История ведьмы
Город внизу мерцал огнями, заманивая к себе одиноких путников. Лана сидела на метле, прижав одну ногу к себе и обхватив руками, а её подбородок упирался в колено. Вторая нога свободно свисала вниз. Ветер трепал распущенные волосы ведьмы и казалось, они сейчас жили своей жизнью.
Куда ей теперь идти? После всех мытарств по свету и того, что пришлось пережить. Она осталась одна никому не нужная и всеми брошенная. Никому на всём этом гребаном свете. Луна, верная спутница девушки и преданный фамильяр, пропала бесследно, и найти её ведьма не могла, как ни пыталась. Складывалось впечатление, что кто-то сильный наложил чары на неё и её кошку, нарочно их разлучив. Лана вспомнила слова Дьявола: «Ты останешься одна, и никто во всех мирах не будет тебя любить! Ты никогда не найдешь своих друзей и сдохнешь в одиночестве жалкой старухой! Проклятая ведьма! Ты будешь вспоминать мои слова и страдать!». А потом он забрал «Книгу памяти», доставшуюся ей от отца, её бесценный «Гранд Гримуар», и забросил сюда, в этот отстойник. Вышвырнул, как жалкий мешок с мусором, одним щелчком пальцев. Кажется, было что-то ещё, но ведьма никак не могла вспомнить, что именно. Только голос в голове постоянно действовал на нервы. Лана потёрла лоб и спустила вниз вторую ногу. Воспоминания ушли, оставив пустой замызганный лист пергамента, весь заляпанный чем-то грязным и липким, словно кто-то вытер им руки. А ещё этот чертов Призрак доставал, сил уже не было от него скрываться. Преследовал повсюду, а ведьма никак не могла понять, кто он и что ему надо. И появился он как раз после того, как Люцифер «покапался» у Ланы в голове. Может это тоже часть его кары? Заселил «гостя», чтоб изводил, терзал и мучил, в итоге доведя до сумасшествия. Лане хотелось плакать. Она сейчас чувствовала себя маленькой девочкой, потерявшейся в рыночной толпе незнакомого города.
Большая ворона приземлилась на помело и громко каркнула, выдернув ведьму из раздумий.
— Тьфу, дура! — Лана махнула на наглую птицу рукой, а та каркнула ещё раз, словно отвечая ей, и, сорвавшись с места, полетела дальше.
Ведьма проводила её взглядом. Как же было хорошо в небе. Темнота ночи скрывала все недостатки бренного мира. Впрочем, и недостатки её собственной жизни тоже. Но не может же она, в конце концов, висеть здесь вот так всю оставшуюся жизнь. Если только… Лана снова посмотрела на огни города. Если только не броситься вниз прямо сейчас и не покончить со всем одним махом.
«У тебя ничего не выйдет», пропел в голове насмешливый голос. «Ты не можешь умереть таким образом, ты же знаешь. Не сама. Попытай удачу внизу, может кто-нибудь захочет вышибить тебе мозги и я, наконец, избавлюсь от тебя, ведьма», никак не унимался голос. Лана мысленно отмахнулась от него и, усевшись нормально на метле, направилась вниз. Она облетела местность и выхватила взглядом приветственный указатель с названием города. Щит был таким же обшарпанным, как и сам город, и подсвечивался двумя лампами. Надпись давно выцвела и местами потёрлась, но название всё ещё можно было прочитать — Хэлл Сити, а дальше кто-то дописал чёрной краской из баллончика:
«численность населения меняется, поэтому неважно, какой номер будет у твоей могилы».
— Замечательно, из одной преисподней прямиком в другую, — нахмурившись, пробурчала ведьма. — У кого-то совсем нет воображения! — бросила она громко в пустоту.
Хоть Лана сейчас и ёрничала, пытаясь скрыть за этим свой страх и бессилие, выбора у неё не было. Улететь отсюда она не могла. Ногами уйти, к слову, тоже не вышло. Кружить вокруг да около то ещё удовольствие. И всегда она натыкалась на невидимую преграду, не пускавшую её за пределы незримой черты, которую провел Дьявол. Наказал, так наказал. С чем с чем, а с воображением и фантазией у него никогда проблем не было. Ведьма сплюнула при мысли о ненавистном Падшем. Сделав ещё один круг над городом, она всё-таки спустилась вниз, приземлившись на одной из улочек. Возле вагончика то ли с пирожками, то ли с пончиками стоял коп. Спрятав метлу в «пространственный карман», ведьма направилась к нему.
Лана стояла перед входом в бар размышляя, стоит ли вообще туда заходить. Неоновая надпись вывески, горевшая через раз, гласила, что бар носит гордое название «Нуар». Ведьма пожала плечами и хотела толкнуть дверь, как она распахнулась, и из проёма вывалились два мужчины, настолько пьяные, что не могли нормально стоять на ногах, и им приходилось поддерживать друг друга своими телами. Со стороны это выглядело забавно. Они горланили похабную песню о каком-то Джеке и выглядели, как бомжи. Ведьма повела носом, принюхиваясь, от мужчин пахло псиной.
