Хомура (Рафаэль) - Дерзкие губы (減らず口の唇)
У людей есть три больших заблуждения:
1. Заблуждение, что «он на меня мельком взглянул».
2. Заблуждение, что «он снова на меня мельком взглянул».
3. Заблуждение, что «может быть, я ему…»
МС: Хомура, ты сейчас на меня тайком не смотрел?
Хомура: Как видишь, я серьезно занят творчеством. С чего бы мне за тобой подглядывать?
Хомура: У тебя от переутомления уже галлюцинации начались?
Хомура: Я же тебе давно говорю. Нужно уметь отдыхать, когда подворачивается возможность. От того, что на одного Охотника станет меньше, с городом Ринку ничего не случится.
Хомура: Но моя рыбка проголодается, если ее не покормить вовремя.
МС: Опять ты так уходишь от темы…
Я пробормотала это, глядя на Рэда в аквариуме.
МС: … Только что в отражении стекла я видела. То, как тот человек смотрел на меня.
Хомура: О чем это ты там бормочешь?
МС: Ни о чем. Говорю, твоя рыбка уже сыта. А вот я бы тоже чего-нибудь съела.
Хомура: Еще и одиннадцати нет, а ты уже проголодалась?
МС: Сначала вызывать человека, чтобы он покормил рыбок, а потом даже не покормить его самого? Не слишком ли это эгоистично?
Хомура: Да-да, я понял. Ну что, тогда пообедаем?
Хомура: Дай-ка подумать… Как насчет жареной рыбы?
Если в прошлый раз мне показалось, что Хомура на меня тайком смотрит, то в этот раз…
Тоу: Почему от этого великолепного объекта исходят колебания необычной энергии?
МС: Такие случаи не редкость. Как только проверка закончится, мы обязательно его вернем.
Тоу: Понял, рассчитываю на тебя.
Тоу: С тех пор как мы начали разговор, ты не чувствуешь чьего-то присутствия? Кажется, кто-то сзади постоянно на тебя поглядывает.
Я тут же обернулась и, как и ожидалось, встретилась взглядом с Хомурой.
МС: Хомура? Ты что, за нами подглядывал?
Первые два раза еще можно списать на «случайность». Но как он объяснит третий раз?..
Несколько дней назад известное в стране модное издание внезапно запросило интервью у Хомуры. Когда всё было согласовано, репортер пришел в ателье, чтобы обсудить детали.
Репортер: Во время интервью мы планируем задать три или четыре вопроса. Как только план будет готов, мы отправим его Вам на ознакомление.
Репортер: Что касается даты съемок — как насчет того, чтобы провести их через три дня?
Хомура: Да, мне подходит любое время.
Мы должны были серьезно обсуждать работу, но Хомура выглядел так, будто совсем не сосредоточен.
Иначе не было бы такого, что каждый раз, когда я на него смотрю, наши взгляды встречаются.
Когда репортер ушел, Хомура подтащил стул и сел прямо передо мной. Облокотившись на спинку и обняв её руками, он пристально посмотрел на меня.
Хомура: Почему ты сегодня пришла ко мне, выкроив время в своем плотном графике? Тебе разве не нужно защищать Ринку?
МС: С сегодняшнего дня и на целую неделю мне не нужно этого делать.
МС: Недавно в «Охотниках» ввели посменные отпуска, и на этой неделе как раз моя очередь.
Хомура: О как. И как же ты собираешься провести этот отпуск?
Два дня спустя, ранним утром, я изможденно откинулась на спинку дивана в лаундже аэропорта. Хомура же, сидящий рядом, был полон сил.
Хомура: Ну не делай ты такое мрачное лицо.
Хомура: Ты ведь сама говорила: «Охотникам редко выпадает длительный отпуск, поэтому я хочу оторваться по полной».
Хомура: К тому же, место твоего отдыха совпало с местом моих съемок, так что тебе не придется скучать в пути.
МС: Но сейчас всего полседьмого утра. Чтобы не опоздать на самолет, я встала в пять. О каком веселье может идти речь в таком состоянии…
Хомура: Ну, тогда, когда сядем в самолет, можешь использовать меня вместо подушки и поспать.
Удивительно, но он даже не съязвил. Определенно что-то не так.
Странное чувство, которое преследовало меня последние несколько дней, прогнало весь сон. Когда Хомура в третий раз оторвался от смартфона и посмотрел на меня, я наконец не выдержала и спросила:
МС: Хомура, почему ты в последнее время постоянно на меня тайком смотришь?
Он не подтвердил и не опроверг мои слова, лишь слегка усмехнулся и снова опустил взгляд в смартфон.
