Альтаир Ригель Эфир
Королевство/Место проживание: Королевство Львиного Сердца
Привычки: вредных привычек у Альтаира нет, алкоголя ни разу не пробовал. Из физиологических привычек можно выделить бормотание во сне, постукивание ногой от скуки. Юноша во время движения любит двигать влева вправо свой перстень (кольцо мано-проводник катализатор из кунцита и платины).
Юноша боится насилия, не привык решать вопросы силой. Миролюбивый человек, не смотря на твердый характер уважает любых существ.
Родственники: Ригель Элир (отец), Венера Элир (в прошлом ее фамилия – Блэквуд). Нынешний быт родителей и сына разделен границами стран
Характер: Альтаир до сих пор остаётся к эмоциальным интелектом подростка. Проведя юношество в одиночистве он не научился общаться с людьми. Обладая постоянными связями с пятью людьми, не имея романтической любви он в глубине души остаётся раненным орлом. Не смотря на психологические проблемы у него остаётся стремление защищать близких ему людей и проялвять свою заботу трудом. Не любит громкое общение и широкие застолья, предпочитает проводить досуг в одиночку.
Интересы: проявляет огромный интерес к животноводству и магии. С момента приезда в Львиное Сердце работал на фермах, а после приобрел собственный дом и хозяйство, тем самым зарабатывая на жизнь.
Во время жизни в Ивальтирии, по примеру отца, проявил интерес к магии ветра и защитным заклинаниям
Умения: умеет обращаться с крупным скотом, владеет навыками, которые подабают фермеру(Агрономия и растениеводство), Имеет хорошее телосложение и выносливые мышцы
Магические умения: элементарная магия ветра, контрмагические заклинания, небольшие познания в алхимии,
Маг какого типа: Непотомственный.
Где обучался магии: Общая Школа Магии ( 6-17 лет ), Ивальтирская Высшая магическая школа «Рубин» (18 - 21 год)
Биография:
Будущий Альтаир родился в неблагополучной семье. Будучи незапланированным ребёнком в семье, факт его рождения не обрадовал никого. Венера и Ригель — несмотря на то, что внешне показывают себя дружной семьёй, у очага дома постоянно происходят ссоры. Разных людей свела нищета. Проблема финансов осталась позади, но разные характеры людей не дали им построить крепкие отношения. Изначально их взаимопонимание было на низком уровне, а жизнь вместе была больше похожа на контракт от безысходности, нежели на добрый союз двух судеб.
Своё детство ребёнок проводил с отцом, который читал вместе с ним книги и делился историями из жизни. Старик лет пятидесяти явно был не из простых и с доброй душой. Несмотря на резкое появление в жизни новой души, старик находил в сыне скорее опору и компаньона, но уж точно не незванного гостя.
Первые четыре года малыш слушал детские книги о величии своей страны и изучал язык. Сказки, что он слушал, повествовали о загробном мире, величии лоуренов и незыблемой силе духов, с которыми связываться настрого запрещал отец. «Их сила способна привести тебя к цели либо убить», — так отзывался о духах Ригель.
С наступлением осознанного возраста ребёнок проявлял зверский интерес к магии. Все книги в доме, что имели хоть малейшее отношение к магии, были перечитаны по несколько раз уже к двенадцати годам жизни. В восемь лет юный Альтаир поступил в Общую Школу Магии. Поступление было всем доступным, тяга юноши к знаниям высоко ценилась учителями.
За стремлениями к знаниям у Альтаира скрывается нечто большее, чем желание знать что-либо. Желание заслужить любовь своей родной матери, которая практически не разговаривала с сыном. Более того, мать сама не считала своего сына сыном и уже на четырнадцатый год жизни Альтаира покинула дом без развода и больше не возвращалась. Но от этого тяга к знаниям юноши не пропала.
После расставания отец был единственным родным человеком для Альтаира, но старик не находил себе места в мире после потери пусть и не самой дорогой ему супруги. Горе превратилось в пьянство, которое прекратилось только спустя несколько лет.
Разбитые надежды на счастливую жизнь в семье были разбиты. Всё, что осталось у юноши, так это невосполнимое желание знаний. Желание превратилось в жажду. Учение стало символом и смыслом жизни ребёнка. К шестнадцати годам Альтаир владел потенциалом воздушной магии, а также с отличием закончил очередную школу.
С четырнадцати лет юноша подрабатывал у разных людей на разовых подработках. Посидеть с детьми, приготовить поесть, убраться в здании. За два года Альтаир перепробовал столько работ, что легче назвать те, которые не были покорены им.
Душевные травмы терзали его жизнь изнутри. Одиночество, которое заполнялось времяпровождением в библиотеке, и отсутствие должной родительской любви поразили десятки комплексов, которые выйдут наружу позже. Такие как неполноценность личности, хроническое недосыпание и лёгкая депрессия.
Пытаясь сбежать от внутреннего мира, целый год юноша фактически жил в библиотеке. Работал за еду, в свободное время читал книги. Стремление к знаниям можно назвать алчностью, которая охватила его. Не что иное, как жадность или алчность к знаниям, двигало человеком несколько лет непрерывно.
