Закон Поступок

Сутра Отношения

Человек — это поступок, а отнюдь не слова

Смотрим, как человек поступает, и сами поступаем с другими только так, как хотели бы, чтобы в такой же ситуации обошлись с нами

Почти все мы, за редкими исключениями, с детства учимся пускать пыль в глаза, чтобы казаться хорошими, благородными, успешными. Только между «быть хорошим» и «казаться хорошим» есть одно очень важное отличие: «быть» опирается на реальные поступки, тогда как «казаться» — на красивые слова.

Человек, который строит свой образ из слов, воздвигает замки на песке, которые рушатся в мгновение ока, оборачиваясь своей противоположностью. Принять это разоблачение бывает так трудно, и мы моментально вытесняем реальность из сознания с помощью перекидывания ответственности на других. «Я ведь хороший, я не мог подумать (сказать, сделать) такое ужасное, в этом виноват не я, а...» — и дальше начинается поиск виновных.

Если мы поднимемся уровнем выше, то увидим, что точно так же есть государства, которые делают все то же самое, стремясь «казаться», а не «быть». Они вкладывают средства своих налогоплательщиков в популистские проекты в то время, как их базовые системы — образование, здравоохранение, реальный правопорядок — остаются изъеденными изнутри коррупцией, воровством и неэффективным управлением. А чтобы отвлечь внимание от того, что внутри разруха, гораздо проще показать пальцем

на соседей и объявить: «Вот они — враги, диктаторы!»[674]
Как говорил Спиноза: «То, что Петр говорит о Павле, больше говорит о Петре, чем о Павле». Людям свойственно подмечать в других то, что они пытаются скрыть в себе и боятся, что это заметят. Поэтому очень важно внимательно слушать, что говорит человек о других. Склонность нашей психики приписывать другим наши негативные качества психологи называют проекцией. Это своеобразный механизм психологической защиты, в результате которого внутреннее ошибочно воспринимается как приходящее

извне[675]. Мы приписываем кому-то или чему-то внешнему собственные мысли, чувства, мотивы, черты характера. Не зря говорят, что больше всего чертей прячется в душах показных моралистов, ярые гомофобы часто оказываются латентными геями, а показные трезвенники нередко таким образом борются со своей нездоровой тягой к выпивке.

Примером крайнего случая проекции, по мнению немецкого психиатра Фредерика Перлза[676], может служить паранойя,

клинически характеризуемая наличием у пациента целой системы бреда. Параноик, как правило, оказывается в высшей степени агрессивной личностью: неспособный принять на себя ответственность за собственные иллюзии, желания и чувства, параноик приписывает их объектам или людям в своей среде. Его убежденность, что его преследуют, фактически является утверждением о том, что он хотел бы преследовать других. Но проекция существует и не в таких крайних формах. Например, любая стратегическая и творческая деятельность тоже требует навыков проекции. Писатель часто буквально вживляет себя в своих героев, становится ими на время работы над книгой. Но, в отличие от проецирующего невротика, он при этом не теряет представлений о самом себе и знает, где кончается он сам и начинаются его герои.

Планирование и предвосхищение, поиски и маневры при игре в шахматы также предполагают наблюдение и предположения относительно действий соперника. Когда шахматист продумывает свои действия на несколько ходов вперед, он делает ряд предположений об умственных процессах противника, как бы говоря: «На его месте я бы поступил вот так». Но он понимает, что это только его догадки, которые не обязательно будут соответствовать тому, что руководит поведением его противника. Это тоже здоровые проекции.

На словах и так и сяк, а на деле никак

По разговорам всюды́ , а по делам никуды́

Приписывание другим своих негативных сторон — защитный механизм, который позволяет человеку считать чужими собственные теневые стороны (неприемлемые чувства, желания, мотивы, идеи и т. п.) и, как следствие, не чувствовать за них ответственность. Негативным следствием такой защиты является желание исправить внешний объект, на который спроецирован негатив, или вообще избавиться от него, чтобы таким образом избавиться от «вызванных им» чувств. При этом внешний объект может не иметь ничего общего с тем, что на него спроецировано. Любая охота на ведьм и травля определенной группы людей — это некая индульгенция для тех, кто таким способом борется со своими внутренними пороками и страхом обнаружить эту «червоточину» в себе.

