Город Чхонхва. Глава 190.
В порту Пятого Континента их встречали вождь племени Хочай и его соплеменники. Борода вождя, то и дело выдыхающего белый пар, покрылась тонким инеем.
Вождь отвязал послание от почтового ястреба, сидевшего на его запястье, и снова отпустил птицу в небо. Послание Пейры прибыло как раз к заходу судна «Рыба-меч» в порт. Он не стал сразу открывать письмо, а дождался, пока члены Пейры сойдут с корабля.
Было не важно, почему Пейра, ушедшие совсем недавно, вернулись вновь. Пока благодаря Пейре удавалось спокойно жить и ни в чём не нуждаться, оставалось лишь радостно встречать их.
С бросившего якорь судна «Рыба-меч» спустили трап, который протянулся к причалу. Подходивший к ним с радостным лицом вождь посуровел, увидев мужчину, стоявшего впереди всех.
На руках Тэ Му Вона, чьи волосы были небрежно растрёпаны морским ветром, виднелся мужчина, закутанный в белое пальто из лисьего меха. Поскольку всё его тело было плотно укутано, лишь мельком виднелись серо-коричневые волосы, но вождь смог узнать его с первого взгляда. Это был тот самый красавец, что приезжал вместе с Пейрой во время прошлого визита. Вряд ли Тэ Му Вон стал бы выносить на руках просто уснувшего человека, поэтому вождю подумалось, не болен ли тот.
Вождь не мог оторвать взгляд от Тэ Му Вона, спускающегося по трапу. Вместо привычной яркой рубашки с цветочным узором, он был одет во всё чёрное. Должно быть, это игра воображения, но казалось, что он одет для чьих-то похорон.
Во главе со своим вождём племя Хочай также поприветствовало Пейру. Тэ Му Вон, не проронив ни слова, прошёл мимо них и направился к подготовленной машине. В отличие от прошлого раза, когда снег лежал огромными сугробами, на Пятый Континент тоже постепенно приходила весна. Однако снег, укрывавший спящие ростки, всё ещё оставался на своём месте.
Планеты, следовавшие за Тэ Му Воном, тоже хранили молчание, слышался лишь звук шагов по припорошенной снегом земле. Хотя вождь и знал, что Чхон Ён раньше мучился из-за морской болезни, он не смел спросить, не потерял ли тот сознание из-за сильного приступа и в этот раз.
Атмосфера среди Пейры была самой подавленной с тех пор, как вождь их видел. Но даже среди совершенно поникших Планет самым мрачным выглядел Сатурн.
Судя только по лицу Сатурна, впору было подумать, что красавец на руках Тэ Му Вона мёртв. Однако от мужчины в пальто из лисьего меха то появлялось, то исчезало слабое белое дыхание — словно искра, готовая вот-вот угаснуть.
Только после того, как Пейра сели в машины, вождь испустил долгий вздох.
— Что же такое стряслось? — жена вождя с беспокойством посмотрела на машины. Когда муж не смог сразу ответить, она заговорила снова: — Похоже, он чем-то болен?
— Остаётся лишь надеяться, что нам не придётся устраивать похороны прямо на нашем континенте.
Вождь и раньше чувствовал, как сильно Пейра дорожит Чхон Ёном, но сейчас казалось, что всё обстоит куда серьёзнее, чем он думал. В глазах прошедшего мимо Тэ Му Вона полопались сосуды, из-за чего он выглядел опаснее, чем в любой другой день. От его пронзительного и леденящего душу взгляда веяло такой угрозой, что стоило кому-нибудь хоть пальцем тронуть человека у него на руках — он лишился бы не то что руки, а головы.
— Раньше казалось, что он не из Пейры... Кто же он такой?
— Думаю, будет лучше для нашего же блага не проявлять излишнего любопытства.
Услышав слова вождя, его жена слегка кивнула. Племя Хочай на лошадях последовало за машинами, которые вырвались вперёд.
Марс, сидевшая за рулём, услышав стук копыт, посмотрела в зеркало заднего вида. Тэ Му Вон попался ей на глаза раньше, чем всадники из племени Хочай.
