Закон Любовь
Сутра Отношения
Люди любят не тех, кто заботится о них, а тех, в кого сами вложили время, труд, деньги и заботу
Позволяем себя любить и сами вкладываемся в любовь
Это закон отношений — мы любим тех, в кого что-то вложили, чем-то важным пожертвовали: временем, усилиями, энергией, деньгами, другими ресурсами. Это касается всех видов отношений — супружеских, родственных, дружеских. Например, как ни странно, но в браке больше дорожат теми супругами, о которых надо заботиться — несмотря на поздний час встречать в аэропорту, готовить ранний завтрак и тому подобное. Потому что, если не встречать, не добиваться, не жертвовать чем-то (от материального до нематериального), не будет ощущения ценности отношений. Люди любят тех, в кого вложили, а не тех, кто вложил в них.
Те, кто заботится, отдает или помогает, чувствуют себя лучше, увереннее, активнее, приобретают более высокую самооценку. Результаты исследований, проведенных психологами Н. Вайнстайн и Р. Районом, показали, что дарение оказывает сильнейший эффект на того, кто дарит[580]. «Именно дающий чувствует себя более преданным объекту своих вложений», — отмечают исследователи Шон Хоран и Мелани Бут-Баттерфилд[581].
Это явление можно объяснить феноменом «невозвратных издержек», понесенных в прошлом, которые нельзя изменить ни настоящими, ни будущими действиями. Эти издержки, в свою очередь, «порождают склонность сильнее вовлекаться и испытывать большую привязанность к чему-либо или кому-либо в результате вложенных в это времени, денег и усилий»[582]. Другими словами, мы начинаем ценить что-то или кого-то больше, когда сами вложились и изрядно потрудились, чтобы добиться его.
Психотерапевт Карл Расбалт считает, что существуют разные виды таких вкладов (инвестиций) в отношения: например, общие друзья, приобретенное совместное имущество и такие ресурсы, как деньги, время и усилия. Расбалт определяет вложения как все то, что человек вкладывает во взаимоотношения и что с их разрывом может быть утрачено. По его наблюдениям, чем больше человек вложил в
отношения, тем менее вероятно, что он из них выйдет[583]. Таким образом, совершенно очевидно, что, если мы отдаем, вкладываем в нашего избранника свою энергию, время, деньги и заботу, мы привязываемся к нему сильнее и начинаем ценить его больше. С
другой стороны, если мы сами хотим, чтобы наш партнер дорожил нами, необходимо позволять ему вкладывать в нас и учиться принимать его дары.
Часто мы отказываемся принимать подарки, ошибочно полагая, что только самоотверженность и постоянная забота о партнере способны вызвать благодарность и любовь. К несчастью, такие надежды остаются неоправданными. Объект всеобъемлющей заботы и любви не испытывает особой благодарности и недостаточно предан нам и нашим взаимоотношениям. Поэтому роль вечного донора неблагодарна! Лучше позволить нашему партнеру тоже делать для нас что-то приятное и вкладываться в отношения. Нужно не бояться просить что-то взамен и озвучивать свои ожидания. Наша щедрость обязательно вызовет в партнере ответные эмоции, если он будет чувствовать, что у него есть возможность ответить тем же. Такая схема позволит нам «выплачивать долги» друг другу, укрепляя обоюдную
привязанность и верность[584].
Примером ценности вложений является и родительская любовь. В
животном мире именно родительская забота обеспечивает выживание вида. Разные формы заботы о потомстве являются прогрессивным эволюционным приобретением, обеспечивающим более гибкое приспособление растущего организма к условиям его жизни в
постнатальном онтогенезе[585].
«Подлинная сущность любви состоит в том, чтобы отказаться от сознания самого себя, забыть себя в другом „я“ и, однако, в этом исчезновении и забвении впервые обрести самого себя и обладать собою».
Однако забота о детенышах влечет за собой и растущее противоречие между потребностями родительской особи и ее потомства. Затрачивая время и энергию на уход за детенышами, родитель увеличивает их приспособленность в ущерб своей собственной. Именно поэтому забота о потомстве считается одной из
форм альтруистического поведения[586].
