Гимн городу, которого нет
Из цикла «Хроники Предзавтра»
— Итак, Макарыч, — сказал врач. — Вы понимаете, почему оказались у нас?
— Потому что отказался писать гимн.
Врач посмотрел в карту. Потом на Макарыча. Потом опять в карту, словно надеялся, что за это время диагноз успеет сам себя сформулировать.
За окном было жарко. На карнизе сидела здоровенная серая ворона и с деловым видом разбирала чей-то пластиковый стаканчик. Получалось у неё заметно лучше, чем у врача с историей болезни.
— Здесь ещё написано: «Ответственный за ощущение масштаба».
— Думал, наконец встретил человека, который отвечает хоть за что-нибудь конкретное.
Перед глазами почему-то возник жёлтый жилет, автобусное сиденье и человек, мирно спавший в тот момент, когда вокруг него вовсю наступало будущее.
— Доктор, вы слишком буквально воспринимаете государственное управление.
Всё началось в понедельник, в девять двенадцать.
Макарыч пил чай и размышлял, почему заварка в пакетиках всегда обещает «благородный вкус», а на деле напоминает воспоминание о чае, увиденное однажды из окна автобуса.
— Вас беспокоит Агентство пространственного развития.
— Уже тревожно. Что развиваете?
В трубке возникла короткая пауза.
— Нам рекомендовали вас как автора.
Телефон был старый, но даже он, кажется, немного удивился.
— То есть город пока существует концептуально?
— Он существует в утверждённой перспективе.
На краю стола появилась маленькая прозрачная капля.
Макарыч заметил её, но ничего не сказал.
После некоторых фраз лучше было сначала дослушать человека, а уже потом вытирать мебель.
Опыт подсказывал: если у города ещё нет адреса, но уже нужен гимн, кто-то очень торопится перейти к торжественной части.
Город начал приобретать очертания.
— После торжественного прибытия.
— В рамках международного этапа.
— То есть денег пока не будет?
— Деньги есть. Просто они тоже находятся в стадии прибытия.
Макарыч посмотрел на прозрачную каплю.
— Конечно. Завтра пресс-тур. Автобус в восемь утра. Возьмите паспорт, резиновые сапоги и праздничное настроение.
Адреса у будущего по-прежнему не было.
На следующий день возле офиса Агентства стоял автобус.
Женщина в сиреневом костюме представилась:
— Координатор по будущему детскому смеху.
— Настоящий будет после ввода первой очереди.
— Понятно. Пока координируете будущий.
Напротив сидел молодой бородатый мужчина.
— Начальник службы безопасности космопорта.
— У вас есть космопорт? — спросил Макарыч.
На последнем сиденье дремал мужчина в жёлтом жилете.
Макарыч задержался возле него.
Макарыч прошёл к своему месту.
Человек, отвечающий за ощущение масштаба, в нашей стране без работы не останется даже после конца света.
Особенно если конец света будут сдавать по этапам.
Минут через сорок закончился город.
Лес, судя по выражению водителя, давно входил в генеральный план.
— Далеко ещё? — спросила координатор будущего детского смеха.
Впереди лежала лужа такого размера, что при достаточном финансировании её вполне можно было признать внутренним морем.
Res ipsa loquitur. «Факт говорит сам за себя».
Факт оказался глубже ожидаемого.
Машина дёрнулась, кашлянула и остановилась.
Автобус ответил глухим металлическим звуком.
— Приехали, — сказал водитель.
— Это конечная? — спросил Макарыч.
— Дальше транспорт будет мешать развитию территории.
С последнего сиденья проснулся ответственный за ощущение масштаба.
— Пока преимущественно в ширину.
Мужчина в ослепительно белой строительной каске буквально вылетел им навстречу.
— Друзья! Коллеги! Добро пожаловать!
Он пожал руку водителю, координатору детского смеха, начальнику безопасности ещё не существующего космопорта и почему-то даже похлопал по плечу Макарыча.
— Наконец-то! Вы даже не представляете, куда приехали!
Болото представлялось довольно уверенно.
— Нет! — радостно сказал мужчина. — Вы этого ещё не видите!
Вот это Макарычу уже понравилось.
Мужчина двигался быстро, говорил ещё быстрее и обладал тем особым видом оптимизма, при котором человек способен показать на три сваи, старый вагончик и утонувшую бетономешалку — и заставить вас на секунду почувствовать себя пессимистом.
— Я директор проекта! — сообщил он. — Пойдёмте! Времени мало, а показать нужно всё!
— А город где? — спросил Макарыч.
Он схватил Макарыча под локоть и повёл вперёд.
— Вот именно поэтому вы нам и нужны! Творческий человек должен уметь видеть дальше очевидного!
Один ботинок уже погрузился в грязь.
— Я пока пытаюсь видеть хотя бы дальше следующей лужи.
Директор бодро перепрыгнул через канаву.
Начальник службы безопасности космопорта расправил плечи.
Наконец-то дошли до его рабочего места.
— А город? — снова спросил Макарыч.
— Мы вообще не мыслим такими категориями!
— «Давно», «недавно»… Время — величина психологическая!
— Деньги — величина стратегическая!
Директор рассмеялся и хлопнул Макарыча по плечу.
Макарыч чуть не упал в канаву.
— Взаимность пока проходит согласование.
Потом закричала птица, явно не знакомая ни с генеральным планом, ни с инвестиционным соглашением.
— Мы принципиально сохраняем аутентичность территории!
Из-за забора опять выругались.
Директор поднял большой палец.
Он перепрыгивал через доски, махал руками, показывал направления, которых пока не существовало, и называл каждую заросшую площадку так, будто завтра там уже перережут ленточку.
— Здесь будет центральная площадь!
— Естественный водный потенциал!
