Для её же блага

Земля не может не крутиться. Сердце не может не биться. Солнце не может не светить. Я не могу тебя не любить.
— Жуки, «Я не могу тебя не любить»

Подходит к концу очередной день, проведённый за целой горой книг в библиотеке, в бесконечной попытке отыскать способ справиться с Ладимиром и спасти этот мир от тьмы, что неминуемо придёт вместе с ним. Вивиан смотрит на резные часы, безразлично отсчитывающие минуты до дня, когда все решится.

Тик-так… тик-так…

Тихий шёпот времени в последние дни все больше напоминает девушке шипение змей Наяды. Порой казалось, что она снова слышит её скрежещущий смех в голове. Но то – лишь иллюзия, дурацкие игры уставшего от постоянного напряжения и переживаний разума.
Погрузившись в себя, Вивиан не сразу замечает, что эти самые часы уже успели пробить пять вечера. В это время обычно завершаются последние пары, а значит, адепты и их преподаватели могут быть предоставлены сами себе. Однако в королевском дворце было не так много доступных мест, где можно было бы провести свой досуг «простым смертным». А значит, скоро в библиотеку стянется бóльшая половина вышеупомянутых лиц за неимением лучшего.

Конечно, было еще рановато заканчивать работу, но по стечению обстоятельств сегодня никто не смог присоединиться к Вивиан, а заниматься поисками одной было неудобно и, откровенно говоря, уныло. Ведь, работая в компании друзей, девушка хоть ненадолго могла отвлечься от удручающих мыслей и полностью погрузиться в процесс, разбавляемый дружескими шутками и подкалыванием. Это помогало не падать духом и продолжать искать, несмотря на неудачи.

Собрав вещи, Вивиан выходит из библиотеки, намереваясь отправиться в свою комнату. По правде говоря, сейчас у мисс Веласке по расписанию должны были быть дополнительные занятия с Катарией Маглари. Но советница в очередной раз отменила урок, а заменять её с недавних пор стало некому… Однако девушке очень помогала Равенна, которая периодически приносила ей книги и манускрипты. Они были посвящены аспектам магии, вызывавшим у Вивиан наибольшие трудности, либо содержали в себе сохранившиеся записи о древнем роде неокситов и особенностях их силы.
Девушка каждый раз искренне благодарила директрису за уделённое ей время. Ведь та вовсе не обязана была тратить его на поиск всей этой информации. Но мисс Далвин неизменно отвечала своей ученице лишь легким кивком головы и сдержанной улыбкой, которая отчего-то казалась Вивиан виноватой…

Однако мысли девушки вновь вернулись к отмененному уроку и леди Маглари. "Снова дела особой государственной важности, да? Неужели так сложно придумать способ по-тихому избавиться от меня?" – со злой усмешкой подумала Вивиан. Да, у неё не было никаких доказательств, что к её отравлению причастна Катария или Кастил. Кроме услышанного однажды разговора, советница по перу более не давала поводов для подозрений. Но Вивиан больше не могла доверять кому бы то ни было из Совета…

Разве что сэру Рэдрику. С виду суровый и строгий советник по мечу – он всегда относился к ней очень тепло, даже по-отечески. Бывший страж ее мамы был чем-то похож на Самаэля… или все-таки его ученик и верный напарник за столько лет совместной службы неосознанно перенял черты своего наставника? К сожалению, пораспрашивать Рэдрика о нем Вивиан не могла. Боль от потери отца несколько притупилась за прошедшее время, но упоминать его в разговоре ей до сих пор было тяжело.

Размышляя на эту тему, девушка уже успела преодолеть почти половину пути, как вдруг заметила свернувшую в смежный коридор директрису. Вивиан хотелось задать мисс Далвин пару уточняющих вопросов по пройденному сегодня материалу, а также ещё раз поблагодарить за последние переданные ей книги. Они помогли девушке понять, как именно нужно направлять свою силу при использовании нескольких стихий одновременно. Так что мисс Веласке ускорила шаг, надеясь её догнать. И почти уже свернула за угол, как вдруг услышала голос, от которого внутри все замерло, а сама она встала как вкопанная, не в силах сдвинуться с места. Это был Он…