В тот миг я заметила в выражении его лица какую-то тонкую эмоцию. Но это было лишь интуитивное ощущение, уверенности у меня не было.
МС: Слушай, может, сыграем в игру?
МС: Если я поймаю тебя на том, что ты на меня тайком смотришь, ты исполнишь одно мое желание. Отказаться нельзя.
Хомура: Для меня в этом нет никакой выгоды. Это несправедливо, так что я не буду играть.
Хомура: Но если мы подправим правила, тогда ладно…
Хомура: Если я поймаю тебя на том, что ты на меня тайком смотришь, ты будешь беспрекословно во всем меня слушаться. Отказаться нельзя.
Хомура: С такими честными правилами у тебя нет причин отказываться, верно?
Хомура: Ну, тогда… игра началась.
Хомура сам всё решил и, не дожидаясь моего ответа, снова уткнулся в смартфон.
МС: (… Хотя правила и впрямь честные).
МС: (Но разве ему не интересно, почему я вдруг предложила сыграть в такую странную игру?)
Выход на посадку прямо за моей спиной. Неужели Хомура до этого несколько раз поднимал голову только для того, чтобы проверить время посадки?
Я украдкой бросаю на него взгляд. Кажется, он по-прежнему сосредоточен на смартфоне.
Пока я рассеянно наблюдала за ним, он внезапно поднял голову…
Хомура: Ты ведь только что на меня тайком смотрела?
Хомура: Теперь уже поздно отнекиваться.
Хомура: Неужели ты предложила эту игру только потому, что тебе самой захотелось сделать что-то для меня?
Хомура: Ну, тогда... может, сходишь купишь мне кофе? Это ведь вполне законное и не слишком обременительное требование, не так ли?
Хомура: Ты ведь сама предложила эту игру.
Мне ничего не оставалось, кроме как встать и пойти за кофе, как он и велел.
МС: Я просто позволила себе признать поражение в этот раз.
Хомура: А я разве говорил о чем-то, кроме кофе?
Хомура: Тебе не кажется, что не стоит так сильно напрягаться из-за какой-то игры?
МС: Не говори ерунды. Я вовсе не напряжена.
Хомура с довольным видом взял кофе, встал и начал смотреть в большое окно.
Хомура: Подойди и посмотри тоже. На стоянке маленький самолет.
Хомура: Когда он такой маленький, он выглядит даже мило...
Солнечный свет мягко освещает профиль улыбающегося Хомуры.
Всю дорогу до аэропорта меня клонило в сон, но при мысли о том, что я увидела этот прекрасный рассвет раньше всех в этом городе…
Мне показалось, что все усилия были вознаграждены.
Хомура: Кхм... Вообще-то, я про себя уже до десяти досчитал.
Хомура: Ты так пристально на меня смотрела, что мне даже стало неловко, и пришлось самому заговорить.
Я вздрогнула и мысленно обругала себя за то, что потеряла бдительность.
Хомура: В этот раз я тоже не буду просить ничего сложного. Придумаю какое-нибудь справедливое и выполнимое требование.
Хомура о чем-то задумчиво размышлял, но мое внимание привлек аппетитный аромат...
Это был запах свежевыпеченного хлеба, доносившийся из ближайшей пекарни. Люди, ожидающие посадку, один за другим направлялись туда.
Услышав, как он снова кашлянул, я обернулась. На лице Хомуры играла дразнящая усмешка. Он явно заметил, как я прилипла взглядом к пекарне.
Хомура: Сходи купи два круассана. Это ведь не невыполнимая просьба, правда?
МС: Мы же только что пили кофе. Может, потерпишь немного и поешь уже в самолете?
Хомура: Холодная еда в самолете не идет ни в какое сравнение со свежевыпеченным хлебом.
Хомура: К тому же, я один не смогу съесть два круассана.
Хомура: Кое-кто, кто встал в пять утра, чтобы не опоздать на рейс, тоже ведь еще не завтракал?
Мне было нечего возразить. Как ни крути, соблазн свежевыпеченного хлеба слишком велик.
Стоило мне встать, как Хомура снова уселся на стул, провожая меня довольным взглядом.
Хомура: А эта игра довольно неплоха. Давай и впредь иногда в нее играть.
С таким попутчиком, как Хомура, скучать точно не приходится. Семь-восемь часов полета и два часа пути до отеля пролетели в одно мгновение.
Курортный отель, который я выбрала, расположен в живописной долине. Вид из номера просто потрясающий — все горы как на ладони.
