Перевод 4* карты Zayne: Blooming Hour
Я хочу запечатлеть весну — и тебя.
Сильный весенний ветер гонит облака за окном, они всё время меняют свою форму, расплываясь у меня перед глазами.
Ещё мгновение назад они выглядели как пластиковые цветы, которыми украшают стол. А теперь они напоминают мелко нарезанный стейк на обеденной тарелке.
Коллега-Охотник: Ещё рано. Не хочешь позже сыграть в «Загадочное убийство?»
Я делаю снимок почти нетронутого мятно-шоколадного суфле, стоящего на столе.
Как только я закрываю окно чата, на телефоне появляется уведомление.
«Письма сквозь время: обретённые заново» уже в кино! Проследите за этой историей любви, которая не знает времени: от первой школьной влюблённости и до совместной старости.
МС: (Эх. Успею ли я позвать Зейна на этот фильм, пока он еще в прокате? Он в последнее время так занят...)
Час-пик уже давно прошёл, но у стойки регистрации тише не стало.
Ивонн: Доктор Зейн ещё обходит пациентов. Вам придётся немного подождать.
Ивонн: Постойте, Доктор Грейсон, почему вы так рано уходите?
Грейсон: У нас вроде сегодня не так много пациентов, да и к тому же Доктор Зейн знает, что я кое-кого веду в кино. Он сам настоял, чтобы я ушёл пораньше.
Ивонн: А, та девушка-Охотница. Какой фильм идёте смотреть? Романтика? Ужасы?
Грейсон: Это художественный фильм, который вышел в повторный прокат. Кажется, он называется...
Грейсон: Откуда ты знаешь? Уже смотрела?
МС: Я смотрела его онлайн. А вообще планировала посмотреть переиздание...
Ивонн: "История о паре, которая знакомится в школе, влюбляется, но из-за недопонимания расстаётся на выпускном. А спустя годы они находят друг друга и влюбляются заново…"
Зейн: Я отпустил тебя пораньше, но вместо этого ты тут мило беседуешь. Похоже, не особо торопишься.
Грейсон: А! Доктор Зейн, я-я очень спешу! Мне пора! До завтра! Пока, МС!
Зейн остановился рядом, по мне проскользнул его спокойный взгляд.
Зейн: Похоже ты тоже была не готова закончить эту беседу. О чем вы говорили?
МС: Если согласишься выделить мне немного времени на выходных, тогда может быть, я расскажу.
Он взял мою сумку, в его глазах промелькнуло веселье.
Зейн: Не могу обещать выходные, но сегодняшний вечер в твоём распоряжении.
После выхода из больницы мы с Зейном пошли по ночной улице. То и дело наши руки или плечи случайно соприкасались.
МС: Такое чувство, будто прошла вечность с тех пор, как мы вот так вот гуляли.
Зейн: Да, в последнее время я много работал сверхурочно. А чем ты хотела заняться в эти выходные?
Я повернулась, чтобы загадочно на него посмотреть, но взгляд привлекла выбившаяся прядь его волос.
Улыбнувшись, я потянулась к волосам Зейна — они выглядели мягкими. Наверное, он долго был в хирургической шапочке.
Зейн перехватил мою руку, прежде чем я успела дотронуться. Воспользовавшись моментом, я нежно провела кончиками пальцев по линиям его ладони. Кожа была непривычно сухой.
МС: (Руки нужно дезинфицировать перед каждой операцией. Учитывая загруженность Зейна, это достаточно частое мытьё... Наверное, у него просто нет времени ухаживать за кожей.)
МС: Я вижу, вы не пользуетесь увлажняющим кремом для рук, доктор Зейн.
Зейн: М-м-м. Значит, нужен кто-то, кто будет за этим следить.
Зейн: Подожди, мне нужно ответить.
Зейн: Извини, на Блумбей-Стрит произошла авария. Пострадавших доставили в нашу больницу, мне нужно вернуться и провести осмотр.
Зейн: Я заказал для тебя матча-шоколадный блинный торт и тост с орехами. Их привезут позже к тебе домой.
Коллега-Охотник: Держи. Какую историю хочешь пройти?
Вопрос коллеги возвращает меня в реальность.
Я снова проверяю телефон, но уведомления, которого я так ждала, нет.
МС: (Зейн, наверное, ещё работает. Похоже, сегодня я его тоже не увижу…)
Коллега протягивает мне свой телефон, но я не могу выдавить из себя ни капли энтузиазма. Не остаётся ничего другого, кроме как выкручиваться какой-нибудь неубедительной отговоркой.
