Глава 1 ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ

1.1 Феномен доверия и его роль в межличностных отношениях

1.1. Феномен доверия и его роль в межличностных отношениях

Доверие является одним из базовых феноменов психологии личности и межличностного взаимодействия, обеспечивающим возможность установления устойчивых и гармоничных связей между людьми. В современной психологии доверие определяется как особая установка личности, включающая ожидание доброжелательных и предсказуемых действий со стороны партнёра по взаимодействию, готовность к открытости и признание значимости другого в системе отношений. (Купрейченко, 2017, с. 94).

В научной литературе подчёркивается, что доверие обладает многокомпонентной структурой и включает когнитивный, эмоциональный и поведенческий уровни (Султанова, 2019, с. 34–36).

Во-первых, когнитивный компонент связан с убеждениями и ожиданиями личности относительно поведения другого человека. Проявляя доверие, индивид предполагает, что партнёр будет действовать честно, надёжно и предсказуемо. Когнитивное доверие формируется на основе рациональной оценки прошлого опыта взаимодействия и способности прогнозировать поступки другого (Андреева, 2018, с. 112).

Во-вторых, эмоциональный компонент выражается в субъективном переживании безопасности, принятия и эмоциональной открытости. Доверие в данном аспекте опирается на эмпатию и позволяет человеку разделять свои уязвимые стороны с партнёром, что создаёт основу для подлинной близости (Петренко, 2020, с. 145).

В-третьих, поведенческий компонент проявляется в конкретных действиях: готовности делиться личной информацией, признавать ошибки, обращаться за поддержкой и полагаться на другого человека. Поведенческий уровень доверия служит внешним подтверждением когнитивных и эмоциональных установок (Купрейченко, 2017, с. 98).

Таким образом, доверие может рассматриваться как динамический процесс, интегрирующий когнитивные, эмоциональные и поведенческие аспекты. Благодаря этому оно выполняет важные функции в межличностных отношениях: снижает уровень тревожности, способствует формированию безопасности, открытости и эмоциональной близости, создаёт основу для совместного преодоления трудностей.

Следовательно, доверие выполняет интегративную функцию в межличностных отношениях: оно соединяет рациональное, эмоциональное и практическое измерения взаимодействия. Его дефицит или искажения приводят к отчуждению, конфликтам и формированию деструктивных паттернов, в частности к созависимым отношениям, где доверие нередко подменяется контролем, зависимостью или иллюзией «надёжности».

Особое внимание в исследованиях уделяется амбивалентному характеру доверия. С одной стороны, оно является условием принятия другого человека и формирования устойчивых отношений. С другой стороны, чрезмерное или неоправданное доверие способно привести к уязвимости и зависимости (Султанова, 2019, с. 37). Это особенно значимо в контексте созависимых отношений, где доверительные установки нередко искажаются: женщина может воспринимать контроль, гиперопеку или ограничение свободы как проявление заботы и надёжности. Подобные искажения приводят к укреплению нездоровых моделей взаимодействия и препятствуют развитию зрелой личности.

Феномен доверия необходимо рассматривать в контексте диады «Я – Другой». Именно в этой структуре реализуются базовые механизмы психологического взаимодействия: «Я» переживает собственную идентичность и одновременно вступает в диалог с «Другим», который становится значимой фигурой в личностном опыте. Доверие здесь выполняет функцию связующего звена: оно обеспечивает принятие, открытость и устойчивость взаимодействия. (Султанова, 2019, с. 35) При его отсутствии диада распадается — «Я» оказывается замкнутым, а «Другой» воспринимается как угроза или источник небезопасности.

В межличностных отношениях доверие выступает не только регулятором поведения, но и условием эмоциональной близости. Оно обеспечивает психологическую безопасность, формирует готовность к самораскрытию и содействует построению партнёрских отношений, основанных на уважении и взаимной поддержке. В романтических отношениях доверие играет ключевую роль, так как без него невозможны стабильность, устойчивость и гармония. (Султанова, 2019, с. 124). Его дефицит, напротив, порождает отчуждение, конфликты и ощущение небезопасности, что в конечном итоге может привести к разрушению отношений.

