Хомура (Рафаэль) - Свет, пронзающий ночь (夜を駆る灯り）
Воспользовавшись случаем, представившимся благодаря деловой коллаборации, Хомура привез меня в небольшой городок, где он когда-то жил в течение короткого времени.
МС: Хомура, посмотри на тот дом! Какой яркий и красивый!
МС: А эта залитая солнцем бухта выглядит точь-в-точь как картина маслом...
Некоторое время назад Хомура получил предложение о сотрудничестве. Местом действия был выбран небольшой прибрежный городок, где он когда-то жил несколько месяцев во время учёбы за границей.
Желая вновь посетить памятные места, Хомура, не колеблясь, добавил меня в список сопровождающих в этой поездке.
Хомура: Мы ещё даже внутрь не зашли, а у тебя в смартфоне, кажется, уже память закончится от количества фотографий.
Прежде чем я успеваю ответить, я случайно нажимаю на уведомление, всплывшее на экране.
МС: «Единственный в мире райский уголок, спрятанный в тихом провинциальном городке!»...
МС: Хомура, я и подумать не могла, что место, где ты раньше жил, теперь стало новой туристической достопримечательностью.
Хомура накрывает ладонью экран моего смартфона и мягко кладет голову мне на плечо.
Хомура: Как печально — рядом с тобой человек, который знает этот город лучше всех, а ты только и делаешь, что смотришь в телефон.
Мне ничего не остается, кроме как убрать смартфон.
МС: Ну тогда... наш всезнающий гид, не представишь ли нам место назначения?
Хомура берет меня за руку, и мы проходим под белой кованой аркой на въезде в город.
Хомура: Перед взором юной леди раскинулся романтичный и очаровательный приморский городок, где когда-то жил сам Хомура.
Хомура: Если следовать по его стопам, перед Вами предстанут старые здания и морские пещеры, которые рисовал Хомура, галечный пляж, по которому он гулял...
Хомура: Вы сможете увидеть рыбный ресторан, который так нежно любил Хомура, а также популярное место, славящееся своей многолетней репутацией — бывший дом Хомуры.
МС: Вот оно что. Значит, под «райским уголком» подразумевался огромный тематический парк имени Хомуры.
Хомура внезапно останавливается и с серьезным лицом поворачивается ко мне.
Хомура: Я совсем забыл, пока ты мне не напомнила. Дорогая гостья, я еще не проверил Ваш билет.
Хомура наклонился и запечатлел на моей щеке поцелуй, нежный, как морской бриз.
Хомура: Проверка завершена. Добро пожаловать в мой рай.
Но, вопреки ожиданиям, пока Хомура отсутствовал, «рай» заметно преобразился.
Городок, который когда-то был тихим и далеким от мирской суеты, теперь кишел туристами, наслаждающимися отдыхом.
Мы решили укрыться в относительно спокойном заведении.
Владелец: Добро пожаловать. Не желаете ли попробовать наш фирменный черничный йогурт?
МС: Черничный йогурт? Это местный десерт?
Хомура: Да, у него очень особенный вкус. Его можно попробовать только здесь... Нам одну порцию, пожалуйста.
Вскоре принесли десерт. Попробовав ложечку, я почувствовала сладкий и нежный вкус, но аромата ягод почти не ощущалось.
На вкус это был самый обычный молочный десерт.
Хомура: Что это за выражение лица? Вкусно? Или всё-таки нет?
Он пробует с моей ложки и кривится так же, как и я.
МС: По твоему лицу тоже не особо понятно, вкусно это или нет.
Владелец: Ну как? Вам нравится?
Владелец: Это наша супер-улучшенная версия, созданная на основе отзывов покупателей.
Мы с Хомурой переглянулись и одновременно улыбнулись владельцу.
Хомура: Тот, кто это предложил, наверняка терпеть не мог черничный йогурт.
