Шин (Сайлус) Ивент "Великолепный новогодний пир"
Пролог
Прямо с неба упал сверток в промасленной бумаге. Я протянула руку и поймала его; в нос тут же ударил нежный аромат свежей выпечки.
МС: Цветочные лепёшки? Да ещё из той самой популярной лавки... Ты специально ходил купить их для меня?
Шин: Принцесса не только мастерски владеет оружием, но и обладает отменным чутьем.
МС: Ещё бы, я ведь с самого детства пробовала всякие деликатесы. Ошибиться невозможно.
Маленький филин коротко ухнул и опустился Шину на плечо.
Стоило управляющему таверны показаться на людях, как собравшиеся зеваки разом ахнули, пораженные его величественной внешностью.
МС: Я — принцесса, ты — владыка замка. С нашей таверной мы без труда станем заведением номер один.
МС: Подготовка завершена, теперь всё было бы идеально, будь у нас опытный повар, способный заправлять кухней...
На церемонии открытия нашей таверны я, уплетая сладости, вполголоса переговаривалась с Шином.
МС: Сейчас конец года, и в каждой таверне искусных поваров берегут как зеницу ока. Переманить кого-то будет непросто.
Шин: И всё же, у тебя есть план?
Шин наклонился ко мне и бережно смахнул крошки сладостей с моего воротника.
МС: Сначала соблазнить выгодой, затем убедить доводами и тронуть чувствами. Если не сработает — начать переговоры с соблюдением этикета, а в случае провала перейти к жёстким мерам.
Пользуясь ажиотажем в честь открытия, я отправила гонца расклеить объявления: «Ищем повара на высокое жалованье. Проверка мастерства — на месте».
Стоило людям увидеть объявление, как прохожие тут же замирали как вкопанные.
Шин: Понятно. Решила привлечь внимание одним махом?
МС: По сравнению с твоими планами это лишь детская забава. Но если мы добьёмся популярности и признания, то и нужную информацию станет добывать гораздо проще, верно?
Замок Гэнъу не подчиняется власти императорского двора; им правит Шин — владыка, обладающий несметными богатствами и властью над всей округой. Я же принцесса императорской крови, и по воле судьбы выбрала Шина своим мужем.
Мы прибыли в Унсё, потому что Шин продвигает расширение торговых путей — они берут начало здесь, проходят через замок Гэнъу и ведут в чужеземные страны. Замок Гэнъу является критически важным узлом на этом пути.
Накануне конца года Шин тайно пустил слух, чтобы проверить реакцию при дворе. Судя по всему, в совете столкнулись две фракции, и их противостояние зашло в тупик.
Глава оппозиции — министр Лу Цянь. Будучи выходцем из знатного рода с множеством учеников, он утверждает на совете, что прокладывание торговых путей лишь истощает казну и народ, не принося Унсё никакой пользы.
Мы с Шином использовали таверну как базу для сбора информации, надеясь найти козырь, который заставит Лу Цяня замолчать.
МС: Об упрямстве Лу Цяня знают все, и при дворе, и за его пределами. Как ты собираешься действовать?
Шин: Примерно так же, как и ты. Сначала вежливость, а затем — жёсткие меры. Соблазнить выгодой, убедить доводами, тронуть чувствами.
Когда Шин произносит это, в его словах чувствуется какая-то непостижимая глубина.
МС: ...Но мне кажется, на деле ты используешь только два этапа из этого списка. «Соблазнить выгодой» и «жёсткие меры после вежливого отказа».
Шин: Чувства и мораль — вещи избирательные, на каждого они действуют по-своему.
Шин: Если человек действительно не падок на выгоду и не склоняется перед властью, тогда, само собой, я буду взывать к его разуму и совести.
МС: То есть ты собираешься менять тактику в зависимости от того, кто перед тобой? Весьма точный подход.
Пока я разглядывала людей, толпящихся у объявления о поиске повара, владыка замка Гэнъу, о котором ходит немало слухов, с довольным видом принял мои слова.
Шин: У нас схожие мысли. Мы с тобой идеально подходим друг другу.
Глава первая
С тех пор как на кухне стал заправлять знаменитый повар, нанятый за огромные деньги, слава о нашей таверне разнеслась мгновенно, и поток гостей не иссякал.
