Город Торговли. Аль-Хан аль-Тиджари.

У тяжёлой реки, там, где пески, таится базар, крутящий навар.

Пейзаж из пыльных стен  меняет маршрут не для того, чтобы заблудиться, а для того, чтобы повидать того, кто ищет встречи.

У города торговли есть уши и глаза, порой он видит лучше чем всякий человек, заглядывая вглубь худых скудных тел, рабов и призраков узких лабиринтов крытых переходов и мостов. Самые искусительные желания, о которых не говорят вслух и о которых не хотят слышать.

Аль-Хан аль-Тиджари родился вдруг, внезапно появившись в одной из самых бездонных трещин времени, где-то между красных войн, как голодный беспризорник поглощая пространство вокруг себя, пропитав его запахом ладана и звоном монет, невольно став самым горячим очагом молчащих заветных мечт. Настолько уродливых, своей липкостью скрепляющих  расколовшийся мир.
Разноцветные и кричащие днём пологи лавок не имеют и половины товара, появляющегося ночью, когда на темных куцых улицах остаются только те, кто куда-то идёт. С заходом светила тени торгуют отражением желаний, отзеркаливая личность того, кто зашёл на базар. Открываются пышные, душно пахнущие ароматом тел бордели, склизкие холодные подвалы черной торговли, рабами, наркотиками, неизведанными артефактами и реликвиями.
Белые двери частично стирильных больниц открываются иначе, предлагая совсем другого рода услуги. Популярную в последнее время операцию "Умиротворения", заботливо разработанную Железным Щитом, на которую тащят всех непослушных слуг и жен, чтобы их лбы разбили молотком и воздействовали на мозг, для того, чтобы "убрать клетки гнева". Изначально она предназначалась для буйных захваченных пленных, но быстро, как паразит, распространилась по всему песчаному лику. Или же другая операция, операция по исключению лишних конечностей, иногда без соглашения одной из сторон.
Валютой служат медные монеты, а так же, более ценные, сердца Силларий - приятные тёплые камни, полные энергии, которой можно запитать машину на несколько месяцев.

Здесь процветает проституция, по городу расположено множество борделей, где самые разные юные девочки, мальчики, старики, старухи, инвалиды и другие нелюбимые судьбой бедолаги зарабатывают себе на питание, живя прямо у себя на "работе". Такие дома удовольствий не обещают им защиту от клиентов, после платежа он может делать с ними все что угодно. На эту дорогу легко вступить и невозможно выбраться.