Людям свойственно бояться своих слабостей и зарывать их поглубже, чтобы кто-нибудь посторонний ненароком не раскопал их и не выволок на всеобщее обозрение. Ведь это наш минус, думаем мы, наша ахиллесова пята, которую надо прятать. Но это не всегда так. Нередко наши слабые места — это новые возможности к росту. Если хорошая поговорка: «Посмотри на свои слабости и посмотри на то, что ты не любишь делать, — это и есть твой потенциал». Если мы чего-то не умеем делать или что-то делаем плохо — за этим может скрываться шанс для нашего развития. Поэтому не будем бояться злых языков и сами не будем пренебрежительно высказываться о слабых сторонах других людей. Ведь в какой-то момент слабость может переродиться в преимущество, а негативные эмоции и слава сплетника останутся со своим владельцем, отравляя ему жизнь.

На самом деле тех, кто склонен к пустому злословию и замене действия на пустые рассуждения, люди не любят. Не зря говорят «меньше слов, больше дела!» или же «легче сказать, чем сделать». Для перехода проекта из стадии «намерения» в стадию реализации одних слов не достаточно. Человек зачастую многословен по причине неготовности к действию. В политике, например, люди часто обещают, у них много проектов, но, к сожалению, нередко они остаются только словами и не воплощаются в реальность. Человек, который чувствует в себе тихую, несуетливую силу, не тратит зря времени на пустую болтовню или сплетни.

Речи, как мед, а дела, как полынь

В Ипатьевской летописи под 1249 г. рассказывается о князе Ростиславе Михайловиче, выступающем там в качестве отрицательного героя. Этот Ростислав, осаждая Ярославль, похвалялся, что если б знал, где в этот момент находятся его главные враги — Даниил и Василько Романовичи, — то выступил бы на них пусть даже всего с десятью воинами. Пока же местонахождение врагов было не ясно и пока мастера в его войске готовили осадные орудия, он решил поразвлечься военной потехой с польским воеводой Воршем: «Гогордящоу же ся емоу и створи игроу предъ градомъ, и сразивъшоуся емоу со Воршемь, и падеся под нимь конь, и вырази

собе плече. И не на добро слоучися емоу знамение»[677]. Ирония летописца, отметившего непомерную гордость князя, понятна: пока

Ростислав развлекался, Даниил и Василько узнали о готовящемся штурме города и сами выступили против него. Ростиславу представилась возможность подтвердить хвастливые слова делом. Однако неудача на турнире предрекала неудачу и в настоящем сражении — Ростислав не выдержал натиска и бежал с поля битвы.

Однако было бы ошибкой полагать, что слово не имеет силы воздействия. Слово тоже заставляет мир меняться. Оно способно ободрить, успокоить или же сильно ранить. Жан-Поль Сартр как-то

сказал: «Слова — это заряженные пистолеты»[678]. Недоброе слово о другом человеке создает слух, который способен очернить, испортить репутацию объекта обсуждения, произвести обманный эффект, придавая всему сказанному вид правды. Именно поэтому необходимо слушать других людей и анализировать то, что они говорят и на чем акцентируют свое внимание. Ибо общаться — значит передавать

эмоции[679]. Когда один человек говорит о другом, он передает свои собственные чувства, свое личное отношение и ощущение, связанные с объектом беседы. Сигналы, которые мы посылаем социуму, всегда принимаются и интерпретируются, и в ответ мы получаем реакцию,

достойную нашего поведения[680]. От слова до дела сто перегонов Не все годится, что говорится

О том, что человек не является таким, каким он кажется или хочет казаться даже самому себе, говорили и философы — Поль Рикер, Карл Маркс и Фридрих Ницше, — которые заложили основания

«философии подозрения»[681]. У людей всегда есть скрытые причины поступков, будь то подсознательные мотивы (как в теории Фрейда[682]),

скрытый классовый интерес (согласно теории Маркса[683]) или же неявная воля к власти при видимой религиозности или других

нарочитых проявлениях любви к ближнему (у Ницше[684]). Вся современная философия в таком случае предстает как попытка вскрыть спрятанную сущность человека и его поступков.

Однако истинная мораль — не та, которую декларируют, а та, которой следуют в повседневной жизни, которую подтверждают наиболее распространенным типом поведения. Если исповедуются идеалы либерализма, демократии и терпимости, но на практике люди

подвергаются гонениям за свои взгляды, цвет кожи, религиозные

убеждения, то ни о какой демократии не может быть и речи[685].
Для того чтобы распознать природу человека, достаточно посмотреть на то, как он ведет себя в новой для него ситуации. В этом случае человек, как и животное, реализует одну из двух генетически детерминированных стратегий стрессорного поведения: «стресс льва»

(борьба или бегство) и «стресс кролика» (затаивание)[686]. Присущий нам тип стрессорной реакции определяет наш психологический тип и

темперамент, заложенные в нас генетически[687]. Независимо от того, как мы себя позиционируем, что говорим и кем стараемся показаться, в стрессовой ситуации наша личность непременно проявится.

