НОВЕЛЛА "Мастер секты Сюэ не продаёт себя" (глава 55)

ГЛАВА 55. Последняя ночь

Сюэ Цяньшао решил не провоцировать Достопочтенного Демона, поэтому оставался совершенно неподвижным. Однако тот стал ещё агрессивнее и, потирая его промежность через ткань одежды, сказал:

- Что? Не хочешь? Или передумал вдруг и решил не уходить?

Сразу после этого Сюэ Цяньшао почувствовал, как две острые волны демонической энергии пронеслись вдоль основания его бедер, оставив неглубокие порезы на нежной коже и заставив его непроизвольно вздрогнуть. Затем по телу распространилось ощущение холода, а его нижние одежды исчезли, разорвавшись на несколько частей.

Внезапная резкая боль пронзила его внизу, и мастер Сюэ понял, что Достопочтенный Демон действительно намеревается изнасиловать его прямо здесь, на залитом дождем деревянном настиле.

Боль заставила его резко вздохнуть, из глаз потекли слезы, и он попытался вырваться. Но Хуэй Син повысил голос и приказал:

- Не двигайся.

Как только он заговорил, тело мастера Сюэ обмякло, словно какая-то невидимая сила взяла над ним верх и полностью обездвижила его. Глаза Сюэ Цяньшао расширились от ужаса, когда он вдруг вспомнил, как в приступе гнева однажды укусил Хуэй Сина за губу и как случайно проглотил его кровь...

Демон усмехнулся:

- А почему ты так на меня смотришь? Это ты сам добровольно проглотил мою кровь.

Говоря это, он просунул еще один палец в сухое отверстие. Сюэ Цяньшао сжал дрожащие губы, слезы снова навернулись на глаза, но он молчал.

Хуэй Син продолжил:

- Я не говорил, что тебе запрещено разговаривать. Почему ты молчишь? Ты теперь отказываешься даже поговорить со мной?

Он наклонился, словно собираясь поцеловать его, но Сюэ Цяньшао отвернул голову, крепко зажмурив глаза и позволив слезам стекать по щекам. Достопочтенного Демона сейчас же захлестнула волна безграничной жестокости, смешанная с совершенно нелепым чувством грусти.

В тот момент в его сердце раздался голос:

"Если бы ты знал, что всё так обернётся, ты мог бы просто стереть его воспоминания после Столетнего Сна, остаться его Третьим Братом и любовником, Су Вэнь Нином, лишить его совершенствования и сделать его своим личным пленником… Так он никогда не предал бы тебя и никогда не смог бы причинить тебе боль".

Голос этот эхом отдавался в его опустошенном сердце, постепенно захватывая его разум.

Взгляд Демона становился все более диким и злым, а сердце бешено колотилось от извращенного возбуждения.

Сюэ Цяньшао приоткрыл глаза, блестящие от слёз, его взгляд был ясен, как осенняя вода. И, задыхаясь от замешательства и жалости, он вдруг прошептал:

- ...Как ты дошёл до такого состояния?

Он долго смотрел на Хуэй Сина, но тот был освещен сзади, и мастер Сюэ так и не смог разглядеть выражения его лица. Разочарованный, он отвел взгляд и снова обреченно закрыл глаза.

«Как ты мог стать таким?

Ты видел ужасы Священной Бездны.

Как же мог кто-либо, вырвавшийся оттуда, остаться неизменным сердцем и разумом?

...Забудь об этом.

В любом случае, это физическое тело скоро потеряет всякий смысл».

Сюэ Цяньшао думал, что подготовился ко всему, но когда вторгшиеся пальцы внезапно отступили, и он невольно напрягся, готовясь к невыносимой, тупой боли, вместо этого он почувствовал, как человек, удерживавший его, задрожал.

Демон, словно под каким-то странным заклятием, обхватил лицо Сюэ Цяньшао ладонями и начал нежно целовать его, шепча:

- Прости, прости... пожалуйста, не будь таким.

Удивлённый мастер Сюэ открыл глаза, но на этот раз уже Хуэй Син избегал его взгляда, уткнувшись лицом в его грудь и прошептав срывающимся голосом:

- Что я должен сделать, чтобы удержать тебя?

Достопочтенный Демон прибег к почти унизительным методам, доведя Сюэ Цяньшао до предела, любой ценой заставляя его сделать нужный выбор. И все же, несмотря на всё это, Сюэ Цяньшао оставался таким же спокойным и безмятежным, как и прежде. Словно любовь, желания, печали и радости не имели к нему никакого отношения. Он по-прежнему оставался тем живым и чистым потоком воды, навсегда отличным от Хуэй Сина.

