Evan France Merkel
— Занимает позицию вратаря и играет под 6 номером
— История Эвана начинается с эмиграции родителей из Германии в США ввиду поиска лучшей жизни, прежде всего стабильного заработка. Несмотря на это желание, Франц Меркель, отец Эвана, искал достойную работу несколько лет, на протяжении которых семья бедствовала, скитаясь по дешевых студиям и питаясь SPAM’ом. Трудности трудоустройства заключались скорее в недостаточном уровне английского языка, а не отсутствии образования или смекалки. Именно тогда, в момент денежного кризиса, не везет родиться Эвану — с его появлением на свет дела начали только ухудшаться, ибо ребенок требовал и отнимал огромное количество материальных и эмоциональных ресурсов. Мать, Патриция, погрузилась в затяжную послеродовую депрессию. Семья начала сводить концы с концами и пытаться выжить.
В итоге Франц все-таки устраивается в строительную компанию, сначала на должность разнорабочего, затем постепенно поднимается по карьерной лестнице вверх и занимает одну из высших должностей. На тот момент, когда заработок отца дал всей семье возможность дышать полной грудью, Эвану было три года. Он был абсолютно неуправляемым ребенком, вихрем эмоций, сносящим всех вокруг. В частном детском садике на него смотрели свысока — несдержанный, эмоциональный и невоспитанный мальчик казался ровесникам бедственной стихией. Но даже этот факт не останавливал маленького Эвана прекращать попытки влиться в общество. К поступлению в младшую школу он стал коммуникабельным и общительным ребенком, все еще с пропеллером во всевозможных местах. Для того, чтобы поддерживать тонус его энергии, родители решают записать сына на кружок хоккея при школе, где, как оказалось, Эван был самым младшим, вместе с тем достаточно неуклюжим, но очень уверенным.
Хоккеем мальчик занимается вплоть до четырнадцати лет, а потом его эмоциональное состояние начинает стремительно ухудшаться и мешает как спортивному, так и личностному развитию. Он стал апатичным и отстраненным подростком, проваливался в сон на целый день, перестал посещать уроки и тренировки, полностью забил на гигиену. Тогда Эван был на грани масштабного конфликта с родителями, если бы имел возможность спорить, а не лежать камнем в кровати, даже не воспринимая шум, что до него пытаются донести. Полгода он существовал именно так — без мыслей, интересов, растеряв только начавшую формироваться личность. Мать все же настояла на одноразовом визите к психологу чтобы убедиться, что это подростковое, но вместо этого их развернули к психиатру с подозрением на СДВГ, тревожные расстройства или БАР.
В пятнадцать беды с башкой начали подтверждаться ввиду собранных анамнезов, ему было прописано лечение. Таблетки вошли в повседневную рутину и в большинстве своем подавляли маниакальные и депрессивные эпизоды, поэтому к семнадцати годам Эван полностью вернулся в хоккей, однако достаточно продолжительно возвращал былую репутацию на льду.
Накануне девятнадцатого дня рождения Меркель получил травму, из-за который ушел из спорта уже во второй раз, и теперь необходимость получить высшее образование стала острее. Эван поступил в университет Пальметто, где фактически мог начать жизнь с чистого листа, скрывая факт биполярного расстройства. Однако из травмы вытекало следующее — он перестал принимать таблетки, начав погружаться в длительные маниакальные эпизоды, на протяжении которых подсел на колеса, несовместимые с курсом лечения. Он попадал в тюрьму за мелкое хулиганство и вандализм в нетрезвом виде, единожды была назначена домашняя химия на несколько месяцев при присутствии смягчающих обстоятельств в виде психического расстройства.
Эван вновь начал пить таблетки, его состояние постепенно приходило в относительную норму. Он перешел на заочное обучение, и как только смог выйти в люди — пришел в местную спортивную команду экси, где занял привычную позицию вратаря.
Многочисленные мелкие травмы на протяжении игры за Лисов Пальметто начали сильно сказываться на его здоровье. Его преследовала хроническая боль коленей из-за нестабильности сустава с повреждением связок. Вместе с тем Эван мог позволить себе пропустить прием медикаментов, и его настроение, в том числе эффективность на тренировках, скакало от «очень хорошо» до «невозможно плохо». К двадцати четырем годам Меркель начал достаточно наплевательски относиться к здоровью и все чаще пропадать в клубах, закидываясь или коньяком от ноющих ощущений суставов, или белым порошком для веселья. Ночные вылазки продолжились, но теперь ему было что терять — стабильное место в команде. Увы, так и случилось, и Эван покинул клуб, отправившись в психдиспансер для лечения зависимости — на протяжении всей учебы он часто злоупотреблял наркотическими веществами.
В двадцать шесть, после удачной реабилитации, он вернулся, заявив о себе как о опытном и надежном (что, конечно, далеко не факт) игроке с хорошо развитыми командными навыками.
О, Эван — настоящий сумбур — уверенный, яркий, талантливый, но со своими недостатками.