— Оборотни, — поморщилась она, провожая выпивох взглядом. — Не люблю оборотней.
Войдя в бар, Лана осмотрелась. Такой же облезлый, как и весь город, но у заведения был свой шарм и «мужской» характер. Напротив входа располагалась барная стойка, а за ней хозяйничал харизматичного вида здоровяк. Рукава белоснежной рубашки, закатанные по локоть, открывали причудливую вязь татуировок. Ведьма прищурилась. «Демон, причем из пантеона «начальников». Какого чёрта он тут забыл? Не иначе тоже сослали на эту свалку жизни, как и меня», подумала она.
Рядом с баром располагалась винтовая лестница, ведущая на второй этаж и небольшая металлическая терраса с видом на весь зал. Взгляд ведьмы выхватил скромную сцену в углу зала с пилоном, сейчас пустовавшим, а рядом музыкальный автомат. Музыка, звучавшая из джук-бокса, больше напоминала скрежет металла. Лана поморщилась. В зале стояло около десятка столиков с сидевшими за ними посетителями. Были тут и оборотни, и низшие демоны. Двое вампиров в противоположном углу пялились на Лану. Белокурая официантка, обслуживающая столики, игриво кокетничала с посетителями. Голову красотки венчали небольшие рога, а длинный хвост с острым кончиком шлёпал по рукам обнаглевших мужиков, что пытались залезть девушке под короткую юбку.
«О, замечательно, ещё и суккуб имеется. Полный комплект. Если у них найдётся завалявшийся ангел и парочка эльфов, то я буду верещать от восторга», хохотнули в голове ведьмы. Не обращая внимания на голос, Лана направилась к стойке.
— Что желаешь, крошка? — поинтересовался бармен, продолжая протирать стаканы.
— Ну, для начала выпить, а потом поговорить о работе и жилье. Коп на Шедоу Стрит сказал, что ты сможешь помочь в этом вопросе, — Лана улыбнулась так мило, как только смогла.
Демон одарил ведьму тяжелым взглядом, от которого по спине прошла волна холода, и появилось жгучее желание забрать свои слова назад.
— Я никому ничего не даю, — наконец произнёс здоровяк, не сводя взгляда с ведьмы. — Бар сам решает, кому можно здесь жить, а кому следует убираться куда подальше. Если ты ему понравишься, то комната твоя. А на счет работы, что ты умеешь делать, ведьма? — демон смерил Лану взглядом, оценивая её внешность.
— Да всё, что хочешь! Могу обслуживать столики, могу вышибалой, могу петь, — выпалила ведьма.
— Петь? — заинтересовался бармен. — Вышибала у меня уже есть, да и столики есть, кому обслуживать, а вот певицы у меня нет.
Демон указал головой в сторону сцены, давая понять, что та в полном распоряжении Ланы, и девушка, набрав в грудь воздух, решительно направилась туда. Но прежде, подойдя к музыкальному автомату, выбрала трек. Пластинка плавно опустилась на платер, в автомате что-то мягко щелкнуло, и заиграла мелодия. Микрофон на сцене не работал, видимо аппаратура была отключена, и Лане пришлось петь во всю силу своих связок, чтобы заглушить гул голосов в баре и вокал самого исполнителя. Песня «Горячая кровь» зазвучала на весь зал, наполняя своим драйвом посетителей. Кто-то крикнул «Давай, детка!» и все дружно подхватили. Кто-то кричал «Ееее!», кто-то улюлюкал, кто-то аплодировал. К середине песни зал уже «стоял на ушах». Видимо живое исполнение тут звучало не часто, раз посетители бара обрадовались новому развлечению. Лана пела задорно и с полной отдачей, пританцовывая под музыку. Когда же песня закончилась и ведьма хотела спрыгнуть со сцены, один из оборотней, что стояли совсем рядом, протянул ей руку, а затем, подхватив за талию, спустил вниз.
— Здорово поёшь, — буркнул он, продолжая держать ведьму за талию, а затем, немного сместив руки на бедра, предложил: — Может, я угощу тебя выпивкой?
— Я здесь не за этим, приятель, но может быть в другой раз, — улыбнувшись, ведьма уверенным жестом убрала руки мужчины и направилась к барной стойке, а неудавшемуся ухажёру только и осталось, что проводить точёную фигурку девушки взглядом.
— Ты хорошо зажгла зал, — одобрительно изрёк хозяин бара. К Лане тут же услужливо подъехал барный стул, приглашая присесть на него. Она вопросительно вскинула брови.
— Ты понравилась бару, — пожав плечами, ответил на молчаливый вопрос демон. — Можешь считать, что работа и комната твои, — добавил он, наливая шот текилы и пододвигая его ведьме.
