Книга : ЗАСТЫВШАЯ КРОВЬ
— Теперь понимаешь, почему именно нас поставили на стражу Розы Жизни? — спросил он.
— Теперь понимаю... — тихо ответил второй.
Старший стражник, жеребец лет на семь старше своего напарника, тяжело положил копыто на плечо соседа — пытался приободрить.
— Ну что ты, Сайф, не вешай морду, — сказал он, а затем с лукавой, почти отеческой улыбкой поинтересовался: — Ну, как там твоя кобылка? А?
— Сэрф!.. — Сайф смутился, и даже под шлемом было видно, как его морда вспыхнула алым. — Н-никак!.. О-она не моя!.. — бормотал молодой, а Сэрф лишь усмехнулся, убрал копыто с плеча товарища и выпрямился.
— Ага, рассказывай, — сказал Сэрф, опираясь передними копытами на древко копья. — Полгвардии уже видело, как эта кобылка к тебе бегает и обед в узелке таскает. Так что не думай отмазываться, — добавил он с отеческим укором.
Какое-то время они стояли молча. Потом Сэрф тяжело вздохнул и всё же спросил:
Но Сэрф вдруг заметил какое-то движение в глубине коридора, нахмурился и выпрямился.
— Эй! Понибудь, стой, где стоишь! Здесь запретная зона! — рявкнул он громогласно.
Сайф мгновенно вскинулся, но в его позе чувствовалось странное напряжение — будто он заметил то, что ускользнуло от взгляда Сэрфа.
— Почему запретная?.. — раздался сладкий женский голос, от которого у Сайфа по загривку пробежал холодок.
— Сэрф... — выдавил молодой жеребец. — Что-то не так...
Но Сэрф уже начал объяснять невидимой собеседнице, чей голос с каждым мгновением становился всё ближе:
— Потому что здесь заточён демон, едва не погубивший всю Эквестрию. По личному приказу принцессы Селестии и принцессы Луны он заключён здесь, и мы не имеем права никого впускать.
В голосе Сэрфа звучала сталь, но в ней же проскальзывала и сдавленная тревога — будто и он наконец разглядел то, что уже видел Сайф.
Из тени коридора вышла кобылка. Пегаска. В Понивилле её знали как Дину Пей. Сэрф нахмурился и скрестил копьё перед входом в зал, где хранилась Роза Жизни. Сайф, сглотнув, приложил своё копьё к копью напарника.
Внутри него разрасталась паника. Что-то было не так. Почему здесь Дина Пей? Почему... почему она выглядит так... странно?
Дина выглядела странно. Очень странно.
Её глаза были полностью чёрными — без белков, без зрачков. Грива переливалась ало-чёрным, словно впитавшая кровь. Перья на концах крыльев почернели, а сама кожа на крыльях казалась гниющей, будто разлагалась прямо на глазах.
Сэрф замер. Сайф начал медленно пятиться.
— Сэрф... — выдавил он, сглатывая вязкую слюну.
— Не делай резких движений, Сайф, — приказал Сэрф. — И медленно иди за подмо...
Он не договорил. Невидимая сила с чудовищной яростью вжала его в стену, придавив горло собственным копьём. Сайф оцепенел от ужаса. А Дина — та, что держала Сэрфа одной лишь силой воли, — медленно, с хищной грацией повернулась к нему.
Сэрф судорожно хватал воздух, пытаясь отодвинуть копытами древко от глотки, но хватка становилась только крепче.
— С-Сайф... — прохрипел он. — Беги... Сейчас же...
Раздался резкий хруст — позвонки хрустнули, как сухие ветки. Сила свернула Сэрфу шею. Сайф на мгновение замер, а затем рванул в сторону, бегом, со всех копыт, с единственной мыслью: выжить, вернуться, увидеть её.
Сладкий голос оказался рядом. Слишком рядом.
Копьё Сэрфа, пролетев через весь коридор, вонзилось Сайфу прямо в спину, пронзив насквозь. Он рухнул на мраморный пол, истекая кровью. С его шеи сорвался маленький золотой кулон, раскрывшись при падении. Внутри оказалась миниатюрная фотография красивой пегаски с ярко-голубыми глазами. Она улыбалась, в её гриве был венок из белых роз, а на шее висел точно такой же кулон, как у него.
Сайф судорожно вздохнул. Кровь текла по губам, глаза наполнились слезами.
— Вия... — прошептал он едва слышно.
Голова упала в лужу собственной крови. Сайф умер, так и не успев сделать заветное предложение копыта и сердца. А Сэрф так и не вернулся к жене и детям.
Дина поморщилась, сорвала с пояса Сэрфа связку ключей и направилась к массивной двери, ведущей в зал с Розой Жизни. Дверь с протяжным скрипом распахнулась, впуская её внутрь.
Посреди зала возвышался небольшой мраморный постамент. Под стеклянным куполом на нём стоял сосуд с Розой Жизни — лепестки её были чернее ночи, источая тьму заточенного внутри демона. Вокруг постамента был насыпан защитный круг из соли.
— Мило, мило, — протянула Дина, фыркнув, и одним движением копыта стёрла часть круга.
Стеклянный купол с хрустальным звоном лопнул, и зал озарила чёрная вспышка. Спустя мгновение перед Диной стояла чёрная тень аликорна.
— Вот так сюрприз спустя двести лет, — раздался низкий, бархатный голос. — Гикада.
— Не притворяйся мучеником, Морфей, — рыкнула Дина.
— Что с твоими глазами? Когда ты успела стать косой?
— Не смей говорить о них, — прошипела Гикада устами Дины. — С этой кобылой что-то не так.
Магией она подхватила тело Сайфа, швырнула его к ногам чёрной тени.
— Забирай его тело. Мы выступаем, — приказала она.
— Хорошо-хорошо, кэп, — буркнул аликорн.
Тень исчезла, растворившись в мёртвом теле. Через пару мгновений Сайф зашевелился. Его шерсть почернела, на лбу прорезался рог, за спиной раскрылись крылья. Когда он открыл глаза, они горели ярко-синим пламенем.
Он поднялся, скинул с себя стесняющие доспехи и поморщился.
— Ах, тебе не нравится? Хочешь, поменяемся?
— Не-не. Сиди со своим косоглазием сама. Дура.
Гикада закатила глаза, сжала губы и окинула Морфея в новом теле внимательным взглядом.
— Амдусциас разве не был заперт вместе с тобой? — спросила она, приподняв бровь.
— Был, да сплыл, — огрызнулся Морфей. — Он сбежал из той пространственной клетки. Понятия не имею, где теперь шастает наш дорогой старик.