Параллельно с этим юноша также успевал учиться шить одежду, мягкие игрушки и играть на музыкальных инструментах (духовые).
С этим рвением в восемнадцать лет юноша поступил в Высшую Магическую Школу «Рубин». Юноша изучал семиотику, латынь, алхимию, зельеварение, анимагию, контрмагию и элементарную магию (два последних юноша выбрал сам).
Несмотря на стремления юноши, ему не удавалось выделяться в заведении. Среди людей он был превосходен, но, выходя за рамки людского факультета, можно легко понять, что большинство других учеников других рас, не имея того же усердия, владели магией наголову выше.
Альтаир ломал голову над ребусом, который решить невозможно. Несмотря на усердие, расовая предрасположенность не даст возможность превзойти прирожденных магов.
В этом же возрасте юноша обзавелся личным секретом. Выучившись шитью ранее, сам для себя сшил мягкие игрушки. Пять кукол, с которыми он играл перед сном. В своих играх Альтаир изображал идеальную жизнь в своём понимании. Но со стороны действия были не взаимосвязаны, а диалоги — не живыми. Отсутствие социальных контактов вне учебного учреждения заводило юношу в рамки собственного восприятия человеческих отношений, которые строились на отдельно взятых примерах из жизни.
Место действия: Пустая комната, половицы скрипят сами по себе. Человек сидит на полу и водит куклами, не меняя голоса.
Марцеллин (медленно наклоняет голову, трескаясь в шее):
— Я хочу сделать тебе признание, Корелис. Оно давно застряло в моем механизме.
Корелис (кивает, не сгибая корпуса):
— Я слушаю. Мне все равно, каким будет ответ, но я слушаю.
Марцеллин:
— Твое лицо стерто. За многие годы краска сошла, и там просто гладкое, белое дерево. Знаешь, это меня успокаивает. Я могу смотреть на тебя и додумывать любой рот. Сегодня, например, мне кажется, что ты улыбаешься мне с болью.
Корелис (пауза ровно в три удара сердца):
— Тебе не кажется. Я чувствую боль, когда ты смотришь. Но я не помню, что это за чувство. Спасибо, что определяешь его за меня.
Марцеллин (его рука дергается вверх, словно кто-то дергает за нить):
— Я боюсь, что ты уйдешь. Не в дверь, а просто перестанешь быть. Когда хозяин уходит на работу, мы остаемся вдвоем, и я слышу, как в тебе тикает дерево. Я люблю этот звук. Если он замолкнет, я останусь с самим собой, а это слишком тесно.
Корелис (поворачивает тазобедренный шарнир, издавая скрип):
— Я не уйду. У меня нет ног, чтобы уйти. Есть только опора для танца. Ты же знаешь, я стою здесь с прошлого снегопада. Прошлый снегопад был три года назад. Я помню каждую снежинку, потому что их было мало, и они таяли на подоконнике.
Марцеллин (он почти касается ее руки фарфоровой ладонью, но останавливается в миллиметре):
— Я хочу прикоснуться к тебе, но боюсь, что если я это сделаю, ты станешь настоящей. А с настоящими я не умею. Настоящие кричат, когда я им говорю о вечности. Ты молчишь. Скажи мне что-то жестокое, чтобы я успокоился.
Корелис (деревянным, монотонным, детским голосом):
— Ты никогда не узнаешь, вижу ли я тебя. У меня нет глаз. Ты для меня — просто тепло слева. Когда ты умрешь, твое тепло исчезнет, и для меня это будет просто прохлада. Это жестоко?
Марцеллин (его голос становится немного быстрее, но интонация не меняется):
— Да. Это идеально. Теперь я могу стоять здесь вечно. Признаюсь тебе еще: я не люблю тебя. Я просто привык, что ты занимаешь ту часть комнаты, где нет меня. Чтобы я не чувствовал пустоты со всех сторон одновременно. Ты — моя стенка.
Корелис (медленно поворачивается к окну спиной; поза нелепая, но человек не поправляет ее):
— А я признаюсь тебе, что я не считаю тебя игрушкой. Ты — инструмент. Ты изданный звук. Когда ты молчишь, в комнате нет музыки. Я не люблю тишину, но я люблю, когда ты скрипишь. Это единственное доказательство, что мы не приснились кому-то.
Марцеллин (замирает, и человек смотрит на них сверху вниз, не моргая):
— Тогда договорились. Я буду скрипеть. Ты будешь стоять. Мы не люди. Мы не должны их изображать. Иначе нам станет стыдно.
Человек (шепотом, глядя в сторону, будто обращаясь к ним, но глядя в пустоту): «Вы даже не обнялись. Ну и ладно. Я тоже не буду».
Глава 2. Кризис
Окончив школу Рубин, получив все необходимые знания, юноша был готов отправиться во взрослый мир. Ничего о нем не зная, не предполагая, как нужно жить и любить. В общем, знаний голова полна, а на эмоции пуста.