Когда дела пошли в гору, у нас наконец появилось время перевести дух.
МС: Сегодня в лавке выходной, давай выберемся куда-нибудь, раз выпал такой шанс. Есть место, куда ты хочешь пойти?
Шин ведет меня сквозь толпу, держа за руку. Мы идем плечом к плечу, и со стороны ничем не отличаемся от обычных туристов.
Шин: Унсё — это твоя территория. Я полагаюсь на твой выбор.
Шин: Принцесса желает прогуляться, а я сопровожу.
Улицы Унсё ярко украшены фонариками и красным шелком — всё вокруг дышит праздничной атмосферой конца года.
Владелец аттракциона: Подходите, подходите! Веселая игра Тоуко*! Бросите десять стрел — и девять точно попадут в цель! И призы есть!
Перед павильоном собралась толпа, а на деревянных полках красовались пестрые награды.
Заметив, что мы держимся за руки, хозяин понимающе улыбнулся и указал на изящный фонарь.
Владелец аттракциона: Если вы оба попадете девять раз из десяти, я вручу вам главный приз!
МС: Когда я жила во дворце, я была мастером в этой игре. Не хочешь попробовать?
Шин: Идет. Но бороться просто за фонарь скучновато.
Шин: Давай заключим между собой еще одно пари?
Шин: Победит тот из нас, кто забросит больше стрел. Проигравший сделает победителю отдельный подарок.
Десять стрел одна за другой идеально легли в цель. Я крутанулась на месте, чтобы похвастаться перед Шином, но обнаружила, что его взгляд прикован только ко мне.
Шин: Ты не лгала. Ты и впрямь мастер этой игры.
От такой искренней похвалы мои щеки невольно запылали.
МС: Само собой! Теперь твоя очередь.
Когда настала очередь Шина, хозяин лавки подошел, чтобы уточнить правила.
Владелец аттракциона: Когда играют двое, правила меняются. Тот, кто ходит вторым, должен бросать стрелы, стоя спиной к цели!
МС: Что? Раньше вы об этом не говорили! Вы же нарочно усложняете задачу!
Владелец аттракциона: Ну что вы. Это же просто игра, я лишь добавил немного азарта. Раз уж молодая госпожа так искусна, то и благородный господин, ее спутник, наверняка не промах.
Шин поймал мой взгляд и спокойно кивнул.
Шин: Спиной, так спиной. Если ты так хороша в этом деле, я не могу позволить себе тянуть нас на дно.
Стоя спиной к цели, Шин слегка вскинул кисть, и брошенная стрела, рассекая воздух, устремилась вперед.
Последняя стрела просвистела в воздухе, едва задев край горлышка... Девять попаданий из десяти. Один промах.
Получив заветный фонарь, мы отправились в обратный путь.
МС: Послушай, Шин. Последнюю стрелу ты ведь промахнулся специально? То есть ты...
МС: Ты просто хотел иметь предлог, чтобы сделать мне подарок!
Шин: Эта игра требует хладнокровия и концентрации.
Шин: Но если сердце склоняется к кому-то одному, то и траектория полета стрелы неизбежно изменится.
Стрела пролетела мимо цели намеренно, но этот промах был продиктован велением сердца.
Глядя на мерцающие подвески фонаря, я почувствовала, как от его «предвзятого сердца» в моей душе воцарилась легкость.
МС: Тогда тщааательно выбирай подарок. Я собираюсь беречь его и любоваться им каждый день.
*Тоуко - традиционная восточная забава. Игроки должны бросать стрелы (или специальные палочки) в узкое горлышко стоящего на расстоянии кувшина или вазы. Изначально это было аристократическое развлечение на пирах. Считалось, что игра демонстрирует благородство, выдержку и концентрацию человека.
Глава вторая
Раз уж мы держим таверну, конкуренции с другими заведениями не избежать. Тем более в таком месте, как гастрономический квартал Унсё, где земля стоит баснословно дорого.
Как и ожидалось, конкурирующая лавка на той же улице начала тайно изучать нашу кухню и выставила на продажу почти такие же блюда, но по более низкой цене.
Беспокоясь, что это ударит по нашему потоку гостей, я купила еду в том месте и попробовала её вместе с Шином.
