8B0000
Вид у Лукаса немного охуевший.
Не то чтобы Дэни мог его осуждать. Потому что сам выходит рядом с заведением из огромного поднятого Доджа, хорошо Лу знакомого, отмахивается водителю, бросает «увидимся» и закрывает дверь. Смотрит, как тачка отъезжает, а уж потом сталкивается с охреневающим взглядом и последующим вопросом.
— Тебе длинную версию или короткую? — спрашивает он, кивая подбородком на дверь в небольшой ресторанчик, который они с Лу облюбовали уже пару недель как.
Лу все еще моргает и пытается переварить, что онтолько что увидел. Садится вместе с Дэниэлом за «их» угловой стол у окна, на автомате улыбается и благодарит милую девушку-официанта, но потом хмурится.
— Ну, — Дэни складывает руки на столе, сцепив пальцы в замок, — как ты можешь помнить, позавчера ты любезно пытался сделать так, чтобы я опоздал к Тео. Впрочем, это не имело значения, потому что он был занят. Сначала завалил, а потом повязал какого-то бухого вояку, который до него доебался. Мы вместе отвезли тогодомой, Тео его проводил… романтики не случилось, зато мы поехали к нему.
На этой фразе глаза у Лу округляются. Он уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но Дэни прерывает его движением руки.
— Секса не случилось, зато мы поговорили. Я рассказал про себя, он — немного про себя. И мы легли спать, — он пожимает плечами. — А под утро…
Под утро его разбудило метание на кровати. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, где он и что происходит. Тео явно снилось что-то не очень приятное, потому что он метался по кровати, скинул с них нахрен одеяло, а потом заорал так, что у Дэни сердце в пятки ушло. Он никогда не слышал, чтобы так кричали. И когда попытался Тео разбудить, тряхнув за плечо, тот, не просыпаясь до конца, схватил его за шею и за руку. Испугался Дэниэл так, что даже не сразу сообразил сопротивляться. Да и что конкретно сработало триггером — его сопротивление или то, что на кровать залетела с рычанием псина, которая разбудила Тео окончательно, он не знает. Но что-то точно сработало.
Самым разумным было бы сбежать ровно в ту секунду, когда его отпустили. Но Дэни смотрел в широко открытые глаза, в лицо, покрытое испариной, видел дрожащие плечи и пальцы, судорожно сжимающиеся мышцы на руках и даже груди, слышал сбитое, хриплое дыхание и… не смог. Он просто не смог встать, одеться и уйти.
Наоборот, потянулся вперед, обхватил Тео за шею и прижал к себе. Дэни не знал, что в подобных случаях говорят — и нужно ли говорить вообще, — поэтому просто молчал, поглаживая пальцами по шее, сам пытаясь избавиться от тремора. Когда тебя пытается задушить здоровый мужик, не отошедший от кошмара — это то еще приключение.
Псину Тео отогнал одной хриплой командой. А потом так же хрипло и негромко извинился. И добавил:
— Я же говорил, что тебе не понравится.
Да, Дэниэлу не понравилось. Совсем. Но встать и уйти он просто не смог, продолжая сидеть и приходить в себя после этого эпизода. В темноте комнаты, с мужчиной, который никак не мог восстановить дыхание, но понемногу прекращал вздрагивать. Это был очень странный момент в его жизни.
— …в общем, я понял, что такое кошмары у военных, — задумчиво говорит Дэни. — Приятного мало. Утром мне, конечно, Тео объяснил определенную технику безопасности, но в моменте я был не в курсе.
— Господи, — выдыхает Лу, — он хоть ничего с тобой не сделал?
Дэни чуть хмурится. А потом, не моргнув и глазом, отвечает:
Лу ему не верит. Дэни по глазам видит. Ну и, наверное, правильно. Потому что подобные приколы — это, конечно, не совсем «ничего не сделал», но все же живы, здоровы, так что исход вполне неплохой.
Подошедшая официантка принимает у них заказ и, улыбнувшись, уходит. Дэни смотрит на хмурого Лулу.