Итак, доверие является системообразующим фактором межличностных связей, объединяющим когнитивные, эмоциональные и поведенческие компоненты. Оно выполняет функцию психологической опоры, способствует формированию зрелых и гармоничных отношений, а также определяет способность личности к близости и принятию другого. Нарушения и искажения доверия, напротив, ведут к неустойчивости связей и формированию деструктивных моделей, в том числе созависимых отношений.

Оставила этот текст на всякий случай

Доверие представляет собой сложный и многогранный психологический феномен, который играет фундаментальную роль в становлении и развитии межличностных отношений. В современной психологии оно определяется как особая установка личности, основанная на ожидании доброжелательных, предсказуемых и ненаносимых ущерба действий со стороны партнёра по взаимодействию (Купрейченко, 2017, с. 85).

Следует отметить, что в современной психологии доверие можно рассматривать, как динамический процесс, возникающий и развивающийся в межличностных взаимодействиях. Большинство авторов сходятся во мнении, что доверие обладает многокомпонентной структурой и включает когнитивный, эмоциональный и поведенческий уровни, что обеспечивает его значимость как ключевого механизма межличностного взаимодействия. (Султанова, 2019, с. 34–36).

Во-первых, когнитивный компонент доверия связан с системой убеждений и ожиданий личности относительно поведения другого человека. Человек, проявляющий доверие, предполагает, что партнёр будет действовать предсказуемо, честно и доброжелательно. Таким образом, когнитивное доверие базируется на рациональной оценке надёжности партнёра и прошлого опыта взаимодействия (Андреева, 2018, с. 112).

Во-вторых, эмоциональный компонент выражается в переживании психологической безопасности, эмоциональной открытости и готовности разделять уязвимые стороны себя в контакте с другим человеком. Доверие на этом уровне формируется не только на основе рациональных оценок, но и через ощущение принятия и эмпатии. Именно эмоциональная составляющая доверия создаёт основу для близости и устойчивости в романтических отношениях (Петренко, 2020, с. 145).

В-третьих, поведенческий компонент доверия проявляется в конкретных действиях — готовности делиться личной информацией, признавать свои ошибки, обращаться за поддержкой, полагаться на другого человека. Иначе говоря, доверие выражается через открытое взаимодействие, которое подтверждает внутренние убеждения и эмоциональные состояния (Купрейченко, 2017, с. 98).

Таким образом, доверие можно рассматривать как целостный феномен, в котором когнитивные установки обеспечивают предсказуемость и осмысленность взаимодействия, эмоциональные переживания создают атмосферу безопасности и принятия, а поведенческие проявления подтверждают готовность к открытому сотрудничеству.

Важной характеристикой доверия является его амбивалентность. С одной стороны, оно формирует основу для принятия другого человека, способствует созданию близости и эмоциональной поддержки, что делает возможным построение устойчивых отношений. С другой стороны, чрезмерное или неоправданное доверие может приводить к уязвимости личности, риску зависимости и нарушениям личных границ (Купрейченко, 2017, с. 92). Особенно это значимо при анализе созависимых отношений: доверительные установки в них часто искажаются, что выражается в интерпретации контроля, гиперопеки или давления как проявлений заботы и надёжности (Султанова, 2019, с. 118).

Феномен доверия необходимо рассматривать в контексте диады «Я – Другой». Именно в этой структуре реализуются базовые механизмы психологического взаимодействия: «Я» переживает собственную идентичность и одновременно вступает в диалог с «Другим», который становится значимой фигурой в личностном опыте. Доверие здесь выполняет функцию связующего звена: оно обеспечивает принятие, открытость и устойчивость взаимодействия. При его отсутствии диада распадается — «Я» оказывается замкнутым, а «Другой» воспринимается как угроза или источник небезопасности.

