Город Чхонхва. Глава 187.
Верный принципу Пейры — держать слово, — Тэ Му Вон без устали доводил до предела Чхон Ёна. Двигаясь внутри Чхон Ёна, широко раздвинувшего ноги, он пальцами оттягивал сосок, который уже бессчётное количество раз кусал и облизывал. Сильно сжимая туго натянутый, как и нижнее отверстие, сосок, он яростно толкался бёдрами.
Из члена Чхон Ёна непрерывно, словно при непроизвольном мочеиспускании, сочилась жидкость. Поскольку Чхон Ён кончил уже дважды, внизу всё было насквозь мокрым. Сперма, стекавшая по промежности, в такт движениям Тэ Му Вона проталкивалась обратно, попадая на внутренние стенки.
Бёдра, каждое из которых сжимала крупная ладонь, тоже сплошь покрылись красными пятнами. Казалось, шершавые ладони Тэ Му Вона беспощадно царапают нежную кожу на внутренней стороне бёдер. Не только внутренние стенки, о которые тёрся его член, но и вся кожа, с которой он соприкасался, уже давно превратилась в одну сплошную эрогенную зону.
Чхон Ён, приоткрыв затуманенные глаза, посмотрел снизу вверх на тяжело дышащего Тэ Му Вона. В тот же миг их взгляды встретились, и перед ним оказался мужчина, в котором не осталось ни капли самообладания. Быть может, дело было в сгустившейся тьме? Его золотые глаза казались темнее обычного, а на каждый изгиб тела легли тени.
Чхон Ён протянул руку ко лбу Тэ Му Вона. Стоило кончикам пальцев коснуться красиво нахмуренного лба, как Тэ Му Вон прикусил его ладонь. Когда удивлённый Чхон Ён сжал руку в кулак, Тэ Му Вон, высунув язык, облизнул тыльную сторону его ладони и прищурился. В и без того разгорячённом теле, казалось, пламя вспыхнуло с новой силой.
Говорят же, что клан Хва падкий на красивые лица... Чхон Ён подумал, что тут уж ничего не поделаешь. А слова Чхон Оэсона о том, что чистокровные члены клана Хва — исключение, он постарался выкинуть из головы.
Причина, по которой каждый шаг Тэ Му Вона и слухи о его романах были у всех на слуху в Городе Чхонхва, заключалась не только в том, что он был вторым человеком в Пейре. Всё дело было в выдающейся красоте Тэ Му Вона, способной затмить даже его скверный характер. Если так подумать, то же самое было и с хозяйкой паба «Одуванчик».
— Только не говори, что ты заинтересовался этим парнем.
— Правильная мысль. Отдашь ему хоть капельку сердца — и пиши пропало, тот ещё тип. Хотя для секса на одну ночь, лучше него не найти.
Тогда это казалось пустяком, но теперь, вспоминая об этом, он чувствовал, как внутри всё кипит от злости. Переживать из-за того, как развязно Тэ Му Вон жил до встречи с ним — себе дороже, но разве человеческое сердце так легко усмирить? Глаза Чхон Ёна, затуманенные негой, зажмурились. В расслабленном до предела проходе сами собой с усилием сжались мышцы.
От неожиданной стимуляции Тэ Му Вон выдохнул низкий стон и ладонью приподнял лоб Чхон Ёна. Веки его плотно зажмуренных глаз поднялись вверх.
Не зная, какие очередные перемены в настроении заставили Чхон Ёна сделать такой взгляд, Тэ Му Вон лишь тихо рассмеялся. Чхон Ён, целиком запертый в его объятиях, казался ему очаровательным, а его веки, послушно поднимающимися вверх, как у маленького щенка, — умиляли. Бормоча «не надо», Чхон Ён вцепился в запястье Тэ Му Вона.
— Для меня... и возлюбленный, и всё это — впервые.
С тихим смешком выдохнув «а», Тэ Му Вон ещё глубже подался вперед и тяжело, с нажимом двинул бёдрами. Стоило ему до основания взбудоражить размягчённые внутренние стенки, как Чхон Ён выронил пронзительный стон.
