Мастер секты Сюэ не продаёт себя | Глава 48
Глава 48. Столетие грёз (2)
Сюэ Цяньшао продержался еще мгновение, но в конце концов всё-таки сдался. Отвернувшись, он снял с себя нижнюю рубашку, обнажив несколько ран и синяков на спине.
Су Вэньнин закатил глаза, но промолчал и просто продолжил обрабатывать его раны. Теперь к целебной мази он добавил немного собственной духовной энергии, отчего запекшаяся кровь немедленно растворилась, а ссадины и синяки начали понемногу исчезать.
Не видя, что происходит позади него, Сюэ Цяньшао тихо спросил:
Когда Су Вэньнин вдруг заметил, как крепко он сжимает одеяло, напрочь отказываясь поворачиваться, а кончики его ушей предательски покраснели, сердце Третьего Брата дрогнуло. Он осторожно наклонился вперёд, обнял Сюэ Цяньшао сзади и уткнулся носом в тёмные пряди его волос на затылке.
Сюэ Цяньшао вздрогнул всем телом и воскликнул:
- Не кричи так громко. Наши братья живут неподалёку. Если они тебя услышат, то могут подумать, что я тут что-то с тобой делаю.
Лицо Сюэ Цяньшао сейчас же вспыхнуло от смущения и гнева, и он лишился дара речи.
Но Су Вэньнин не стал пользоваться достигнутым преимуществом, просто молча обнял его ещё крепче, тяжело вздохнув:
- Говорят, неразумно тратить свою жизненную сущность на подобное баловство, пока не сформируешь Золотое ядро. Это может навредить твоему совершенствованию. Но... Цяньшао, лучше бы тебе поскорее сформировать его, иначе, боюсь, однажды я не смогу себя сдержать.
Сюэ Цяньшао подумал про себя: «Эй! Можно подумать, что ты сейчас действительно сдерживаешься!» Но вслух он сказал:
- Разве ты только что не говорил мне, что поспешное совершенствование приведёт меня к неприятностям?
Су Вэньнин неохотно ослабил хватку и ответил:
- Я говорю это только ради тебя! Конечно, я могу подождать.
Безмятежно улыбнувшись, он слегка коснулся губами уха Сюэ Цяньшао:
- Когда один человек глубоко любит другого человека, он не стремится отобрать или повредить его крылья. Вместо этого они оба надеются путешествовать вместе, бок о бок, как можно дольше.
Возможно, с первой же встречи с Сюэ Цяньшао Су Вэньнин влюбился в него. Это было словно найти весенний цветок, упрямо растущий на отвесной скале в безлюдной пустыне – упорство Сюэ Яня пленяло его, заставляя задуматься, откуда берётся его сила. Именно поэтому Су Вэньнин и обратил на него внимание изначально, а потом уже просто не смог отпустить.
Су Вэньнин, опомнившись, вдруг сказал:
- Несколько дней назад я получил письмо от своей сестры. Она приглашает тебя присоединиться к нам на новогоднем празднике в честь воссоединения семьи в этом году.
Сюэ Цяньшао, который уже успел одеться, услышав его слова, задумался, а потом спросил:
- Как мы объясним это мужу Цзецзе Чансинь?
Третий Брат беззаботно пожал плечами и ответил:
- Он скромный человек и не станет задавать слишком много вопросов. Скажи только, хочешь ли ты сам пойти туда со мной?
Сюэ Цяньшао наконец поднял на него взгляд и кивнул в знак согласия. Увидев это, Су Вэньнин не удержался и снова нежно обнял его:
- Очень хорошо! Между прочим, в этом году ты сможешь познакомиться с моим младшим племянником.
Прежде чем Сюэ Цяньшао успел что-то ответить, в дверь постучали.
Третий Брат, воспользовавшись своей духовной силой, проверил человека, стоявшего за дверью и сказал:
- Второй Брат не стал бы искать меня по собственному желанию; должно быть, его послал Учитель. Отдохни ещё немного. Я скоро вернусь.