Доверие выступает также необходимым условием формирования близости в романтических отношениях. Оно определяет готовность личности делиться уязвимыми сторонами себя и принимать партнёра без страха осуждения или отвержения. Исследования показывают, что высокий уровень доверия является предиктором эмоциональной удовлетворённости отношениями, устойчивости пары и способности партнёров к совместному преодолению кризисов (Султанова, 2019, с. 124). В то же время дефицит доверия ведёт к постоянной тревоге, ревности, отчуждению и часто становится одной из ключевых причин разрыва.

Таким образом, доверие в межличностных отношениях можно охарактеризовать как системообразующий феномен, включающий когнитивные, эмоциональные и поведенческие компоненты и выполняющий функцию поддержания устойчивости и безопасности взаимодействия. Его амбивалентная природа предполагает как конструктивные эффекты (создание близости, принятия, устойчивости), так и риски (уязвимость, зависимость, созависимость). Следовательно, доверие является ключевым механизмом построения зрелых и гармоничных связей, а его искажения становятся базой для формирования деструктивных моделей отношений.

1.2. Различные подходы к понятию созависимости

и созависимых отношений

1.2. Различные подходы к понятию созависимости и созависимых отношений

Созависимость как психологический и социальный феномен в последние десятилетия рассматривается с различных позиций — клинической психологии, семейной психотерапии, социальной психологии и экзистенциального анализа. Многоплановость её проявлений делает необходимым обращение к разным теоретическим подходам. Во-первых, клинико-психологический подход определяет созависимость как патологическую форму межличностной привязанности, при которой личность утрачивает автономность, а её самооценка и поведение во многом зависят от состояния другого. По Артемцевой (2017, с. 57–60), созависимость представляет собой устойчивый тип отношений, характеризующийся нарушением границ, подавлением собственных потребностей и постоянным поиском подтверждения своей ценности через заботу о партнёре. В этом подходе подчёркивается связь созависимости с зависимым и аддиктивным поведением. Во-вторых, семейно-системный подход, представленный в трудах М. Боуэна (2019, с. 44–46) и В. Сатир (2017, с. 132–136), трактует созависимость как продукт функционирования дисфункциональной семейной системы. Здесь ключевое значение имеет нарушение дифференциации «Я», когда границы между членами семьи размываются, а ребёнок усваивает роль «спасателя» или «жертвы». Впоследствии эти роли воспроизводятся во взрослых романтических отношениях.

В-третьих, социально-психологический подход связывает созависимость с теориями привязанности. По Гольдбергу (2021, с. 278–280), созависимые отношения коррелируют с небезопасными стилями привязанности, сформированными в детстве. В таком контексте созависимость можно рассматривать как социальный сценарий, где индивид жертвует собственными границами ради сохранения близости.

В-четвёртых, экзистенциально-гуманистический подход (К. Хорни, 2021, с. 136–140; К. Роджерс, 2019, с. 74–76; И. Ялом, 2017, с. 51–53) рассматривает созависимость как форму избегания экзистенциальной тревоги и страха одиночества. По Хорни (2021), в основе созависимых отношений лежит внутренний конфликт: стремление к любви и безопасности сочетается с подавлением подлинных чувств и зависимостью от оценки партнёра.

В-пятых, травматологический подход рассматривает созависимость как следствие непрожитых детских травм и опыта эмоциональной депривации. Калхун и Тедески (2022, с. 87–90) указывают, что созависимые отношения можно понимать как посттравматическую стратегию поведения: стремление «раствориться» в другом становится способом избежать боли утраты и отвержения. Современные исследования также выявляют гендерные аспекты. Так, Чукичева (2022, с. 171) показала, что у женщин межличностная зависимость тесно связана с особенностями интегральной индивидуальности: склонность к гиперответственности, жертвенности и эмоциональной неустойчивости повышает вероятность формирования созависимых сценариев.