Меркель сияет в обществе, чувствуя себя максимально комфортно в окружении людей. Он легко расположит к себе и старушку, и подростка, заговорив зубы с таким профессиональном умением и харизмой, что к нему обязательно обратятся еще раз за советом или просто добрым словом. Аура, исходящая от Эвана в его лучшие дни, дает понять, что рядом ним кто угодно будет в безопасности. Он очень добр и непредвзят к окружающим, и это чувствуется настолько, что в общественных местах к нему подходят минимум раз в день, интересуясь дорогой или наличием зажигалки. С ним просто, с ним не надо напрягаться, много думать, потому что смотришь и понимаешь: этот человек знает мир лучше тебя, а даже если нет, он сообразит что делать в любой ситуации. Даже если его засунуть на другой конец света, даже если похоронить заживо — он отнесется ко всему без паники, чересчур позитивно и активно соображая следующие шаги. Эван не думает наперед, но он чертовски хорош, когда дело касается импровизации. Это делает его «хамелеоном» — человеком, подстраивающимся к окружающей среде. Даже если все вокруг на взводе, обычно Меркель именно тот, кто убедит компанию держаться на плаву без лишнего волнения всего несколькими словами.
Он эмпатичен и харизмой повышает доверие к своей персоне. Эван очень хорошо видит грань между «мне нужна помощь» и «оставьте меня в покое», поэтому когда все ведет к первому варианту — он находит нужные фразы и доносит информацию в легкой подаче, так, как поймет даже семилетний ребенок. Его шутки так же превосходны, но не сколько из-за самой формулировки, черноты или иронии, сколько из-за вложенной в них энергии, поэтому Эвану не предоставляет трудностей влиться в новую компанию как только он вошел в помещение — оно сразу же заполняется его природным обаянием. Благодаря этому Меркель способен действовать на окружающих особым образом и восприниматься в обществе одаренным.
Несмотря на то, что Эван теплый и приятный человек, в моменты периодической эмоциональности он неприятен — склонен повышать голос, гиперболизированно указывать на случайные промахи, агрессировать и в принципе своей яростью пугает, ибо обычный его образ кардинально отличается от этого. Такие всплески начинаются внезапно, но длятся недолго и вскоре Меркель приходит в себя, особенно если сделать замечание. Через несколько минут он ведет себя так, будто ничего не случилось. Он избегает разговоров о своих психических, в том числе и жизненных проблемах, но не так, будто начнет кусаться, стоит кому-то завести диалог об этом, а просто предпочитает умалчивать. Поэтому если у него спросить что на личном плане — Эван отнесется со спокойствием, таким же, как относится ко всему.
Ввиду возраста он видел жизнь, видел сильных в горе, видел слабых, неожиданно проявивших смелость, видел богачей на мели и обогатившихся бедняков.
Меркелю неинтересны грешки остальных до тех пор, пока с ним не поделятся или тогда, когда он сам не заведет разговор — он научился быть понимающим и терпеливым, хотя кажется активным, иногда чересчур самоуверенным или немного жестким. Эван не гонится за всеобщим признанием, славой или высокой репутацией, и это делает его привлекательным. Он умеет быть собой, порой все же надламываясь, но все еще вдохновляет выкручивать недостатки на сто, делать из них преимущества, а не прятать.
Меркель — настоящий командный игрок. Ему важна сплоченность и собственная расположенность к остальным Лисам, поэтому Эван приложит все усилия, чтобы быть понятым и понять. Он, несмотря на бзики и огромный круг общения, находит время для всех, кому, по его мнению, оно необходимо. И он так же находит минутку для себя, чтобы продолжать быть звездой компании. Девиз Меркеля: «не жалейте, не скрывайте. Рискуйте».
Блондин с удлиненной стрижкой чуть ниже ушей; голубые глаза, практически лишенные заметного цветного пигмента, потому кажущиеся серыми; небольшой прямой нос, гармонично вписывающийся в общий портрет; долговязая фигура с длинными конечностями и торсом, не слишком большое количество мышц, но относительно стандартного человека атлетичное телосложение. Его глаза обычно хитро сощурены, губы — сжаты в ухмылке, и это придает образу некоторой наглости в пределах разумного. У Эвана немного кривые зубы, присутствуют клыки и это заметно, когда он улыбается продолжительное время. Тогда так же хороши заметны его ямочки.
У него есть несколько татуировок, парочку глупых, остальная половина — с глубоким вложенным смыслом. Пирсингами похвастаться не может — имеет всего один прокол мочки уха.
09. Дополнительная информация.
— Эван максимально уважительно относится к фанатам, но старательно избегает журналистов. По его мнению — люди, связанные с этой сферой, невежливые и непредсказуемые.
— У него есть проблемы с речью в виде картавости — на обоих языках, английском и немецком, звук «р» выходит слишком мягким, будто он эту букву вот-вот произнесет, но в последний момент проглатывает.
— Эван предпочитает документальную литературу, а так же любит психологические хорроры, чтобы наверняка выйти из ремиссии. Читает он чаще, чем берется за телефон, поэтому ему лучше звонить.
— Он тактилен, но не бешено — если увидит, что дотронуться можно, дотронется, а потом перейдет на постоянные касания. Иногда, конечно, может наглеть.
— Курит и сигары, и сигареты, и кальян. В общем всё, что убережет его от наркотиков или отказа от таблеток.
— Крайне высокий болевой порог. Эвана не беспокоит боль достаточно долго, и он способен тренироваться с травмами без чрезвычайно большого дискомфорта, поэтому ему нужно вовремя сказать «нет».