МС: Очень похоже на наше, но вкус явно на порядок хуже.
МС: Не мочь победить честно в популярности и устраивать такие козни за спиной!
Шин: Значит, нам пора заявить о себе во весь голос.
Шин: Репутация у нас и так выше. Если мы немного этим воспользуемся, соперник и в подметки нам не будет годиться.
Шин, используя свои связи, разослал множество приглашений и устроил в нашей таверне поэтическое собрание, созвав литераторов и мастеров кисти со всего Унсё.
Благодаря этому в назначенный день собралось множество участников, а зевак пришло и того больше.
Шин: Тему собрания выберет принцесса.
Шин: Ты была при дворе, где пиры не редкость, так что к подобному тебе не привыкать, верно?
МС: Разумеется. Каждый год меня звали на бесчисленное множество приемов, больших и малых. От половины даже приходилось отказываться.
МС: Но я думала, что ты не любишь такие поэтические встречи и изысканные собрания. Даже когда мы были в замке Гэнъу, я ни разу не видела, чтобы ты в них участвовал.
Шин: Для меня красивые фразы — лишь средство достижения цели.
Я выбрала темой собрания «Изыски нашей таверны». Я лично проверила всё меню, подготовив лучшие сорта чая и вина.
Одно за другим гостям подавались великолепные блюда. Когда вино пошло по третьему кругу, поэты начали слагать стихи и песни, льющиеся словно из чистого источника.
Каждый раз, когда рождалось новое произведение, ответственный человек переписывал его начисто, выходил на улицу и зачитывал вслух на радость собравшейся толпе.
Зритель: Какое чудесное стихотворение! В нем есть земная простота, но не утрачено и изящество. От одного только прослушивания просыпается аппетит!
Пока вокруг гремели аплодисменты, я в углу прошептала на ухо Шину:
МС: Хоть мы и затеяли это ради рекламы, я не ожидала, что соберется столько талантливых людей. Это совсем не похоже на те скучные собрания, в которых я участвовала раньше.
Шин: Стихи, что слагают во дворце, чаще всего пишутся по приказу государя. Слова в них могут быть пышными, но в них нет истинного духа.
МС: Это правда. В отличие от них, стихи простых людей пропитаны искренним восхищением вкусной едой.
Шин: На любом пиру принцесса должна быть самой почетной гостьей.
Шин: Разве все не должны воспевать тебя?
МС: Меня и воспевают. Только когда слышишь это постоянно, перестаешь что-либо чувствовать.
МС: Но если бы меня похвалил ты — дело другое. Такое я готова слушать сколько угодно.
Шин: Птица-феникс, чьи перья сияют, в небесах кружит, на высокое древо садится, из сладкого источника пьет...
МС: Нужно принести тушь и кисть, чтобы записать это! Я буду хранить это как семейную реликвию и зачитывать вслух каждый Новый год.
Среди шума поэтического собрания не смолкали возгласы восхищения. В этой суматохе человек передо мной, даже не пытаясь скрыть чувств, лукаво улыбнулся.
Шин: Я сравнил принцессу с фениксом. Это лишь искренние слова о чувствах, что я храню в груди.
Шин: А что до продолжения стиха...
Шин: Я не люблю пустых рассуждений на бумаге. Похоже, мне придется медленно смаковать и сплетать строки в нашей дальнейшей повседневной жизни.
Благодаря успеху поэтического собрания наша таверна вмиг прославилась как место утонченное, оставив подражателей далеко позади.
Гости вернулись, и заведение стало процветать еще больше прежнего.
МС: К тому же, завязать знакомство с учениками Лу Цяня — это поистине неожиданная удача.
МС: Хотя посторонись... Шин, это и правда было «неожиданно»?
Шин: Тот человек любит изящество и души не чает в хорошей кухне.
Шин: Раз эта встреча так идеально подошла его вкусам, разве мог он не заинтересоваться?
Как и ожидалось, этот план позволил убить двух зайцев одним выстрелом.
Глава третья
Под ясным погожим небом, по приглашению Шина, я посетила загородную виллу. Там находилось просторное поле для игры в поло.
Маленькая кобылка, которую я купила раньше, сейчас весело резвилась на краю поля.