Таким образом, различные подходы позволяют рассматривать созависимость как:

1) нарушение личностных границ и автономии (клинико-психологический взгляд); 2) продукт дисфункциональной семейной системы и межпоколенческих сценариев (системный подход);

3) социальный сценарий, детерминированный типом привязанности (социально-психологический);

4) экзистенциальную реакцию на страх одиночества (гуманистический);

5) посттравматическую стратегию избегания боли (травматологический). Итак, интеграция различных подходов подчёркивает, что созависимость — это не только индивидуальная психологическая проблема, но и результат взаимодействия семейных, социальных и экзистенциальных факторов.

Такое понимание создаёт основу для последующего анализа её влияния на доверие и построение межличностных отношений.

1.3. Психологические особенности молодых женщин,

переживших созависимые отношения

Созависимые отношения представляют собой дисфункциональный тип межличностных связей, при которых один из партнёров подчиняет собственные потребности и желания интересам другого, утрачивая при этом контакт с собой. Наиболее уязвимой группой в этом контексте являются именно молодые женщины, для которых характерны определённые психологические особенности, закрепляющие паттерны созависимости.

Во-первых, для данной категории характерна эмоциональная нестабильность и низкий уровень самоценности. Исследования показывают, что у женщин с опытом созависимых отношений наблюдаются трудности в формировании границ личности, что проявляется в постоянной готовности жертвовать своими интересами ради партнёра (Сунцова, Фаизова, 2018, с. 74). Подобное поведение тесно связано с чувством внутренней неполноценности и хронической неудовлетворённости, что, в свою очередь, усиливает эмоциональную зависимость от внешнего признания (Полянская, 2020, с. 58). Кроме того, размытость личностных границ приводит к неспособности адекватно различать собственные и чужие потребности, что усиливает риск попадания в токсичные и абьюзивные отношения (Шаповалов, Голенищева, 2021, с. 91).

Во-вторых, важную роль играют когнитивные установки, формирующиеся преимущественно в подростковом и юношеском возрасте. Среди них можно выделить убеждения: «меня будут любить, только если я буду удобной», «мои желания не имеют значения», «главное — сохранить отношения любой ценой» (Андронникова, 2017, с. 44). Подобные установки нередко являются результатом интериоризации родительских моделей поведения, где мать демонстрировала подчинённость и терпимость, а отец занимал доминирующую позицию (Артемцева, 2017, с. 63). Таким образом, молодая женщина бессознательно воспроизводит знакомый сценарий, ожидая любви в обмен на отказ от собственной субъектности (Каменский, 2019, с. 112).

В-третьих, проявления созависимости находят отражение в межличностных стратегиях поведения. Женщины, имеющие опыт подобных связей, склонны к избыточному контролю, стремлению управлять партнёром, а также к повторению деструктивных сценариев взаимоотношений (Абрамов, Цветкова, 2013, с. 137). При этом контроль часто маскируется под заботу или гиперответственность, но на самом деле является проявлением внутренней тревожности и недоверия (Олифирович, Громова, 2012, с. 56). В ряде случаев фиксируется феномен «эмоционального мазохизма» — стремления оставаться в отношениях, даже если они причиняют боль, поскольку именно страдание становится привычным способом взаимодействия (Вайнхолд, 2018, с. 74). Таким образом, женщина оказывается в замкнутом круге: она боится одиночества, но в то же время выбирает партнёров, которые подтверждают её негативные убеждения о себе (Даулинг, 2019, с. 82).