Диплом, кольцо и сотни прочитанных книг: все, что осталось с Альтаиром после двадцати одного года жизни. Казалось, жизнь прожита зря. Юноша не считает так, жизнь только начинается. Ведь, закончив школу, можно наконец-то читать в библиотеке больше книг, чем он читал ранее.
Бабушка Флора. Эта женщина стала матерью для Альтаира. Мать, которая его все так же не любит, но заботится. Трудолюбие и любовь к тишине – это то, что приглянулось Флоре в юноше. За работу в библиотеке, которую он выполнял, а именно: мокрая уборка, уборка паутины, расставленние книг по алфавиту, покупка еды, стирка и набор воды из колодца. За эту работу Флора позволяла юноше спать в библиотеке, когда тот захочет, читать книги днями напролет и, конечно, есть с чистой совестью стрепню бабушки. Альтаир не жаловался, наоборот, ему нравится здесь.
Отца он оставлял дома одного раз в неделю, и целыми днями пропадал дома. Старику уже стало все равно на сына. Не справившись с внутренними переживаниями, которые вспыхнули после развода, Ригель потерял смысл существования. Его образ жизни мало чем отличался от овоща. Единственное, пожалуй, отличие, так это возможность передвигаться.
В один день Альтаир искал новую книгу в библиотеке. Закончив читать все книги, которые должны быть связаны с магией (за свои пять лет он прочитал более двух сотен книг). Взор его остановился на одной очень интересной книге. «Черная нить». Именно так называется книга, которая поделила его жизнь на до и после.
Книга описывает жизнь девушки, что за свою жизнь так и не встретила принца на белом коне, которого обещали родители. За свою жизнь девушка с именем Фетро поняла, что родители желали дочери не принца, а надёжного человека. Но осознала Фетро это слишком поздно. В ожидании нужного человека, которого обещали родители, девочка потеряла смысл искать других людей.
В Фетро юноша видел себя и игры своих кукол. Именно в этот день он задумался, что он делает в своей жизни не так. «Почему?».
«Почему?», «Почему?». Без остановки повторял Альтаир, сидя в своей каменной комнате. Комната, в которой жил Альтаир у Флоры, не отличалась роскошью. Дубовая кровать, холодные каменные стены, тумбочка, фонарь, небольшой коврик перед ложей и шкаф, высотой не больше самого Альтаира.
«Почему, Почему, Почему?». Один и тот же вопрос не выходил из разума маленького человека. Сейчас впервые время для него значило что-либо. Несколько оглушающих стуков по каменной стене, за которыми последовали возгласы юноши. В порыве остановить свои мысли, тот разбил лоб об стену. Альтаир не преследовал мысли закончить со своей жизнью. Не смотря на глубокую душевную рану, желание жить у него не пропало.
Увидев кровь разум юноши поплыл ещё дальше. Вопрос пропал, появилась только жгучая боль последствия. Пятно крови было маленьким, но их бла кровь шла ручьем. Увидев жизнь в красном оттенке после того, как кровь залила левый глаз Альтаира, последний решил не двигается, просто ждать. Ожидание привело юношу в глубокий сон.
Во сне перед Альтаиром явился образ Фетры. Маленькая девочка лет семнадцати, одета в жёлтое платье до колен, не выделяется объемами тела, слегка худощавая. Ровно такой образ предстал перед Альтаиром. Юноша не воспринимал собственный сон, даже в нём он предпочитал лежать на поле ярко зелёной травы, которое он ни разу в своей жизни не видел. В северной стране, где он живёт, редко увидишь такое.
Высокий голос, словно музыка бокалов, раздался в воздухе и тут же заполонил все пространство эхом.
– Почему ты плачешь?
Альтаир молчал. Крови на лбу не было, была исключительная боль в глазах. Говорят глаза – зеркало души. Если этому верить, то душа покинула это тело, перед этим страдая от мучений, что оставило маленькие зрачки неподвижными.
– Моя мама говорила, что я обязательно встречу принца не белом коне. Как думаешь, я найду его?
– Ты ничего не найдёшь, – Альтаир ответил на вопрос, – и не думай, что я шучу. Быстро уходи из моей головы, пожалуйста.
– Почему я должна уйти отсюда? Здесь красиво и тепло.
– Почему.
После перерыва столь важный вопрос вернулся к юноше во сне. Не чувствуя боль во сне он теперь не может заглушить боль.
– Что?
– Почему. Почему.
– Почему я здесь?
– Почему...
– Полагаю, ты сам хочешь видеть меня здесь.
– Почему...
– Эй, ты вообще меня слышишь?
Девочка докоснулась до плеча Альтаира. Предположительно, тепло женской руки должно быть приятным. Поэтому юноша среагировал на это, как на что-то необычное. Ему никто ни разу не дарил таких прикосновений.
– А-а?
– Хватит валяться! Как я должна понимать тебя? Лежишь и бурчишь себе под нос, пока девушка тебе что-то объясняет! Где твои манеры?
– Манеры?
– Не смеши меня, ты не знаешь такого слова? Ты можешь обманывать кого угодно, но только не себя. Прошу тебя, не молчи, и расскажи, что тебе нужно от меня?
