Комочек хаоса
Сайлус смирился с тем, что под воздействием Эмси его привычное холостяцкое жилище постепенно начало превращаться в оранжерею. Он даже принимал активное участие в озеленении базы — по расписанию поливал цветы, заказывал новый грунт и подкормку, а иногда даже помогал пересаживать растения.
Изначально эта идея ему не нравилась, но Сайлус постепенно вошел во вкус и даже перестал ворчать, когда очередной раз потратил больше часа своего времени, чтобы полить все цветы на базе.
Это все меньше походило на базу самого отпетого преступника и все больше напоминало дом.
И он всегда ждал ее возвращения.
Сайлус ответственно готовился к сегодняшнему вечеру: попросил близнецов достать лучшую бутылку вина из его хранилища, специально заказал пластинку с новым альбомом ее любимой группы, а его шеф-повар приготовил ужин. Все должно было пройти идеально.
Когда прозвучал сигнал, что дверь на базу была открыта, Сайлус уже стоял на пороге и ждал ее. От предвкушения слегка колотилось сердце, его взгляд скользил по изящной фигуре в желтых резиновых сапогах и в плащике с кошачьими ушками. Он сделал несколько шагов вперед, чтобы перехватить ее рюкзак с одеждой и снять с головы капюшон, как вдруг застыл.
На него смотрела пара голубых хитрых глаз, выглядывающих из-под плащика Эмси. Затем существо слегка отвело уши назад и зашипело.
— Котенок, — вздохнул Сайлус, — ты принесла к нам домой… котенка?
Маленький, крошечный серый комочек отчаянно жался к груди Эмси. Она подняла умоляющий взгляд на Сайлуса, ее глаза были по размеру такими же, как в знаменитой сцене из «Шрека». Он знал, что не сможет устоять перед этой моськой.
— Он шел за мной почти всю улицу! — взмолилась Эмси, — Я не могла оставить его там одного в такую погоду!
И как он может сказать «нет» своей любимой женщине?
Котенок не отставал от нее ни на шаг. Ходил хвостиком всегда и везде, отказывался без нее есть и постоянно требовал почесушек. Серьезно, Сайлус никогда не думал, что будет ревновать свою возлюбленную к… уличному котенку.
Это маленькое существо держало в страхе всю базу. Оно не только отчаянно пыталось оторвать Мефисто крыло или откусить ему лапу, но и даже нападало на близнецов. Поначалу Люк и Киран относились к нему беспечно. Ну что им может сделать маленький котенок, который помещается в ладошку? Но их сомнения быстро были развеяны, когда новый житель базы Оникайнус без зазрения совести вцепился в маску Люка, когда тот случайно наклонился слишком низко и пощекотал ему пузико.
Больше близнецы не вступали в переговоры с маленьким комочком злости.
Эта маленькая катастрофа не давала никому и секунды покоя. Казалось, что в этом малыше спрятали вечный двигатель — иначе никак нельзя было объяснить то, с какой скоростью он передвигался по базе. Чтобы добежать от гаража до спальни ему требовалось всего десять секунд. Он перескакивал не через одну ступеньку, а сразу через две или три. А его топот был громче, чем выстрелы из пистолета. Казалось, что еще немного и вся база уйдет под землю из-за сейсмической активности, которую вызывал обычный маленький котенок.
А когда Сайлус ложился в кровать с мыслью о том, как ему хочется притянуть ее поближе и зарыться в ее волосы, то там уже лежал он. И боже спаси Сайлуса, если он догадывался отвернуться, потому что в противном случае это наглое животное не стеснялось топтаться по его лицу, всячески стараясь прогнать его.
Это кровать больше не принадлежала Сайлусу и Эмси. Она принадлежала наглому серому оборванцу, который решил, что теперь это его база, его женщина и его лежбище для сна.
Интимная жизнь тоже пошла коту под хвост. Маленький прилипала не отпускал от себя девушку не на шаг. А стоило Сайлусу подойти к ней со спины, нежно коснуться руками полуобнаженных ягодиц в пижаме, как он был тут как тут. Просто сидел и смотрел во него таким взглядом, будто силой мысли пытался превратить его в горстку пепла. От этого было не по себе даже ему, величайшему преступнику N109-зоны, который был вынужден склонить голову перед пушистым террористом.
Сайлус всегда закрывал дверь в спальню. И если у близнецов хватало мозга и совести постучаться, прежде чем войти, то котенок себя такими формальностями не обременял. Закрытая дверь была для него своего рода вызовом, от которого он не мог оказаться.
Сайлус наклонялся к Эмси, нежно утыкался носом в ее животик и вел дорожку поцелуев вниз, как за дверью начинала выть сирена. В мяуканье этого котенка децибелов было больше, чем в звуке взлета его личного джета. Даже музыка из проигрывателя не спасала ситуацию.