Особое значение приобретает возрастной аспект. Молодые женщины находятся в периоде формирования идентичности и жизненных стратегий, что делает их особенно чувствительными к межличностным неудачам и травматическому опыту. По данным исследований, в юношеском возрасте сохраняется высокая зависимость от внешнего признания, что усиливает склонность к самообесцениванию и попыткам «заслужить» любовь через уступки (Гольдберг, 2021, с. 103). В этом возрасте формируется система привязанности, и именно опыт созависимых отношений может закрепить деструктивный тип связи, основанный на страхе потери и стремлении контролировать другого (Калхун, Тедески, 2022, с. 211). Более того, внутренние конфликты, связанные с самооценкой, могут проявляться в психосоматических реакциях, депрессии и тревожных расстройствах, что подтверждают современные исследования (Хорни, 2021, с. 64; Юнг, 2020, с. 118).

Таким образом, психологические особенности молодых женщин, переживших созависимые отношения, включают низкий уровень самоценности, размытые границы личности, склонность к жертвенности, наличие иррациональных когнитивных установок, повторение деструктивных сценариев поведения, а также сильную зависимость от внешнего признания и эмоциональной поддержки. Эти характеристики не только закрепляют патологические модели взаимодействия, но и препятствуют формированию зрелых доверительных отношений. Вследствие этого необходимым направлением психологической помощи является работа с внутренними убеждениями, формирование навыков построения границ и развитие внутренней опоры, что позволит выйти из замкнутого круга созависимости и восстановить способность к построению гармоничных отношений.

Проведённый теоретический анализ показал, что доверие является фундаментальным психологическим феноменом, многокомпонентным и динамичным по своей природе. В структуре доверия выделяются когнитивный (убеждения и ожидания относительно другого человека), эмоциональный (переживание безопасности, принятия и близости) и поведенческий (готовность к открытости и взаимодействию) компоненты, которые находятся во взаимосвязи и взаимной обусловленности (Купрейченко, 2017; Султанова, 2019). Доверие выступает необходимым условием построения зрелых и устойчивых межличностных связей, в особенности в романтических отношениях, обеспечивая их стабильность, эмоциональную поддержку и возможность личностного роста партнёров.

Вместе с тем рассмотрение феномена созависимости позволяет выявить, что именно доверие чаще всего подвергается искажению. Созависимость представляет собой специфическую форму нарушения доверительных отношений, которая возникает вследствие сочетания индивидуальных факторов (заниженная самоценность, травматический опыт детства), семейных условий (трансляция сценариев подчинения и жертвенности) и социальных детерминант (гендерные нормы, стереотипы женской роли) (Артемцева, 2017; Чукичева, 2022). В этом контексте доверие трансформируется из ресурса в уязвимость: вместо опоры на другого человека возникает склонность к подчинению, контролю или иллюзии заботы, что ведёт к закреплению деструктивных моделей поведения.

Особое внимание в литературе уделяется психологическим особенностям женщин, переживших созависимые отношения. Для них характерны размытые личные границы, выраженная эмоциональная зависимость от партнёра, когнитивные установки типа «нужно заслужить любовь», а также высокий уровень внутренней тревожности и низкая самооценка. Подобные паттерны препятствуют восстановлению зрелого доверия к себе и другим, создают риск повторения деструктивных сценариев и усиливают уязвимость личности (Сунцова и Фаизова, 2018; Полянская, 2020).

Восстановление доверия у женщин, переживших созависимость, требует целенаправленной психотерапевтической работы. Наиболее эффективными подходами признаются интегративные методы, включающие сочетание индивидуальной терапии (когнитивно-поведенческой, гештальт- и психодинамической), семейной и групповой работы, а также телесно-ориентированных и креативных техник. Такой комплекс позволяет одновременно прорабатывать когнитивные установки, эмоциональные дефициты и поведенческие паттерны, формируя новые модели взаимодействия и укрепляя внутреннюю опору личности (Роджерс, 2019; Джонсон, 2019; Вайнхолд и Вайнхолд, 2018).

Таким образом, доверие является ключевым механизмом выхода из созависимости и основой построения зрелых, взаимоуважительных отношений. Его восстановление становится необходимым условием достижения личной автономии, укрепления самоценности и обеспечения устойчивого качества жизни у женщин, переживших созависимые отношения.