Глава 11: Долгий-Долгий Путь. Часть 4. Серовато-Голубой.
Разойдясь с любопытным могильщиком, рыцарь возвращается в безопасную зону Фонда.
Запутанные ветки шуршат, заставляя ее замереть. Но как только ее рука тянется к пистолету, оттуда выскакивает маленькое и робкое существо.
В этом есть какая-то надежда. Если зайцы вернутся, возможно, и люди тоже, и цветы, и жизнь.
Этот звук не спутаешь ни с чем, но она все еще задается вопросом.
Она пригнулась, выискивая источник звука.
Отточенные в бое чувства напрягаются, чтобы уловить мельчайшие детали.
Резкий звук заставляют ее вздрогнуть и выскочить из укрытия.
— Нет айди, но, кажется, принадлежит кому-то из Фонда.
— Нет времени объяснять. Слушай меня.
— Полковник Хиршфельдер был убит, когда садился в машину сразу после переговоров. Выстрел пришелся точно в шею, попал в сонную артерию.
— Да, но важнее то, что выстрелили из леса, это где-то рядом с тобой.
— Просто оставайся в укрытии. Я свяжусь с тобой, когда все уляжется.
Звонок сброшен. Марша выключает звук на устройстве и, ошеломленная, убирает его.
— После смерти полковника нет и малейшей надежды на мирные разговоры.
Она повторяет сообщение себе под нос, в ее горле сухо.
— Я не могу сейчас волноваться об этом. Снайпер все еще может быть здесь.
Она превращает шок в силу воли. После обучения в Ордене она научилась управлять своими эмоциями, контролировать их вплоть до гормонов.
А также научилась не сидеть и не ждать смерти.
— У меня есть только этот пистолет. Пуля остается пуля. Просто надо подобраться ближе.
Взяв оружие, она тактически уклоняется от веток толстых деревьев, что обеспечивают ей укрытие, и постепенно пробирается к Монпэ.
Между листьев и ежевики она замечает вооруженные фигуры.
Она инстинктивно приседает, и пуля проделывает длинную царапину на ее броне.
— У пятерых. Двое с пулеметами. Форма незнакомая.
Шквал последовавших выстрелов разрывает ткань и кожу, окрашивая ее броню брызгами крови.
Но она вспоминает тренировки, сохраняя концентрацию. Ее сердцебиение замедляется – кровотечение прерывается.
— Надо оставить одного в живых. А сейчас – подобраться ближе.
Они падают один за другим. Марша выглядывает из укрытия, у нее не получается опознать форму.
— Черная форма… Без понятия, кто это может быть. Возможно, Манус?
— Неважно. Кто помог мне? Ты можешь…
Пока Марша размышляла, ей на голову упало несколько сухих листьев.
Она смотрит вверх и видит фигуру, спрятанную среди веток.
У ее спасительницы с собой винтовка крупного калибра с прицелом и четкой маркировкой. Оружие снайпера.
В голове Марши появляется опасный вывод. Но она начинает осторожно.
— Ты застрелила этих мужчин? Ты их знаешь?
Такое чувство, что ее вопросы – маленькие камушки, брошенные слишком слабо, чтобы они долетели до сидящей незнакомки.
— Тебе же наверняка есть что сказать. Зачем делать вид, что это не так?
— Скажи, чем здесь занимается этот Фонд?
— Это не секрет. Мы проводим переговоры об окончании войны, но одного из представителей совсем недавно убили.
— Эти солдаты в черном могут быть виновниками.
— Нет. Они присланы защищать Хиршфельдера. Но они опоздали.
— Подожди, ты знаешь Хиршфельдера? Есть идеи, кто мог убить его?
Распыленный едкий дым щиплет глаза, застилая зрение.
— Манус Виндиктей? Нет. Фельдмаршал не поведется на это.
— Вы просто придумали какого-то врага для достижения своих целей.
— Мы поняли вот что: согласие нашего врага на эти переговоры было лишь уловкой, а полкочника нашего убили с целью запугать нас.
— Мы не поддадимся такой подлой тактике. Они выбрали войну – мы ответим тем же.
Связь резко прерывается, не оставляя возможности для разговоров.
Офис окутывают замешательство и напряжение, которые будто варятся в кипящей кастрюле.
— Убийство в Монпэ нанесло серьезный удар нашим глобальным попыткам. Многие мирные страны вышли из переговоров.
— Нет. Наши исследователи говорят, что слышали только один выстрел.
— У нас есть подтверждение того, что мы видели стрелка.
— Да, я слышала. Они еще не открыли огонь по ней, а значит, что наш стрелок вряд ли из Мануса.
Начальница штаба кивает в согласии, а затем объясняет сложившуюся ситуацию.
— Ястребы резко отреагировали на этот инцидент. Они снова призывают Фонд перейти в состояние боевой готовности.
— Ириней произнес весьма впечатлительную речь на нашей последней встрече. Очевидно, что многие склонятся в его сторону.
Вице-президент ставит шахматную фигурку на стол и щелкает по ней. Она медленно катится.
— Правда. Но мы все еще можем сделать кое-что для поддержания равновесия. Насилие мы должны использовать только в крайней случае.
— Отправь спецотряд в Монпэ. Нужно выяснить, что там творится на самом деле.
— Рэйзор сейчас на миссии на восточном фронте. Ближайшие несколько дней они не выйдут на связь.
— Сейчас свободны три группы: Метафора, Омен и Минерва. Не думаю, что хоть кто-то из них подходит для этой миссии.
— У нас остался только один вариант. Недавно созданный "XII".
— Команда Креуса. Уверена, он с радостью пополнит свое досье этой миссией. Он горит желанием показать себя.
— Все участники "XII" раньше работали с Креусом в Бюро Виджилов. Их опыт может быть полезен в этой миссии.
— Многие из раскрытых ими арканских преступлений были связаны с Манусом.
— Насколько я помню, его видели в компании известных Ястребов. Несколько раз он даже разговаривал с Иринеем.
— Не считаете, что его политические взгляды могут создать проблем?
— Наоборот, он сделает отличный выбор именно потому, что его присутствие на фронте успокоит Ястребов.
— Передай Креусу, чтобы он и его команда отправлялись через два часа.