Дождись меня после школы. Глава 8.
Глава 8.
В среду днем Чжуан Фанцинь вернулась в свой кабинет с планами занятий после окончания урока.
Увидев человека, прислонившегося к ее столу, она слегка приподняла брови.
— Ого, редкий гость. — Чжуан Фанцинь сняла свой маленький музыкальный плеер и поставила его на стол.
— Разве я не приходил сюда вчера?
— Я хочу сказать, что ты редко приходишь по собственной инициативе. — Чжуан Фанцинь села на свое место. — Скажи мне. Что тебе нужно?
Юй Фань сразу перешла к делу:
— Я хочу пересесть.
— На последний ряд. Рядом с учительским столом. Куда угодно.
— Ты должен либо объяснить мне причину, либо перестать тратить мое время впустую.
— Новый сосед по парте влияет на мою учебу.
Чжуан Фанцинь удивленно посмотрела на него. Она не могла понять, как он мог сказать что-то подобное, не изменив выражения лица.
— Пишет слишком громко, воняет, смотрит свысока на людей с плохими оценками...
— Чепуха! — Чжуан Фанцинь огорошила его своими словами. — Чэнь Цзиншэнь сам подал заявку на это место. Как он мог смотреть на тебя свысока?
Юй Фань на мгновение замолчал. Затем он повторил:
— Он сам попросил этого?
Почему этот человек так раздражает?
— Почему он может сидеть, где захочет? — как только Юй Фань закончил говорить, он почувствовал, что эти слова звучат знакомо.
Цзо Куань, кажется, тоже говорил что-то подобное вчера.
— Как ты думаешь, почему? — Чжуан Фанцинь сказала. — Лучший ученик предложил помощь менее успешному ученику. Разве это не отличная новость?
— Вам нужно сообщить эту хорошую новость кому-нибудь другому. Я этого не хочу.
— У тебя нет выбора. — Чжуан Фанцинь взмахнула ручкой, которую держала в руке. — Возвращайся в класс. Когда ты получишь дополнительный ноль в своей оценке по математике, то сможешь вернуться и поговорить со мной о рассадке. Когда это случится, ты сможешь сесть там, где захочешь. Даже если захочется сесть в кабинете директора Ху, я помогу тебе это устроить.
Юй Фань вернулся в класс с недовольным выражением лица.
Когда он увидел человека, сидящего рядом с ним, выражение его лица стало еще более мрачным.
Во время перемен ученики в классе либо спали, либо болтали, либо отправлялись в школьную столовую за едой. Только Чэнь Цзиншэнь все еще сидел с прямой спиной, решая свои проблемы.
Ван Луаня пересадили на соседнее место. Поскольку места перед Юй Фанем сейчас пусты, он некоторое время сидел там.
Юй Фань сел и даже не взглянул на человека, сидящего рядом с ним.
— Ой. Почему ты не позвал меня?
— Зачем мне звать тебя? Чтобы ты был начеку?
— Дело не в том, что я не могу. — Ван Луань повернулся, положил руки на спинку сиденья и пожаловался. — Эй, ты даже не представляешь, насколько я несчастен. Мой сосед по дисциплинарному комитету постоянно следит за мной, из-за чего я не могу даже взглянуть в свой телефон.. Так не пойдёт, я должен найти Фанцинь и поменять своё место. Пусть этот несчастный ублюдок сидит там, где хочет.
— Я могу сесть. — Юй Фань сказал. — Хочешь поменяться со мной местами?
Ван Луань был ошеломлен. Он невольно взглянул на человека, сидевшего рядом с Юй Фанем.
Чэнь Цзиншэнь все еще сидел, опустив глаза. Он не прекращал писать.
Он взглянул на список вопросов, который держал в руках Чэнь Цзиншэнь. Боже милостивый, от одного его вида клонило в сон.
Он всегда чувствовал, что отношения между недавно переведенным лучшим учеником и Юй Фаном были немного странными, но это было не совсем то, что Юй Фань сказал в прошлый раз.
— Дело не в том, что я не могу. — Ван Луань продолжал плыть по течению. — Но разве мы не должны спросить мнение лучшего ученика?
— Какое это имеет отношение к нему...
— Никаких изменений. — рядом с ним раздался тихий голос.
Не ожидая ответа Чэнь Цзиншэня, Ван Луань на мгновение растерялся.
— Ладно, ладно, мы просто пошутили. Никто не сможет заставить Фанцинь передумать, если все уже решено. — Ван Луань отодвинулся в сторону и воспользовался случаем, чтобы задать вопрос, который он хотел задать весь вечер. — Кстати, лучший ученик, вчера ты упомянул о том, что нужно сесть поближе, чтобы на что-то посмотреть… О чем ты говорил?