– Обними..
– Что? Это шутка такая? Если да, то очень неудачно!
– Почему?
– Ты просишь обнять себя девушку, которая ждёт принца! А ещё ты минуту назад сказал, что я зря его жду!
– Почему?
– У тебя заело? Если хочешь любви, то ты явно не должен сидеть сложа руки. Если это все, то я ухожу, мнится мне!
– Кто я?
– Кто ты? Жалкий слизняк, нытик. Испытываю к тебе ничего, кроме отвращения.
– Почему?
– А ты сам как думаешь? Если я твое сознание?
– Ты?
– Да, я. И я та, кто с тобой будет честна, как бы ты не хотел наоборот. Объятия не жди, пока не полюбишь себя.
– Любить себя?
Девушка села на колени и поправила волосы юноше, который все так и лежал на траве.
– Если ты не знал. Не смотря на твое одиночество, у тебя все ещё есть ты. И я лучше всех знаю, как ты строг с собой. Так полюби себя, и проси у меня все что хочешь.
– Как?
– Мой час близится к концу, мнится мне. Ты скоро проснешься. Полагаю, сон был не долгим, а пробуждение будет более чем болезненным.
– Что?
Альтаир вспомнил, что до погружения в сон тот сломал себе лоб. Видимо, пока лежал он потерял достаточно крови, но, раз он жив, рана закрылась.
– Я надеюсь, я понятно объяснила
Не успев закончить фразу Фетро хлопнула в ладоши перед лицом у юноши.
После пробуждения Альтаир, жадно глотая воздух, старался вспомнить сон. Зная, что сны забываются быстро, тот очень переживал, что забудет образ Фетры. Подняться юноша не смог, а голова залилась адской болью. Жуткие удары в ушах, все ещё окровавленный глаз и огромная рана на лбу, напоминающая крест. Само место удара залилось кровью, от чего вены на лбу набухли и пытали огнём.
Глава 3. Жизнь после травмы
На следующее утро боль утихла. Дотрагиваться до лба все ещё было невыносимо, но жить было можно.
Умыв лицо Ал смыл красный след на глазу. Следующий час он отмывал следы крови у себя в комнате. Дальнейшая жизнь не отличалась от прошлых дней. Все те же дела, и все та же нескончаемая жажда чтения.
Вечером, сидя на кровати, Ал шил новую куклу. Прообразом для новой куклы была та самая Фетра. Жёлтое платье, слегка бледная кожа, тонкие теплые руки, круглое лицо, выраженные углы щек и серебристые волосы.
Весь вечер Ал разговаривал с Фетрой, давая себе ответы на свои же вопросы через образ Фетры Ал считал, что так он делает лучше для себя. Он не мог разговаривать сам с собой напрямую, и поэтому взял знакомый себе образ, который подтолкнул его на размышления.
« Всю жизнь я учился магии. Пытался выучиться ради матери, которая бросила меня в самые сложные года. После ухода мамы я работал, чтобы прокормить отца и себя. В семнадцать лет отец прекратил пить. Я до сих пор приношу ему еду, но он не хочет меня видеть. Только бабушка Флора меня не прогоняет. Так почему же я остаюсь здесь, в этом городе? Что меня держит?
– Не смотря на твои логичные доводы, ты привязан к этим людям. Ты никому не нужен, кроме Флоры и Ригеля. Как бы грустно не было признавать, но тебе некуда податься. Жить ты сам не умеешь, никому не нужен.
– Не дерзи, Фетра. Ты же сама знаешь, что я тебя сам сделал! Я сам каждый день работаю как проклятый служанкой у бабушки. Уж кто, а точно знаю, как надо работать на совесть.
– Ты сам прекрасно знаешь , что выживешь. Так что тебя тут держит?
– Я не знаю...
– Ты знаешь ответ, просто сам его не хочешь слышать, и... Я сама его озвучила минуту назад. Ты привязан. Признай это.
– Что мне с этим делать?
– Выбор за тобой. Останешься здесь, или начнёшь с нуля?
– Начать с нуля?»
Ночь съела юношу в глубоком сне. Во второй раз перед любознательным мальчиком появился образ маленькой девочки.
– Фетра?
– Да, мое имя Фетра. Не забыл, надо же.
– Я рад слышать тебя...
– Мой голос – это лишь проекция твоего идеала. На самом деле я просто твое сознание, которое ты сам упоковал в этот образ. Твое дело. Моя задача лишь говорить с тобой.
– Что значит с нуля?
– Никаких подтекстов. Жить с нуля означает бросить родной дом и искать себе новую жизнь. Предлагаю сменить страну. Северные края не по мне, будет лучше, если жить будем на юге.
– Но это так далеко...
– Дальше, чем твои надежды, от тебя ничего нет. Смирись.
– В смысле?
– Я имею ввиду то, что ты всё ещё надеешься, что тебя здесь полюбят? Ты семнадцать лет осознанно пытаешься стать лучше, стараешься успеть во всем, но тебя не слышат. От тебя отвернулась мать, потом отец. Может ты и забыл, но ты появился на свет по чьей-то случайности. Ты не был любимым изначально.