За дверью действительно оказался Второй Брат, который действительно явился сюда по просьбе их Учителя. И, быстро переговорив с ним, Су Вэньнин сейчас же полетел на своем мече к дому последнего.
Старшие и младшие ученики жили в небольшом дворике на полпути к вершине горы. Учитель же проживал отдельно, чтобы не тратить слишком много духовной энергии этой местности, оставив большую её долю на совершенствование своих учеников. Су Вэньнин подозревал, что на то имеется и какая-то другая причина, но никогда не высказывал своих подозрений вслух.
Вход в пещерное жилище Фэн Лу-сяньцзюня выглядел как обычная трещина в скале, настолько узкая, что приходилось протискиваться боком, чтобы попасть внутрь. Тропа, ведущая от входа в глубины пещеры, была извилистой и труднопроходимой. Здесь даже в жилой части было лишь несколько самых необходимых и простых предметов мебели да несколько ковриков для медитации. Место это было пустынным и одиноким, больше напоминавшим временное убежище, чем полноценное человеческое жильё.
Когда Третий Брат вошёл, Фэн Лу-сяньцзюнь сидел, скрестив ноги, на невысокой каменной платформе посреди пещеры, держа в руках нефритовую пластинку.
Слабый дневной свет, проникавший сквозь небольшое отверстие наверху, мягко освещал его лицо, пока он читал. Заметив Третьего Брата, Фэн Лу улыбнулся и тепло сказал:
- Возьми коврик и садись рядом.
Фэн Лу был строен, а широкие даосские одежды лишь подчёркивали его воистину неземную красоту, делая его ещё более похожим на бессмертного небожителя. Однако Учитель не казался хрупким; напротив, от него исходило ощущение непоколебимой стойкости и скрытой силы, словно от пурпурного бамбука, изящного и гибкого. Несмотря на свою надменную осанку, Фэн Лу обладал теплотой, делавшей его доверенным лицом и любимым учителем многих обитателей горы. Его гармоничные манеры и нежная улыбка создавали у окружающих его ощущение, будто они купаются в лучах весеннего солнца.
В секте Цзю Сяо Су Вэньнин уже сталкивался с бесчисленным множеством прославленных бессмертных, но ни один из них не воплощал в себе саму суть слова «бессмертный» так совершенно, как Фэн Лу.
Выразив почтение Учителю, Третий Брат сел рядом с ним на коврик для медитации, как было велено. Фэн Лу протянул руку, и Су Вэньнин, поняв его намерение, вложил в его ладонь свою, чтобы тот мог осмотреть его меридианы и даньтянь.
Убедившись в том, что с Третьим Братом всё в порядке, Фэн Лу с облегчением сказал:
- Хм, основа твоего демонического ядра была полностью уничтожена. Похоже, мы проявили исключительную бдительность, отсекая его при первых признаках возрождения.
Су Вэньнин спокойно кивнул и ответил:
- Поскольку мне посчастливилось начать всё заново, я не хотел, чтобы что-либо, запятнанное демонической энергией, осталось во мне. Я всегда начеку, Учитель, так что у тебя нет причин для беспокойства.
Выражение лица Фэн Лу смягчилось, когда он заметил:
- По правде говоря, даже если бы ты продолжил идти по пути демонического совершенствования, это не стало бы такой уж серьёзной бедой...
Меридианы Су Вэньнина когда-то были переделаны тщательно, цунь за цунем, с помощью темных искусств его бывшего учителя. И теперь демоническое совершенствование для него было куда более легким, чем духовный путь.
Даже золотое ядро, которое он сформировал впервые ещё в секте Цзю Сяо, содержало следы демонической энергии. Хотя он с тех пор покинул секту и начал своё совершенствование заново, ему всё ещё приходилось сохранять бдительность, чтобы не вернуться к старым демоническим привычкам.