Дэниэл сначала задает вопрос, а потом осознает, что реально не понимает, за что. Ведь это не Тео виноват, что ему снятся кошмары. А, учитывая мельком брошенную фразу о том, что он успел побывать и в поле, можно только предположить, какие конкретно ему снятся кошмары. И да — извинился. Но тут, пожалуй, просто стоило предупредить сразу, а не говорить постфактум, но…
Наверное, нужно почитать про то, как это вообще происходит. И побольше узнать про то, что делать в таких ситуациях.
Лу продолжает недовольно хмуриться.
— Утром мы поговорили, погуляли с его псиной…
— Да, у него огромная мохнатая скотина, которая хочет меня сожрать. Так вот, мы погуляли с его псиной, и я как-то… не уехал. Не знаю, как так вышло. У меня же вчера был свободный день, только зал, но я на него благополучно забил, — Дэни пожимает плечами. — И мы весь день протусили вместе. Еще раз сходили на бордуок, пили кофе, я охуевал с рассказов про Северную Каролину, он — со стоимости моих шмоток, потом вернулись, еще раз погуляли с псиной, полночи трахались, как ненормальные, и я снова остался у него. Эта ночь была относительно спокойной, и вот, я здесь.
Трахались они и правда как ненормальные. Как будто на собственной территории Тео активничал еще больше. Как только не сломали нахрен его кровать, не то чтобы самую крепкую в этом мире? Хорошо еще, что Тео додумался выдворить собаку за дверь, потому что то, что он с Дэни делал, точно бы собачьим мозгом не обработалось. Никак.
Да и Дэниэл тоже хорош — во второй заход он на Тео залез сам, оседлав бедра, а потом даже хрипел с трудом, когда тот обхватил его обеими руками за пояс и трахал, не меняя позы.
Но больше всего в память все равно врезалось, как легла ладонь на бедро после секса, когда уже было абсолютно очевидно, что они будут просто спать. Горячая, широкая, чуть шершавая ладонь на бедре, переместившаяся на живот. А потом притянувшая к себе. Дэни не стал сопротивляться.
Ощущение горячей груди, прижимающейся к спине, было почти забытым. А тут…
— Ты влип, — недовольно говорит Лу.
Дэни молчит, потому что официантка принесла им кофе и сообщила, что заказ будет минут через пятнадцать-двадцать, после чего ретировалась. Ну и хуй с ним, они не спешат.
— Возможно, — Дэниэл не сопротивляется и здесь, — он необычный.
— Он военный с ПТСР, судя по всему. О чем ты вообще? — Лу хмурится еще сильнее. — Черт, Дэни. Ты — и военный с проблемами с головой?
Звучит так себе. Дэни это понимает. Но помимо проблем с головой и безумного секса в Тео есть еще что-то. Дэни даже знает, что это. Это другой, но очень похожий надлом. Как он сказал? «…только у тебя это были бабки, а у меня — ощущение силы»? Они совершили одинаковую ошибку. Очень по-разному, в совершенно разных условиях и абсолютно отличающимися способами. Только вот ошибка одна и та же.
В Библии ее называют «гордыня». Возможно, они друг для друга — своего рода покаяние.
Видимо, Дэни становится слишком задумчивым в своих философских размышлениях, потому что Лу щелкает пальцами перед носом. Дэниэл поднимает взгляд на него.
— Дэни, Господи. Ты вообще здесь?
Но на самом деле «здесь» он только частично. Второй половиной сознания он в других местах. На пошарпанной кухне: смотрит сквозь сигаретный дым на мужчину, рассказывающего про себя нихуя нелицеприятные вещи. На его лицо с невеселой усмешкой, темные глаза, смотрящие куда-то в пространство, на руку, держащую сигарету. Потом на променаде Ригельмана — косит глазом на собаку, которая отвечает ему той же любезностью. Снова там же — узнает, что до совсем недавнего времени в Северной Каролине учителя вполне могли пиздить учеников, и Тео частенько получал пиздюлей в школе именно от них.
