот пока я услышал от него только одну фразу.
— Андрей, а ты другие слова знаешь? – эта фраза была очень необдуманной, и я понял, что сейчас пожалею об этом.
— Я тебя сейчас застрелю нахуй, сука. – и с этими словами он полез в карман своей куртки. Что ж, если он достанет пистолет, то я не сильно удивлюсь
— Блять, Андрюх, заебал ты уже со своей пукалкой. Только пиздеть ты можешь, но выстрелить из нее в кого-то у тебя яиц не хватит.

И тут Андрей действительно достал пистолет. Беру свои слова назад. Я очень удивился, а дыхание мое замерло.
Но Андрей как-то забыл о своей угрозе и начал с гордостью осматривать орудие. Я, наконец-то, выдохнул.
— Травмат? – попытался аккуратно спросить я.
— Нет, блять, пластмассовый. – попытался сострить Андрей.
— Да засунь ты в жопу её себе. Заебал светить ею перед всеми. —сказал Влад.
В этот момент я думал о Кузе. Он был неплохим парнем и уж явно не сидел бы тут в подъезде. Но вот только я помнил его очень дружелюбным и жизнерадостным. В драку никогда не лез и всегда все мог разрешить словами. Неужели он правда умер из-за женщины?
Но огорчало меня другое. Почему-то именно такие парни умирают молодыми. При разговоре с ним, я видел в нем человека, который чего-то добьется и вырастит хороших детей. Его-то дети не сидели бы в подъезде с паленной водкой. Они бы были похоже на него и этим явно были бы уже лучше нашей компашки. И мысль о том, что он умер из-за банального спермотоксикоза вводила меня в уныние.
Послышался хлопок дверью и шаги. Над нами склонился крупный и жирный мужик в полностью расстёгнутой рубашке, а алкоголем и мочой от него воняло еще сильнее, чем от всего подъезда.
— Вы хули тут делаете, пидорасы?! Съебали нахуй!
— Сам нахуй иди или застрелю, хуйло.
— Че ты сказал, щенок?!
После этих слов Андрей направил на него пистолет. Вот и наступил тот момент, после которого праздники заканчиваются.
Тут послышались шаги со стороны квартиры того мужика.
— Саныч, че там за хуйня? – сказал неизвестный и вышел к нам. По внешности он мало чем отличался от своего друга, кроме пары элементов вещей. Этими вещами были погоны и фуражка.
Друг Саныча был явно не трезвее всех присутствующих, но свой пистолет из кобуры он достал мгновенно.
Тишина длилась несколько секунд, но для меня это было вечностью. В этот момент я начал думать о том, что смерть из-за спермотоксикоза не так уж и плохо.
Что ж, Андрей оказался очень оригинальным и решил использовать пистолет не по назначению и кинул им в лицо товарища майора. Блюститель закона взвыл от боли и опустил голову. Тут прозвучало то, что я никак не хотел услышать так близко. Выстрел.

Очнулся я уже за гаражами, лежа и еле дыша.
— Блять, пиздец ебаный, сука. – подал признак существования Влад.
После его реплики я начал выходить из тумана и вспоминать фрагментами наш побег из подъезда.
— Сука, я пистолет не забрал. – сказал Андрей.
— На. – и Печеник подкинул в сторону Андрея его травмат.
— Ты когда успел его поднять?
— Хуй знает.
— Надо еще выпить.
Я поднялся на колени и начал осматривать себя. Я был жив и здоров. Странно, но теперь я чувствовал, что жизнь прекрасна.
— Фашист, идешь?
— Не, ребят, спасибо. У меня дела.
— Как знаешь.
И они ушли. А я, стоя на коленях в снегу, начал улыбаться и просто смотреть в небо. Теперь смерть от спермотоксикоза мне не казалась хорошей. Как и любая другая.