О том, что чувствуют животные и что является для них движущей
силой заботы о потомстве, мы можем только догадываться. В человеческом обществе эти формы проявления альтруистического
поведения чаще всего объясняются одним словом — любовь. Любовь — это очень энергоемкий процесс, требующий большой затраты энергии. Однако природа никогда не тратит энергию впустую. Любовь помогает виду выжить и стать более устойчивым. Родительская забота — это тоже одна из форм альтруизма, так как родитель снижает свою собственную приспособленность, затрачивая время и энергию на выращивание потомства. И природа заинтересована именно в такой форме поведения или проявления заботы, делая родительскую любовь одним из самых сильных чувств в жизни человека.
Говорят, что родительская любовь подобно золотому мячу, летящему в одном направлении. И только тогда, когда дети сами становятся родителями, они бросают этот золотой мяч своим потомкам. О такой любви рассказывается в ингушской народной
сказке «Отец и сын»[587]: «Как-то старик, его сын и внук пошли на покос. День был жаркий, и нещадно палило солнце. Мальчик был без шапки, и солнце могло напечь ему голову. Тогда его отец снял свою шапку и надел на мальчика, а сам остался с непокрытой головою. Тут старик снял свою шапку и натянул ее на голову своего сына».
Известный французский философ-экзистенциалист середины и второй половины XX века Жан-Поль Сартр писал о том, что в другом человеке, которого мы любим, подсознательно мы хотим видеть самих себя — все лучшее, чего нам не хватает самим. В своей книге «Бытие и ничто» раздел, посвященный отношениям влюбленных,
Сартр называет «Любовь, язык и мазохизм»[588]. Язык не способен по- настоящему выразить любовь именно потому, что мы сами себе, как правило, не признаемся и не можем осознать до конца, за что мы любим. Любовь эгоистична — в другом мы любим себя, а не того другого, каким он есть на самом деле. Именно поэтому мы готовы на такие жертвы, легко становимся в любви мазохистами — из-за избыточной любви к себе.
«Слово „любовь“ означает две разные вещи: просто любовь, то есть страсть, и милосердие».
Сартр не оригинален в этих рассуждениях. Знаменитый французский писатель Марсель Пруст описал любовь утонченного аристократа Свана к женщине полусвета, которая не отличалась ни
особой красотой, ни изяществом[589]. По мнению Пруста, Сван любил свой образ, свое видение этой женщины, а не ее, такую, как она была на самом деле. Впрочем, вопрос о том, что есть «на самом деле», вопрос философский. Для нас реальнее всего то, во что мы верим сами. Особенно если мы видим свое превосходство над другими, как аристократ Сван, — такой человек будет больше верить своему восприятию мира, а не мнению других людей.
В восточной поэме о влюбленных Меджнуне и Лейле сказано, что только Меджнун видит красоту Лейлы — очевидно, не потому, что Лейла некрасива, а потому, что только взгляд влюбленного на самом деле делает ее красивой. А Лейла, как и каждая женщина, расцветает от любви, у нее «загорается» взгляд, появляется живость движений,
грациозность. И наоборот, кажется дурнушкой, когда ее не любят[590]. В прекрасных словах молитвы святого Франциска Ассизского выражены чувства любви, стремящейся к высшему наслаждению — самоотдаче: «Помоги мне, Господи, не столько искать утешения, сколько самому утешать. Не столько искать понимания, сколько самому понимать. Не столько искать любви, сколько самому любить. Ибо воистину, кто отдает — тот получает. Кто забывает себя — вновь себя обретает. Кто прощает — тому прощается. Кто умирает — тот
возрождается в Вечной жизни»[591].
«Смысл жизни имеет лишь жизнь, прожитая ради других». Альберт Эйнштейн
Христианство усматривало в любви сущность Бога, который есть Любовь и Сам любит всех. Эту же главную заповедь Он оставляет человеку. Речь идет именно об особой божественной любви «агапэ», не похожей ни на чувственный «эрос», ни на дружбу «филия» — жертвенной, все покрывающей любви к ближнему.