Хоть Чхон Ён и не заходил в своих мыслях так далеко, он крепко сжал губы. Тэ Му Вон подался ещё ниже и, словно дикий зверь, лизнул Чхон Ёна в ухо.
— Послушай, у меня возлюбленный тоже впервые.
Несмотря на этот щекочущий нервы голос, Чхон Ён отчего-то затаил злобу, схватил Тэ Му Вона за голову и изо всех сил впился зубами в его ухо. Вот только на зубы попался пирсинг, отчего во рту неприятно заныло.
Цокнув языком, Тэ Му Вон большим пальцем оттянул нижнюю губу Чхон Ёна и осмотрел его зубы. Аккуратные маленькие зубки выстроились ровным рядом. Проведя пальцем ниже, Тэ Му Вон облизал ровные зубы языком и проник в приоткрывающийся рот. Стоило ему кончиком языка провести по нёбу, как тело Чхон Ёна забилось в мелкой дрожи. От того, как отдавалось даже во внутренних стенках, подступающее с самого начала чувство оргазма у Му Вона достигло предела.
Он терзал его рот сверху и вбивал член снизу, окончательно лишая Чхон Ёна рассудка.
Когда задыхающийся Чхон Ён повернул голову в сторону, чтобы сделать вдох, Му Вон упорно последовал за ним, мешая ему дышать. Сверху и снизу непристойно доносились влажные хлюпающие звуки. Он полностью вытащил член из отверстия, а затем приставил к нему только головку. Сжимающееся и разжимающееся отверстие с чмоканьем отчаянно пыталось втянуть её обратно.
Он одним резким толчком вошёл в круглое отверстие, которое, раскрывшись, начало было сжиматься до прежних размеров.
Чхон Ён содрогнулся, издав высокий стон. Сильно опухшие внутренние стенки мягко и туго обхватили член. Тэ Му Вон снова начал полностью вытаскивать член наружу, а затем с силой вбивать его обратно. Из опустевшего нижнего отверстия с хлюпаньем вытекала сперма, и он, надавив, снова ввёл член внутрь.
Тэ Му Вон толкался так грубо, что ягодицы Чхон Ёна покраснели. Подняв его бёдра вверх, он, на этот раз навалился уже всем весом и придавил Чхон Ёна.
— Кх-кхе, — Чхон Ён закашлялся с открытым ртом.
Тэ Му Вон втянул в рот его заострённый язык, лежащий на нижней губе.
Чхон Ён то и дело издавал мучительные стоны, словно у него саднило корень языка. Когда Тэ Му Вон начал яростно и беспорядочно вбиваться членом, ничем не отличающимся от смертоносного оружия, в простату и прямую кишку, постепенно стало нарастать желание кончить. Каждый раз, когда толстая головка с силой пробивала себе путь сквозь извилистые внутренности, выпрямляя их, из члена Чхон Ёна выплёскивалась прозрачная жидкость.
Чхон Ён, казалось, опьянел от аромата лотоса, а Тэ Му Вон чувствовал себя так, словно оказался в месте, сплошь усыпанном цветами Боксу. Достигнув состояния, похожего на транс, он даже не осознавал, насколько неистово двигает бёдрами. Чхон Ён тоже не замечал, какими громкими стали его стоны. Всякий раз, когда Му Вон грубо вторгался туда, куда не следовало проникать, пальцы на руках и ногах Чхон Ёна рефлекторно вытягивались.
Не вынимая члена, Тэ Му Вон, до этого задававший такой неистовый темп, за которым было не угнаться, крепко обхватил Чхон Ёна обеими руками. К горлу подступал кашель, но из-за того, что дыхание было намертво перехвачено, всё, на что хватало сил — это испускать слабые вздохи.
Чхон Ён на мгновение подумал, что в ушах раздался хлопок. Столь неистовой была сила, с которой Тэ Му Вон вошёл до самого основания. Когда он начал кончать, тело Чхон Ёна с силой вдавило в матрас.
Внутри всё распирало до ощущения тяжести от бурно изливающейся спермы. Ему самому хватило бы трёх-четырёх эякуляций, но количество спермы Тэ Му Вона, как и всегда, с избытком заполнило всё внутри. Тяжело дыша, Чхон Ён почувствовал, что лоб Тэ Му Вона, прикоснувшийся к его щеке, был мокрым. Ему хотелось провести по нему рукой, но не было сил даже пошевелиться, к тому же всё его тело крепко удерживалось им.