— А откуда? — удивилась Лана, указав пальцем на стопку.
— Я просто знаю и всё. За счет заведения, крошка. Комната на втором этаже, — добавил он, положив ключ на стойку и пододвинув к ведьме. — Меня Вилли зовут, а твоё имя?
— Ланагра Мортис, — ответила она и залпом выпила текилу.
— Твои родители явно любили пафосные названия, — хохотнул демон, глядя на ведьму.
— Я не помню родителей, как и своего прошлого до определённого момента, — нахмурилась Лана. — Помню только имя, но мне оно не особо нравится, поэтому ты можешь называть меня просто Лана. Официальное имя я приберегаю для контрактов.
Вилли объяснил, что бар обладает некоей силой, и может подстраиваться под обитателей, и что ведьма сразу поймёт, какая именно комната её. Так и вышло. Лана шла по коридору, глядя по сторонам, как внезапно взгляд выхватил движение, а в стене начала вырисовываться дверь. Сначала косяки, затем само дверное полотно, а потом и ручка с замком. Выглядело это, как если бы кто-то невидимый рисовал на стене чёрным маркером. Когда дверь полностью сформировалась, ведьма открыла её своим ключом. Он тихо провернулся в замочной скважине, и дверь сама распахнулась перед новой постоялицей, приглашая войти.
— Однако! — приподняла бровь ведьма.
В комнате было пусто. Совершенно. Голые облезлые стены и большое окно. Отсутствие лампочки дополняло печальную картину. Лана зашла внутрь, а дверь услужливо закрылась за ней.
«Всё просто. Ты сама ещё не определилась с тем, чего хочешь, вот Бар и не знает, что тебе дать».
Чего хотела ведьма? Она действительно не знала. Хотя нет, знала. Она хотела смыть с себя всё то, что произошло с ней до появления в этом месте. И, словно повинуясь её мыслям, в одной из стен появилась ещё одна дверь. Лана подошла и осторожно толкнула её. Взору девушки предстало «рождение» ванной комнаты. Ведьма улыбнулась. Никаких изысков — всё скромно и со вкусом. Сама комната была не большой, но свободно вмещала в себя большую чугунную ванну, с ножками в виде драконьих лап, раковину на стене и зеркало над ней в кованной металлической раме. Небольшой шкафчик, в котором обнаружились белые махровые полотенца и пара таких же халатов. Было ещё плетёное кресло в углу, рядом с напольной вешалкой, и маленький шкафчик под раковиной. На одной из стен появилась симпатичная лампа с витражным плафоном, света от которой вполне хватало, чтоб разогнать мрак, царивший до этого в комнате.
— Отлично, — прошептала Лана, расстёгивая молнию и стягивая с себя джинсы.
Как же хорошо после ванны! Чувствуешь себя новым человеком. Ведьма накинула халат и расчесала мокрые волосы. Прихватив одежду, она вышла из уборной и застыла в изумлении — комната совершенно преобразилась. В камине горел огонь, у стены стояла большая кровать с металлическим изголовьем, стилизованным под старинные кованые «кружева». С разных сторон от кровати располагались два больших напольных подсвечника из тёмного металла. На противоположной от кровати стене, на всю её длину и высоту, взору ведьмы предстал городской пейзаж. И только камин выделялся на фоне фрески, служа небольшой защитой от внешнего мира картины. Лана в некотором замешательстве обвела взглядом изображение. Оно жило своей жизнью. Сейчас на фреске шёл дождь, а небо затягивали чёрные тучи, из-за которых изредка выглядывала бледная луна. Ведьма смотрела на неизвестный город с высоты крыши.
— Чудеса, — пробормотала Лана, — а ты умеешь удивлять своих гостей, — добавила она, обращаясь к бару.
Ведьма подошла к подсвечникам и подула на свечи — вспыхнул огонь. Довольная она бросила одежду на кресло, стоявшее у стены с дверью, а сама плюхнулась на кровать. Усталость, которую Лана старалась не замечать, наконец, навалилась всем грузом, а глаза закрывались. Голова болела и в виске неприятно пульсировало. Ещё и эфир пробивался сквозь защиту. Шёпот голосов заставлял неприятно морщиться. Видимо усталость была настолько сильной, что сейчас эфир мог заглушить только алкоголь. Много алкоголя. Но Лана не хотела пить, она расслабилась и закрыла глаза, пытаясь представить, что находится в лесу. Она представила пение птиц, стук дятла по сосновой коре, уханье филина, шум потревоженной ветром листвы, но вдруг все звуки оборвались, а картинка леса покрылась рябью, а потом и вовсе исчезла, погрузив ведьму в черноту сознания. Голос, один единственный голос, прошептал «Ну, здравствуй, ведьма…» и Лана подскочила на кровати. Испуганно озираясь, она пыталась понять, что только что произошло. Это был сон или явь?..