Шин: Раз уж у неё такой активный характер, лучше давать ей вдоволь набегаться в просторном месте.
Шин: Конюшня при трактире слишком тесная. Жалко её — сидеть взаперти целыми днями.
МС: Твоя правда, но ты сейчас о лошади? Или о том, что я последние несколько дней сидела взаперти, уткнувшись в бухгалтерские книги?
Шин: Умная принцесса наверняка уже сама знает ответ.
Шин: Погода отличная, не хочешь ли сыграть в конное поло?
МС: Можно, но берегись. Я могу разнести тебя в пух и прах.
Шин: Тогда начинаем. По коням.
Мы с Шином возглавили своих слуг и провели несколько раундов. После жаркой схватки конечный результат оказался... неожиданной ничьей.
Вспотев за игрой и хорошенько размявшись, мы вернулись на крытую галерею, чтобы передохнуть.
На галерее, где витал тонкий аромат чая, Шин опустился на бамбуковый стул напротив меня. Я пододвинула к нему коробку с фишками для сугороку.
Шин: Раз уж в поло победителя не выявили, решила сменить поле боя и бросить вызов снова?
Я слегка фыркнула и, открывая доску, многозначительно ответила:
МС: На поле для игры в поло Фума* был слишком хорош в том, чтобы поддаваться. Но в сугороку мы бросаем кубики, чтобы двигать фишки, так что здесь нужно хоть немного удачи.
МС: Мне везёт с самого детства. Может, моя удача передалась и Фуме, который каждый день рядом со мной?
Мы по очереди бросали кубики и двигали фишки согласно выпавшим очкам. В это время Шин завел разговор о главной цели нашего визита в Унсё.
Кажется, появились подвижки в деле учеников Лу Цяня, с которыми мы недавно связались — посланник Шина смог в подробностях выведать вкусы и предпочтения Лу Цяня.
МС: Вы даже раскопали тексты, которые он писал для государственных экзаменов? Как вам это удалось?
Шин: Прокладывание торговых путей — это и есть путь торговца. Его суть в обмене выгодой.
Шин: Пока вещь имеет ценность, всегда есть место для переговоров.
Звучит просто, но на деле это требует тщательной подготовки и стратегии. Должно быть, это стоило немалых трудов.
На доске я, полная боевого задора, подбиралась к нему ход за ходом.
МС: В конце концов, я на шаг впереди — как-никак, я «повалила» даже тебя.
Шину не везёт с кубиками, однако его манера игры на доске искусна, и он до самого конца сражается со мной на равных.
Шин: Поведение принцессы — точь-в-точь как эти игральные кости.
Шин: В каждом твоём ходе скрыты переменные, их трудно прочесть.
МС: Понятно, это ведь был комплимент, верно?
Шин: Если ты так считаешь, пусть будет так.
Шин: Но именно поэтому состязаться с принцессой так интересно.
МС: Ну и какой же приз приготовил Фума для такой интересной меня?
Шин: Твой план уже удался. В том, чтобы подстраиваться под чужие вкусы, у тебя явно больше опыта, чем у меня.
Шин: Если не возражаешь, может, поделишься секретом?
Я вспоминаю дни, когда изо всех сил пыталась завоевать сердце Шина — сколько бы раз я ни терпела неудачу, я снова поднималась и отважно бросала вызов.
МС: Как говорится, «великое мастерство подобно неумению».
МС: Я думаю, самая честная сделка в этом мире — это отвечать искренностью на искренность.
Брошенные мной кубики со стуком покатились и замерли. Увидев, что выпало самое большое число, Шин вдруг слегка улыбнулся.
*Фума - муж принцессы в древнем Китае.
Глава четвертая
Приближается храмовая ярмарка в честь конца года, и весь город только и говорит о шествии праздничных колесниц. Как и каждый год, торговцы вложили средства, чтобы подготовить великолепные повозки сайща*. Мы с Шином уже определились с их внешним видом и украшениями, осталось лишь договориться с труппой артистов, которые будут выступать.
Шин: Насчет этого можешь просто попросить какую-нибудь акробатическую труппу.
MC: А еще нужен один человек на главную роль — он должен изображать бога или героя. Во время шествия он будет разбрасывать горожанам обереги на удачу.