– Но я старался...
– Твое старание превратилось в жадность. Ответь мне на вопрос: зачем ты прочитал ещё одну книгу вчера? Для чего? Не отвечай. Ты одурманен этими книгами. Алчность тебя погубит.
– Алчность?
– Ты жаден. Желая взять от жизни все, ты в итоге не возьмёшь ничего. Ты породил себя такого, какого видишь пред собой сейчас. Слабый, никому не нужный слизняк, который пытается быть нужным. Ты думаешь, что будешь нужен кому-то, если будешь знать много?
– Но... Разве плохо знать много?
– В твоём случае да. Видишь ли, за свое детство ты не вылезал из книг. Что они тебе дали? Ответь.
– ...
– ОТВЕТЬ!
– Я узнал этот мир лучше. Я стал лучшим, никто меня не понимает, даже ты!
– Я – это и есть ты. Ты никогда не поймёшь себя так, как я понимаю тебя. Ты запутался.
– Я лучше остальных...
– Воплощение гордыни!
Фетра нанесла хлесткий удар по щеке Ала. Тот не почувствовал боли. Но, раз удар это больно, то он пискнул и приложил ладонь туда, где сейчас бы болело.
– Ай! За что?
– Ты ничего не почувствовал, не прикидывайся. Приди в чувства, дурак.
– Что ты от меня хочешь?
– Ты сам все прекрасно знаешь. Меня этот разговор жутко утомил.
Фетра потянулась, а после дала сокрушительный удар по лбу. Встреча закончилась, а Ал спал дальше.
После пробуждения Альтаир взглянул на свой лоб в зеркале. Шрам не был похож на что-то целое. Несколько отдельных глубоких порезов складывались в условный крест.
Размышления Ала прервала бабушка Флора. Она, как и всегда, пришла сутра навестить работника. Поразившись раной Ала она закричала:
– Божечки ты мой! Что случилось с тобой?
– Госпожа Флора, прошу вас успокоиться. Это... Пустяк, уже совсем не болит.
– А ещё что расскажешь? Как такая рана болеть не может? И где ты умудрился?
– Во сне воротился, упал с кровати.
Флора с натяжкой поверила в объяснения Ала:
– Будь осторожнее...
– Я пойду за работу
Глава 4. С нуля
« Видимо, мне все же придется начинать все заново. Как говорила Фетра, мне нужно уезжать отсюда ». Альтаир думал над своим сном весь следующий день. Во время методичной работы, такой как мытьё посуды, он размышлял над этим.
Закончив с посудой, Ал двинулся к столу, где он привычно для себя проводил время с книгами.
« Алчность?.. Это что, мне теперь книги совсем не читать? А, Фетра?.. ». Проблема в том, что юноша не может найти сам себе ответ на вопрос, не имея при себе куклы.
« Ну, раз мне нужно понять, куда нужно убираться отсюда. То, мне нужно же знать о этом мире больше, чем я знаю сейчас. Надеюсь, это так. »
Всю следующую ночь Ал читал книги. За ночь поглотил в себя целые три книги.
« Королевство Львиного Сердца… Я думаю, я знаю, куда хочу. Но, как мне туда попасть? »
На следующий день, после крепкого сна, Ал отправился на работу. Одна за другой задачи выполнялись и Ал смог заработать целых 15 корон. Высокий успех для юноши без постоянного места работы.
Любые попытки устроиться на постоянную социальную работу оборачивались крахом. Юноша не мог общаться не то, что с клиентами, даже разговор с начальником уже был тяжким для него трудом.
« Как выучиться за короткий срок ». Ал погрузился в раздумья о своей полезности. « Определенно мне нужно общаться с людьми, но где это делать? ».
Самым логичным вариантом юноша посчитал работу в общей школе магии. Уже через несколько недель юноша смог устроиться на пробный срок учителем в школе из которой он выпустился всего пять лет назад. Обучение детей в итоге подтолкнуло его на регулярную практику своих магических знаний. Уже через несколько месяцев работы навыки общения юноши заметно сдвинулись, а магические навыки были восстановлены.
« Но достаточно ли это, чтобы сменить свою жизнь?». Так размышлял Альтаир довольно часто. Он думает, что одной практики не достаточно, но боится вновь вернулся к алчности.
Стоя напротив зеркала Ал вновь обратил внимание на свой шрам. « Какой же ты идиот » – ничего другого на ум юноше не приходило. Только самый настоящий идиот будет биться головой об камень.
Глава 5. Жизнь в другой стране
Спустя несколько лет постоянной работы, Ал смог накопить достаточно денег для переезда. Для дальнего переезда потребуется проехать через третью страну. Из королевства Лоуренов путь лежит в Снежную Русь, а из неё, через открытый океан, в Королевство Львиного Сердца.
Путь прошел без происшествий. Из холодных земель Лоуренов и Снежной Руси переехать в теплые земли Львиного Сердца. Равнины, покрытые золотистыми полями пшеницы и изумрудными пастбищами, занимают большую часть королевства, обеспечивая богатство и изобилие. Именно так эти земли были описаны в книгах.