Тэ Му Вон, с бесстрастным лицом прижимая Чхон Ёна к груди, взял лежавшую в машине воду и набрал её себе в рот. Затем он приоткрыл губы Чхон Ёна и влил воду ему, но тот не мог глотать, и большая часть просто проливалась мимо.
Чхон Ён не ел и не пил уже несколько дней. Однако цвет его лица ничем не отличался от обычного. Это было счастьем в несчастье. Иначе Тэ Му Вон уже давно бы окончательно сошёл с ума.
— С ним всё будет в порядке, — Марс впервые упомянула о состоянии Чхон Ёна.
— Цвет лица у него хороший, так что, возможно, он просто долго спит. Раньше, когда я следил за Чхон Ён-нимом, он тоже частенько спал допоздна, — добавил Юпитер тоже набравшись смелости. На самом деле Чхон Ён вёл довольно размеренный образ жизни, так что это была скорее ложь во спасение.
Сатурн ехал следом за рулём другой машины, но даже окажись он сейчас здесь, вряд ли смог бы кого-то утешить. Ведь он был влюблён в Чхон Ёна и ехал с совершенно убитым видом.
Юпитер не осмеливался обернуться, поэтому лишь осторожно поглядывал на Марс. Марс вела машину, глядя только вперёд и больше не бросая взглядов в зеркало заднего вида. Вплоть до самого дома вождя племени Хочай в салоне висела гробовая тишина. На море был слышен хотя бы шум волн, но в этой удушающей тишине Юпитер достал из кармана кусок дерева и с тихим шуршанием принялся орудовать резцом.
Когда они наконец добрались до места назначения и Тэ Му Вон вышел из машины, чёрный конь, бродивший на свободе без поводьев, фыркая, подошёл к Тэ Му Вону и Чхон Ёну.
Это был тот самый дикий конь, на котором они ехали в день, когда нашли тело Сон Хви. Конь радостно подошёл и попытался ткнуться своей длинной мордой в Чхон Ёна, но Тэ Му Вон проигнорировал это и вошёл в дом. Он опустил Чхон Ёна, которого нёс на руках, на ту самую кровать, куда уже укладывал его, когда тот болел простудой, и первым делом потянулся за бутылкой со спиртным.
— Хённим, — произнёс крайне робким голосом Сатурн, шедший следом. — Вы же так здоровью навредите.
Однако на самом деле забрать бутылку он так и не решился. Причиной, по которой у Сатурна было такое мрачное лицо, отчасти был Чхон Ён, но в немалой степени и то, что Тэ Му Вон совершенно не берёг себя. Сатурн знал, что Тэ Му Вон даже толком не спал. Пусть он и из клана Квон, но он не железный человек, из которого при ранении не прольётся ни капли крови.
Тэ Му Вон, даже не взглянув на Сатурна, жадно отпил из бутылки. Затем он вышел из дома, оставив дверь в комнату, где находился Чхон Ён, настежь открытой. Достав сигарету, он прикурил и затянулся. В этот момент на тыльную сторону ладони, державшей сигарету, опустились хлопья мокрого снега, беспорядочно гонимые ветром.
Примерно в то время, когда он почти докурил сигарету, с опозданием прибыли люди племени Хочай верхом на лошадях. Вождь, легко спрыгнув с самой крупной лошади, поспешно подбежал к Тэ Му Вону.
Вождь племени Хочай протянул Тэ Му Вону свёрнутое в трубочку послание. Он должен был отдать его, как только они сошли на берег в порту, но атмосфера совершенно не располагала к тому, чтобы заговорить с Тэ Му Воном, поэтому он смог передать его только сейчас.
Тэ Му Вон отставил бутылку со спиртным, которую держал в руке, и развернул послание. Пройдя через множество почтовых ястребов, послание было в таком потрёпанном состоянии, словно старинная книга. Выкуривая ещё одну сигарету, он принялся читать письмо, присланное Тэ Чхон О.
[Жду вас в Манджоне. Вместе со способом возрождения клана Квон.]
Он продолжил читать нацарапанный текст под строчкой, которую предположительно отправил Хван Хаджин.