А вечером, на смятой нахрен постели, в кольце рук — пытается дышать, но ничего не получается. Потому что движения у Тео сильные, грубые, глубокие. На той постели, где он трахает, одновременно лаская губами и языком шею. До всхлипов и хрипа, заменивших глухие стоны. На той постели, в которой он потом засыпает, прижатый к горячей груди. И спит спокойно до самого утра.
— Мда, — делает вывод Лу и вздыхает.
Дэни не знает, что еще сказать. Ни одной, нахрен, мысли. Поэтому только пожимает плечами, пытаясь этим ограничиться. Лулу качает головой, видимо, все еще активно осуждая.
Молчание длится аж до того времени, когда приносят заказ. У Дэни в голове пусто, как в полях в вестернах, только не хватает перекати-поля, а о чем думает Лулу, Дэниэл не знает. Мог бы предположить, конечно, но нет никакого желания строить догадки.
Прежде чем приняться за еду, тот вздыхает еще раз:
— Просто будь осторожен, ладно?
Дэни только кивает. Быть осторожным, конечно, можно попытаться. Осталось только понять, какая конкретно здесь нужна осторожность. Да и если откровенно, куда больше он опасается эту сволочную псину, а не ее хозяина, хотя и с ним тоже нужно соблюдать некоторые правила. Шрам, который не виден глазами, накладывает определенный отпечаток на Тео и на то, как он взаимодействует с людьми. Наверное, такие правила есть у каждого человека, потому что у Дэни они тоже имеются.
— Как там Оливер? — спрашивает он, переводя тему.
Понемногу разговор выравнивается, Лу зовет с собой вечером выпить после работы, и Дэни, подумав, что с мужиком они не обсуждали никаких планов на сегодня, пожимает плечами и соглашается. Почему бы и нет.
Так что они разбегаются после обеда, но прежде чем уйти, Лу ловит его за запястье и снова вздыхает.
— Он разобьет тебе сердце, крошка Дэни.
Дэниэл усмехается, хочет ответить, что разбивать там нечего, но так ничего и не говорит. Наверное, потому что знает — Лу прав. У него всегда была хорошая чуйка на людей, и да, Тео выглядит как тот, кто вполне способен это сделать.
Можно было бы многое сказать, на самом деле: начиная с того, что тут ни о каких отношениях речь не идет, заканчивая тем, что действительно разбивать нечего, — но Дэни молчит. Просто усмехается, кивает и идет в другую сторону. Ему сегодня в зал, а потом на работу, поэтому нужно просто выкинуть все из головы. Уж работу точно никто не отменял, тем более что сегодня в клубе будет фотограф — Лу об этом говорил, — нужно будет успеть схватить его за хвост, чтобы потом взять для инстаграма фотографии и видео.
День пролетает как обычно, а после работы Дэниэл быстро переодевается и умывается в гримерной, находит у бара Лу вместе с фотографом — молодым улыбчивым пацаном, темноволосым и кучерявым, как барашек. То, что он фотограф, очевидно по дорогому Кэнону у него в руках и рюкзаку для аппарата и с объективами. И Райаном. Рыжего Дэни настолько не ожидает здесь увидеть, что даже здоровается не сразу.
— Дэни! — Райан взмахивает руками, потом спрыгивает с высокого барного стула и виснет на шее. — Я тебя год не видел! Или больше?
— Больше, — посмеиваясь отвечает Дэни и чмокает Райана в щеку. — Почти два.
— Почти два, — тот округляет глаза, — пиздец, блядь, как же летит время. Это все Артур виноват, разрешаю отгрызть ему голову, как увидишь.
Дэни усмехается и приподнимает голову. Он очень сомневается, что увидит Артура, а если увидит — что будет с ним разговаривать больше чем брошенное «привет». Так сложилось исторически. И уж тем более не собирается ему ничего откусывать.