- Ты говорил это много раз, Учитель. Я знаю, что ты не имеешь предубеждений против демонического совершенствования. Но я стремлюсь идти по духовному пути и желаю совершенствоваться открыто. Поэтому я не позволю демоническому семени, оставленному Мо Вэем, прорасти. Это мой путь.
Фэн Лу посмотрел на него обеспокоенно, но, впрочем, скоро смирился и негромко сказал:
- Хорошо... но многократное искоренение демонических корней, прорастающих в твоей душе, — это всё равно что выскребать гниющую кость. Если боль станет невыносимой, не забудь сказать мне. Возможно, мы найдём другой способ помочь тебе.
Су Вэньнин медленно кивнул, на мгновение спрятав глаза, а потом с лёгкой улыбкой произнёс:
Фэн Лу протянул руку и нежно погладил его по голове, улыбаясь:
Су Вэньнин же в тот момент действительно чувствовал бесконечную благодарность за заботу и защиту старшего – доброту, которую он никогда раньше не получал. Фэн Лу, казалось, не осознавал глубины этого чувства, а Третий Брат не стал объяснять.
Вместо этого он спрятал чужое тепло глубоко в своем сердце.
- Однако причина, по которой я позвал тебя сегодня, совсем другая.
Третий Брат не удивился, услышав это. Обыкновенно Учитель проверял его меридианы каждые десять дней, и время ещё не пришло. Невольно заинтересовавшись, он почтительно сложил ладони чашечкой и сказал:
- Этот ученик внимательно слушает.
Фэн Лу посмотрел на него как-то странно, а затем внезапно сказал:
- Цяньшао ещё молод. Не дави на него слишком сильно... И ваша близость с ним должна иметь свои границы.
Су Вэньнин слегка удивлённо поднял голову. Даже несмотря на своё обычное спокойствие, прямое обращение Учителя к этой теме заставило его на мгновение растеряться, и его взгляд дрогнул от редкого чувства неловкости.
- Я верю, что ты знаешь свои пределы, и совершенно очевидно, что вас двоих связывает общая судьба.
Однако вы оба ещё очень молоды, полны энергии и страсти, и неизбежно, что... ну. Могу лишь напомнить тебе, что Цяньшао не должен сформировать своё Золотое ядро слишком рано. Лучше всего отложить это до ста лет; иначе последствия будут плачевными.
Услышав это, Третий Брат нахмурился. Подавив тревогу в сердце, он спросил:
- Учитель имеет в виду, что ему опасно формировать Золотое ядро раньше времени из-за его семьи?..
Фэн Лу был немного озадачен его вопросом, но всё же ответил:
- Я не могу раскрыть тебе слишком много, но это действительно связано с его семьёй. На пути к бессмертию нет ничего опаснее нерешённых кармических долгов или обид, принесённых из мира смертных. Если они слишком глубоки, то непременно приведут к тяжкому греху и ещё большим обидам. При формировании Золотого ядра испытания Дао станут необычайно суровыми. Вот почему его совершенствование не должно продвигаться слишком быстро.
Третий Брат действительно слушал очень внимательно, но объяснение Учителя показалось ему не совсем ясным. Он уже собирался задать следующий вопрос, но Фэн Лу остановил его, подняв руку:
- Я знаю, что ты заботишься о Цяньшао, но мне не следует раскрывать его тайны. Если он решил не говорить тебе об этом, я буду уважать его желание. Когда же он захочет довериться тебе, конечно, ты всё узнаешь.
На обратном пути Су Вэньнин всё ещё размышлял о словах Учителя. Как же теперь узнать обо всём, что скрывает Сюэ Цяньшао?..
Третий Брат знал, что тот действительно иногда надолго погружается в воспоминания, становясь невозможно молчаливым и замкнутым. Су Вэньнин не мог видеть его таким, поэтому во время одной из поездок в город под горой купил ему гуцинь. С тех пор, всякий раз, когда Сюэ Цяньшао чувствовал тоску, он находил тихое место, чтобы поиграть на нём в одиночестве и покое. Хотя он по-прежнему не разговаривал, мрачные созвучия циня стали для него новым способом выговориться – по крайней мере, они не позволяли ему всё держать в себе и мучиться бесконечно.