Осознание этого вывело Достопочтенного из заблуждения. Он понял, что даже если он уничтожит воспоминания Сюэ Цяньшао и лишит его возможности совершенствоваться, всё, что он получит, — это пустая оболочка, а не истинное сердце человека, который был так нужен ему.

Обманом или силой удержать Сюэ Цяньшао рядом с собой невозможно.

У Демона не оставалось иного выбора, кроме как отпустить его.

Сначала мастер Сюэ почувствовал, как вдруг исчезли сковывающие его тело оковы, а затем заметил влагу на груди. В отличие от холодных капель дождя, слёзы Достопочтенного Демона были тёплыми.

В тот момент его сопротивление рассеялось, сменившись беспомощностью и легкой грустью, словно он уже знал: «Это последняя ночь».

Сюэ Цяньшао тихо вздохнул и медленно поднял руки, чтобы обнять Хуэй Сина.

Возможно, в этом мире он был единственным, кто когда-либо видел, как Достопочтенный Демон проливает слёзы.

***

Вскоре мастер Сюэ понял, что слишком поспешил смягчить своё сердце. Достопочтенный Демон, обладавший умением так точно определять его пределы и заставлять его подчиняться добровольно, ничуть не хуже умел мучить его, разжигая пламя ненасытного желания и намеренно оставляя его в вечной неудовлетворённости.

Всё, что произошло дальше, было подобно фейерверку в ночном небе. Прекрасно осознавая, что их сияние продлится лишь мгновение, они горели отчаянной, всепоглощающей жаждой наслаждения.

Казалось, Достопочтенный Демон был одержим желанием заставить Сюэ Цяньшао запомнить эту последнюю ночь навсегда.

Оказавшись между пламенем желания и бурлящими волнами духовной энергии, мастер Сюэ скоро обнаружил, что ему почти невозможно сохранять даже крупицу ясности ума. Весь его мир был поглощен одним человеком — всё, что он видел, всё, что он слышал, духовная энергия, наполняющая его меридианы, даже безграничное наслаждение, пронизывающее его, — всё это исходило от этого одного человека.

Этот мужчина с распущенными белоснежными волосами ослепительно улыбался. Он прижался лбом к лбу мастера Сюэ, и кажется, он что-то говорил, но Сюэ Цяньшао не мог разобрать слов. Нижняя часть его тела почти онемела, он задыхался, но все еще испытывал жажду.

Теперь их дыхание и сердцебиение были неразрывно связаны. Сюэ Цяньшао почувствовал, как Демон тихонько усмехнулся, а затем холодная, властная сила пронзила акупунктурную точку у него на лбу. Это было похоже на острый, ледяной клинок, одним махом разметавший его сознание и оставивший его разум совершенно пустым.

В следующее мгновение сознание человека, которого звали Сюэ Цяньшао, было полностью захвачено гораздо более могущественной сущностью. Они переплелись удушающе плотно, и то другое, более могущественное сознание мгновенно проникло в каждую щель его восприятия, безжалостно заполнив все пустоты собой. Оно запутало Сюэ Цяньшао до такой степени, что это почти довело его до безумия.

- Это третья стадия совершенствования души... Тебе нравится?..

Сюэ Цяньшао потребовалось много времени, чтобы прийти в себя хотя бы отчасти. И всё же, всепоглощающее наслаждение, исходящее из глубин его души, всё ещё рвалось из груди. Он невольно прижал руку к сердцу, впиваясь пальцами в плоть. Если бы только он мог быть уверен в том, что с его смертью всё это закончится, он умер бы прямо теперь без колебаний.

Но чужая рука прикрыла его спину. Голос Хуэй Сина, пронизанный весельем, тихо прошептал:

- Что с тобой? Разве это не приятно?

С этими словами он наклонился и поцеловал родинку под глазом Сюэ Цяньшао, почувствовав соленый привкус пота и горечь слез.

Сюэ Цяньшао был слишком измотан, чтобы выражать какие-либо эмоции; его взгляд был рассеянным и отстраненным, что придавало ему почти холодный вид. Только легкая морщинка между бровями и покрасневшая, влажная кожа выдавали всю тяжесть пережитого.

Хуэй Син не обратил внимания на его странное оцепенение. Вместо этого он заговорил с восторгом:

- Тебе тоже нравится, правда? Разве не лучше было бы остаться рядом со мной? Я отдам тебе всё, чем владею сам. Зачем тебе совершенствоваться через бесконечные боль, кровь и сомнения? Зачем, если существует более простой и более надёжный путь?