Райан снова делает невообразимый жест руками, а потом подтаскивает его к этому пацаненку с камерой и девчонке, которую Дэни, оказывается, вообще не заметил.
— Дэни, это Шарлотт, моя подруга и ассистентка мистера Эрхарта. А это Лео, — рыжий запускает руку в темную кудрявую шевелюру и ерошит волосы, — он хотел пофотографировать что-то красивое, я предложил Лу, но Лу сказал, что он не работает, зато работаешь ты.
— То есть ты считаешь, что Лу красивее меня, — с наигранной обидой фыркает Дэни.
— Крошка Дэни, конечно я красивее тебя, — тут же отзывается Лулу. — Ты меня вообще видел? Я само с-о-в-е-р-ш-е-н-с-т-в-о!
Лу встает, а потом громко целует прямо в ухо — так, что аж начинает звенеть. Дэни смеется, выпутывается из рук Лу и только после этого протягивает руку сначала девушке, а потом парню.
— Так, раз вы выяснили, кто из вас красивее, я предлагаю пойти в бар, — по-деловому подобравшись, говорит Райан. — Собирайте свои вещи и идем! На поиски приключений!
А дальше они разбиваются на альянс буйных и альянс здравомыслящих. Разделение происходит в первом же баре, в который они заходят всей честной компанией и буквально в первые же полчаса их посиделок. В ряды альянса буйных со свистом залетают Райан, Лу и Шарлотт, которые после первых двух коктейлей начинают сначала петь, потом танцевать, а после — создавать движ во всем баре, утягивая в свою вакханалию добрую половину присутствующих, оставляя вторую половину наблюдать, одобрительно выкрикивать кучу лестных и подбадривающих слов, иногда — аплодировать. Дэни внезапно для себя оказывается в альянсе здравомыслящих — вместе с Лео, который вообще не пьет, но улыбается происходящему безобразию.
Улыбается красиво. Вообще приятный парень, тихий и вежливый, с неподдельным интересом расспрашивающий о работе.
— Скинешь мне потом фотографии?
Фото получились крутые. Лео уже успел показать Дэни их на дисплее фотоаппарата, как и несколько отснятых видео. Обработать их еще, смонтировать видео — и будет вообще просто сказка.
— Без проблем, — кивает Лео, — но это займет какое-то время. Мне нужно вернуться в Майами, там обработаю и скину — только оставь мне контакты.
— Ты живешь в Майами? — Дэни наклоняет голову к плечу.
— Да, — улыбается Лео. — Три года назад переехал со своим парнем из Нью-Йорка и ни секунды не жалею. Правда, сейчас думаем двигаться в Вашингтон. Подальше от ураганов, знаешь.
— О, да. Слабо себе представляю, что это такое, да и не хочу даже представлять.
— И правильно, — кивает Лео, — приятного мало.
Бар взрывается одобрительными возгласами. Дэни поворачивает голову и наблюдает за тем, как пьяный Лу затягивает такую же пьяную Шарлотт за собой на стол к каким-то чувакам, которые только успевают забрать свои стаканы и бокалы с пивом, — и там начинается какой-то абсолютно безумный танец под Linkin Park, который включает не менее пьяный Райан, стоящий за ноутбуком за барной стойкой.
— Он всегда такой? — посмеивается Лео.
— Лу? Да, — кивает Дэни и смеется. — Райан еще не дорос до уровня малыша Лулу при всей его неугомонности.
— Неугомонность — это ты сейчас мягко сказал, — смеется в ответ Лео. — Вы давно знакомы?
— С Лу несколько месяцев, хотя такое ощущение, будто я знаю его всю жизнь, — хмыкает Дэни, — а с Райаном… с тех пор, как они с Артуром сошлись.
— Ты и Артура знаешь? — Лео наклоняет голову к плечу.
— Я знаю Райана благодаря Артуру, — улыбается Дэни. А потом все же добавляет: — Я встречался с лучшим другом мистера Эрхарта четыре года.