Иногда Су Вэньнин следовал на звук и оставался рядом с ним, но лишь молчаливо поддерживал его, устроившись рядом и не находя в себе смелости спросить о том, что гложет сердце Сюэ Цяньшао.
К тому времени, как Третий Брат вышел из пещеры, небо вокруг уже потемнело. Луна ещё не взошла, и звёзды, рассыпанные по небосводу, ярко сияли. Под этими звёздами кто-то ждал его.
Возможно, Сюэ Цяньшао волновался за него, а может, просто задумался о чём-то своём во время столь долгого ожидания в одиночестве. Сейчас его глаза были темны, как глубины ночного леса, скрытые густой листвой, не пропускающей ни единого лучика света.
Су Вэньнин хотел просто сказать ему:
- Если тебя что-то тревожит, расскажи. Я готов это выслушать.
Но ему вдруг подумалось, что такие слова прозвучат у него слишком легкомысленно, слишком беспечно.
Он не боялся принять на себя тьму во взгляде Сюэ Цяньшао; он боялся, что Сюэ Цяньшао отмахнётся от его слов, посчитав их незначительными, и ответит лишь неловкой улыбкой.
Захваченный вихрем мыслей, Третий Брат слишком долго стоял на месте. Сюэ Цяньшао наконец увидел его и, заметив беспокойство на его лице, поспешил спросить:
- Почему Учитель так долго разговаривал с тобой? Тебя снова отругали?
Су Вэньнин выдавил из себя рассеянную улыбку и ответил:
- Ты когда-нибудь видел, как Учитель ругает кого-нибудь?
Сюэ Цяньшао помедлил, прежде чем согласиться:
- ...Это правда. Тогда... что же произошло?
Су Вэньнин снова улыбнулся, взяв его за руку, и, пока они спускались с горы, беспечно ответил:
- Ничего. Совершенно ничего не произошло. Учителю просто нужно было многое сказать мне, раз уж я вот-вот сформирую своё Золотое ядро заново.
С этими словами он молча решил в глубине души:
«Независимо от того, произнесено ли это обещание вслух, оно всё равно останется верным. Что бы ни случилось, я буду защищать Сюэ Цяньшао всеми способами, доступными мне».
Однако для этого ему нужно было ускорить своё собственное совершенствование и убедиться в том, что он сам никогда больше не вернется на свой старый, демонический путь.
В горах не было ощущения времени; в мгновение ока пролетела почти сотня лет. В течение этого столетия они вдвоем пережили бесчисленное множество времён года. Фэн Лу-сяньцзюнь проводил всё больше времени в уединении, выйдя из своей пещеры лишь раз, пятьдесят лет назад, чтобы принять пятого ученика. Хотя бессмертных на горе Тайкунь по-прежнему было немного, секта их постепенно завоевывала всё более широкое признание, что, конечно, вызывало некоторое недовольство в других сектах.
К счастью, старший ученик, Хань Цзиюэ, сформировал свою Зарождающуюся Душу ещё до того, как достиг возраста двухсот лет, благодаря глубокому совершенствованию и мастерскому владению мечом. И потому даже лживые слухи о кончине основателя секты, Фэн Лу-сяньцзина, не вдохновили ни одного завистника на захват горы Тайкунь.
Именно в это время Третий Брат успешно восстановил своё Золотое ядро и вскоре прославился в мире заклинателей как непревзойдённый мастер меча. Разумеется, бессмертные секты были вынуждены в конце концов отправить ему приглашение на очередное собрание Багрового Меча, и мастер Сюэ был приглашён вместе с ним.
Хотя совершенствование последнего продвигалось не слишком быстро, он всё же достиг поздней стадии Зарождения Основы и всё ещё искал свою уникальную технику меча. Сюэ Цяньшао постоянно чувствовал, что его фехтованию чего-то не хватает. И вот после долгих обсуждений они договорились вместе отправиться на собрание мастеров Багрового Меча в надежде найти там решение.
