Ивент 3.6: Последний и первый принципы. Часть 11. Сезам, откройся.
Энигма:
—...
— Что за бредовый опыт.
— Прикинув глазами расстояние, я увидел башню вдалеке и множество трудностей на пути к ней.
— Это, как я выяснил, было очередным результатом моего наблюдения.
— В тот момент, когда я перестаю мыслить логически, чтобы определить её местоположение, о чудо — она здесь.
Он касается белой стены напротив него, будто убедиться, что она действительно есть.
Энигма:
— Если арканисты действительно живут в мире с такими непредсказуемостями, то неудивительно, что у них проблемы с психикой.
— Ладно. Раз всё было перезапущено, ворующая ворона снова появится на башне с блестящей контрабандой на буксире.
— Единственная проблема — попасть внутрь.
Там, где должна быть дверь, была просто стена.
Энигма запрокидывает голову назад и оценивает высоту башни, прикидывая, стоит ли на неё взбираться.
Энигма:
— Недостаточно опоры для ног. Да и не уверен, что то сооружение является окном.
Он замолкает, затем понижает голос.
Стена не отвечает и даже не дразнит его за попытку.
Энигма:
— Арканисты не могут так просто придумывать заклинания. Так и думал.
— Ну, конечно, мне не надо глубоко погружаться в воображение.
Он закрывает глаза, всё ещё упрямо глядя в стену.
Энигма:
— Арканные навыки... Арканные навыки! Как они в этом разбираются, чёрт возьми?!
— Нужно было попросить копию Базового руководства использования арканума перед тем как прервать связь.
— Неважно. Основы должны быть одинаковыми. Сосредоточиться и позволить интенсивности мыслей проделать брешь в стене.
???:
— Не собираешься же ты превратить свои мысли в кувалду?
Энигма резко открывает глаза. Неизменная темнота исчезла.
Он следует за звуком. Ворон плавно опускается на землю.
Людвиг:
— Не ожидал, что у всегда логичного Адлера будет такое бурное воображение.
Энигма:
— Хватит время тратить. Отдай его.
Людвиг:
— Ты же не проделал весь этот путь сюда только ради того, чтобы ограбить меня? Хм, кажется, Лаплас в последнее время не так уж и занят.
Энигма:
— Как видишь, твои инстинкты столкнулись с нашей работой.
— Если так нравится собирать блестящие вещи, то могу дать этот коммуникатор. Возьми его или что хочешь.
Людвиг:
— Эмпирические суждения, излишне самоуверенные домыслы. Да, именно так ты и думаешь.
— Поэтому ты никогда не поймёшь использования арканных навыков.
Энигма:
— Это не имеет значения.
— Симуляция улучшилась, или на тебя повлияли повреждённые данные?
— Остальные не поделились большой информацией о "Людвиге". Ты немец?
Людвиг лишь механически наклонил голову и закрепил взгляд на нём.
Людвиг:
— Я понимаю, что тебе нужно.
— Ты столько раз приходил к этой башне, искал способ уничтожить её и этот фарс эксперимента.
— А затем, что-то изменилось. Ты стал любопытным, захотел раскрыть её секреты. Естественный инстинкт исследователя.
— Но ты слишком поторопился в своём стремлении, даже начав исследовать вопросы, которые ты никогда не надеялся понять.
Из клюва Людвига льётся непрерывный поток слов.
Энигма:
— Хватит болтать. Ты...
Людвиг:
— Ты не способен постичь арканум.
Он наконец понимает источник своего дискомфорта.
Он никогда до этого не ощущал арканные колебания. Только сейчас.
Конечно, он не может моментально обнаружить аномалии, незаметно строящиеся вокруг него.
Людвиг:
— Поэтому ты никогда не сможешь открыть эту дверь.
Энигма берёт и кидает коммуникатор в ворона, который легко отворачивается, взмахнув крыльями.
Людвиг:
— Это ты вмешиваешься в мой эксперимент, исследователь Адлер. Мне нужно ядро, чтобы узнать тайны языка.
— На самом деле, не так давно, я совершил вполне интересное открытие.
Очередной взмах крыльями. Энигма замечает, что по ним проходят данные.
Их силуэты начинают таять, уступая место холодному блеску металла под ними.