Добравшись до столицы, величественного города Голденклав, юноша выкупил ночлег в таверне и наконец-то смог вдохнуть полной грудью. Воздух здесь другой, он наполнен теплом, запохом пшена, ржи и ароматных цветов. Конечной целью была деревня Монклер. Лазурный берег, широкие поля и скалистая местность у побережья: вот, о чем мечтал юноша. На востоке простирается темный и дремучий лес, населенный разнообразными, часто враждебными, существами – от лесных духов до хищных зверей неведомых размеров. Эти твари представляют собой постоянную угрозу для жителей приграничных деревень, и пропажи людей в окрестностях леса – печальная, но обыденная реальность. Так описывается главная опасность для юноши и страны в целом.
Владея не скромной, для своей биологии, магией, Ал мог себя защитить, но селиться близко к темному лесу не разумно, и, естественно, крайне опасно. Помимо всего, на территории страны так же активно промышляет Культ Кровавого Завета — организация, служащая Демонам. Юноша начитан о культе ещё с детства, и понимает, с чем имеет дело.
Спустя несколько дней жизни в таверне, юноша решил поподробнее узнать менталитет горожан. Одни встречали его приветливо, другие отталкивали: ничего особенного, так бывает везде. После покупки продуктов в торговом районе, Ал поспешил назад в таверну. Заплатив очередную плату за проживание отправился в свою комнату.
« Как же не привычно здесь. Жизнь другая, она лучше. Но я не могу сказать, что дома». Именно так считал Ал во время прибывания в столице. « И, все же, нет. Домой я ни за какие деньги не вернусь. Да, может здесь и непривычно, но жизнь тут лучшая».
При выходе из таверны Ал обратился к хозяину здания. Имя хозяина он не знал, но внешне он был невысоким, примерно метр шесдесят пять, полным мужчиной. Густая серая борода, пышные усы, зеленая форма и красное перо в шляпе.
– Здесь есть перевозщики?
– Во-первых Добрый день юноша. Перевозщики? Специальных перевозщиков здесь нет. Но торговцы за дополнительную плату могут вас отвести куда душе угодно, я полагаю это вас интересует?
– Да, благодарю.
– Спасибо в карман не положишь, – с этими словами хозяин налил целый бакал выпивки клиенту, – заплати, выпей, и мы в расчёте.
– Извините, но я не пью…
– Иш какой нежный нашёлся! Тогда просто заплати. С тебя шесть корон.
– Шесть?
– А у тебя со слухом проблемы? Либо плати шесть за информацию, либо плати четыре и пей до дна!
– Ай ладно, черт с тобой.
Ал положил на стол четыре монеты, а сам опустошил бакал до дна. Горький вкус, о котором кричал язык юноши, быстро смирился, а в горле ещё несколько секунд полыхал огонь.
– Гадость…
Хозяин таверны ехидно улыбнулся и добавил:
– То-то же.
– Зачем было меня этой гадостью поить?
– Запомни юноша. Хороший мужчина не тот, кто не пьет, а тот, кто пить умеет!
После этого диалога Ал направился к выходу искать загон с лошадьми, где обычно и были торговцы.
У конюшни юношу встретил молодой и особо амбициозный торговец. Как только юноша заикнулся, что ему нужно ехать в деневню Монклер, торговец мгновенно подскочил, сказал, что ему двигаться в ту же сторону и назначил цену в двадцать корон.
« Довольно неплохо. Я рассчитывал на все тридцать». Подумал Ал и согласился на предложение.
Дорога вышла не только спокойной, но и познавательной. Напряжении всего пути торговец увлекательно рассказывал о здешних жителях, зверушках, экономике и политической обстановке. Особенно долго он рассказывал, как хорошо процветает торговля в королевстве, после чего торговец пожелал Алу удачи, и порекомендовал смотреть в сторону сельского хозяйства: местность подходящая, а так же один из стержней экономики страны. Занимаясь сельским хозяйством ты точно не просчитаешься.
После прибытия на место перед Альтаиром встало сразу несколько задач. Во-первых, найти начлег на первое время. Во-вторых, ознакомиться с местностью.
Глава 6. Обустройство на новом месте
Деревня встретила юношу без любезностей. Тишина, которую изредка прерывали животные и дети. Запах скошенной травы и растопленных печей. Ничего из этого в книжках описано не было. Деревня была не величественной и незабываемо красивой. Красота была, но величия - нет. Место было довольно предсказуемым по планировке, за несколько часов юноша уже понял расположение большинства улиц и начинал ориентироваться.
Первым делом юноша направился спрашивать у людей, как здесь можно устроиться. Никто не давал никакого ответа: таверн здесь не было, временных ночлегов никто не давал.
– Переночевать тебе нужно? Что, дома своего нет?
– Так вышло, что я приезжий и только осваиваюсь тут. Так что, да.
– Так сразу бы так и сказал! Заходи, поживешь у меня.
– А что от меня нужно?