Су Вэньнин зажёг лампу в комнате постоялого двора и сказал:
- Ты кажешься немного беспокойным. Что-то случилось?
По пути на собрание они проехали через несколько поселений, где жили самые обычные земледельцы. Днём они глазели на смертных, а на ночь останавливались в гостиницах.
Праздник середины осени уже прошёл, и ночной ветерок стал холодным. Третий Брат пошёл закрывать окно.
Сюэ Цяньшао, одетый в светло-голубое нижнее одеяние, лежал на кровати, рассеянно листая книгу. Он просто коротал время, не уделяя ей должного внимания. Услышав вопрос Су Вэньнина, он поднял взгляд и ответил:
- Не знаю пока... Просто мне немного тревожно, как будто вот-вот случится что-то плохое.
Взгляд Сюэ Цяньшао дрогнул. Затем он опустил ресницы и мягко улыбнулся:
- Может быть, это потому, что я близок к прорыву. Я изо всех сил пытаюсь понять цель своего меча, но всё время не дотягиваю, и это меня беспокоит.
Су Вэньнин помолчал немного, а затем пробормотал:
- ...А что, если нам пропустить это дурацкое собрание?
Если подумать, время действительно казалось немного неподходящим для подобных предприятий. Возраст Сюэ Цяньшао приближался к вековой отметке, о которой говорил их Учитель, и он был на грани формирования своего Золотого Ядра. Но ему ещё предстояло пройти долгий путь, что всё больше беспокоило Су Вэньнина.
Сюэ Цяньшао беспомощно пробормотал:
- Мы уже прошли больше половины пути. Было бы жаль не достигнуть цели. Ты и правда думаешь повернуть обратно к горе?
Однако Третий Брат ответил с несвойственной ему серьёзностью:
- Почему нет? Если ты действительно чувствуешь, что что-то не так...
Сюэ Цяньшао покачал головой и поспешно сказал:
- Забудь. Возможно, я просто слишком много думаю. К тому же, совершенствование — это и есть вызов естественному порядку вещей. Такая нерешительность и осторожность не в духе бессмертных. Просто забудь, что я сказал.
Третий Брат колебался, желая сказать что-то ещё, но в конце концов только вздохнул. Он сел на край кровати и нежно обнял Сюэ Цяньшао:
- Какое это имеет значение, если это не совпадает с твоим собственным путём? Путей к Дао бесчисленное множество. И нет единственного верного для всех. Какой бы путь ни выбрал ты, я пойду по нему вместе с тобой и буду защищать тебя.
Сюэ Цяньшао отложил книгу и осторожно обнял его в ответ. Мерцающий свет лампы отразился в глазах мастера Сюэ.
Третий Брат говорил подобное не в первый раз, но Сюэ Цяньшао почему-то не решался воспринять это слишком серьёзно. С тех пор, как он присоединился к бессмертным на горе Тайкунь, жизнь вокруг стала на редкость мирной, и их связь с Третьим Братом неуклонно крепла, словно вино, медленно нагревающееся на огне. Однако Сюэ Цяньшао чувствовал, что вся эта любовь и бесконечная красота вокруг – словно песчинки, ускользающие сквозь пальцы, – удержать их невозможно.
Но, конечно, он ничего не сказал об этом Третьему Брату, а лишь тихо ответил: «Хорошо», прежде чем закрыть глаза.
Проведя столько лет вместе с ним, Су Вэньнин прекрасно понимал, какое сомнение таится в глубине сердца Сюэ Цяньшао. Но он тоже промолчал, лишь крепче обняв его.
Внезапный порыв ветра, принёсший леденящий шёпот осени, снова распахнул полуприкрытое окно. Холод просочился в комнату, и словно проник между ними. Какими бы тёплыми ни были объятия, снаружи становилось всё холоднее.