Я стараюсь сохранять улыбку, но сквозь зубы бормочу:
МС: На мгновение я даже засомневалась в собственных вкусовых рецепторах. Подумать только, рецепт изменили до неузнаваемости.
Хомура: Когда на тебя смотрят с таким радостным лицом, язык не поворачивается сказать правду.
Увидев наши улыбки, владелец удовлетворенно кивнул и отошел.
Хомура: Ну и ладно. Это место окончательно превратилось в туристический центр, так что нет ничего удивительного в том, что вкус изменился.
Хомура смотрит в окно. Залитая солнцем улица переполнена людьми.
Хомура: Кажется, заведений, которые я знал, больше не осталось.
Хомура: Похоже, мне придется вычеркнуть из своего списка планов многие пункты.
МС: Раз планы изменились, давай лучше сразу отправимся в то место, куда ты хотел попасть больше всего. То самое легендарное место...
Следуя воспоминаниям Хомуры, мы подошли к частному дому с садом у самого моря.
Вдали от шумных туристических троп воцарилась тишина, словно мы остались только вдвоем.
Хомура прикладывает палец к сканеру отпечатков, но тот никак не реагирует.
Хомура: Странно. Видимо, за столько времени батарейка села...
Хомура: Ну и ладно. Давай просто перелезем через забор.
Не успела я предложить другой вариант, как Хомура уже нашел подходящее место.
С его длинными руками и ногами ему не составило труда ухватиться за выступ в стене и вскарабкаться наверх.
МС: Ты как-то слишком привычно это делаешь...
Хомура как ни в чем не бывало протянул мне руку.
Хомура: Это мой дом, так что неважно, как именно я в него попаду.
В гостиной, должно быть, очень давно никого не было. Хомура распахивает окно, и морской бриз выветривает застоявшийся воздух.
Внутри всё осталось так, как было до отъезда хозяина. Повсюду разбросаны разные вещи, а у окна стоят несколько маленьких мольбертов.
Хомура: Кхм. Тогда я уезжал в спешке. Если бы я знал, что приведу тебя сюда, я бы прибрался...
В этот момент ветер шевельнул лист бумаги на планшете. На нем было изображено море в хаотичном переплетении линий и красок, но это совсем не походило на стиль Хомуры.
МС: Кажется, это не твоя картина.
Хомура: О, ты уже неплохо разбираешься в моем стиле?
Хомура: Ты права. Это рисовали городские дети.
МС: Я и не знала, что ты здесь не только учился, но еще и подрабатывал учителем рисования.
Хомура, убиравшийся в захламленной гостиной, услышал мои слова и на мгновение принял слегка смущенный вид.
Хомура: ... Всё было не совсем так. В то время в городе негде было купить краски, поэтому я повсюду искал ингредиенты и делал их сам.
Хомура: Местные дети, увидев это, решили, что я ищу сокровища, и стали повсюду таскаться за мной.
Хомура: Поэтому я сказал им: «Я делаю краски. Если продолжите ходить за мной хвостом, я и вас переработаю на краску».
МС: Какая-то резкая смена жанра на ужасы. И что было дальше?
Хомура: Когда они услышали, что я могу превратить в краски даже обычную грязь... они стали поклоняться мне еще больше и бегали за мной хвостом, умоляя научить их.
Хомура: И тогда я сказал: «Только если найдете материал подходящего цвета». Результат — сама видишь.
Сначала Хомура казался человеком, который не подпускает к себе людей, но, когда я представила, как в итоге он, окруженный детьми, был вынужден пойти на компромисс...
Хомура: Ты мой телохранитель, а вместо того чтобы «сплотиться и противостоять врагу», ты надо мной смеешься?
Хомура защекотал меня за талию, я зашлась от смеха в его объятиях и прислонилась к стене.
Тогда Хомура придвинулся ближе, словно его притянуло магнитом, и я почувствовала его дыхание на своей щеке.
Хомура: Жаль, что тебя тогда не было рядом.
МС: И что бы я делала? Рассказывала бы вместе с тобой детям страшилки? Или составляла бы им компанию в рисовании?
