Тишина между нами
Дверь закрылась с тихим щелчком, и Тойя наконец-то позволил себе расслабиться. Весь день его тело было сковано напряжением — бесконечные записи в студии, обсуждения с продюсерами, беготня по городу. Даже дыхание сейчас казалось тяжелее, чем обычно. Он прислонился к стене в прихожей, закрыв глаза, и просто стоял так несколько секунд, пытаясь сбросить с плеч невидимый груз усталости.
Из глубины квартиры донёсся шорох — значит, Акито уже дома.
Тойя снял куртку, аккуратно повесил её на вешалку, разулся и медленно направился внутрь.
Гостинная была погружена в полумрак — только свет на кухне слабо освещал пространство. На диване лежал Акито, раскинувшись в неестественной позе, одной рукой прикрыв глаза. Он даже не переоделся — всё ещё в той же чёрной рубашке с расстёгнутым воротом и узких джинсах, которые так любил.
— Ты тоже еле живой, — тихо сказал Тойя, останавливаясь рядом.
Акито приподнял веко, посмотрел на него усталым, но тёплым взглядом.
— А ты как? Вроде бы идёшь, но кажется, что вот-вот рухнешь.
Он опустился рядом на диван, и они оба замолчали, просто сидя в тишине, наслаждаясь тем, что могут наконец-то *не* говорить, *не* улыбаться, *не* делать вид, что у них ещё есть силы.
— Пойдём спать, — первым нарушил молчание Акито, с трудом поднимаясь.
Тойя кивнул и последовал за ним в спальню.
Комната была тёплой, уютной, заставленной их вещами — гитара в углу, стопки нот на столе, наушники, брошенные на тумбочке. Здесь пахло ими обоими — смесью привычного запаха стирального порошка, кожи и чего-то неуловимого, что делало это место *их* пространством.
Акито первым начал раздеваться. Он снял рубашку, бросил её на стул, потом расстегнул джинсы и стянул их, оставшись в чёрных боксёрах. Тойя, стоя рядом, делал то же самое — медленно снимал свитер, потом футболку под ним, затем расстёгивал брюки.
Они оказались друг напротив друга, почти голые, но в этом не было ни капли напряжения или намеренного соблазна. Просто — удобство. Доверие.
Акито потянулся, обнажая линию рёбер, изгиб талии. Тойя невольно провёл взглядом по его телу — не с желанием, а с привычной нежностью. Он знал каждую родинку на его спине, каждый шрам, каждую впадинку.
— Чего уставился? — Акито усмехнулся, но в его голосе не было ни капли раздражения.
— Просто смотрю, — Тойя ответил так же спокойно.
Акито фыркнул и потянулся к шкафу, доставая две пары мягких домашних штанов. Одну протянул Тойе.
Тойя поймал одежду и натянул её, чувствуя, как приятная ткань обволакивает уставшие ноги. Акито сделал то же самое, потом зевнул и плюхнулся на кровать.
Тойя подошёл к нему, сел на край и провёл пальцами по его плечу.
Акито что-то буркнул в ответ, но послушно подвинулся, освобождая место. Тойя лёг рядом, и через секунду Акито прижался к нему, уткнувшись лицом в его плечо.
— М-м… тепло… — пробормотал он.
Тойя обнял его, чувствуя, как тело Акито постепенно расслабляется, дыхание становится глубже. Он сам закрыл глаза, тону в этом ощущении — близости, покоя, *домашности*.
За окном шумел ночной город, но здесь, в этой комнате, царила тишина.
И в этой тишине они засыпали — нежно, крепко, без лишних слов.