Руки Юй Фана задрожали, и телефон, который он только что достал, упал на землю.
Чэнь Цзиншэнь:
— Посмотреть на...
Ван Луань сузил глаза в замешательстве.
— Директор Ху? Толстый Тигр? Какое отношение к этому имеет это место?
— Да, — Юй Фань сохранял спокойствие. — Если ты встанешь с моего места, то сможешь увидеть кабинет внизу.
Это было вполне нормально. Тот, кого это касалось, тоже этого не заметил.
Чэнь Цзиншэнь взглянул на губы Юй Фаня. Он задавался вопросом, почему этот человек так хорошо умеет притворяться.
Ван Луань встал и попробовал:
— Я не вижу.
— Ты слишком маленького роста.
— Черт. — Ван Луань посмотрел на Чэнь Цзиншэня. — Лучший ученик, тебе... нравится директор Ху? Почему? Но он не ведет никаких занятий?
Почувствовав на себе злобный взгляд человека, сидящего рядом, Чэнь Цзиншэнь крепче сжал ручку и на несколько секунд замолчал.
— Угу. — Он ответил без эмоций. — Мне нравятся конспекты лекций по математике, которые он написал.
Юй Фань взял школьный пиджак, который бросил на стол, и устроил из него подушку. Затем он прогнал другого человека:
— Возвращайся на своё место, я собираюсь поспать.
Перемена закончилась. После звонка в класс вошёл учитель физики с учебными материалами.
Когда староста класса скомандовал «встать», Чэнь Цзиншэнь поднялся и заметил, что место рядом с ним пусто.
Сначала он спал, уткнувшись лицом в пиджак, но из-за того, что ему стало душно, он повернул голову набок, открыв половину лица.
Когда он закрывал глаза, высокая переносица и родинки у уголков глаз и на щеках создавали хрупкое равновесие, благодаря которому он казался гораздо менее свирепым, чем когда бодрствовал.
Оказывается, родинки не становятся больше с возрастом.
— Садитесь. — повторил учитель физики. Он поправил очки и посмотрел на человека в дальнем ряду, который всё ещё стоял. — Чэнь Цзиншэнь?
Чэнь Цзиншэнь отвел взгляд и сел.
Юй Фань проснулся от звука чего-то, ударившегося о стол.
Как только он поднял голову, то встретился с холодным взглядом Чжуан Фанцинь.
Увидев, что он проснулся, Чжуан Фанцинь перестала стучать по столу своими планами уроков и подняла экзаменационные листы, которые держала в руках.
— Уберите всё со стола. Во время этих двух занятий по самостоятельной работе мы будем проводить экзамен. После такого долгого перерыва я хочу посмотреть, что вы забыли. Я буду выставлять оценки, так что отнеситесь к этому серьёзно. Первые ученики в каждом столбце подходят, берут экзаменационные листы и передают их.
Пальцы Юй Фаня задрожали. Он снова уткнулся лицом в ладони и с большим трудом выпрямился, когда экзаменационные листы дошли до его места.
Чжуан Фанцинь была строга, когда вела наблюдение. Она осматривала всё вокруг, но редко смотрела на Юй Фаня.
Дело в том, что учителя прекрасно знали, что Юй Фань всегда был очень честен на экзаменах. Какую бы оценку он ни получил, это была его оценка. Он никогда не пытался списывать.
Юй Фань достал ручку и написал своё имя. Он собирался снова лечь спать, когда Чжуан Фанцинь не обратила на него внимания.
Из-за того, что он был сонным, его почерк был очень неровным и напоминал гусеницу, разрезанную на кусочки. Через несколько секунд Юй Фань вдруг кое-что вспомнил. Он медленно поднял голову и припомнил---
Если он наберет 90 баллов или больше на экзамене по математике, то в будущем сможет сидеть там, где захочет.
Юй Фань подпер подбородок, и его мысли постепенно прояснились. Он потер лицо, сел и внимательно перечитал экзаменационную работу, лежавшую перед ним.
Он не понял ни одного вопроса.
С ручкой в руке Юй Фань впервые с тех пор, как поменяли рассадку, оглядел людей, сидящих рядом с ним.
У двух человек, сидевших справа, оценки были немного лучше, чем у него. Слева сидели Ван Луань и член дисциплинарного комитета, а перед ним — Чжан Сяньцзин и, судя по всему, замкнутая коротко стриженная девушка, с которой он, вероятно, за последние три семестра обменялся не более чем тремя фразами.