МС: Спасибо, но я вспомнила, что у меня есть дела. Мне пора. Хорошо вам повеселиться…
Я оборачиваюсь и вижу человека, о котором всё это время думала. Он направляется ко мне.
МС: Я вроде не говорила тебе, как называется этот ресторан. Как ты меня нашёл?
Зейн: Ты не одна пострадала от магии мятного шоколада, который вдруг превращается в мятную зубную пасту.
Зейн: Я уже говорил менеджеру, что здесь можно улучшить. Но, похоже, они не прислушались к моему совету.
МС: Может вместе попробуем? Устроим официальный допрос и узнаем — почему они кладут в свои десерты пасту.
Зейн: Я лучше отведу тебя в место, где подают десерты, не тронутые этим заклинанием.
МС: А я думала, ты сегодня допоздна работаешь.
Зейн: Операция прошла хорошо и закончилась раньше, чем планировалось.
Зейн: Сегодня у меня есть кое-что поважнее.
МС: С чего ты вдруг такой загадочный?
Зейн: Если я расскажу, магия не сработает.
В его глазах мелькает озорной огонёк.
Зейн: Я всего лишь добросердечный врач, проходивший мимо. Решил избавить Мисс Охотницу от скуки и этого ужина.
Зейн: Сначала дай мне руку. Тогда заклинание сработает.
Первой нашей остановкой после выхода из ресторана стал небольшой частный кинотеатр, куда меня привёл Зейн.
Он не очень большой, но обставлен со вкусом. Стены увешаны постерами классических фильмов, а из аппарата для попкорна доносится сладковатый сливочный аромат.
Постер «Писем сквозь время» занимает здесь самое видное место. Возможно, потому что фильм сейчас снова показывают в кинотеатрах.
МС: (...Зейн хочет посмотреть этот фильм?)
Владелец кинотеатра: Извините, у нас остался только один отдельный кинозал.
Мы подходим к кассе одновременно с пожилой парой.
Пожилой мужчина: Вы, молодёжь, раньше пришли. Всё хорошо, мы никуда не торопимся.
Владелец кинотеатра: Вы тоже пришли на «Письма сквозь время»? Многие зрители тех лет хотят снова увидеть его на большом экране.
Владелец кинотеатра: Кстати, одна школа недалеко отсюда использовалась как место съёмок для этого фильма. Не хотите туда сходить, пока ждёте? Я свяжусь с вами, как только зал освободится.
Не успеваю я до конца сформулировать мысль в голове, как Зейн перехватывает мои пальцы и легонько встряхивает руку.
Зейн: Я планировал посмотреть повторный показ с тобой, но у этого пожилого джентльмена серьёзный случай варусной деформации коленного сустава*.
Варусная деформация коленного сустава — это искривление ног, при котором колени не смыкаются, когда ступни и лодыжки сведены вместе: ноги расходятся дугой, образуя форму буквы «О».
МС: Извините, почему бы вам не пойти первыми? Ещё достаточно рано, а мы хотели бы сходить посмотреть на съёмочную площадку.
Пожилой мужчина: Правда? Спасибо.
Они протягивают нам памятный буклет, который идёт в комплекте с фильмом. Несмотря на наши вежливые отказы, его всё равно приходится принять.
Пожилая женщина: А я-то думала, только такие старики, как мы, интересуются этой старой классикой.
Пожилая женщина: Кстати... Если пойдёте в ту школу, не забудьте посмотреть, не зацвели ли там снежные сакуры.
Пожилая женщина: Тогда нас вдохновило обмениваться любовными письмами под этими деревьями.
Пожилой мужчина: О боже, это было сто лет назад…
Пожилая женщина: Ты обещал мне, что каждый год мы будем обмениваться любовными письмами.
Пожилой мужчина: И я сдержал слово.
Я провожаю взглядом пожилую пару, которая всё ещё игриво препирается, входя в частный кинозал. В голове застревает то, о чём они говорили.
МС: Всю жизнь писать друг другу любовные письма… Не могу поверить, что люди действительно так делают. Вот что я называю «Письма сквозь время».
МС: Кстати, ты смотрел этот фильм?
Зейн: Давно, один раз. Недавно захотел его пересмотреть.
MC: Я тоже. Мы с тобой на одной волне. Жаль, что в последнее время наши графики не совпадают...
Зейн: Когда-нибудь мы его посмотрим.
Он берет меня за руку и ведёт на улицу.