[Направляюсь в Манджон. Судя по тому, что он так себя ведёт, даже после того, как его собственный отец погиб от твоей руки, похоже, у него есть какая-то цель. А ты почему отправился на Пятый Континент? Я как следует проверю, не объединился ли ублюдок Хван Хаджин с Чхон Хви Соном из провинции Чхон, чтобы сжечь гору Чхонхва, так что если всё же решишь присоединиться ко мне Манджоне, дай мне ответ.]
Убив Чхон Хви Сона, Тэ Му Вон записал всё, о чём догадывался, и отправил это Тэ Чхон О. А именно то, что Хван Хаджин и Чхон Хви Сон, похоже, были заодно.
Способ возрождения клана Квон... Раз уж Хван Хаджин не может поднять Одиннадцатый Континент, это означало, что он знает способ снять проклятие, не позволяющее им продолжать род. Как и сказал Тэ Чхон О, Хван Хонуй погиб от его собственных рук. И всё же, намерение явиться в Манджон, где расположилась Пейра, было равносильно сигналу о желании наладить дружеские отношения.
Судя по всему, внешне всё выглядело именно так, но было совершенно неясно, какие скрытые мотивы существовали у него на самом деле. Тэ Му Вон строил догадки о цели Хван Хаджина.
Возможно, он намеревается захватить власть над Первым Континентом вместо своего отца. Для этого ему нужны были жертвы, в которых течёт хотя бы капля крови клана Хва. Точно так же, как Хван Хонуй постоянно отдавал своих потомков на корм цветку Чхонджи.
Если подумать, разве Хван Хонуй чем-то отличался от племенного жеребца? Тэ Му Вон бросил докуренную сигарету в снег. Затем он зажёг зажигалку и сжёг бумагу.
Учитывая задержку в доставке сообщений с помощью ястребов, Тэ Чхон О, должно быть, уже прибыл в Манджон. Тэ Му Вон вошёл внутрь, небрежно отряхивая рукава, словно смахивая сигаретный дым. Комнату, в которой лежал Чхон Ён, в этот момент охраняли Сатурн и Юпитер.
— Му Вон-ним, мы можем чем-то помочь?
Тэ Му Вон бросил ярко-жёлтый взгляд на вождя, который осторожно к нему обратился.
— Если у вас есть способ разбудить того парня, который спит там внутри.
Не зная, в чём кроется причина, вождь не стал отвечать поспешно. Он лишь последовал за Тэ Му Воном до самой комнаты, сочтя это за молчаливое разрешение.
— Э-э, могу я узнать... как давно он находится в таком состоянии? Может, он чем-то болел?
В том, что касалось обращения с целебными травами, племя Хочай часто демонстрировало способности, уступающие лишь клану Хва. Если проявлялись какие-либо симптомы болезни, у них имелись самые разнообразные методы соответствующего лечения.
— Мне, конечно, неловко говорить об этом самому, но способности моей жены весьма выдающиеся.
Тэ Му Вон, чьё лицо всё это время оставалось бесстрастным, криво усмехнулся. Хоть срок жизни Чхон Ёна и был ограничен, никакой болезни у него не было. Он просто спал уже несколько дней, ничего не ев и не пив.
— Дело в том, что Чхон Ён-ним не приходит в себя уже больше четырёх дней. Есть ли хоть какой-нибудь способ помочь ему? — не сдержавшись, вмешался Юпитер.
Вождь широко раскрыл глаза. Человек не может продержаться без воды и трёх дней. Однако, несмотря на это, лицо Чхон Ёна выглядело полным жизни.
В этот момент в голове вождя внезапно всплыло одно воспоминание. О мужчине, который приходил к племени Хочай несколько десятков лет назад. Причина, по которой этот мужчина так отчётливо запечатлелся в его памяти, заключалась в том, что он, прямо как Чхон Ён перед его глазами, спал, не выпив даже ни капли воды. И на протяжении всего этого долгого времени мужчина с прекрасными чертами лица нисколько не терял жизненных сил.
— Э-э... Очень давно у нас был гость, который спал так же долго, как этот господин. Я хорошо его помню, потому что он был довольно-таки необычным человеком. Он был молодым, но волосы у него были совершенно белыми.
Взгляд Тэ Му Вона, до этого прикованный к Чхон Ёну, тут же устремился на вождя.