– Нахлебников я не потерплю, поэтому будешь работать на огороде и глядеть за скотом. Первое время объясню тебе все, а дальше будешь старику помогать. Честно, куда ты потом пойдешь, мне безразлично. Если хочешь переночевать и пожить где-то первое время, то я могу тебя пустить только, если ты будешь работать.
– Да, понял, спасибо. Я согласен на условия
– Ну, бьем по кулакам.
Ала приютил к себе не молодой мужчина. Ходил он в не самой свежей рабочей одежде. Сам был высоким мужчиной под метр девяносто, не обделен физической силой. Развитая мускулатура это то, что первое бросается при виде мужчины. Мужик жил без жены, но в его доме жило трое детей. Как он говорит, это его любимые племянники. Сильвер, Розчи и Виверна, так их звали. Все были уже не маленькими, лет десять тире пятнадцать. Одеты были по примеру дяди, и целыми днями помогали в огороде, в свободное время читая книги.
Старик напоил юношу свежим молоком, после чего повел его в свой огород. Немалый огород, примерно семьдесят гектаров. После получасового ознакомления с огородом инструктаж не закончен. На протяжении следующего часа Ала водили к сараю, загонам и саду. Везде нужно было работать.
В первый же день Алу доверили прополоть огород. За это утро старик с детьми сам прополол больше половины, закончить работу должны были дети вместе с юношей. Непрерывная работа была закончена в срок. Четыре часа потребовалось, чтобы удалить каждого незванного гостя с огорода.
Старик был удивлён навыками Ала. Юноша с детьми управлся куда быстрее, чем старик с детьми работали утром.
– Слушай, а ловко ты справляешься! Не хочешь остаться у меня? – проговаривая это старик три раза ударил Ала по спине. По старику Рому было видно, что он не напрягался, но удары были такой силы, что юноша раскашлялся. На такую реакцию Ром рассмеялся и ещё несколько раз ударил его.
Глава 7. Детские забавы
Племянники, которых так сильно любит Ром, очень тепло относятся ко всем окружающим. На второй день присутствия Ала в доме Рома, Розчи подошла к Алу с самого утра.
Маленькая девочка двенадцати лет. Короткие темные волосы, похожие на прическу Рома, большие глаза, светящиеся как два сапфировых камня. Детская улыбка и плавные черты лица. Ростом метр пятьдесят два, худощавое телосложение и плоский живот и тонкие плечи. Самая обычная девочка, каких ещё штук десять в этой деревне. Звенящий высокий голос. Не смотря на раннее утро, девочка разбудила Ала громким зовом. Либо это было запланировано, либо же она не умеет говорить шопотом. В любом случае Альтаира разбудили неожиданно и чрезвычайно рано.
– Братик, вставай!
– А? Где братик? – сутра Ал не понимал, что происходит, и не понял, что это обратились к нему.
– Пойдём уже скорее! Ты все пропустишь!
Что я пропущу?
– Клев пропустишь!
Дети собрались сутра, часов в пять утра, на не далекий пруд от деревни. Видимо, там они постоянно ловили рыбу.
– А, да? Я сейчас приду, иди.
Ал встал с кровати, одел кольцо, накидку. Несколько раз ударил себя по щекам и широко раскрыл глаза, глядя в зеркало.
« Рыбалка? Надеюсь, мне понравится с ними и они меня не будут бояться». – думал Ал, пока спускался на улицу.
Его встретили все дети. Старший – Сильвер. Высокий, для своего роста, парень. Возрастом лет пятнадцать, рост около метра семидесяти. Стройное атлетично сложенное тело, жилистые руки и крепкие ноги. Ярко выделенные плечи. Сразу видно – весь в дядю Рома. Рядом с ним стояла Розчи, которая разбудила Ала несколько минут назад. Теперь у себя в руке она держала ведро, наверное для рыбы. Сразу за ней стоит Виверна. Младшая сестрица, милейшее создание, при взгляде на которую замирает сердце. Красивые красные глаза, в которых искрится жизнь, длинные пышные ресницы и тонкие бледные детские губы. Длинные ярко голубые волосы из которых торчит венок и бантик из ниток. Девочка лет одиннадцати, ростом не больше ста шестидесяти сантиметров.
– Вижу, ты собрался? Тогда идём. – Сильвер взял Розчи за руку, а сам бросил за спину удочку.
Дорога была не из долгих. Водоем, в котором дети ловят рыбу, находится за деревьями небольшого леса. Сам водоём впадает в реку, которая уходит невесть куда. Из этого и выходит, что рыбы там в изобилии.
– А вас Ром отпускает в такую рань одних?
– Конечно нет, поэтому мы тебя с собой и взяли! – Сильвер улыбнулся, показывая свое доверие Алу.
– Понятно, ну, я не против вам помочь. Только проблема есть…
– Братик, что случилось? – Розчи начала переживать за Ала, и взяла его двумя пальцами за накидку, после несколько раз дернула. Ал не хотел признаваться, что ни разу в жизни не видел удочку.