Зейн: Давай посмотрим на те цветущие деревья из фильма.
Когда мы с Зейном приезжаем в школу, то обнаруживаем, что ворота заперты.
Охранник: Посетители... Ладно. Но сегодня у меня выходной.
Охранник: Перелезать через стены умеете?
Охранник: Идите вдоль западной стороны. Там чуть ниже есть место, где можно перелезть.
МС: Он и правда так просто нас впустит?
Зейн: Наверное, многие хотят посмотреть, раз фильм снова в прокате.
МС: Тогда неудивительно, что он разговаривает как служба поддержки…
Следуя указаниям охранника, мы с Зейном подходим к участку стены, который расположился немного ниже остальных.
МС: Помнишь? Здесь в фильме парень помог девушке перелезть через стену, чтобы прогулять уроки.
Зейн: Она забралась на стену, но боялась спрыгнуть, и он сказал...
МС: «Сначала дай мне руку. Тогда заклинание сработает.»
Мы с Зейном обмениваемся понимающей улыбкой. Он ловко отталкивается от стены, перелетает через неё и приземляется с другой стороны.
МС: Ого, да ты крут! Тоже прогуливал уроки?
Зейн: Я... да, прогуливал. Точнее, пару раз.
Зейн: Но что ещё важнее, теперь рядом со мной отличная Охотница. Нельзя расслабляться.
Не желая отставать, я разбегаюсь, хватаюсь за край стены, подтягиваюсь и перелезаю на другую сторону.
Стена хоть и невысокая, Зейн всё равно стоит с распростёртыми объятиями, готовый поймать меня, если потребуется.
МС: Не волнуйся, уметь лазать по стенам — обязательный навык для отличных Охотников.
Зейн: Я думал, ты дашь мне возможность воссоздать сцену, раз уж мы на месте съёмок.
МС: Так вот почему ты так быстро залез? Учитывая, какой ты инициативный…
Я широко расправляю руки и прыгаю к Зейну прямо в объятия.
На мгновение мир превращается лишь в звук ветра, свистящего в ушах. А потом — в ощущение его рук, тепла и ровного сердцебиения.
MC: Ты и «заклинание» из фильма тоже хорошо воссоздаешь, да?
Зейн: Я должен поблагодарить тебя за то, что согласилась поучаствовать.
Планировка кампуса несложная, и мы легко находим класс, где главные герои впервые встретились.
Поскольку фильм вышел в повторный прокат, места съемок были восстановлены в первоначальном виде, чтобы фанаты могли посетить их и сделать памятные фотографии.
Мы с Зейном садимся за парту у окна и находим в ящике тетрадь.
Зейн: Сложная математическая задача на производные. Этот ученик решил её неправильно, даже после того, как попытался исправить ошибку.
МС: Ты смог понять это, просто взглянув?
МС: ...Зейн, твои конспекты, должно быть, пользовались популярностью в школьные годы.
Зейн: Да, каждую неделю перед экзаменами.
МС: Готова поспорить, что даже спустя столько лет легенда о «Методичках Зейна» всё ещё ходит среди учащихся Медицинской школы Университета Скайхейвена.
Зейн: Во время моего последнего визита я слышал, что их до сих пор передают из рук в руки.
МС: Твои записи действительно потрясающие. Жаль, что я не младшеклассница!
Зейн: Ты хочешь этого только из-за моих конспектов?
С едва заметной загадочной улыбкой, он закрывает тетрадь.
МС: Если у тебя есть другие способы помочь, я готова их рассмотреть.
Зейн: Ах, да. Строго следи за своим режимом сна, чтобы выработать здоровые привычки.
МС: От такого я, пожалуй, вежливо откажусь.
Я поворачиваюсь, чтобы продолжить нашу экскурсию, но случайно роняю тетрадь со стола.
Я беру её в руки, и из-под страниц выскальзывает розовое письмо.
МС: ...Похоже на любовное письмо. Что-то не припомню его в фильме.
Зейн: Возможно, его оставил здесь какой-нибудь фанат.
Поскольку это не реквизит, мы решили не совать нос в чужие дела. Запечатав письмо, мы возвращаем его на место.
МС: Интересно, это письмо, которое он получил, или то, которое так и не отправил? Оказался ли он в итоге с тем человеком, который ему нравился?..
МС: Не совсем. Просто я сама долго была в разлуке с тем, кто мне дорог, прежде чем мы снова нашли друг друга. Поэтому я хочу, чтобы у всех был счастливый конец.