Во всех религиях пустословие — это слабость человеческая, которая приводит к лени, гордыне, осуждению и многим другим грехам. И только деятельный образ жизни — ключ к самосовершенствованию. В Евангелии часто приводится сравнение деяния человеческого с плодами: «По плодам их узнаете их. Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы? Так всякое дерево доброе приносит и плоды добрые, а худое дерево приносит и плоды худые» (Мф. 7:16–17). И далее: «Не всякий, говорящий Мне: „Господи! Господи!“, войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного. Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7:21–23). За словами может скрываться противоположное форме содержание, предупреждает апостол Павел: «Ибо такие люди служат не Господу нашему Иисусу Христу, а своему чреву, и ласкательством и красноречием обольщают сердца простодушных» (Рим. 16:18). В толковании посланий к римлянам Феофан Затворник отмечал, что у этих развратителей на языке все Господь, но они не Господу работают, а только именем Его прикрывают свое злоумие. Средство, какое они употребляют, — слова, приятные для слуха и льстящие сердцу. Благими словесы прельщают

сердца незлобивых[688].
Злые глаза добра не заметят

О том, как важно не ориентироваться на внешнее обличье, статус и речи человека, а судить только по делам его, говорил святой Афанасий Великий (IV век): «Если видишь, что имеет кто благоприличную

наружность, не на то обращай внимание, облечен ли он в овечью шкуру, носит ли он имя пресвитера, или епископа, или диакона, или подвижника; но постарайся узнать дела его: целомудрен ли он, страннолюбив ли, милосерд ли, исполнен ли любви, пребывает ли в молитвах, терпелив ли? Если чрево ему — бог, и гортань его — ад, если страждет он сребролюбием, корчемствует благочестием, то оставь его. Это не пастырь сведущий, но волк хищный. Если о деревах умеешь заключать по плодам, какой они породы, какого вкуса и качества, то тем паче должен по делам заключать о христопродавцах,

что, славясь своим благоговением, имеют они диавольскую душу»[689]. В буддизме злословие о ком-то воспринимается одновременно и как признак низости злословящего, и как возмездие оговоренному за его недобрые слова в прошлых жизнях. Например, один из учеников Будды был архатом, т. е. вышел из колеса перерождений и избавился от беспокоящих эмоций и состояний ума, приняв три набора обетов. Но люди продолжали говорить, что архат нарушал свои обеты, и приводили против него ложных свидетелей. Будда расстроился и сказал, что впредь не будет считать буддистом того, кто обвиняет его ученика с высоким постижением в нарушении обетов, и будет считать их угрозой буддизма. Другие спросили, почему архата критиковали. Будда ответил, что это случилось потому, что в прошлой жизни архат пустословил и был клеветником. Случившееся было следствием. И все равно, тот кто критикует истинные или ложные недостатки

других, сам накапливает отрицательную карму. Не верь чужим речам, а верь своим глазам Злая собака везде видит палку

Желая нравиться и получать одобрение людей, человек научился маскироваться и вести себя со всеми по-разному, скрывая свою истинную сущность. Тем не менее есть моменты, когда внутренний облик человека проступает наружу. Так, например, происходит, когда человек рассуждает о поведении и поступках других людей в их отсутствие. В исламе большое значение отводится намерениям и словам человека, однако приоритет над словами все же имеют его дела и поступки — они звучат громче и лучше отражают человеческую сущность. С точки зрения ислама Аллах творит человеческие поступки (как и поступки всех созданий, а создания их лишь себе присваивают):

«Аллах создал вас и то, что вы делаете» (Коран 37:96). Это учение — не аллегория: «Действия людей сотворены Аллахом, но приобретены

