Ивент 3.5: Клуб Бирюзовой змеи. Часть 16. Путь мёртвых.
Ночь окутана туманом из-за дыма бесчисленного количества свечей.
На вечеринке выставлены блюда и напитки. Бархатцы переливаются яркими красками. Изображения мёртвых улыбаются живым.
Богатая бизнесвумен:
— Леди и джентльмены, для меня великая честь присоединиться к вам на празднестве Дня всех святых в этот прекрасный вечер.
— А, вы, должно быть, господин Блек с Соединённых Штатов. Как вам отдых в Мехико? Как я и обещала, так ведь?
Гость:
— Очень даже нравится! Благодарю за приглашение, мадам. Должен сказать, я очень хотел встретиться с вами лично.
— Я думаю, я влюбляюсь в этот город.
Богатая бизнесвумен:
— Ну, вечер только начался. Вас ждёт ещё много поистине беспрецедентных впечатлений. Поверьте мне.
Неожиданный гость появляется у входа.
Богатая бизнесвумен:
— О, посмотрите, кто явился. Приятный сюрприз.
— Я думала, вы не придёте, господин Анил.
Анил:
— Добрый вечер, госпожа Хуарес.
Богатая бизнесвумен:
— Я признательна вам за вашу прекрасную реставрацию фресок на гробнице моей семьи. Надеюсь, вы великолепно проведёте вечер.
Анил:
— Конечно великолепно. Спасибо за ваше приглашение, мэм.
Он приближается к ярко украшенному алтарю, его мрачное присутствие диссонирует с праздничной атмосферой.
Анил:
— Это было ошибкой и для меня, и для неё.
— Госпожу Рамона нигде не видно. Она не придёт? Нет, она покажется. Она точно должна понять важность того списка.
— И госпожа Бабочка тоже где-то прячется. Заготовила место для драмы, это точно.
Зал затихает. Низкий официальный голос говорит в микрофон.
Иностранный дипломат:
— Кхм, я бы хотел выразить благодарность госпоже Хуарес, что любезно приняла нас. В Мехико я смог засвидетельствовать и прочувствовать красоту вашей культуры.
— Празднование дня мёртвых показало мне необычный способ мексиканцев помнить, праздновать и воссоединяться со своими ушедшими близкими, и меня это очень тронуло.
— Так присоединитесь к моему тоску. За тех, кто покинул нас и за тех, кто ещё жив.
— Да начнётся вечеринка!
Гости смеются и произносят тосты, поднимая бокалы в знак уважения к дипломату.
И всё же, пока присутствующие потягивают свои напитки и приветствуют друг друга, кто-то подходит и что-то шепчет дипломату. Не успели они опустить бокалы, как эти двое скрылись из виду.
Анил:
— Он что-то на взводе. Что-то случилось?
— Надо пойти за ним.
Но его действия были прерваны другим прибытием.
Рамона:
— Вы не говорили, что будете здесь.
Анил:
— Я волновался за вас, после того как отдал вам список.
Рамона:
— Ха. Вы не можете даже себя защитить. Почему о других беспокоитесь?
— Уходите, пока убийца не приступил к действию.
— Тут толпа. Никто не пальцем не шевельнёт, чтобы спасти вас.
Говоря это, она переводит взгляд на дипломата. Он стоит в тихом уголке и разговаривает с кем-то, кто кажется младшим помощником.
Иностранный дипломат:
— Что? Да как такое возможно?
— Хватит твоих отговорок! В любом случае, мы не должны допустить, чтобы госпожа Хуарес узнала об этом.
Дипломат ругает его, и они начинают ссориться. Помощник нервно дёргается и тянет руку к карману.
Рамона:
— О нет!
— Он вооружён. Надо остановить его.
Предполагаемый нападавший падает на землю. Он вынимает руку из кармана, в котором нет ничего, кроме праздничных конфет, которые, вероятно, слишком рано достали из алтаря.
Иностранный дипломат:
— Да что за херня с тобой происходит? Думаешь, можешь грубо обращаться с моими людьми?
— Ты кто, какой-то местный гангстер?
Рамона:
— Послушайте, вы в серьёзной опасности. Он хотел убить вас.
Иностранный дипломат:
— Да что за чепуху ты несёшь? Он просто относил отчёт.
— Это картина, которую я отдал госпоже Хуарес. Скорее всего, краска потускнела в одном месте. Мой ассистент просил меня лишь посмотреть.
Рамона:
— Картина с Клуба Бирюзовой змеи? Где она? Вы должны отдать её мне, сейчас же.
— Если хотите жить, вы должны сторониться её.
Настроение дипломата меняется. Он, конечно, выглядит напуганным, но не из-за картины, о которой она его предупреждает.
Иностранный дипломат:
— Так ты из ксенофобных групп арканистов, а? Госпожа Хуарес предупреждала меня о таких, как ты.
— Что ты собираешься делать? Убьёшь меня при всех?
Анил:
— Нет, нет, сэр. Послушайте меня. Я пытаюсь помочь вам.
Иностранный дипломат:
— Помогите! Нарушители! Помо—аргх...
Он замолкает. Вместо слов раздаётся болезненный скрежет. Он хватается за горло, борясь за воздух.
Они незаметно для себя переместились в ту часть двора, где выставлены подарки.
Анил:
— Что за...? Вы в порядке?
Рамона:
— Не подходите близко. Арканная энергия может утащить вас заодно.
Иностранный дипломат:
— Аргхх. Где я? Это... озеро под водой?
— Помогите...
Голос дипломата срывается на хрип, затем наступает тишина. Он оседает на землю.
Рамона:
— Как на аукционе.
— Убийца где-то недалеко. Он прячется где-то рядом с алтарём.
Рамона слышит шорох в траве у себя за спиной. Она оборачивается как раз вовремя, чтобы заметить удаляющуюся фигуру.
Улицы города переполнены празднующими людьми. Из-за бурного настроения и движущейся массы людей ничего не видно во всех направлениях.
Они потеряли из виду виновника торжества.
Анил:
— дышит Мы потеряли его.
— Это большая зона. У особняков на этой улице должны быть охранники на входе. Мы можем спросить их, видели ли они кого-то подозрительного.
Рамона:
— Нет времени на это.
— Картины — ключ к почерку убийцы, но что я упускаю?
— У дипломата уже некоторое время была картина до вечеринки.
— Журналист отдал ему её несколько дней назад.
— Так почему убийца ждёт так долго, и зачем действовать у всех на виду? И почему надо делать это в ночь одного из наших главных праздников?
— Должно быть, так и есть. Всё из-за времени.
Анил:
— Время говорите? Так значит, что-то связанное с Днём всех святых.
Рамона:
— Верно, вторая ночь Дня мёртвых. В ту ночь, когда мы приветствуем возвращение и воссоединяемся с ушедшими.
— Смерть лишь часть цикла жизни, да? Думаю, убийца того же мнения.
— И они выбрали сегодняшний вечер, потому что пытаются куда-то увести души жертв? Куда-то, где им не место быть?
Она опускает глаза. Бесчисленные лепестки бархатца рассыпались у неё под ногами, образуя тропинку, по которой будут идти мёртвые. Она простирается далеко вдаль.
Рамона:
— Ха. Должно быть, это и ответ. Видите, кто-то проложил тропинку бархатца до задней двери.
Анил:
— Яркое сияние бархатца должно направлять души в мир живых.
Рамона:
— Хотят, чтобы мы пошли по этому пути, а? Ладно, погнали.
Тихое, величественное здание отмечает конец тропинки бархатца.