Он либо не мог списать, либо они всё равно не могли набрать больше 90 баллов на экзамене.
Юй Фань некоторое время сидел молча.
Когда Чжуан Фанцинь на трибуне наконец изменила позу, он неохотно повернул голову и украдкой посмотрел на человека рядом с собой. Люди вокруг них всё ещё пытались ответить на вопросы с несколькими вариантами ответов на первой странице, но Чэнь Цзиншэнь уже дошёл до конца второй страницы.
Юй Фань не испытывал особых противоречий. Прямо сейчас ему хотелось только взять свой стол, перенести его к доске в передней части класса и сесть там.
Две минуты спустя, убедившись, что Фанцинь не смотрит в его сторону, он прикрыл глаза рукой и посмотрел на экзаменационную работу в руках Чэнь Цзиншэня.
Чэнь Цзиншэнь взял чистый лист бумаги и аккуратно накрыл им исписанную часть своего листа.
Он невольно посмотрел на владельца листов.
Чэнь Цзиншэнь по-прежнему сидел, опустив голову, и работал над задачами.
Пока Чжуан Фанцинь дежурила, он не мог ни играть в свой телефон, ни спать.
Юй Фань в отчаянии откинулся на спинку стула, засунул руки в карманы и уставился в окно.
— Некоторым ученикам следует уделить больше внимания. Если вы действительно хотите в будущем собирать мусор, вам следует потерпеть до окончания учёбы. — раздался с трибуны холодный голос Чжуан Фанцинь.
Этот «некоторый ученик» скучающе повернул голову.
Экзаменационная работа была заполнена строчками и цифрами. От одного их вида у него закружилась голова.
И вот его взгляд снова начал блуждать. Он начал осматривать класс.
Остальные в классе серьёзно занимались решением задач. Только двое отвлекались, как и он.
Закончив отвечать на вопросы с несколькими вариантами ответов, Чжан Сяньцзин начала замечать, что у неё секутся кончики волос.
Что касается Ван Луаня.. Прикрыв глаза рукой и заслонив их от Чжуан Фанцинь, он подглядывал за экзаменационной работой члена дисциплинарного комитета. Не поворачивая головы, Ван Луань скосил глаза под особенно странным углом. Если бы Юй Фань не присмотрелся, он бы не заметил, что тот подглядывает.
Конечно, член дисциплинарного комитета тоже ничего не заметил.
Тогда как Чэнь Цзиншэнь его заметил? Он явно сделал это очень осторожно.
Более того, разве тот не сказал, что он ему нравится?
И всё же он не позволяет ему списывать ответы?
Что же тогда хорошего в том, что тебе признался лучший ученик?
Подумав об этом, Юй Фань снова оглянулся.
Чэнь Цзиншэнь по-прежнему держал в руках листок с заметками, пока серьёзно работал над задачами. Листки с заметками у большинства людей были такими неаккуратными, что только их владелец мог их понять, но у Чэнь Цзиншэня всё было по-другому — даже его листки с заметками были аккуратными и опрятными. Те, кто не знал, что это такое, могли бы подумать, что он записывает на них ответы.
В этот момент взгляд Чэнь Цзиншэня упал на последний вопрос в задании. Уголки его губ напряглись. Он поднял правую руку, чтобы поддержать висок, и выглядел так, будто глубоко задумался.
Затем, через две секунды, его брови разгладились, он ловко повернул ручку в руке и начал писать на клочке бумаги.
— Осталась одна минута до того, как вам нужно будет отложить ручки. После этого вы не сможете добавить ни одной строчки или слова. На ваших вступительных экзаменах в колледж никто не даст вам на это время. — раздался голос Чжуан Фанцинь и Юй Фань пришёл в себя. Он отвернулся.
Какой отличник? Разве он не решает последний вопрос, когда остаётся всего одна минута?
Он взял свой пиджак и приготовился уйти, как только соберут бумаги.
Внезапно раздался шорох, и перед ним появился лист бумаги, исписанный мелким почерком.
Юй Фань, надевавший пиджак, остановился. Его взгляд на мгновение задержался на клочке бумаги, прежде чем он понял, что это тот самый клочок, на котором только что писал Чэнь Цзиншэнь. Он был густо исписан формулами.
Убедившись, что на бумаге нет глупых названий книг, он холодно спросил:
— Ответ и решение задачи. — Чэнь Цзиншэнь бросил ручку обратно в пенал и спросил. — Разве ты не хотел посмотреть?
Да, я хотел посмотреть. Я чертовски сильно хотел увидеть это всего за минуту до конца экзамена.