Согласно христианскому вероучению, человек есть образ Божий:
«В человеке я вижу тайну богословия»[592]. Именно забота и любовь к другим людям, по образу божественной, заповедана христианину. Человек постепенно роднится с теми, о ком пеклось сердце и тревожилась душа: «Дети мои, для которых я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос!» (Гал. 4:19), —
говорит апостол Павел своим ученикам, ставшим ему поистине родными и любимыми во время наставления и обучения их. И в подтверждение закона Любви, сколько упреков и расстроенных фраз непонятого родителя передает Господь своему непокорному народу, забывающему о заботе Бога: «Так говорит Господь: Ради вас Я пошлю воинов в Вавилон и сокрушу их, превратив халдеев в беглецов... Вот, Я делаю новое! Оно уже происходит — неужели не понимаете? Я путь пролагаю в пустыне, и реки — в земле безводной... Но ты, Иаков, не призывал Меня, ты устал от Меня, Израиль, ты обременял Меня своими грехами и утомлял беззакониями» (Ис. 43:14–24). И несмотря на то что избранный народ так часто отходил от заповедей Господа, Бог не перестал любить его, потому что не может Отец отречься от своего дитя, в которое вложил столько любви.
В исламе наивысшим проявлением любви считается любовь к Аллаху. Это совершенная любовь. Вкладываясь и делая все, чтобы вызвать довольство Аллаха, мусульманин делает благо прежде всего себе. Ведь то, что кажется жертвами и вложениями, на самом деле источник силы и развития самого человека.
Верующий, любящий Аллаха, любит все от Него исходящее — все, что даруется человеку в его жизни. Любое проявление любви в жизни — результат и плоды совершенной любви к Всевышнему. Мусульмане верят, что любовь к Аллаху измеряется в степени покорности и преданности верующего Творцу (Коран 42:23). То есть, стремясь достичь довольства Аллаха, человек доверяет Ему и следует Его предписаниям и закону. Готовность полностью посвятить свою жизнь служению Аллаху свидетельствует о совершенной любви человека к Богу. Такая любовь является основой «имана», то есть истинной веры. Если вспомнить исламских пророков и других праведных людей, то все они посвятили свою жизнь служению Аллаха. Совершая благие деяния, они обретали довольство Аллаха и приближались к Нему. Поэтому, чем больше мусульманин совершает благих деяний, стремясь угодить Аллаху, тем больше он Его любит.
«Мы любим того, о ком заботимся». Антуан Сент-Экзюпери
Любовь — это способность ощутить себя единым целым с другими
людьми, считается в иудаизме[593]. Когда человек рождается, ему кажется, что он находится в центре мира, весь мир принадлежит ему и нет никого в мире, кроме него. Подрастая, он постепенно начинает понимать, что кроме него есть в этом мире еще люди, у которых есть собственная жизнь, собственные мысли, собственные чувства. Но поскольку человек никогда в своей жизни, даже прожив все 120 лет, не почувствует переживаний и боли других людей, не подумает «их мыслями», единственная возможность для него понять других людей — через себя. У человека, который любит свою семью, Я равняется всей его семье. А у того, кто любит всех жителей своего города, Я растет и «охватывает» всех земляков. У того же, кто любит всех людей земного шара, Я «охватывает» весь мир. Такой человек чувствует, что он сам и все люди мира — единое целое. Согласно иудаизму, это то, что хочет Творец, когда повелевает: «Возлюби ближнего как самого себя» (Ваикра 19:18). Каждый еврей должен ощутить всех остальных евреев частью самого себя. Именно поэтому сказано «как самого себя» — ощутить их частью себя.
Мы всегда отождествляем себя с тем, кто нам приятен. Интересно, что слово «любовь» на арамейском языке — рахамим, что обозначает также «милосердие». К кому мы милосердны? К тому, на чье место можем себя поставить, и поэтому мы его любим.
«Забота о людях, однажды вошедшая в сердце человека, превратится в настоящее сокровище...»
