"Мастер секты Сюэ не продаёт себя" (глава 66)
Глава 66. Церемония Зарождающейся Души
Достопочтенный Демон тихонько хмыкнул, затем уткнулся носом в шею мастера Сюэ и сказал:
- На самом деле, всё это не так важно, как время, проведенное с тобой. Ты веришь мне?
Сюэ Цяньшао на мгновение затаил дыхание...
«Ты что, думаешь, я совсем сошёл с ума?!
В конце концов, не выдержав больше, он оттолкнул Демона и сказал:
- Я не посмею задерживать Достопочтенного.
Честно говоря, мастер Сюэ был весьма озадачен. Очевидно, Хуэй Син намеревался совершить свою месть на глазах у всех во время Церемонии Зарождения Души. Хотя Сюэ Цяньшао и не знал, что именно задумал этот Демон, нынешний поразительно беззаботный вид последнего вряд ли говорил о глубоко укоренившейся ненависти. Он больше походил на тиранического правителя, немного заскучавшего в своём сумрачном логове и теперь, получив законный повод, намеревавшегося ни в чём себе не отказывать.
Подозревал ли Чу Минъюань о том, что в тот злополучный день он собственноручно подписал вовсе не приглашение для сумасбродного старейшины Су, а смертный приговор для всей своей секты?
Достопочтенный, наверное, радовался как ребёнок, читая традиционное «Наш дом очень скромный, но мы будем рады видеть Вас».
Однако ещё более диким и несуразным был тот факт, что именно он, Сюэ Цяньшао, сам привёл этого демона в царство бессмертных, притворяясь, что даже не подозревает о том, что должно произойти.
Воистину, это лишний раз показывает, насколько непредсказуемой может быть судьба.
После долгой паузы мастер Сюэ мрачно вздохнул и сказал:
- Неужели мне действительно ничего не нужно делать?
Хуэй Син, улыбаясь так, будто приготовил для него потрясающий подарок, тут же ответил:
- Я уже говорил, тебе просто нужно будет на это посмотреть. Больше ничего.
Однако эти слова были подобны слабому, зловещему аромату лилий, доносящемуся издалека, несущему леденящий душу, убийственный запах, который вызывал тревогу...
Несмотря на все недобрые предчувствия мастера Сюэ, Церемония Зарождения Души бессмертного Фэн Сяна состоялась, как и было запланировано, ровно два дня спустя, а вскоре после этого последовала Церемония Разделения Дао с бессмертной Си Яо. Оба события свершились в один и тот же день и в одном и том же месте.
Союз, заключаемый двумя бессмертными мастерами, несколько отличается от обычного брака между простыми людьми. Благоприятный Облачный Зал, где проходили церемонии, был украшен богато, но подчёркнуто просто, отчего и само торжество казалось довольно сдержанным.
В этот день редкие духовные цветы и травы расцветали по всей горе и окрестным полям, в распахнутые окна врывались голоса не менее редких духовных птиц, приносящих большую удачу одним своим присутствием поблизости. Высокие стены древнего зала были так щедро задрапированы демоническим шёлком и русалочьей марлей, что за всем этим искрящимся великолепием с трудом можно было рассмотреть поистине внушительные сцены из великого прошлого секты Цзю Сяо, изображенные с искусством, почти недоступным для человека. На тканях же были вышиты бесчисленные магические знаки, направляющие поток духовной энергии в зале.
Можно было смело сказать, что каждый предмет здесь был неслыханным по мощи и красоте артефактом. Впрочем, подобный подход к любому торжеству довольно распространен в мире совершенствования, ибо символизирует, что всё происходящее здесь праведно и справедливо и находится под покровительством Небесного Дао.
Войдя в главный зал, мастер Сюэ, непривычный к такой «даосской скромности и простоте», едва не ослеп и невольно замер на мгновение посреди длинного малинового ковра, богато расшитого облачными узорами.
Когда же зрение и рассудок вернулись к нему, он обнаружил прямо перед собой широкую лестницу, ведущую на небольшое возвышение, предназначенное, надо думать, для гостей, особенно дорогих сердцу Чу Минъюаня. Вероятно, для того, чтобы ещё сильнее подчеркнуть их почти богоравный статус, в расписном потолке прямо над почётными местами находилось огромное световое окно, и ослепительный солнечный свет лился через него, поблёскивая на мерцающих чешуйках русалочьей марли, полотнища которой тянулись до самого пола.