Хомура: ... Ты бы не им компанию составляла, а мне. Это же очевидно.
Я проследила за взглядом Хомуры в окно: вдоль побережья синего моря выстроились разноцветные домики.
Хомура: Днем мы будем гулять по городу. В тех горах особенно много камней, они идеально подходят для изготовления красок.
Хомура взял мою руку и провел моим пальцем по линии горного хребта.
Хомура: Если вернемся в город к обеду, успеем съесть свежеиспеченную лазанью.
Хомура: Внутри у нее запеченная рыба в сливочном соусе, аромат просто божественный.
Хомура снова взял меня за руку и нарисовал на ближайшем оконном стекле маленькую рыбку.
Хомура: Днем будет чуть сложнее. Это время, когда в городе повсюду появляются дети.
МС: А! Я поняла. В это время я должна буду схватить тебя за руку и сбежать вместе с тобой, так?
Хомура бросил на меня одобряющий взгляд, словно хваля за сообразительность.
Хомура: Можно добежать до моря. Песок здесь не такой, как в других местах, — когда наступаешь, он кажется еще мягче.
Хомура: И цвета ракушек здесь очень редкие, так что нужно будет взять корзинку и сходить пособирать их.
Хомура: А когда наступит вечер, я провожу тебя до города по дороге, утопающей в цветах.
МС: Звучит очень красиво даже на словах. Хм? ...Погоди минуту.
МС: Что значит «провожу до города»? Разве мы не будем жить вместе?
Хомура: Сейчас — да, но тогда...
Хомура: Я был благовоспитанным лемурийцем.
Я наконец вспомнила, что всё это были фантазии о том, что могло быть много лет назад. В то время я была еще студенткой.
МС: Кхм, ладно, уговорил — провожай. Твои фантазии на редкость старомодны и учтивы.
Пока мы представляли в этом старом доме наше общее «прошлое», время пролетело незаметно.
Пришло время встречи с заказчиком коллаборации, и мы отправились на городскую площадь. Она закрыта для туристов, поэтому здесь почти никого нет.
Организатор: Давно не виделись. Честно говоря, не думал, что Вы действительно придете.
Хомура: Я лишь откликнулся на приглашение. Это не значит, что я принял заказ.
Организатор выставки, ничуть не смутившись, вежливо улыбнулся мне.
Затем он подвел нас к панелям на площади, где были размещены работы, предназначенные для экспозиции.
Организатор: Это художники, которые в последнее время пишут картины на тему моря. Я планирую по очереди просить их о согласии на участие.
Организатор: Если Вы согласитесь присоединиться, расположение этих работ, их добавление или замена — всё будет зависеть от Вашего решения.
До этого я лишь мельком осмотрела картины, не зная, что Хомура имеет к этому отношение.
Хомура: Кажется, сейчас ты похожа на большую рыбу, которая съела маленькую и теперь чувствует себя неловко.
МС: ... А что неловкого в том, что большая рыба ест маленькую?
Хомура: Вот именно, ничего неловкого здесь нет. Так что не стесняйся и говори прямо, что думаешь.
МС: Море на всех картинах красивое, но твое море — всё равно самое лучшее.
МС: Но море на этих работах... это ведь не здешнее море, верно?
МС: Потому что здешнее море наверняка...
В моей голове промелькнули образы моря из того дома — с хаотичным переплетением линий и красок.
Хомура: ... Похоже на то море, что было в моем старом доме.
МС: Да! Та работа была простой, но очень особенной. Увидишь один раз — и уже не забудешь.
МС: К тому же, она могла бы стать отличным поводом запомнить это место.
Хомура: На самом деле та работа вовсе не простая. Она рождена из уникального взгляда на мир, который бывает лишь раз в жизни.
Хомура: В той картине сконцентрировано всё, что родилось в этом месте в тот самый момент. Память, чувства, инстинкты.
Хомура: Пройдет время — и второй раз такое уже не напишешь.