Он продолжал бормотать, словно в бреду, целуя Сюэ Цяньшао в шею. Затем добавил:

- Разве ты меня не любишь? Почему же ты должен меня покидать?

Эти слова упали как тяжелый камень, неожиданно внеся абсолютную ясность в сознание Сюэ Цяньшао.

В своем оцепенении тот подумал: «Разве я люблю тебя?»

В дворе Хунлуань Су Вэнь Нин был проблеском света в его жизни. Тогда Сюэ Цяньшао испытывал к нему слабую, зарождающуюся привязанность. Но, конечно, такого пустякового чувства оказалось недостаточно, чтобы заставить его пожертвовать собой, когда пришло время.

А Хуэй Син… по какой причине мастер Сюэ вообще мог его полюбить? Хуэй Син был хитрым, почти не говорил правды, и его безрассудные поступки часто заставляли Сюэ Цяньшао стискивать зубы от досады. И всё же, как ни странно, он часто испытывал к этому Демону странное чувство жалости.

Казалось, что у Достопочтенного Хуэй Сина было всё, но на самом деле у него не было вообще ничего.

Всё, что у него имелось, — это сердце, израненное, пропитанное ненавистью и болью. Пустота, порожденная этой ненавистью, поглощала его столетиями, и, возможно, Хуэй Син уже даже не знал, как по-настоящему любить кого-то.

Однако, как бы сильно Сюэ Цяньшао ни жалел Достопочтенного, он совершенно точно знал, что не может оставаться рядом с ним.

Дрожащими руками мастер Сюэ обхватил лицо Хуэй Сина ладонями. Он увидел, как глаза Демона загорелись восторгом даже от этого незначительного жеста, маска высокомерия на его лице рухнула, обнажив проблеск чего-то почти молящего в его взгляде.

Сюэ Цяньшао лишь мельком взглянул на него, прежде чем медленно закрыть глаза. Он легко поцеловал Демона в губы и нежно прикоснулся к его лбу.

В тот момент, когда их лбы соприкоснулись, Сюэ Цяньшао полностью разорвал связывающий их Договор, определявший их судьбы.

В то же время он преобразовал своё сознание в тысячи острых клинков, обрушив на Демона яростный, похожий на ливень, натиск.

Как и следовало ожидать, Хуэй Син не выставил никакой защиты. Его глаза слегка расширились, но прежде чем он успел проявить хотя бы малейшее недоверие, он погрузился в глубокий сон.

Сюэ Цяньшао прошептал ему:

- Теперь мы квиты.

Логически рассуждая, сознание обычного даосского мастера, такого как Сюэ Цяньшао, никогда не должно было превзойти сознание одного из Трёх Достопочтенных Демонов.

Но в тот момент, когда чуть раньше сознание Хуэй Сина вторглось в его собственное, мастер Сюэ вспомнил свои сны о пребывании в Священной Бездне и вспомнил, как использовать своё сознание для нанесения несложного, но очень точного удара по гораздо более сильному противнику.

Вероятно, Демон никогда не предполагал, что сон, созданный его Бабочкой Снов, окажется настолько ярким, что Сюэ Цяньшао сможет извлечь из него пару полезных уроков.

После удара Сюэ Цяньшао не смел расслабляться ни на секунду. Сначала он успокоил дыхание и упорядочил свежую духовную энергию, бегущую теперь по его меридианам. Он использовал её, чтобы привести в порядок каждую болезненную и чувствительную часть своего тела и восстановить способность двигаться легко. Только тогда он вырвался из упрямых объятий Хуэй Сина и спустился с кровати, хотя ноги у него все еще дрожали.

Он огляделся и заметил, что его одежда, похоже, осталась у озера. Единственной целой вещью поблизости оказалась черная мантия Хуэй Сина, небрежно брошенная в стороне. Мастер Сюэ накинул её на плечи. Затем он потянулся и снял серьгу, служившую входом в этот мир Достопочтенного Хуэй Сина, положив ее рядом с подушкой. И тогда его взгляд случайно упал на прядь светлых волос, и на мгновение ему ужасно захотелось поднять голову и в последний раз посмотреть на него.

Но мастер Сюэ сжал кулаки и отбросил это желание. Он отвернулся с некоторым трудом и шаг за шагом вышел из комнаты, направляясь к бледному утреннему свету, рассеянному дымкой.