А если никто не обращал на его кошачье величество внимания, то он начинал прыгать на ручку двери в попытках открыть ее. К сожалению, ему хватало примерно трех-четырех попыток, чтобы дверь наконец поддалась и распахнулась.
Он пулей вбегал в спальню, запрыгивал на кровать и всячески отвлекал Эмси от занятия своими хитрыми трюками. То терся об ее щеку, то игриво бодался, то пытался вылизать ей волосы. Всячески отвлекал ее от процесса, снижая возникшее возбуждение до нуля, что купаться в любви и ласке.
В этот момент Сайлус задумался о том, что замки стоит вешать не только на хранилище или оружейную. Хотя у него не было уверенности, что это животное может остановить такая мелочь.
Постепенно Сайлус привыкал к этому. Отчаянно вырывал у судьбы секунду сладкого уединения с Эмси, когда котенок спал или терроризировал других обитателей базы. Конечно, ему было жаль Мефисто, жаль близнецов, но... это были необходимые жертвы.
Котенок игриво катался по полу, сложив хвостик знаком вопроса, и тихо мурлыкал. Все его крошечное существо излучало радость и счастье, и на секунду Сайлус задумался о том, что это не такой уж и плохой питомец. В отличие от Мефисто, он хотя бы был пушистым и... милым?
Вроде, когда котики так перекатывались по полу перед людьми, то они хотели выразить свою радость и безоговорочное доверие. Значит, шерстяной оборванец стал видеть в нем нечто большее, чем подушку для сна и прислугу?
Сайлус присел на корточки над котенком. Тот продолжал игриво кататься по полу, то и дело обхватывая лапками хвост и поднося его к мордочке, чтобы помыть. Сайлус слабо улыбнулся.
Он медленно поднес руку поближе к котенку, и, не заметив никакого напряжения с его стороны, провел рукой по его пузику.
Шерстяному воину хватило секунды, чтобы ловушку захлопнулась. Маленькие коготки с остервенением рвали грубую кожу, и Сайлус даже прочувствовал, что ему больно, хоть и виду он не подал. Он моментально одернул руку и смерил котенка злобным взглядом.
Это было сродни предательству.
Эмси потратила почти весь бутылек антисептика, чтобы обработать рану. Котенок все это время гордо восседал на своем дереве и наблюдал за оказанием первой помощи пострадавшему от всемирно известной котячей ловушки — капкан пузика.
— Живот — самое уязвимое место у котов, — приговаривала Эмси, оборачивая ладонь Сайлуса бинтами, — нельзя их там гладить, иначе последствия будут… такими.
Сайлус бросил недовольный взгляд на котенка, который увлеченно вылизывал свою лапу, хотя единственный, на кого он по-настоящему мог злиться — это только на самого себя.
Когда Эмcи очередной раз приехала в N109-зону, чтобы провести с Сайлусом выходные, она предприняла еще одну попытку примирить их. За неделю никакого прогресса не было — Сайлус все также прятался в своем кабинете, ходил на цыпочках мимо спящего комочка ненависти и не приближался к нему ни на шаг. Близнецы придерживались той же тактики, только разве что подсыпали корм в миску. Мефисто свил гнездо на шкафу.
— Давай попробуем еще раз, — прошептала Эмси, — иди сюда.
Сайлус подошел к лежащему на стуле котенку. Тот смотрел на него с недоверием, впрочем, как и всегда. В воздухе уже чувствовалось нарастающее напряжение, когда Сайлус склонился над малышом и резко вытянул руку вперед. Котенок вздыбил шерсть и зашипел.
— Не так, — тихо сказала Эмси и обвила руку Сайлуса своими пальцами, — Сначала надо дать ему принюхаться.
Она поднесла руку Сайлуса к носику котенка. Тот снова отвел уши назад, готовясь снова защищать свою честь, но все же принюхался. Маленький холодный носик приятно щекотал костяшки Сайлуса, но он оставался неподвижен — сейчас буквально решалась его судьба. Или он восстановит толику контроля над своим убежищем, вернет себе свою возлюбленную, или маленькая катастрофа окончательно уничтожит его.
— Теперь погладь его, но только по голове. Медленно, вот так, — приговаривала она нежным голосом.
Она аккуратно направляла пальцы Сайлуса по лоснящейся шерстке котенка. Еще пару дней он был обычным оборванным, а сейчас его шерсть мягче чем волосы Эмси. Что это за магия такая?
В этот раз котенок не нападал. Он позволил Сайлусу провести указательным пальцем по его макушке, а затем отстранился и снова стал обнюхивать его руку. Выражение его мордочки было спокойным, он слегка прикрыл глаза и пободался ладонь Сайлуса, тихо промурлыкав.