МС: Кстати, Зейни... Тебе правда ни разу не писали любовных писем в школе?
Моя улыбка отражается в его взгляде.
МС: Не будет ли эгоистично с моей стороны сказать «нет»?
Зейн: Раз это фантазия, можешь позволить себе немного эгоизма.
Его нежный взгляд заставляет меня краснеть, как школьницу.
Не обращая внимания на жар, разливающийся по щекам, я шуткой меняю тему разговора.
МС: Несмотря на то, что перелезать через стены, не самый лучший поступок для прилежного ученика, ты всё равно являешься примером для подражания во многих других аспектах.
Зейн: Возможно, потому что рядом не было того человека, ради которого стоило бы нарушать правила.
Зейн: Так что… если бы я захотел получить такое письмо, она бы с радостью его для меня написала?
МС: В школах вряд ли учат писать любовные письма. Зейни, наверное, сначала придётся научить её, как их писать.
Зейн: Вижу, она довольно прилежная ученица.
Не успеваю ответить, как в класс врывается ветер и разбрасывает бумаги на учительском столе.
Мы с Зейном переглядываемся, глядя на разлетающиеся документы, и начинаем смеяться.
Зейн: Похоже, сегодня день совпадений. Будем считать это нашей версией фильма.
В фильме главные герои впервые встретились, когда ветер унёс страницу из её дневника.
Бумага, на которой были записаны секреты юной девушки, кружась, опустились прямо перед ним. И так их судьбы переплелись.
Может быть, этот неожиданный порыв ветра был послан и для нас.
МС: (Пожалуй, воспользуюсь этим шансом, чтобы отправить Зейна подальше и написать ему любовное письмо.)
МС: Я подожду, пока мой главный герой принесёт мои вещи обратно.
Зейн: Как пожелаете, моя героиня.
После того как Зейн уходит, я нахожу на учительском столе бумагу и конверты, приготовленные специально для фанатов фильма. Пишу ему простое «любовное письмо». И как только откладываю ручку, от Зейна приходит сообщение на телефон.
Я иду по коридору и подхожу к открытой двери, где меня ждёт Зейн.
Зейн: Если хочешь узнать ответ, подойди.
Когда тяжелая дверь открывается, передо мной предстаёт старый кинозал.
Зейн берет меня за руку и ведёт к местам в первом ряду.
Электричество начинает потрескивать, и из динамиков разливается знакомая мелодия.
На пожелтевшем экране появляется сцена, где лепестки снежной сакуры кружатся на ветру. Я узнаю её — она из «Писем сквозь время».
МС: А я думала, фильм сегодня отменяется.
МС: Не могу поверить, что место съёмок так хорошо подготовили для посетителей, что тут даже есть копия фильма.
Зейн: Мы должны поблагодарить тот счастливый ветерок, который помог мне найти это место.
Зейн: Правда, это старая плёнка. Качество звука не очень, и картинка зернистая…
МС: По-моему, идеально. Восстановленная версия в кинотеатрах слишком хороша, поэтому она лишена того винтажного шарма.
МС: HD-версию может посмотреть кто угодно. А эта только для нас.
Огни в кинозале постепенно гаснут.
Героиня фильма: Извините, не могли бы вы помочь мне кое-что поднять?
Она произносит свою первую реплику — и с этого момента начинается их история.
Он старшеклассник. Они знакомятся благодаря простой случайной встрече в кампусе.
Со временем их чувства крепнут. Он уводит её со скучных уроков, она тайком подсовывает ему конфеты, а под огромными цветущими деревьями они обмениваются любовными письмами.
Их наивная любовь трогает до глубины души, но мне не хочется смотреть дальше из-за предстоящего расставания.
МС: (Хотя я знаю, что в конце они будут вместе, эта часть всё равно разбивает мне сердце.)
Я отвожу взгляд от экрана и смотрю на Зейна.
МС: Ты говорил, что уже смотрел фильм. Когда это было?
Зейн: Когда я учился на медицинском факультете.
Зейн: Это был вечер, на улице бушевала гроза, а мы только закончили практикум по хирургии. Это был последний экзамен в семестре.
Зейн: Кто-то отсыпался после бессонных ночей, кто-то собирал вещи, чтобы поехать домой.
Зейн: Я оставался в лаборатории на каникулах, поэтому включил «Письма сквозь время», чтобы отвлечься после экзаменов.
Нас окутывает тёплое свечение фильма. В нём черты Зейна выглядят мягче и нежнее, чем обычно.