людьми»[690].
Но свобода воли заключается в том, что ислам дает своим

последователям мотивацию поступков, основанную на вере в ответственность за все добро и зло, которое они совершат в этой жизни. Согласно исламу, тот, кто отрицает такую ответственность, не может считать себя верующим. Моральные нормы Корана предостерегают от дурных поступков для собственного блага человека, от его деградации и саморазрушения. В этом заключена высшая мудрость. «Он дарует мудрость кому захочет, а тот, кому дана мудрость, награжден великим благом» (Коран, 2:269). Сподвижник пророка Мухаммеда, Ибн-Зейд говорил: «Всякое слово, которое тебя увещевает, или призывает к совершению достойного, или удерживает от гадкого — это мудрость» (Коран, 6:5). Предписанием Корана, высшей нравственной целью является стремление заслужить любовь и благорасположение Бога. Поступки во имя Аллаха возвращаются благом для всех. «И то, что бывает для их сотоварищей, это не доходит до Аллаха, а то, что для Аллаха, то доходит до их сотоварищей...» (Коран, 6:137). Речь идет об ответственности человека перед Богом, ответственности каждого из людей за свои поступки. Мусульманин постоянно помнит это не только перед Аллахом, но и перед своей совестью и обществом в целом. Именно поэтому каждый поступок является отражением того, насколько крепка вера в человеке.

Слову верь, а дело проверь

Не та хозяйка, которая говорит, а та, которая щи варит

В иудаизме добрые дела, которые несут в себе искушение похвалиться и рассказать всем о своем благородстве, специально носят такие названия, чтобы у благодетеля не было почвы для горделивых слов. Например, буквальный перевод слова цдака — «оказание справедливости», а вовсе не «милостыня». В слове «милостыня», у которого масса эквивалентов в других языках, есть оттенок хвастовства и одновременно эгоизма: дескать, бедняку этому я, в общем-то, ничего не должен, но я такой добрый, что оказываю ему «милость». В отличие от этого слово цдака в иврите отражает один из фундаментальных принципов иудаизма: все, что у меня есть, я

получил от Всевышнего, на самом деле Он — подлинный хозяин моего достояния, и раз Он предписывает мне делиться с моим братом — я должен делать это с радостью. И не имеет никакого значения, соответствует это моей натуре или нет. И мотивов для хвалебных од в

свой адрес становится гораздо меньше[691].
Моментов искушения не вести себя подобающим образом, а

попробовать словчить, показать свое личное превосходство над другим, если он рангом ниже, и очернить его, если он рангом повыше, в нашей жизни встречается масса.

Французский философ Мишель Монтень писал в своих «Опытах» (гл. «О раскаянии»): «Мир порой считает настоящим чудом иных людей, в которых их жена или слуга не видят ничего

замечательного»[692]. «Для камердинера нет великого человека» — так лаконично сказал Гёте в своих рассуждениях о Наполеоне. Речь шла о ничтожном повседневном окружении императора. И это чаще всего происходит «не потому, что Наполеон не великий человек, а потому,

что это камердинер во всем ограничен»[693]. В словах ретив, а в делах ленив Обязался языком, закрепи делом

Смысл этого выражения в том, что человек ограниченный не в состоянии оценить по достоинству великого человека, а судит о нем по себе, по бездарности своей, в отсутствие дара представления и воображения...

А у великих людей даже маленькие поступки демонстрируют масштаб их личности. История знает тому немало примеров. Однажды королева Виктория была на дипломатическом приеме в Лондоне. Почетным гостем был африканский вождь. Все шло хорошо, пока не принесли обед. Каждому присутствующему подали чашу для омовения рук. Африканец не знал, для чего предназначена эта вода, и... выпил все содержимое чаши. Сидевшие за столом графы и лорды стали перешептываться: они были шокированы. Но королева нашла выход из ситуации. Она последовала примеру гостя, а за ней и все придворные. Это был поистине благородный поступок, который позволил

африканскому вождю избежать конфуза[694]. Выпить воду для мытья рук решился бы далеко не каждый человек и менее высокого

происхождения. Но королева сделала это потому, что знала: эффект поступка многократно выше эффекта слов.

Необдуманные суждения о других представляют нас такими, какие мы есть на самом деле. И ужасно, если эти суждения будут исполнены зависти, равнодушного безразличия, непонимания, а то и низости... Вот это и будет картина нашей истинной нравственной несостоятельности. А следом наступит очередь и поступка — такого же неблаговидного, какими эгоцентричными и неблаговидными были и наши слова.

Поэтому надо держать под суровым контролем наши суждения и осуждения, держать в узде «помыслы», потому что они имеют обыкновения выливаться в поступки, о которых потом придется сожалеть.

Кто сам не имеет в сердце зла, тот всех принимает за добрых

ВЫ МОЖЕТЕ ПРИСОЕДИНИТЬСЯ К ОБСУЖДЕНИЮ ЗАКОНА «НОВОЕ» И СЛУЧАЕВ, ЕГО ПОДТВЕРЖДАЮЩИХ, НИЖЕ В КОММЕНТАРИЯХ!