Взгляд Хомуры скользнул по выставочным панелям и остановился на пустой зоне в центре площади, отведенной специально для него.
Хомура: К выбранным работам претензий нет, но они не подходят этому месту.
Хомура: Это как тот черничный йогурт. Может, туристам и понравится, но работа станет заурядной.
Хомура: Только те, кто жил здесь, могут понять уникальность этого города.
В этот момент я поняла, что хочет сказать Хомура.
МС: То есть ты хочешь, чтобы рисовали те дети?
МС: Но боюсь, организатор может не согласиться.
МС: Он ведь выбрал тебя и тех художников именно потому, что хотел привлечь туристов громкими именами.
Хомура: Нет, уверен, он согласится.
Хомура: Эти работы не подходят для выставки. Включая и мою.
Хомура: Вместо того чтобы показывать море из других мест, стоит вернуться к истокам самого этого города.
Организатор: Но... здесь нет художников, которые когда-либо писали море этого города.
Хомура: Пригласите жителей города и попросите их нарисовать море, которое живет в сердце каждого из них. Ведь они знают очарование этого места лучше, чем кто-либо другой.
Хомура: К тому же, у меня здесь есть недвижимость, так что я и сам наполовину местный житель.
Хомура: Когда придет время, меня ведь тоже пригласят?
Организатор: Вы... Вы тоже напишете картину?
Лицо организатора просияло от нежданной радости, и он поспешно согласился.
Оставить картину, которую Хомура напишет специально для этого города, — это куда ценнее, чем выставлять его старые работы.
Хомура: Ну что, еще один «наполовину местный житель». Нам нужно обновить наш план путешествия.
МС: У меня же здесь нет недвижимости, разве можно меня так назвать?
Хомура: Хм. Подумать только — ты так уверенно сюда заселилась, а до сих пор не хочешь этого признавать.
Хомура: В общем, я нарисую только половину, а остальное закончишь ты.
Организатор действовал быстро, и уже на следующий день началась подготовка к новому проекту.
Мы с Хомурой рано пришли на площадь, получили краски и материалы для декора и начали рисовать на панелях.
МС: Давай твой маленький домик у моря.
МС: Можно еще добавить те пейзажи от рассвета до заката, о которых ты рассказывал.
Хомура: Почему это место ассоциируется у тебя только со мной? Неужели я тебе так сильно нравлюсь?
Хомура усмехнулся и подошел ближе...
Мальчик: Король Рыб, сестренка, вы что делаете?
Мы с Хомурой тут же отпрянули друг от друга.
Я и не думала, что здесь он встретит друга, которого не видел много лет.
К нам присоединился еще один ребенок, и мы втроем принялись серьезно рисовать.
Но когда прямо рядом с тобой сидит Хомура с таким серьезным лицом, невозможно устоять перед искушением.
Я дождалась, пока ребенок отвернется, и быстро придвинулась к нему...
Хомура: ... Это была внезапная атака?
Мальчик обернулся, я в панике отпрянула от Хомуры и с самым невозмутимым видом продолжила рисовать.
Но как только ребенок снова занялся делом, я опять прильнула к Хомуре. И в этот миг он поймал меня за руку.
Мягкое прикосновение к губам — и совсем рядом я услышала довольный смех Хомуры.
Мальчик: Сестренка, у тебя лицо красное. Это тепловой удар?
Хомура: Почему ты не сказала, что у тебя тепловой удар? Нужно было скорее отвести тебя в прохладное место и дать отдохнуть.
Я думала, что нам с Хомурой удастся спокойно поработать, но, к сожалению, внезапно позвонил господин Тоу.
Хомура: Мне нужно ненадолго отлучиться. Возникли проблемы по работе над совместным проектом.
Хомура: Не волнуйся, я скоро вернусь. Если ничего не случится, вечером я снова буду рядом.
Хомура: А пока закончи рисовать панель.