Зейн: Когда я увидел, что фильм снова в прокате, мне захотелось посмотреть его с тобой. Но не ожидал, что буду так занят.
Зейн поворачивается и встречается со мной взглядом. Свет в его глазах переливается в такт мерцающего экрана.
По сюжету фильма главных героев разлучают на семь лет. Они воссоединяются в сезон, когда деревья снежной сакуры цветут в полную силу.
МС: Теперь мы можем пересматривать это сколько угодно раз.
В темноте он крепко сжимает мою руку, словно мы никогда и не расставались.
Титры заканчиваются, и включается свет. Мы как будто очнулись ото сна.
МС: Эти лепестки в фильме были просто невероятными...
Зейн: Цветы в кампусе, должно быть, ещё цветут. Хочешь посмотреть?
Зейн: Сейчас как раз самый сезон.
Мы идём тем же маршрутом, что и в фильме, и выходим через запасной выход учебного корпуса.
Вдоль широкой аллеи в полную силу цветут снежные сакуры. Красиво, прямо как в кино. Но мои мысли уносятся к концовке фильма.
МС: Зейн, тебе не кажется, что парень был слишком одинок в конце истории?
В фильме они остались вместе. И каждый год они продолжают писать друг другу любовные письма в память о своей любви.
Но старость постепенно взяла своё. У девушки ухудшилось зрение и угасла память.
И тогда он доставал старые письма и читал их ей.
МС: Человек, которого он любил больше всех, был прямо перед ним. Но каждый день она забывала этот мир… и забывала его.
Зейн: Будь я на его месте, то не чувствовал бы одиночества.
Зейн: По сравнению с вечной разлукой, такое одиночество — тоже своего рода счастье.
Под дуновением ветра вокруг нас разлетаются лепестки цветов.
Зейн поднимает памятный буклет, чтобы прикрыть меня от них.
Лепестки опускаются на волосы Зейна, и на мгновение я представляю, каким он станет спустя много лет.
МС: Даже если этот день настанет, я останусь рядом с тобой и буду читать тебе…
Мы с Зейном ещё не обменялись любовными письмами. То, которое я написала для него, до сих пор лежит у меня в кармане.
МС: Я прочитаю все твои блестящие академические конспекты и научные работы.
Зейн: А я думал, это будут любовные письма.
Время идёт, обстоятельства меняются, и этот кампус утратил своё былое великолепие. Но деревья цветут так же, как и прежде. Возможно, даже ещё пышнее.
Будь то герои старого фильма или мы — влюблённые стоят на том же месте, любуясь теми же цветами.
МС: Зейни так много раз просил у меня письмо.
Я достаю любовное письмо и протягиваю его Зейну, у которого от удивления округляются глаза. Сердце трепещет от смеси волнения и нервозности.
МС: Если ты не хочешь, я заберу обратно.
Прежде чем я успеваю что-либо сделать, он нежно похлопывает меня по голове.
Зейн: Как тебе удалось опередить меня, МС?
Он принимает моё письмо и протягивает мне памятный альбом, жестом предлагая открыть его.
Лепестки цветов порхают между нами, когда я достаю спрятанные внутри письма. Я встречаю его спокойный, нежный взгляд.
МС: Когда ты успел написать… эти два?
Зейн: Это я написал два дня назад, после окончания смены. Тогда я был уверен, что смогу посмотреть фильм вместе с тобой.
Зейн: Второе, строго говоря, не совсем любовное письмо.
Зейн: Я написал его десять лет назад, когда впервые посмотрел «Письма сквозь время» и подумал о тебе.
Зейн: Я думал, что никогда не смогу его отдать. И всё же, после всех этих поворотов судьбы, оно нашло путь к тому, кому предназначалось.
МС: Ты уже тогда думал обо мне, когда впервые посмотрел фильм?
Зейн: А ты? Разве не думала обо мне, когда смотрела его?
Он вглядывается в мои глаза, словно пытаясь прочитать мои мысли. Найдя нужный ответ, выражение его лица смягчается, сменяясь довольной улыбкой.
Зейн: Я думал о тебе очень долго, так же, как и ты обо мне.
Мы идём по аллее, вдоль которой цветут деревья. В тишине кампуса слышны только наши шаги.
Жаль, что мы тогда не посмотрели вместе фильм с самого начала.
Зейн: Это тоже прекрасно. Мы вместе можем наслаждаться нашим «особым изданием» «Писем сквозь время».
МС: Тоже верно. А если бы мы были студентами?