Энигма:
— Это была гипотеза? Проклятье? Или пророчество?
— Вся эта чушь, и ничего из этого не вышло. Скорее всего, нужно время, чтобы активировать.
Энигма:
— Ещё полчаса осталось. Достаточно, чтобы убрать тебя с моего пути.
Людвиг:
— Мне нужно ядро. Оно останется здесь.
Крепость рушится. Металл растворяется, как пена. Людвиг корчится на земле.
Он расправляет крылья и с трудом принимает вертикальное положение. В его чёрных глазах вспыхивают данные.
Людвиг:
— Мои данные... Ты полностью уничтожил их.
Энигма:
— Мы оба знаем, что шкатулка перезапустится. И ты вернёшься к своей болтовне, Ворон.
Людвиг:
— Ах, да. Частички существуют в мире, который можно перезапустить. Кто-то может подумать, что его жизнь полна возможностей и что всё можно восстановить.
— Но под особыми условиями частички также могут "умереть".
Людвиг:
— Содержимое ядра способно влиять на всё, что его окружает. Оно может разрушить твой разум и даже привести твои данные в беспорядок.
— Вскрытие его защитной оболочки не принесёт вам желаемых результатов.
— Людвиг уже заплатил цену за своё любопытство. Его эксперимент провалился, и его разум был заключён в тюрьму здесь. Совсем недавно он, наконец, ушел.
— Я — всего лишь фрагмент оставшихся данных. Попытка предупредить другие любопытные умы, чтобы они держались подальше от опасности.
Энигма:
— Хочешь сказать, что твои действия были продиктованы благими намерениями?
— Не хочешь объяснить своё заклинание? Оно всё ещё не сработало.
Людвиг:
— Оно должно было изменить твой разум — помешать тебе постичь присутствие арканной силы здесь. Помешав тебе проникнуть в башню, я бы защитил тебя от безумия и гибели, которые тебя ожидают.
— Тебе нет необходимости идти по пути других созданий, которые пришли сюда, разрушаясь кусочек за кусочком, пока ты в конце концов не превратишься в ничто.
Его перья начинают опадать. Всё больше символов начинают мелькать на его теле.
Людвиг:
— Но тебе не нужно волноваться. Ещё немного, и мой арканный навык перестанет функционировать.
Энигма:
— У меня никогда не было возможности работать с Людвигом. Но, судя по твоей симуляции, могу догадываться, что он упрямый, тщеславный, любопытный, эгоистичный товарищ.
Людвиг:
— О, не совсем. Просто ворон, проклятый знанием, изо всех сил старающийся защитить тех, кто придёт после него.
Энигма:
— вздыхает Типичный работник Лапласа.
Он осматривает Энигму уже пустыми глазами.
Энигма:
— Нет. Я просто подумал, что, возможно, должен быть кто-то, кто помогает нести риски и принимать решения от имени этих гениев.
— Работа бок о бок с коллегами, не имеющими представления о протоколах лабораторной безопасности, обходится слишком дорого. Столь длительное отсутствие директора филиала, несомненно, сказалось на производительности.
Людвиг улавливает в его словах гнев и скрытую за ним печаль. Он пытается забыть и то, и другое.
Людвиг:
— Но мы с тобой никогда не работали.
Энигма снова проверяет таймер.
Энигма:
— Мы были коллегами последние десять минут.
Людвиг:
— Не будешь прислушиваться к моему предупреждению, не так ли? Ты всё равно собираешься извлечь ядро, чтобы удовлетворить своё любопытство.
Энигма:
— Я ТОЧНО заберу его. Потому что хочу, чтобы Лаплас оставался местом для таких, как ты.
— Кто-то должен что-то сделать.
Людвиг:
— Вот совпадение. Некоторые частички, которые приходили сюда, говорили что-то похожее.
— Их данные также были уничтожены. Пока новые данные не будут загружены, они не появятся снова в шкатулке.
— Я ещё не уверен, как это назвать. Надеюсь, ты простишь меня за то, что я предположу, что это "смерть".
— Которую, я так понимаю, сейчас испытываю.
— Прощай, коллега. Желаю тебе удачи.
Людвиг растворяется в воздухе, и на стене позади того места, где стоял он, появилась дверь.