Прежде чем он успел отказаться, я быстро достала медную монетку.
MC: Ладно, давай решим это броском монеты.
MC: Если выпадет орел — ты будешь в роли героя, а если решка — я буду богиней. Идет?
Шин: Почему нет варианта, где участвуют оба или не участвует никто?
MC: Если мы будем участвовать вдвоем, то некому будет смотреть на шествие со стороны. А если никто не выйдет, кто тогда будет разбрасывать обереги?
MC: Ты же не хочешь пропустить такое яркое событие? Ну же, Шин, пожалуйста!
Шин: Опять твоя тактика «настойчивых просьб». Похоже, тебе уже лень придумывать новые уловки.
Пусть это и старый прием, но если он работает — этого достаточно. Заметив, что уголки его губ дрогнули в улыбке, я тут же подбросила монетку, поймала ее обеими руками и резко раскрыла ладони...
MC: Орел! Ты будешь в роли героя!
Шин: Эта монетка очень уж тебя слушается.
Внезапно он взял мою руку и начал вертеть ее в своих. Вздрогнув, я быстро спрятала монетку в другой руке.
MC: В общем, не забудь бросить мне оберег!
Шин: В таком случае, смотри, раскрой руки пошире, чтобы поймать.
В день ярмарки город был охвачен оживлением, будто все вокруг полыхало огнем.
Настали сумерки, и вдоль улиц один за другим начали зажигаться фонари. Процессия колесниц была полностью готова.
Ударяющий в гонг: Новый год близится, колесницы едут по городу. Сотни искусств предстают пред взором, звуки гонга открывают путь...
Колонна пришла в движение. В толпе я приподнялась на цыпочки и помахала рукой Шину, стоявшему на колеснице.
На высокой платформе повозки стоит человек, словно герой, сошедший со страниц легенд. Его величественный и прекрасный облик напоминал небожителя; взглянув на меня сверху вниз, он едва заметно улыбнулся.
Процессия начала разбрасывать обереги: праздничные лепешки, монетки на удачу, пятицветные нити... Я с предвкушением уставилась на Шина.
Он не спеша достал большой красный конверт. На нем золотыми нитями была вышита птица луань, готовая вот-вот взлететь; с первого взгляда было ясно, что это вещь, сделанная на заказ.
Шин: Восславим прекрасный праздник Нового года, помолимся о спокойствии и о том, чтобы ветер всегда был попутным.
Зритель: Это определенно лучший из оберегов! Бросай сюда!
Шин легким движением кисти бросил конверт, и тот, под завистливые возгласы толпы, упал прямо мне в руки.
Зритель: Отличный бросок. Кажется, он специально целился так, чтобы эта барышня не промахнулась.
MC: Хе-хе, тут уж ничего не поделаешь. Мне всегда везет, я просто притягиваю удачу.
Когда колесницы объехали город дважды, толпа начала понемногу редеть. Шин взял меня за руку и повел вглубь ярмарки, туда, где тянулась улица с фонариками.
MC: Моей особенной монете на удачу завидовали все вокруг. Не думала, что ты подготовишь такой неожиданный подарок.
Шин: Кое-кто специально искал монетку, у которой «орел» с обеих сторон. Если бы я не сделал этого, твои старания пропали бы зря, не так ли?
MC: Кхм... ну, так ведь даже лучше. Я бросила «мяч», а ты бросил «монету на удачу». Будем считать, что мы квиты.
MC: К тому же, ты ведь заметил, что с монетой что-то не так, но все равно подыграл мне. Значит, ты просто решил меня побаловать.
Шин взял мою руку и переплел свои пальцы с моими.
Шин: Если это твоя ловушка, я всегда готов с радостью в нее прыгнуть.
*Сайща - празднично украшенная колесница или передвижная платформа, используемая во время фестивальных шествий.
Глава пятая (финал)
На основе собранной информации Шин нашел лазейку.
Через старшего ученика Лу Цяня Шин договорился с ним о секретной встрече. Переговоры длились четыре часа, но об их подробностях никому не известно.
После ухода Шина Лу Цянь сидел за столом при свете лампы и глубоко о чем-то думал до самого рассвета.
Затем на большом собрании план по открытию торговых путей был благополучно одобрен, и с начала года началась его полномасштабная реализация.