Тэ Му Вон звонко поцеловал Чхон Ёна в лоб. У Чхон Ёна невольно вырвался слабый смешок. Всё потому, что это был милый поцелуй, совершенно не вяжущийся с тем, как развратно он к нему льнул до этого. Снова несколько раз чмокнув его, на этот раз Тэ Му Вон втянул губами кожу на его лбу. Стоило Чхон Ёну нахмуриться от ощущения туго натянувшейся кожи, как он задвигал языком, словно успокаивая его.
Тэ Му Вон, совершая столь милые действия, продолжал водить внутри уже кончившим членом. Его сперма просачивалась и впитывалась в каждый уголок внутренних стенок. Неужели всё дело было в том, что ему облизывали лоб? Было ощущение, будто изнутри внутренние стенки тоже облизывает этот ствол. Когда он вытащил член, сила которого не угасла даже после разрядки, раскрывшийся проход со всхлипом излил наружу хлынувшую сперму.
Нижнее отверстие, широко раскрытое по форме члена Тэ Му Вона, чувствовало пугающую пустоту. Хоть Чхон Ён и не пытался сознательно напрячься, проход сам собой, словно в судороге, то сжимался, то снова открывался. Чхон Ёну всё ещё было непривычно это ощущение потери всякого контроля внизу. Целуя его везде — не оставляя без внимания ни единого дюйма лица, — Тэ Му Вон медленно опустился ниже и взял в рот сосок.
Верхняя часть тела была в полном беспорядке из-за излитой им жидкости. Там смешались и сперма, и какая-то жидкая субстанция неизвестного происхождения. Тэ Му Вон, не обращая на это ни малейшего внимания, принялся посасывать влажный сосок. Даже когда Чхон Ён изо всех сил вцепился ему в волосы, это не помогло. Поглаживая рукой кожу на его животе, Тэ Му Вон с силой надавил на нижнюю часть живота.
Из раскрытого прохода с силой хлынула сперма. Брызги долетели до бёдер Тэ Му Вона и потекли вниз по его ногам. И всё же он не ослаблял руку, давившую на живот.
Было страшно, когда во время проникновения он чувствовал прикосновение к выпирающему животу, но в то же время от ощущения, будто нарушено некое табу, наслаждение, напротив, лишь усиливалось. Сейчас было примерно так же. Когда на изрядно измученные внутренние стенки надавили снаружи, к саднящему ощущению прибавился сильный позыв к мочеиспусканию.
Чхон Ён попытался силой оттащить Тэ Му Вона за волосы, когда тот принялся покусывать его сосок зубами. Но он в ответ лишь скользнул языком вниз и резко ткнул им в пупок, где скопилась жидкость.
Тэ Му Вон не давал покоя его телу с обострившейся до предела чувствительностью, лаская его повсюду. Чхон Ён, которому посасывали пупок, отчаянно дрыгал ногами, но справиться с мёртвой хваткой Тэ Му Вона было невозможно.
Без особых усилий он легко усмирил Чхон Ёна, словно обращаясь с ребёнком. В такие моменты Чхон Ён отчётливо осознавал, что тот принадлежит к клану Квон. Но он также был и из клана Хва, источая густой аромат лотоса.
Взяв губами обмякший член, Тэ Му Вон снова с силой надавил на плоский низ живота.
Чхон Ён непроизвольно излил сперму снизу и жидкую смазку из члена. Когда Тэ Му Вон отстранился от члена, его рот был влажным. Мало того, из-за руки, всё ещё продолжавшей давить, брызги жидкости долетели даже до лица Тэ Му Вона. Застыв всем телом и мелко дрожа, Чхон Ён посмотрел на Тэ Му Вона так, словно не мог поверить в происходящее.
Тэ Му Вон провёл ладонью по влажному лицу и захихикал.
— Значит, теперь в открытую используешь меня как шлюху, да?
На лице, то скрывавшемся за пальцами, то вновь открывавшемся взору, играла улыбка. От этого зрелища внутренний огонь разгорался с новой, неудержимой силой.