Двор, переживший ночь сильного дождя, все еще был влажным, а разбросанные повсюду лепестки и листья беспорядочно устилали землю.

Их последняя ночь закончилась.

***

В Главном зале секты Тайкунь старейшина Бу Ли, самоотверженно исполняющий обязанности главы секты, всё ещё был завален работой по уши. Стопка бухгалтерских книг на столе перед ним воистину сводила его с ума, и несколько раз он чуть не поджег их от досады. К счастью, Бу Ли сумел сдержаться, решив сделать короткий, и совершенно бесполезный, перерыв, пристально разглядывая упомянутые книги.

Внезапно, словно почувствовав что-то, он резко поднял взгляд, и в его глазах промелькнула искорка надежды.

И действительно, мгновение спустя младший ученик приоткрыл дверь и доложил:

- Старейшина Бу! От горных ворот пришли новости - лидер секты вернулся!

Бу Ли тут же отложил кисть и едва не разрыдался от счастья, подумав, что наконец-то сможет избавиться от этих проклятых бухгалтерских книг. Редкая улыбка тронула его губы, и он с облегчением произнес:

- Лидер секты направляется сюда?

Ученик же неожиданно ответил:

- Лидер секты ничего об этом не сказал, но больше похоже, что он идет к своим покоям, во двор Ло Чжи.

Бу Ли был немного разочарован, но у него не имелось другого выбора, кроме как сказать:

- Четвертый Брат только что вернулся и, возможно, ему нужен отдых. Хорошо, дайте мне знать, если позже появятся какие-либо новости от него.

Он терпеливо ждал, но это ожидание затянулось до самого заката. Сначала он был уважителен к достоинству лидера секты и не хотел показаться слишком грубым, торопя его, но теперь он больше не мог ждать. Бу Ли решил сам отправиться во двор Ло Чжи, чтобы уточнить ситуацию.

Когда он прибыл к дому Сюэ Цяньшао, его встретил старший ученик последнего, Сюй Чжо. И прежде чем Сюй Чжо успел завершить свой поклон, Бу Ли спросил:

- Сюй Чжо, твой учитель здесь?

Сюй Чжо поднял голову, глаза его были красными и опухшими. Хотя Бу Ли и стремился как можно скорее освободиться от дел секты, это зрелище поразило его, и в сердце старейшины зародилось предчувствие беды. Он подумал про себя:

«Мастер секты уже полдня отдыхает во дворе Ло Чжи, не отправив своим людям никаких известий или указаний. Неужели что-то пошло не так?»

Старший ученик ответил:

- После того, как Учитель вернулся и проверил, как дела у Сяо Ши, он поговорил с каждым из нас, своих учеников, по отдельности и дал нам несколько указаний. Он уже покинул двор Ло Чжи.

Бу Ли был ошеломлен этой новостью и выпалил:

- Что? Куда его опять понесло?!

- Учитель сказал, что собирается встретиться с нашим Великим Мастером.

Чем больше Бу Ли слушал, тем страннее казалось ему происходящее. Он озадаченно захлопнул рот... но затем смутно услышал приглушенные рыдания, доносившиеся со двора Ло Чжи. Больше всего они походили на скорбные крики на похоронах.

Это лишь усилило его предчувствие беды.

Тогда Бу Ли поспешил к пещерному жилищу Великого Мастера секты Тайкунь, но обнаружил, что и оно тоже пусто.

Ученик, охранявший вход в пещеру, сообщил:

- Старейшина Бу, лидер секты приходил к Великому Мастеру примерно за благовонную палочку до тебя, но, не найдя Его, несколько раз поклонился и ушел.

Бу Ли, теперь уже несколько раздраженный, поднял брови и спросил:

- Ты знаешь, куда он ушел?!

Ученик слегка отшатнулся от него, но послушно ответил:

- Лидер секты не сказал, но, судя по тому, что я видел, он, похоже, направлялся в долину по ту сторону горы...

Говоря это, ученик повернулся и указал на упомянутую долину. Бу Ли невольно проследил за ним взглядом, и только тогда старейшина впервые заметил, как над долиной, раскинувшейся внизу, собираются густые тяжёлые тучи, медленно кружащие, словно гигантский дракон, вокруг какой-то невидимой отсюда точки. Тучи были освещены разгорающимся на западе багровым закатом, и оттого зрелище выглядело ещё более завораживающим и даже внушало благоговение.

Это были, несомненно, мрачные тучи грядущего Небесного Испытания!