Хомура: Ведь, когда меня нет, только ты знаешь, как должен выглядеть наш маленький домик.
МС: Не волнуйся, я обещаю нарисовать его очень красиво!
После отъезда Хомуры я вернулась на место и продолжила работу. Пока я рисовала, рядом появилась маленькая тень.
Мальчик: Сестренка, ты лучшая подруга Короля Рыб?
МС: Подруга? Ну, пожалуй, да. А что?
Мальчик: Я так рад, что у Короля Рыб наконец-то появился близкий друг.
Мальчик: Он так внезапно исчез, мы даже номер телефона не успели спросить. Я переживал, сможет ли он найти новых друзей.
Мальчик облегченно вздохнул. А мне вдруг стало любопытно, каким был Хомура в те времена.
МС: Послушай, а каким был твой «Король Рыб», когда ты его знал?
Мальчик: Когда Король Рыб только приехал в наш город, он всегда был холодным и неразговорчивым.
Мальчик: Поэтому мы... ну, думали, что он вообще не умеет говорить.
Мальчик: До того момента, пока он не попробовал черничный йогурт.
МС: (Неужели настоящий черничный йогурт настолько вкусный?)
МС: А ты знаешь, где купить тот черничный йогурт?
Когда я наконец закончила рисовать домик у моря, на улице уже стемнело.
Я отправляю Хомуре фотографию картины.
Хомура: Ты всё еще на площади?
МС: Ага, только что закончила.
Перед мной остановился автомобиль. Как только стекло опустилось, открылась дверь пассажирского сиденья.
Хомура высунулся из окна заднего сиденья, опершись на него рукой.
Хомура: Идти пешком далековато, поэтому я подготовил для тебя транспорт.
Хомура: Мне нужно забрать еще кое-какие вещи, так что тебе придется пересесть на переднее сиденье.
Я посмотрела на багаж на заднем сиденье. Переложить его вперед было сложно, так что, похоже, придется оставить попытки посидеть рядом с Хомурой.
МС: А я как раз думала, не поехать ли мне встретить тебя. Чтобы потом вместе вернуться домой.
Хомура: Вместе домой... У меня дома в самых разных местах, ты собираешься объехать их все?
МС: И сколько их вообще? Составь список. Я проверю, хватит ли мне жизни до ста лет, чтобы во всех побывать.
Хомура: То есть ты хочешь сказать, что чем больше домов я куплю, тем дольше ты проживешь?
МС: Ой, кажется, мой секрет вечной жизни раскрыт.
Мне стало неловко разговаривать с Хомурой через зеркало заднего вида, и я невольно обернулась к нему.
Хомура устало откинулся на сиденье. Он всё еще был в костюме — видимо, приехал сразу после того, как закончил дела.
Может быть, он тоже очень хотел поскорее вернуться ко мне.
В этот момент я вспомнила о том маленьком домике, который мы рисовали.
МС: Кстати, Хомура, ты видел фото дома?
МС: Если нужно что-то поправить, я завтра пойду и всё исправлю.
Хомура: Не нужно. Ты нарисовала его идеально. Именно таким я и хотел видеть наш дом.
МС: Ты что, тайно поселился у меня в голове? Подумать только, наши мысли полностью совпали.
Хомура: Если говорить об этом более романтично, то это называется «связь душ».
МС: Раз уж наши души так связаны, угадаешь, что я принесла?
Я достаю то, что прятала за спиной.
МС: Та-да! Я поспрашивала твоих «друзей», перебралась через гору и купила настоящий черничный йогурт.
МС: Когда вернемся домой, обязательно проверим, тот ли это самый вкус.
Хомура: Наконец-то ты его достала. А я всё гадал, что за секрет ты так тщательно прячешь.
Хомура: Я не угадал, что это, но то, что наши души связаны — неоспоримый факт. У меня тоже есть для тебя подарок.
Передо мной появился свежий букет. Стоит поднести к нему лицо, как чувствуется тонкий цветочный аромат.