Он разговаривал так же, как и всегда – спокойно и размеренно. Однако у Вивиан сложилось впечатление, будто голос профессора, чьи занятия так обожала Ила, стал звучать более глухо, как будто без прежней силы. Или ей так показалось из-за неожиданно участившего свой ход сердца, что своим стуком буквально оглушало её?
Ответа на этот вопрос у девушки не было. Как и на множество других, разом закружившихся в ее голове словно стая испуганных птиц. Сколько она уже его не видела? Неделю? Месяц? Больше? О чем они собираются говорить с Равенной? Может, это просто обычный разговор об их работе? А может, все-таки появились какие-то новости от Совета? Или возможно он спросит… – Нет. Вивиан оборвала себя, не позволяя завершить вопрос даже в мыслях. Но глупое сердце предательски дрогнуло…

Прижавшись к стене и затаив дыхание, девушка постаралась прислушаться к разговору за углом. Вивиан понимала, что подслушивать неправильно, что нужно уйти, но… когда её это останавливало, правда?
И все же… что она хотела услышать?
Ответ на этот вопрос существовал, хотя девушка и пыталась обмануть саму себя: «Я просто хочу убедиться, что нет никаких новостей касательно новых злодеяний Ладимира и его свиты» – подкидывал разумные доводы рассудок. Но сердце не обманешь… В глубине души Вивиан надеялась, что в этом разговоре будет упомянуто и её имя, хоть мельком, хоть невзначай. А может, он даже спросит, как она…
О боже! Ну зачем?! Зачем она мучит себя? Этого не случится и даже не должно случиться, ведь этот, казалось бы, невинный вопрос сделает ей лишь больнее… «Нужно уйти, просто оттолкнуться от стены и уйти, не оборачиваясь» – говорит себе Вивиан, но все без толку. Девушка лишь сильнее напрягает слух, не желая пропускать ни малейшей детали.

Вивиан слышит, как директриса и профессор обменялись парой слов касательно плана обучения адептов на ближайший месяц и другими совершенно обыденными рабочими моментами. – Все-таки глупо было считать, что они будут обсуждать что-то серьёзное в коридоре дворца, где даже у стен есть уши. Она и сама сейчас была одними из них… Вивиан уже хотела было незаметно уйти, как вдруг услышала непривычно робкий голос Маркуса:

– Мисс Далвин, сегодня я нашёл ещё пару книг и манускрипт. Не могли бы Вы…
Девушка слышит, как Равенна тихо усмехается, не дав ему закончить просьбу. Будто уже знала, о чем именно она будет.
– Хорошо, Маркус. Какие на этот раз?
Последовала небольшая пауза, будто профессор несколько смутился снисходительного тона Равенны, которым она произнесла эти слова.
– Эта содержит объяснение, как некоторые маги, владеющие несколькими стихиями, смогли развить свой источник, увеличив запас силы. А эта в свою очередь поможет понять, как сделать так, чтобы между ними сохранялся баланс, – пояснил свой выбор профессор Веловетти.

«Странно, – подумала Вивиан. – Этот класс уникальных магов ведет другой педагог. Может быть, Равенна попросила Маркуса помочь? Нет. Тогда бы она не спрашивала, о чем эти книги. Да и сам вопрос указывает на то, что это происходит не в первый раз…» – предположения всплывали одно за другим, пока смутная догадка не промелькнула в сознании Вивиан: «Неужели…»
Но она так и не сформировалась в цельную мысль, будто испугавшись самой себя, и растаяла, прежде чем девушка успела бы до конца её осознать.
Впрочем, последовавшие далее вопрос и ответ избавили Вивиан от необходимости ловить ускользающую догадку за хвост…

– Думаю, ей они пригодятся. А манускрипт?
– Этот труд рассказывает историю древнего рода и более подробно раскрывает причины того, почему магия неокситов так крепко связана с их эмоциями.

«Неокситов?!» – мысли девушки начали сменяться с такой скоростью, что она не успевала осознать одну, как тут же приходила вторая, сметая ее. «Он..? Неужели это был он? Нет, не может этого быть… Или все-таки может? Должен был быть..? Да… Это должен был быть он! Как она сразу не догадалась?» – Теперь всему нашлось свое объяснение: и такой точной подборке материала, и виноватой улыбке Равенны, да в конце концов, вопросу о том, как мисс Далвин, исполняя обязанности директора Академии, находившейся сейчас в нелучшем положении, успевала находить время на поиск столь нужной для Вивиан информации.