К большому удивлению Сюэ Цяньшао, оказалось, что одно из мест на этом помосте для небожителей предназначалось именно для него. Хотя оно и находилось в самом углу, это было всё же лучше, чем то, что выпало на долю обычных гостей, которым пришлось две церемонии подряд наблюдать стоя.
Невольно мастер Сюэ задался вопросом, в чью светлую голову пришла идея принять его в качестве почётного гостя. Позаботился ли об этом сам Чу Минъюань, по старой дружбе и втайне от остальных фракций секты Цзю Сяо, или же, наоборот, это все остальные фракции секты просто не посмели проигнорировать мастера Сюэ, узнав о достижении им стадии Зарождающейся Души?
Сам же Чу Минъюань здесь, конечно, тоже присутствовал, представляя высшее руководство секты, но сидел в другом конце зала, наблюдая за происходящим в сопровождении двух или трех личных учеников.
Как ни странно, Церемония Зарождающейся Души прошла вполне упорядоченно и мирно. Фэн Сян, облаченный в одеяния Старейшины Зарождающейся Души Секты Цзю Сяо, торжественно и чётко выполнил все положенные ему ритуалы. В их число входили принесение жертв предкам Секты Цзю Сяо и перемещение пламени его души в более величественный новый светильник, что наглядно символизировало его перерождение внутри секты и формальное восхождение в ранг Бессмертного Старейшины Зарождающейся Души.
Пожалуй, самым спорным моментом Церемонии стало вручение посоха. Все старейшины Зарождающейся Души секты Цзю Сяо получают посох, который обычно передается новоназначенному старейшине его учителем или главой секты, если учитель к тому времени уже умер.
Однако посох Фэн Сяну передал не кто иной, как Мо Вэй. Одетый в багряную мантию с горящими на солнце золотыми узорами, он, скрывая свою надменность, почтительно вложил скипетр в руки Фэн Сяна, который стоял на коленях, склонив голову.
Однако присутствующие, казалось, не обращали внимания на некоторую странность происходящего, словно это было совершенно естественно. Даже Чу Минъюань лишь приятно улыбнулся и сдержанно поаплодировал, и, естественно, никто не задал ни единого вопроса, тем более никто не поинтересовался местонахождением истинного учителя Фэн Сяна, Бессмертного Старейшины Цинмина.
Таким образом, Церемония Зарождающейся Души, по-видимому, завершилась без каких-либо серьезных происшествий. Торжественные звуки колоколов постепенно стихли, и после того, как отзвучал последний удар, музыканты по обеим сторонам зала начали играть нечто более мелодичное и крайне трогательное. И тут же атмосфера вокруг изменилась, Облачный Зал наполнился чувством радости и приятным волнением.
Красивое лицо Фэн Сяна заметно расслабилось. Он повернулся, чтобы посмотреть на вход в главный зал, на его лице играла мягкая, полная ожидания улыбка.
Сюэ Цяньшао был слегка озадачен. Он внезапно осознал, что, каким бы неприятным по сути своей человеком ни был Фэн Сян, его чувства к бессмертной Си Яо были искренними.
Подумав об этом, мастер Сюэ почему-то почувствовал себя немного неловко. Он повернул голову, внимательно осматривая каждый уголок зала. Даже после того, как распорядитель объявил о прибытии невесты, мастер Сюэ так и не смог найти никаких следов Хуэй Сина.
Единственным, кто, вероятно, разделял его тревогу, был Линь Ци, который внимательно наблюдал за ним сзади. Он осторожно наклонился и прошептал:
- Лидер секты, Церемония Зарождающейся Души благополучно завершилась. Не желаете ли Вы покинуть Облачный Зал?..
Сюэ Цяньшао слегка нахмурился, но наконец покачал головой и ответил:
- Уходить сейчас, возможно, будет большой ошибкой. Давай подождем ещё немного.
Линь Ци ничего не оставалось, как скрыть своё разочарование и снова натянуть на лицо вежливую улыбку.
Тем временем, невеста уже вошла в Облачный Зал. Бессмертная Си Яо, вошла во дворец одна, излучая поразительное изящество, а ее свадебное платье делало ее похожей на неугасимое пламя чье-то души.