Лео понятливо мычит. И не задает больше вопросов. Какой чудесный тактичный мальчик, прелесть просто. Вот бы все люди были такими тактичными — мир стал бы однозначно лучше.
Дэни откидывается спиной на диван и делает глоток виски с колой, наблюдая за продолжающимися безумными танцами. Танцующие переместились на пол, и теперь задействованы какие-то левые люди. Еще и пытались подпевать солисту все дружно — выглядело это абсолютной свалкой, зато весело.
Телефон вибрирует в кармане толстовки. Дэниэл достает его и видит лаконичное «?» в сообщении от Тео.
Поначалу Дэни охреневал от этих вопросов, а потом привык. Сейчас он смотрит на всю компанию, после— снова на телефон, и пишет, что находится в баре с приятелями, но позже можно пересечься. От Тео приходит такое же лаконичное: «ок» и «скажешь, как будешь освобождаться».
Предупреждать, что это может быть поздно, не имеет никакого смысла. Напишет — а там будь как будет.
Чуть позже бар сменяется клубом, где танцуют уже все — только Дэни с Лео все еще похожи на людей, в то время как альянс буйных идет в тотальный разнос и теперь заводит весь танцпол. И только когда в перерыве между безумными танцами Райану звонит Артур, интересуясь, когда тот будет дома, рыжий вспоминает о наличии мужика и разводит бурную, но очень пьяную деятельность по сворачиванию кампании безудержного веселья.
— Все-а-а, — Райан взмахивает руками, и Дэни приходится его подхватить, чтобы эта дурная голова себе ничего не разбила — все это под хохот Лу и Шарлотт, — идем… прямо! Нас ща-ас как заберет мой мужик!
— Куда прямо-то? — смеется Лео.
— Прямо! — уверенно говорит Райан.
Лео снова смеется, а потом отбирает у друга телефон и находит в последних звонках Артура. «Прямо» оказывается нихрена не «прямо», потому что Артур действительно выехал за всей честной компанией, но ехал вообще не с той стороны. Лео договаривается встретиться с ним на парковке у одного из больших клубов, и туда же сообщением Дэни направляет Тео.
Периодически приходится подхватывать Шарлотт, которая все норовит упасть, шагая на своих каблуках, или Лу, потому что Райана на себе тащит смеющийся Лео. Дэни тоже выпивший, но уж точно не пьяный и совершенно точно отдающий себе отчет в своих действиях — в отличие от этих трех дарований, которые мало того, что пытаются пропахать асфальт носом, еще и орут песни во все горло.
Майбах с белым — Дэни помнит, — салоном уже ждет их на парковке. Явно заметивший не очень стройно шагающую компанию мистер Эрхарт выходит из машины и ждет у водительской двери, с изумлениемнаблюдая за всем происходящим. Троица упившихся в синеву членов альянса буйных не видит ни Артура, ни его Майбах — зато его видят Лео и Дэниэл: кучеряшка тащит Райана, а Дэни поочередно подхватывает то Лу, то Шарлотт.
— Шеф! — девушка первая замечает Артура и расплывается в улыбке. — Шеф! Мы такое делали… тако-ое!
Вскинувший на голос Шарлотт голову Райан наконец-то фокусирует взгляд, тоже расплывается в улыбке и выпутывается из рук Лео, почти что бежит к Артуру — хорошо, что тот еще успевает это чудо подхватить на подлете, — виснет у него на шее и начинает что-то быстро, но очень пьяно рассказывать.
Мистер Эрхарт явно чуть растерян. Еще более растерянным он становится, когда Дэниэл подходит ближе — и удается его рассмотреть и узнать.
Дэни кивает в ответ, здороваясь. Потом снова подхватывает запнувшегося Лу.
— Артур, — зовет Дэни, — довезешь его тоже? Тут недалеко.
— Без проблем, — отвечает мужчина, пытаясь усадить воспылавшего любовью прямо сейчас Райана на пассажирское сидение.