МС: Сегодня праздничный вечер. Мы вместе работали над этим планом и совершили нечто великое.
МС: И все же, как тебе удалось убедить Лу Цяня? Ты мне так до конца и не рассказал.
Шин: Лу Цянь — человек, на которого не влияет внешнее давление и который не поддается личным чувствам.
Шин: Поэтому я сменил стратегию. Я использовал тщательно проработанные данные в качестве аргументов для убеждения. Чтобы он поверил, что этот торговый план станет достижением на века для Унсё.
МС: Но ведь он наверняка беспокоился о том, что это лишь растратит ресурсы народа и казну.
Шин: Да. И чтобы развеять эти опасения, нужно было найти союзников.
Шин: Тогда я приманил богатых торговцев правом управления, а соседние страны привлек условием предоставления торговых привилегий.
Шин: Разделив расходы и рабочую силу между всеми, я сделал так, чтобы и убытки, и прибыль распределялись совместно.
Шин слегка коснулся моей руки, в которой не было палочек. Я так увлеклась его рассказом, что даже не притронулась к еде.
Шин: В конечном итоге он решился на это потому, что я заставил его поверить.
Шин: Несмотря на разные политические взгляды и положение, мы оба стремимся к прочному спокойствию и долгосрочной выгоде.
МС: Понятно... Но когда я это слушаю, мне кажется, что в твоих словах чего-то не хватает.
МС: К чьему именно «прочному спокойствию» и чьей «долгосрочной выгоде» ты стремишься?
Шин: Эти великие цели были лишь для того, чтобы убедить Лу Цяня. Это не значит, что за ними я не скрываю личный интерес.
Шин: Тот, кто управляет ситуацией, естественно, должен стать победителем, получающим максимальную выгоду.
Шин: Земли под склады вдоль дорог, распределение таможенных пошлин, право приоритетного распределения...
Шин: Настоящее «лакомое вознаграждение» уже давно прибрано к рукам замка Гэнъу.
Шин: Только ради такой выгоды мне и стоило действовать.
Когда вино ударило в голову, я предложила выйти подышать свежим воздухом к перилам.
Длинная улица, на которую выходили перила, была ярко освещена фонарями в честь Нового года. Если смотреть сверху, она казалась рекой из текущего света.
В тот момент, когда я обернулась, наши взгляды с Шином встретились. В ночном воздухе половина его фигуры была окрашена светом фонарей, а другая — растворялась в ночной тьме.
МС: (Праздник, мы наедине... идеальный момент, чтобы вручить подарок, но... где он его прячет? Неужели еще не собирается дарить?)
Я украдкой взглянула на рукав Шина. Но он внезапно снова встретился со мной взглядом, словно разгадав мои мысли.
Шин: Я всегда выполняю то, что обещал.
Он протянул мне деревянную шкатулку с изящным узором. При нажатии на защелку раздался щелчок, и она медленно открылась.
Внутри оказалось позолоченное медное зеркало, инкрустированное белым нефритом, с гравировкой летящей птицы луань. В ночных сумерках в нем смутно отражалось мое лицо.
Шин: Я знаю, что ты не испытываешь недостатка в дорогих сокровищах или редких вещах. Поэтому я выбрал другой путь.
Шин: Пусть в новом году ты сияешь, подобно золотой жемчужине, и паришь в синем небе, как птица луань, взлетая на высоту в девяносто тысяч ли.
Шин наклонился и заглянул мне в глаза, словно пытаясь разглядеть сокровенные мысли в самой их глубине.
Шин: Я дарю это тебе как «отражение» своей искренности. Что ты об этом думаешь?
Это и был его ответ. Возможно, и он сейчас мог прочитать мой ответ по моим глазам.
МС: Я почувствовала это. Твоя искренность как «зеркало»... Без сомнения, это самая честная сделка в мире.
Человек передо мной нежно коснулся моей щеки.
Звук фейерверков, раздавшийся вдалеке, совпал с биением сердца. Слова, которые он произнес, приблизившись, звучали как шепот и одновременно как своего рода клятва.
Шин: Я жаден и желаю чего-то гораздо более грандиозного.
Шин: И это не то, что длится один день или одну ночь, это то, что будет продолжаться из года в год, вечно.