В отличие от обычных женщин, она надела лишь тонкую красную вуаль, закрывавшую её лицо лишь символически. И это не только добавило загадочности ее образу, но и дало всем собравшимся приятную возможность увидеть её очаровательную улыбку.
Под множеством пристальных взглядов бессмертная шаг за шагом прошла через весь зал и встала рядом с Фэн Сяном.
После этого под руководством распорядителя была совершена церемония трех поклонов.
Сюэ Цяньшао не знал, что и подумать.
«Что, чёрт возьми, происходит?! Вернее, почему, чёрт возьми, как раз-таки ничего не происходит?»
Но именно в тот момент, когда двое бессмертных уже собирались выпить свадебное вино, царящее в Облачном Зале благолепие внезапно разрушил резкий металлический звук, многократно усиленный эхом. Оказалось, что золотая винная чаша упала на мраморный пол и свадебное вино растеклось зловеще-багровой лужицей.
Фэн Сян, выронивший свою чашу, отшатнулся от невесты, словно от привидения, и сказал:
- Ты не Си Яо... Кто ты такая?
Невеста прикрыла рот рукой и улыбнулась ещё очаровательнее, чем раньше; золотые заколки и кисточки в ее волосах дрожали и разбрасывали вокруг крошечные искорки.
- О! Правда?.. Но разве вы меня не узнаете, господин?
Пока толпа ахала и охала, пытаясь осознать такой поворот событий, внезапно в самом центре Облачного Зала опустилась невидимая завеса, отгородив старейшину Фэн Сяна и женщину в красном от обеспокоенных зрителей. Сюэ Цяньшао почувствовал, как по спине пробежал холодок. Стало быть, вот и началось то, чего он так ждал, хотя и надеялся втайне, что Достопочтенный Демон всё же передумает.
А ещё он вдруг понял, что голос невесты ему очень знаком.
Первоначальное потрясение Фэн Сяна сменилось яростью. Он призвал свой духовный меч, направил его на женщину в свадебном платье и сердито закричал:
- Где Си Яо? Что ты с ней сделал, демон?
Невеста оставалась совершенно спокойной. Она грациозно сняла вуаль и снова улыбнулась ему как родному:
- Не волнуйся так, с ней всё в порядке. Она погружена в прекрасный сон о свадьбе со своим возлюбленным. Но неужели мой муж настолько бессердечен и жесток, что не узнал меня?..
Когда вуаль была снята, Сюэ Цяньшао наконец вспомнил. Женщина в красном была точной копией госпожи Хуай Сян и внешне, и по голосу. Но... Как это возможно?
Вероятно, в тот же миг и Фэн Сян что-то вспомнил. Он настороженно оглядел свою «невесту», а затем внезапно замер, словно узнав её.
Воспользовавшись его молчанием, женщина спокойно подошла к нему ближе и тихо сказала:
- Господин, неужели Вы не помните? Тогда, во дворе Хунлуань, как Вы могли подойти ко мне под видом моего младшего брата? Как Вы могли обещать привести меня в царство бессмертных? Только это, говорили Вы, спасёт нашу взаимную любовь и связь между мной и моим братом?
Женщина помолчала немного, а затем грустно улыбнулась:
- Теперь мы наконец-то муж и жена, преклонившие колени перед небом и землей. Довольны ли Вы, господин?
Кажется, Фэн Сян наконец понял, что происходит, и взревел:
- Это всё клевета! Кто ты такая, и зачем ты идёшь на такие крайности, чтобы подставить меня?!
Невеста осталась невозмутимой, лишь тихонько, печально рассмеялась:
– Мой муж снова собирается меня убить?
В ярости Фэн Сян действительно взмахнул мечом и закричал:
Невеста, казавшаяся такой хрупкой, с лёгкостью увернулась от его клинка. Ее взгляд внезапно стал жутким, и она отчетливо произнесла:
- В тот день ты отвел меня в уединенное место для разговора, но потом попытался изнасиловать меня на глазах у моего собственного брата. Только тогда я поняла, что ты задумал на самом деле! С самого начала и до конца ты хотел лишь использовать меня, чтобы свести моего брата с ума!