Волнение, охватившее девушку после этого внезапного открытия, было настолько сильным, что ей показалось, будто она снова задыхается. Хотелось выйти на улицу, вдохнуть свежий морозный воздух, обычно помогавший Вивиан привести себя в чувство… Но ничто сейчас не заставило бы её покинуть свое укрытие, не дослушав этот разговор до конца. А потому она сделала глубокий вдох, стараясь выровнять сбившееся дыхание.

– Может, все-таки лично отдашь их ей, Маркус? – тихо спрашивает Равенна, судя по шороху длинных рукавов ее одеяния, принимая от мужчины новые книги.
Однако ответом ей служит молчание.

Вивиан не видит, но точно знает, что сейчас Маркус в своей привычной манере немного нервно поправляет костюм, проводя пальцами по вороту. Сердце предательски сжимается – эта его привычка уже успела стать ей до боли родной. И это молчание, которое казалось растянулось на целую вечность, терзало душу девушки с каждой минутой лишь сильнее. Сейчас для неё исчезли все звуки. Осталось только её прерывистое дыхание и стук сердца, порывающегося пробить грудную клетку. Ведь Вивиан жаждала и одновременно боялась услышать его ответ. И сколько бы она ни пыталась убедить себя, что ей все равно, что она осталась только чтобы узнать что-то о Ладимире, сейчас все это стало несущественным, неважным. Каждая клеточка ее тела замерла в этом мучительном ожидании, буквально сводившем ее с ума.

Равенна решает повторить свой вопрос. Однако в этот раз добавляет после: «Я, конечно, помню тот наш разговор, но все же…»
– Нет, мисс Далвин, – решительно отвечает профессор Веловетти. – Вы ясно дали мне понять, чем может грозить раскрытие наших с Вивиан более близких, чем подобает профессору и адептке, отношений, – мужчина делает небольшую паузу.
– И потому я не готов так рисковать, – тихо, но не менее решительно подытожил мужчина.

Услышав эти слова, Вивиан почувствовала, как легкие точно обожгло раскаленным воздухом. Девушке казалось, что она была готова к такому ответу. Ведь тогда, в ее спальне, Маркус поставил очевидную точку в их отношениях… Но черт возьми! Сделал он это так, что Вивиан за все это время так и не удалось убедить свое глупое упрямое сердце, что это конец…

Глаза защипало. Но девушка, мотнув головой, не позволяет ни одной слезинке скатиться по своим щекам. «Так будет правильно, так будет лучше для… для нас обоих» – с этими мыслями Вивиан стремительно разворачивается и, более не колеблясь, уходит в свои покои…
Уходит… так и не узнав, что Маркус, после повисшей паузы, все же продолжил свой ответ:
– Мне не важно, что будет со мной, мисс Далвин. Я не могу допустить, чтобы о ней как-то дурно высказывались и уж тем более отстранили от учебы.
– Понимаю, Маркус. Я все понимаю, – Равенна сжимает его руку. А после тихо выдыхает, глядя ему в глаза: «Мне жаль».

Ей действительно было жаль, что все так вышло. Ведь впервые за очень долгое время Равенна начала замечать, как бесстрастность на лице строгого профессора Веловетти все чаще стала уступать место огню жизни, то и дело вспыхивающем во взгляде мужчины. Огню, который погас в тот день, когда её не стало и который мисс Далвин уже и не надеялась увидеть вновь. Однако, только обретя ту, что смогла расжечь его с новой силой, Маркус так скоро её потерял…

Отдавая Вивиан книги и манускрипт на следующий день после этого разговора, Равенна заметила, как на лице девушки промелькнула странная тень. Но это было настолько быстро и мимолетно, что директриса решила, будто ей просто показалось. Вероятно, она слишком утомилась после насыщенного рабочего дня, не обошедшегося без всяких проволочек. Девушка как всегда искренне поблагодарила ее за помощь, на что мисс Далвин, как и прежде, ответила легким кивком и виноватой улыбкой. Ведь она не могла сказать Вивиан, от кого на самом деле были все эти книги и манускрипты. Не могла… для её же блага…