Получается это так себе, потому что рыжий вырывается, пытается Артура поцеловать, что-то нечленораздельно верещит и размахивает руками.
Ровно до того момента, когда его за запястье не хватает чужая рука. Дэни моргает, а потом смотрит, как Тео с абсолютно спокойным лицом в два счета пакует в тачку сначала Райана, потом охуевшего Лу и в конечном итоге подает руку Шарлотт, прикрывая ладонью свободной руки крышу машины, чтобы девушка не ударилась головой. Артур тоже охуевше моргает, переводит взглядна Дэни — тот кивает, наблюдая, как Тео закрывает за Шарлотт дверь и отходит в сторону.
Из окна переднего пассажирского высовывается рыжая голова.
— Охуеть, — глубокомысленно заключает Райан, — Дэни, это твой амбал? Нихуя себе, он же в полтора раза больше твоих мужиков! Даже Стефана!
Артур, пришедший в себя, шикает на Райана, нажимает ему на голову, заставляя спрятаться обратно в машину, после чего подходит к Дэни, протягивает руку и не без опаски косится на салютующего и достающего сигареты из пачки Тео.
— Тебя, я так понимаю, подвозить не нужно?
— Нет, — качает головой Дэни и жмет Эрхарту руку. — Я сейчас напишу мужу того пьяного идиота, он его встретит. Спасибо, Артур.
Мужчина только кивает, потом садится в тачку. Окна закрываются, чудом никому ничего не прищемив, а потом она двигается с места. Дэниэл наблюдает за тем, как Майбах выезжает с парковки и начинает движение по дороге, потом тоже лезет в карман за сигаретами. Щелкает зажигалкой.
И только потом смотрит на Тео.
Как подъехала зверюга, он не слышал. Но Додж стоит чуть в стороне, спокойно ожидая своих пассажиров, которые вообще никуда, судя по всему, не спешат.
Конечно, спрашивает. Да и логично очень, было бы странно, если бы не спросил. Впрочем, так или иначе, и эту историю Дэниэл тоже когда-нибудь бы рассказал. Он ловит себя на мысли, что все это время, пока он плотно тусуется с Тео, он ни разу про Стефа не вспомнил.
Ни разу — хотя раньше возвращался мыслями ежедневно. Значит, «клин клином»? Выбивается только так, лишь бы мощнее было по силе воздействия?
Дэниэл подходит к Тео вплотную, поднимает голову, смотря на него, и делает затяжку. В общем-то, он не против рассказать историю собственного идиотизма. Как все было охуительно хорошо — и как он сам взял и сломал себе радужное будущее.
— Историю за историю? — хмыкает, спрашивая, Дэни.
В темных глазах мелькает веселье. На секунду, но Дэни успевает его уловить. Тео продолжает усмехаться, делает затяжку, выдыхает дым в сторону и щурит глаза.
— Не имею ничего против твоих планов, — хмыкает Дэниэл, — между выполнением тактических задач можно и историю, как считаешь?
Догадаться, какие там у Тео были планы, не сложно. И Дэни правда не имеет ничего против. Они все равно нихрена не ограничиваются одним разом, почему бы в промежутке и не поговорить? Тем более что ни Дэни, ни Тео особо охотно не рассказывают.
Как на его вкус, честный обмен.
— Ты уже гулял со своей гребаной псиной?
— Она не гребаная псина, и зовут ее Берта, — хмыкает Тео, — но да, гулял.
— Значит, до утра она дотерпит. Так что поехали ко мне. И планам, и историям будет место.
Дэниэл говорит это больше импульсивно, чем подумав нормально. Как будто не он отказывался столько времениприглашать Тео к себе домой и палить адрес. Как будто это не он вовсе, живущий одной единой волной эмоций. Но сейчас все просто, да и к тому же можно списать на алкоголь: он не пьян, но точно подвыпивший.
— Идет, — хмыкает Тео и делает последнюю затяжку.
Дэниэл подмигивает и тоже затягивается, разворачиваясь и идя к машине.