— У него колеса наполовину в грязи.
— Интеграция техники в ландшафт!
Директор был счастлив даже этим.
Кажется, если бы Макарыч сообщил ему о пожаре, тот немедленно назвал бы его демонстрацией теплового потенциала территории.
Им показали площадку будущего общественного центра.
Там стоял экскаватор без ковша.
Будущую набережную обозначали четыре колышка и табличка:
— А вода где? — спросил Макарыч.
Директор совершенно искренне принял это за комплимент.
Собака посмотрела на делегацию, зевнула и отвернулась.
Ответственный за ощущение масштаба тоже остановился.
Человек постепенно начинал нравиться ему всё больше.
Ближе к вечеру группу привели в строительный вагончик.
На столе стояли бутерброды, минеральная вода и макет.
И вот на макете город существовал.
Счастливые люди размером с ноготь.
Третий показывал рукой в небо.
Он подозвал ответственного за ощущение масштаба.
Мужчину, оказывается, звали Николай.
Это почему-то удивило Макарыча больше космопорта.
— Чувствуете? — спросил директор.
Директор торжествующе повернулся к Макарычу.
— Нет, — сказал Макарыч. — Это примерно один к пятистам.
Его невозможно было обидеть фактами.
Он перерабатывал их в энтузиазм быстрее, чем Макарыч успевал произносить.
И тут директор резко понизил голос.
Глаза его заблестели ещё сильнее.
— Сегодня ночью ожидается прибытие.
На секунду стал совершенно серьёзным.
И посмотрел на Макарыча так, как смотрят на человека, который спросил, где у радуги розетка.
Других представителей международного сообщества пока не наблюдалось.
ТЕКСТ ГИМНА
ДЛЯ ВСТРЕЧИ
НЕ РАСКРЫВАТЬ ДО ПРИБЫТИЯ
— А что внутри? — спросил Макарыч.
Директор снова перешёл в режим праздника.
Ответственный за ощущение масштаба пожал плечами.
— Вот теперь объясните мне одну вещь.
— Ответственный за ощущение масштаба.
— Да. Он действительно существовал?
— Доктор, из всех людей в этой истории вы почему-то сомневаетесь именно в Николае?
— Потому что у него самая странная должность.
— Зато он единственный честно выполнял свою работу.
— Масштаб действительно ощущался. Город — нет.
— Вот и я не вскрывал. Я прочитал.
Врач некоторое время смотрел на него.
Макарыч перевёл взгляд на стену палаты.
На ней висела картина: голубое небо, золотой город и люди в белом, идущие куда-то навстречу солнцу.
В правом нижнем углу облупилась краска.
Из-под золотого города выглядывала обычная серая стена.
— Там был гимн, — сказал Макарыч.
— Вы же сказали, что гимн должны были написать вы.
— Но начали вы с того, что отказались.
— Я отказался писать тот гимн, который хотели они.
Макарыч посмотрел на серую стену, выглядывающую из-под золотой краски.
— Макарыч, вы понимаете, что эта фраза звучит не в вашу пользу?
— Здесь вообще обстановка не в мою пользу.
Макарыч полез во внутренний карман.
— Не торопитесь. Сначала послушайте.
Он достал сложенный вчетверо листок.
Quod scripsi, scripsi.
Что написал, то написал.
— Техника безопасности автора.
— Доктор, город уже построили. Хотя бы песне дайте состояться.
Послушать песню «Гимн городу, которого нет»
Послушать что пел Макарыч можно здесь либо в телеграмм:
НЛО уже в пути
https://t.me/grandfather_makarych/80
На болоте возле леса,
Где и трактор вязнет зря,
Обещали сделать чудо —
Город счастья и добра.
Были схемы и плакаты,
Был размах на сто веков.
Обещали даже яхты
Для обычных мужиков.
Все кивали, все гордились,
Пили чай за новый век.
Только самым первым смылся
Главный в деле человек.
Вот мелькают дни и даты,
В календарь вцепилось зло.
Растащили все лопаты,
Но в пути к нам НЛО.
Все подрядчики пропали,
И бухгалтер сел на дно.
Но на встрече нам сказали:
«НЛО летит давно!»
Год прошёл, за ним и третий,
Смета пухнет день за днём.
Всё красиво на макете,
А на стройке — водоём.
Сторож бродит по объекту,
Громко матом кроет выпь.
И считает по привычке
То ли сваи, то ли рыб.
Кран стоит, забыт надеждой,
Экскаватор врос в камыш.
А директор, как и прежде,
На салфетке чертит финиш.
Вот мелькают дни и даты,
В календарь вцепилось зло.
Растворились все зарплаты,
Но летит к нам НЛО.
Уж инвесторы исчезли,
Скрыв прописку и авто.
Но звучит в ответ железно:
«Где-то рядом НЛО!»
На заборе облупился
Текст про этот новый век.
Даже местный пёс не верит
В удивительный проект.
Только шеф на каждой встрече
Непреклонен и суров:
— Всё идёт великолепно!
Ждём гостей с других миров.
Есть задержка на орбите,
Есть космический затор.
Но вопрос уже решают
Через звёздный договор.
Вот мелькают дни и даты,
Слой из ржавчины подрос.
Все давно ушли куда-то,
Смылся даже местный пёс.
Лишь директор у вагона
Смотрит в небо в час ночной.
Вдруг — сиянье с небосклона,
Свет над брошенной землёй!
Он кричит: «Пришли с небес!»...
Оказалось — МЧС.
Осмотрели стройку взглядом,
Почесали лоб слегка:
— НЛО мы не встречали...
А вот психов — до фига.
P.S. Все совпадения случайны, текст продиктован воспалённой психикой. Претензии принимает МЧС и психоневрологические диспансеры...