МС: Какая прелесть... Но почему львиный зев*?
Свет уличного фонаря из окна в этот момент особенно нежно освещает лицо Хомуры.
Хомура: Наверное, потому, что «рыбка», которая хочет встретиться с тобой, обязательно приплывет назад, как бы далеко она ни была.
Когда мы приблизились к морю, Хомура попросил водителя высадить нас у обочины. Остаток пути до дома мы решили пройти пешком.
Беспокоясь, не растаял ли черничный йогурт, мы нашли чистое место, присели и открыли коробку.
Хомура дает мне попробовать первую ложку.
Как только ложка коснулась языка, густая фруктовая кислинка волной разошлась по всему телу. Я даже вздрогнула.
МС: ... Слишком кисло! А я-то думала, это будет безумно вкусно.
Хомура: Я же говорил — вкус особенный. Попробуешь один раз и уже не забудешь.
Хомура порылся в пакете и достал маленькую бутылочку с прозрачным напитком.
Хомура: Я так и знал, поэтому предусмотрительно захватил медовую воду. Сделай глоток и успокойся.
МС: Не верится, что тебе хотелось это съесть, несмотря на такую кислоту.
Хомура: Кислое, сладкое, соленое или острое — если это станет нашим общим особенным опытом, я хочу разделить с тобой любой вкус.
МС: Хорошо хоть, что не горькое.
МС: И всё же — тебе жаль, что нам так и не удалось съесть тот самый «оригинальный» йогурт?
Хомура прислонился ко мне, глядя на далекую полную луну.
Хомура: Такое чувство, будто часть прошлого оказалась скрыта и исчезла навсегда.
Хомура: Даже если я захочу разделить это с тобой, я больше не смогу это найти.
Хомура заговорил тихим, бесцветным голосом — таким же призрачным и хрупким, как окутывающий его лунный свет.
Я обхватила лицо обернувшегося Хомуры ладонями, и он сразу стал похож на рыбку с пухлыми щечками.
МС: Даже если когда-нибудь всё исчезнет... если ты будешь помнить и расскажешь мне, я тоже смогу это узнать.
МС: Даже то, что ты чувствовал когда-то — если ты поделишься, я прочувствую это вместе с тобой.
Хомура в образе «пухлой рыбки» несколько секунд пристально смотрел на меня, а затем внезапно подался вперед и поцеловал.
Лунный свет освещает наши тени. Мы идем, крепко держась за руки, а вся дорога усыпана лепестками цветов.
МС: Кстати, тот мальчик сегодня спрашивал меня... не лучшая ли я твоя подруга.
Я пересказываю Хомуре наш разговор.
Хомура: Вот оно что. Значит, он решил, что черничный йогурт — это нечто невероятно вкусное. Теперь понятно, почему он так удивился.
Звук наших шагов по лепесткам мягко разносится в тишине ночи.
Хомура: Мы прошли уже шагов десять, а ты всё еще не спросила, почему я тогда так внезапно уехал?
МС: Я жду, когда ты сам захочешь рассказать.
МС: Как раз сейчас облако скрыло луну, так что твои слова услышу только я.
Ночь снова погрузилась в безмолвие. И когда лепестки вновь посыпались с вершин деревьев, наконец раздался голос Хомуры.
Хомура: Были причины, по которым я должен был уехать... но не было ни одной причины, по которой я обязан был остаться.
Хомура: Я думал, что если уйду, то уже никогда не оглянусь. Но однажды я встретил ту самую «причину» и даже получил письмо из прошлого.
Хомура ведет меня за руку по той дороге, которую он когда-то себе представлял.
Хомура: Я захотел привести её сюда и показать, в каком месте я когда-то жил.
Хомура: А теперь я хочу побывать там, где была она.
Морской бриз проносится мимо. В этот миг мне показалось, будто один из лепестков мягко опустился прямо мне в сердце.
*Львиный зев на японском 金魚草. 金 - золото, 魚 - рыба. «Золотая рыбка».