Зейн: Наверное, мы бы сбежали с территории кампуса, перелезая через стену.
Зейн: В школе я часто засиживался за экспериментами и пропускал время закрытия. Из-за этого мне приходилось перелезать через стену.
МС: Во-о-от почему ты так ловко это делаешь… А тебе не было страшно одному ночью в здании?
Зейн: Спустя какое-то время по лаборатории начали ходить слухи про привидений.
Удивительно, но Зейн выглядит смущенным.
Зейн: Нет… Тот, кого все приняли за привидение — был я.
Зейн: Только узнал об этом намного позже.
Зейн: Я был в замешательстве и пытался понять, почему читальный зал пустует ночью, хотя днем он постоянно переполнен.
МС: Наверное, так было даже к лучшему…
МС: Будь мы в одной школе, через стену перелазил бы не только ты.
Зейн: Звучит неплохо. Может, тогда страшилки были бы уже о двух тенях, гуляющих вместе при луне.
МС: Тогда я хочу, чтобы ты прочитал мне свои письма. Это твоя плата за мою компанию.
Я возвращаю Зейну письма и замечаю, как кончики его ушей медленно покрываются лёгким румянцем.
МС: В будущем будет ещё много сюрпризов. Ты сам говорил. Так что могу и понаглеть.
Он улыбается, смотрит на меня, затем открывает письмо десятилетней давности и прочищает горло.
Зейн: Здравствуй, МС... Надеюсь, когда ты читаешь это письмо, у тебя всё хорошо.
Зейн: Сегодня я посмотрел один старый фильм, он напомнил мне о тебе.
Пока его голос мягко течёт сквозь строки, я словно вижу перед собой того самого семнадцатилетнего Зейна.
Зейн: Ты приедешь в Скайхейвен в этом году? Впрочем, неважно. У нас здесь всё время идут дожди.
Зейн: Можем поехать в Вердентри-Сити. Там чудесный солнечный свет.
Зейн: Или в Арктику. Там невероятно дружелюбные пингвины, они принимают людей за своих, только размером в несколько раз побольше.
Зейн: Там много интересных мест, но всё это намного приятнее, когда есть с кем отправиться туда вместе.
Зейн: Всему этому придётся подождать до нашей следующей встречи.
МС: Так вот какие желания загадывал Зейни. А я и не знала.
МС: Я запомню каждое место, которое ты назвал. Мы обязательно туда поедем.
Зейн: Читая тебе это письмо, я уже исполнил то, о чём он просил.
МС: Тогда об остальных мечтах тебе придётся рассказывать самостоятельно.
Я протягиваю Зейну второе письмо, и он медленно вскрывает конверт.
Зейн: Прости, что в последнее время был занят работой. Но когда ты прочтёшь это письмо, надеюсь, я уже буду стоять перед тобой.
Хотя его голос не изменился, но я сразу чувствую разницу. Этот тон не похож на тот, каким он читал первое письмо.
Он словно даёт торжественное обещание. Его серьёзное выражение лица пронизано присущей только ему нежностью.
Зейн: Когда я взял в руки ручку, меня нахлынули воспоминания, и я осознал, как много важных моментов мы пережили вместе.
Зейн: Или, возможно, мне стоит сказать, что одного твоего присутствия достаточно, чтобы превратить даже самые обычные дни в особенные.
Зейн: Я вспоминал эти моменты сотни раз. И до сих пор вспоминаю их с теплотой.
Зейн: Пытался всё это записать, но понял, что слов недостаточно, когда ты рядом.
Зейн: Наверное, мне проще показать тебе свои чувства на деле, чем рассказать о них.
Зейн: Я хочу разделить с тобой тихие мгновения всех четырёх сезонов — это больше, чем просто весенние цветы... Надеюсь, ты тоже этого хочешь.
Он отрывает взгляд от письма и смотрит на меня. В его глазах чувства глубже любых слов.
Я обнимаю Зейна и чувствую, будто весь мир оказался в моих объятиях.
МС: Зейн, давай с этого момента мы будем писать друг другу письма.
Я протягиваю ему мизинец, и он мягко обхватывает его своим.
МС: Это обещание. Любовь в первый совместный год отличается от той, что будет на десятый, так что…
Зейн: Нам понадобятся письма, чтобы всё это записывать.
Зейн: МС, я хочу записать то чувство, когда впервые в тебя влюбился. И помнить, каково это — любить тебя год за годом.
© Перевод выполнен командой канала На окраине Филоса.