Чтобы не пропустить закат, уходящий за горные вершины, я, едва бросив вещи, сразу вышла на балкон.
Хомура: В машине ты жаловалась на головокружение и тошноту, а сейчас выглядишь вполне бодро.
Я посмотрела в сторону: в соседнем номере мой «сосед» тоже выставил стул на балкон и неспешно отдыхал.
МС: После такой длинной и извилистой горной дороги любого бы укачало. Я Охотник, так что восстанавливаюсь быстро.
МС: Это ты ворчал, что ехать слишком далеко. Почему тогда выбрал тот же отель, что и я?
Хомура: У этого отеля долгая история, он знаменит в этих краях, да и оценки у него были самые высокие, вот и всё.
Я пожала плечами и решила сфотографировать красивый закат. Я несколько раз меняла наклон смартфона, чтобы поймать идеальный ракурс.
Сосед, кажется, думал о том же — он водил смартфоном, подыскивая хороший угол.
Но вот странность: куда бы он ни направлял камеру, мне казалось, что я попадаю в кадр.
МС: Предупреждаю, игра всё еще продолжается. Не смотри на меня, смотри на закат.
Хомура: У моих глаз много работы. Помимо заката, мне нужно еще просмотреть план интервью.
С этими словами он достал распечатанные листы и показал мне.
МС: Если ты его читал, то скажи — какие вопросы там написаны?
Хомура: Заранее готовить ответы — неискренне. В интервью важна химическая реакция момента.
Наконец я нашла лучший ракурс и сделала фото, которым можно похвастаться в соцсетях.
Внезапно раздался звук уведомления. Хомура прислал мне фотографию.
Это был снимок, запечатлевший идеальный момент — мой профиль, обращенный к горам и закату, в глазах которого отражалось багровое небо.
Хомура: Ну что, познала мой истинный талант фотографа?
Не хочется признавать, но фото действительно вышло отличным.
МС: ... Значит, ты всё-таки смотрел на меня тайком.
Хомура: Если не нужно, я отменю отправку.
Я состроила Хомуре рожицу и прикрепила это фото к посту в соцсетях, добавив комментарий: «Посмотрите на этот шедевр мирового уровня!».
Закончив редактирование, я опубликовала пост.
Подняв голову, я увидела, что сосед подпер щеку рукой и улыбается мне.
Это уже не считалось «тайным» взглядом, но когда наши глаза встретились, Хомура почему-то неестественно отвел взор и стал смотреть на далекий закат.
На следующее утро я наблюдала за интервью Хомуры. В какой-то момент мне позвонили из Ассоциации, и я отошла, чтобы не мешать.
Когда я вернулась, всё уже закончилось.
МС: Хомура, интервью уже закончилось? Как-то очень быстро.
Хомура: Да, закончилось быстрее, чем я ожидал.
Хомура: Сказали, что как только закончат настраивать свет и реквизит, будут снимать на улице, а до тех пор я могу отдыхать.
Объясняя это, Хомура пригласил меня в комнату.
МС: Я только что в коридоре столкнулась со стилистом... она несла огромный кейс.
Хомура: Она один раз на меня взглянула и ушла.
МС: А? Она настолько уверена в твоей фотогеничности?
Хомура присел на кресло у стены.
Хомура: Ну, тогда, может, ты сама меня накрасишь?
Я посмотрела на него и растерялась — честно говоря, в его внешности и так нечего было улучшать. Но раз уж меня спровоцировали... я взяла со стола блеск для губ.
Хомура: Только это? Значит, ты тоже веришь в мою исключительную фотогеничность.
Хомура: Знаешь, сколько раз ты посмотрела на меня во время прошлого интервью?
МС: Это значит, что и ты тоже на меня смотрел.
МС: Не двигайся. А то размажется.
Хомура: У тебя рука соскользнула? Или ты специально?
Хомура: И еще... ты слишком долго на меня смотришь.
МС: Я закончила, так что отпусти уже.
Хомура: Сделать что-то в одностороннем порядке и на этом закончить — это как-то неправильно.
Хомура: Разумеется, чтобы сделать «ответный подарок» тебе — той, кто меня накрасил.
МС: У меня же нет никаких съемок!..
Персонал: Господин Хомура, всё готово. Можем начинать съемку в любой момент!
Хомура: Я прекращаю эту игру в «гляделки», которую ты предложила.
Хомура: Помнишь, ты спрашивала, не смотрю ли я на тебя постоянно тайком?
Хомура: Так и есть. Стараться не смотреть на тебя — слишком сложная задача.
Хомура: Проиграть не так уж плохо, если это позволит мне смотреть на тебя всё время.