Как только она сказала это, её тонкая рука легонько скользнула по лезвию меча, позволив коже рассечься. Потекла кровь.
Женщина смотрела в глаза Фэн Сяна, не отводя взгляда ни на мгновение.
- Господин, Вы еще помните, как этот меч убил меня?
Кончиками пальцев она осторожно коснулась клинка и аккуратно приставила его остриё к своей собственной шее.
- Что ж... Сегодня я излила свои обиды в этом прекрасном зале и больше ни о чем не жалею. Господин, Вы можете убить меня снова!
Фэн Сян не хотел двигаться, пока женщина смотрела ему в глаза, он словно был околдован. Воспоминания многолетней давности захлестнули его, совершенно слившись с развернувшейся перед ним сценой, и в его сердце вновь вспыхнула жгучая ненависть.
Он уже не помнил имени этой женщины; он знал лишь, что каждый раз, когда видел это лицо, его ревность и ненависть неудержимо нарастали.
Бессмертный старейшина Фэн вдруг зарычал, как сумасшедший:
- Су Вэн Нин, Су Вэн Нин! Это всё твоя вина! Если бы не ты, твоя собственная сестра не умерла бы! Всё это произошло только из-за тебя! А теперь ты приходишь ко мне, требуя справедливости? Ты сам навлек на себя всё это!
Теперь уже все присутствовавшие в зале даосы и старейшины секты Цзю Сяо, поднялись, их лица побледнели. Они больше не могли сидеть сложа руки, но только сейчас поняли, что никто из них не может пробить пространственный барьер, возникший в центре Облачного Зала. И тогда они немедленно отправили своих учеников за помощью к Истинному Мастеру Цинмину.
Однако и эта затея не принесла никакой пользы. Все ученики, выбежавшие из зала, сейчас же рухнули на землю, и никто из них не избежал ранений. Все они были отброшены назад еще одной невидимой преградой.
Что касается почётных гостей Чу Минъюаня, те оставались спокойными и отстраненными, как будто происходящее ничуть их не касалось. Хотя это дело и было огромным скандалом для Секты Цзю Сяо, вряд ли оно могло как-то повлиять на них. А раз уж им представили такое небывалое зрелище, почему бы и не полюбопытствовать? Поэтому все они просто неторопливо перешептывались между собой о разворачивающемся фарсе, и никто даже не подумал протянуть старейшине Фэну руку помощи.
Фэн Сян же, казалось, совсем потерял рассудок и начал рубить невесту мечом, то и дело выкрикивая «Су Вэн Нин!». Невеста, весело хохоча, уворачивалась и, упорно называя его мужем, рассказывала, как замечательно они вдвоем теперь заживут.
- Ну вот, теперь совершенно другое дело, – пробормотал Линь Ци, явно довольный.
Сюэ Цяньшао, беспокойно оглядывая зал, вдруг услышал, как гость рядом с ним тихо спросил:
- Кого так упорно зовет этот бессмертный господин Фэн? Если кто-нибудь из уважаемых даосов знает подробности, пожалуйста, просветите меня?
Оказавшийся поблизости старейшина из секты Дан охотно ответил ему:
- Кажется, я припоминаю, что Су Вэн Нин когда-то был одиннадцатым учеником бессмертного господина Мо Вэя.
- Ученик мастера Мо Вэя? Значит, он и старейшина Фэн действительно были знакомы? Но как же так вышло, что они стали врагами? И, если уж на то пошло, где он теперь? Господина Су, похоже, нет в зале?
- О! Я, конечно, не знаю, как эти двое изначально поссорились, но могу предположить. Разве мастер Мо Вэй не усыновил бессмертного Фэна давным-давно? Су Вэн Нин же присоединился к школе Мо Вэя несколько лет спустя. Они примерно одного возраста, но господин Су был исключительно талантлив. Он обрёл свое Золотое Ядро, не достигнув и двадцатилетнего возраста, поэтому, должно быть, пользовался большим уважением у мастера Мо Вэя. А в молодых людях, знаете ли, как правило, силён дух соперничества…
Старейшина из секты Дан сделал недолгую, но очень значительную паузу, а затем продолжил:
- Что касается теперешнего местонахождения господина Су, я действительно понятия не имею. Однако он не первый ученик мастера Мо Вэя, пропавший без вести.