Бенджамин Джонсон Любящих и Бог любит
Но есть еще один путь возлюбить ближнего. На этот путь намекает само слово аhава — «любовь». Корень этого слова hав, что на арамейском языке означает «дай». Природа человека такова, что, когда он «вкладывает» во что-то, он привязывается к этому и чувствует, что это — часть его самого. Именно поэтому иудейские мудрецы говорили, что небольшой урожай, который человек сам взрастил, ему гораздо дороже, чем значительно больший урожай, над которым он не трудился. Когда мы даем что-либо ближнему, «вкладываем» в него, мы ощущаем его частью самих себя и поэтому
можем его полюбить. Например, чем больше муж и жена находятся вместе, чем больше они «вкладывают» в построение настоящей связи и единства, тем больше их любовь друг к другу.
Для Будды и буддистов любовь — это тонкая смесь радости и сострадания. Этот духовный подход предполагает, что мы будем жертвовать нашими властными и эгоистическими стремлениями подчинить себе объект любви. Для буддиста любить означает с радостью и уважением признавать другого человека и при этом быть достаточно мудрым, чтобы не препятствовать росту и развитию любимого. Будда напоминает в своих текстах: чтобы любить кого-то, мы должны наблюдать за ним и знать, что делает его счастливым.
Но самая важная и сложная вещь — это невозмутимость и свобода в паре. И многим из нас это сложно принять. Буддизм говорит о том, что нам нужно пересмотреть многие свои привычки, искоренить чувство собственничества, ревность и властность, чтобы сделать своего партнера счастливым. Это очень значимое вложение, но со
временем оно обязательно оправдает себя[594].
Любовь возникает как самое свободное и непредсказуемое
выражение глубин личности; ее нельзя принудительно ни вызвать, ни преодолеть. Это и является причиной многих драм и переживаний, потому что это чувство не знает социальных, сословных, возрастных и прочих ограничений. Русский император Петр Великий женился исключительно по любви. Его женой стала простая лифляндская
крестьянка Марта Скавронская[595]. Император, имевший возможность выбирать жену среди знатнейших принцесс Европы, вознес бедную неграмотную крестьянку до небес. Петр сослал свою первую жену Евдокию в дальний монастырь, а сам женился на новой подруге. Марту крестили в православие, и она стала Екатериной Алексеевной.
«В жизни есть только одно несомненное счастье — жить для другого».
Лев Толстой
Кого люблю, того дарю
Но возлюбленная императора отплатила за любовь изменой. Она влюбилась в камергера Виллима Монса и не сочла нужным сдерживать себя в своем увлечении. Дело открылось. Петр был вне себя от ярости.
Он велел казнить Монса. Камергера обезглавили, а голову заспиртовали в банке. Что же великий император сделал с неверной супругой? Почти ничего. Он предъявил ей голову любовника и две недели с ней не разговаривал. Вот и все. Затем она была венчана императорской короной и стала не просто женой императора, а императрицей.
Сложно сказать, добилась бы Марта таких успехов, если бы сама по-настоящему любила мужа? Навряд ли. Но она обладала гораздо
более важным талантом: она умела позволять себя любить[596]. «Истина любви состоит в том, чтобы отказаться от сознания самого себя, любить себя в другом и, однако, в этом исчезновении и забвении
впервые обрести самого себя и овладеть самим собою»[597] — так просто и емко сформулировал Гегель. Духовные законы предполагают полную самоотдачу человека в любви, ведь он тогда находится в высоких и тонких вибрациях Вселенной, он ею храним. Нет ничего такого, что любящий не захотел бы отдать тому, кого он любит.
Мы любим именно того, в кого вложили заботу, время, труд и энергию. И это даже не потому, что это чувство столь иррационально. Просто, вкладывая все самое дорогое для нас в другого, мы обретаем самих себя, становимся сами собою — в другом, через радость самоотдачи. И такая отдача себя приносит любящему необыкновенное, высочайшее счастье и успокоение...
«Плохо, если о тебе некому заботиться. Еще хуже, если не о ком заботиться тебе».
Станислав Ежи Лец
Любить тяжело, не любить — тяжелее того Посеявший ветер пожнет бурю
ВЫ МОЖЕТЕ ПРИСОЕДИНИТЬСЯ К ОБСУЖДЕНИЮ ЗАКОНА «НОВОЕ» И СЛУЧАЕВ, ЕГО ПОДТВЕРЖДАЮЩИХ, НИЖЕ В КОММЕНТАРИЯХ!