Молчание прервала Виверна. Не смотря на свой возраст, голос у неё был ниже, чем у Розчи, но оставался детским:
– Не умеешь рыбу ловить?
– Что? Как ты поняла?
– А какая ещё может возьникнуть проблема на рыбалке?
– Ну, тут ты права… Да. Если честно, я впервые вижу удочку вживую.
– Как ты жил до этого? – в унисон завопили дети.
– В наших краях рыболовство... Дело крайне не прибыльное. В областях моря, конечно, рыбу ловят, и даже много. Но в глуши реки постоянно мерзнут, а рыба сюда не плывет. Вот так и получается, что я за двадцать пять лет ни разу в руках не держал удочку.
– Ну ты даёшь… Ну, научить тебя будет проще, чем кажется. Я в этом уверен. – воскликнул Сильвер
Подходя к водоему дети уже разговорились. Ал узнал, что дети, на самом деле, являются близкими для Рома. Ведь все были рождены его троюродной сестрой. И на время, пока мать уехала по делам в столицу, Ром приютил детей у себя. Детям самим очень нравится помогать Рому в огороде и не сердятся на него за то, что тот так трудолюбив. Дети отзываются о нём очень тепло и любят его всем сердцем.
– Все, пришли. Видишь те поваленные бревна? Там мы будем сидеть.
Озеро было совсем не маленьким, как его представлял Ал. Края озера были примерно в метрах девятисот от края, где они стояли. А сам водоём впадает в реку, край которого пропадает за горизонтом.
– Смотри. В том, чтобы ловить рыбу, нет ничего сложного…
На протяжении следующей получаса Сильвер подробно объяснял и практиковал нового друга. Уже через час Ал поймал первую рыбу и радовался словно ребенок.
– Есть! Видели? Я пойма…
Виверна слегка ударила Ала по губам, чтобы тот замолчал. А после взяла его за руку.
– Ты конечно молодец, но своими воплями всю рыбу распугаешь!
– Ой, извините. Совсем забыл, виноват.
– Да не извиняйся. Думаю, можно продолжать.
Полчаса ещё дети ловили рыбу. В один момент на удочку Розчи попался слишком тяжелый груз.
– Ребята, я большую рыбу поймала! Помогите достать.
И началась сказка о репе. За Розчи схватилась Виверна. Тянут-потянут, не вытянули. За Виверну ухватился Сильвер. Тянут-потянут не вытянули. За Сильвера схватился Альтаир. Тянут-потянут. Вытянули. Только то, что вылезло никого не порадовало.
– Назад!
Ал отбросил детей за спину. Перед лицом ребят предстала прекрасная дева. Стройное тело, красивое лицо. По внешнему виду Альтаир мгновенно понял, что имеет дело с Пресноводной Сиреной. Понял он это по не естественной коже на ногах, которая не гладкая, а наполнена множеством чешуи.
Зная, что на земле Сирена не представляет высокой угрозы, Ал поспешил отвести детей.
– Прошу вас, уходите. Я прикрою наш отход, не волнуйтесь за меня. После я все объясню.
Дети послушали своего сопровождающего и отошли на несколько десятков метров за деревья и ожидали Ала.
– Надеюсь, я смогу с тобой договориться?
Ответа, как и ожидалось, не последовало. А лишь зов рукой подойти к себе.
– Думаю, мы сможем разойтись мирно.
Воздух озарило яркое сияние. Кольцо наполнилось светом, а куницит отражал сияние солнца. Небольшая вспышка отбросила Сирену в воду. В воздухе появились шары, которые было довольно сложно заметить, они ударили в воду. Сирена была отброшена, а сам Ал ушел с места.
Собравшись на лесной опушке Ал убедился, что все дети целы и на месте. По дороге домой Ал объяснял детям, кто такие Сирены и почему их нужно обходить стороной.
Дома дети все рассказали дяде, тот очень сильно запереживал, но после хорошо отблагодарил юношу крепким объятием. По ощущениям Ал получил несколько переломов позвоночника, но он не чувствовал чего-то неприятного. Его ни разу так крепко не обнимали, и он не знал, как к этому относится.
Глава 8. Самостоятельная жизнь
Ал прожил у дяди Рома около 5 лет. За это время он прижился у них и стал практически родным. С помощью подработок учителем в местной школе магии он смог заработать на свой собственный участок и дом. Дом находится на той же улице, что и дом Рома. В последующие два года Ал проживал самостоятельно, часто навещая детей. Смог обзавестись скромным хозяйством, а именно огородом в пятнадцать гектаров, амбаром с тремя коровами и курятником из десяти кур и одного петуха. Этого ему хватает, чтобы зарабатывать на жизнь. Ал до сих пор играет со своими куклами, и регулярно общается с Фетрой. Любовь к шитью игрушек не пропала, наоборот Ал успел связать несколько игрушек для своих новых маленьких друзей.
Не смотря на сложившуюся жизнь Альтаира продолжают преследовать мысли, что он проживает жизнь зря. Физическое одиночество и отсутствие женской любви на протяжении трех десятков лет делают своё дело. Не смотря на это Ал верит в лучшее будущее и не опускает нос.